Пауль Йозеф Геббельс (правильно Гёббельс нем. Paul Joseph Goebbels, 1897—1945) — немецкий государственный и политический деятель, оратор, рейхсминистр народного просвещения и пропаганды Германии (1933—1945).

Цитаты[править]
Один народ, одна страна, один вождь! Ein Volk, ein Reich, ein Fьhrer

«Англичане во всём мире известны отсутствием совести в политике. Они знатоки искусства прятать свои преступления за фасадом приличия. Так они поступали веками, и это настолько стало частью их натуры, что они сами больше не замечают этой черты. Они действуют с таким благонравным выражением и такой абсолютной серьёзностью, что убеждают даже самих себя, что они служат примером политической невинности. Они не признаются себе в своём лицемерии. Никогда один англичанин не подмигнёт другому и не скажет: „но мы понимаем, что имеем в виду“. Они не только ведут себя как образец чистоты и непорочности — они себе верят. Это и смешно, и опасно» (Йозеф Геббельс, «Дети с отрубленными ручками»).
Всё гениальное просто, и всё простое гениально. Маленькому человечку нравится скрывать свою ничтожность за сложными вещами.
Государство и партия должны перейти одно в другое и образовать нечто третье, на чём будет отпечаток нашей сущности.
Дайте мне средства массовой информации и я из любого народа сделаю стадо свиней.
Отними у народа историю - и через поколение он превратится в толпу, а еще через поколение им можно управлять, как стадом.
Диктатору не нужно следовать за волей большинства. Однако он должен быть в состоянии использовать волю народа.
Диктатура социалистической идеи в государстве — вот наше будущее.
Еврейский вопрос более сложен, чем это представляется. Но капиталистические и большевистские евреи — это не одно и то же.
Имей мужество жить в опасности!
Критик должен быть готов и способен в любой момент и по первому требованию занять место критикуемого им и выполнять его дело продуктивно и компетентно; в противном случае критика превращается в наглую самодовлеющую силу и становится тормозом на пути культурного прогресса.
Ложь, повторенная тысячу раз, становится правдой.
Моя партия — моя церковь.
Мы добиваемся не правды, а эффекта.
Мы выливаем холодный душ опровержений.
Надо так стукнуть, чтобы клочья полетели.
Народ без религии — это как человек без дыхания. («Michael. Ein deutsches Schicksal in Tagebuchblдttern», 1929)
Покой — родитель всех великих мыслей.
Приходишь к горькому выводу, что военное руководство Советского Союза состоит из людей классом выше, чем наше собственное. (Запись от 16 марта 1945 г. из дневника Геббельса)
Пропаганда утрачивает силу, как только становится явной.
Риббентроп — партнёр с отнюдь не джентльменскими манерами. Он путает политику с торговлей шампанским.
Русские — это не народ в общепринятом смысле слова, а сброд, обнаруживающий ярко выраженные животные черты. Это можно с полным основанием отнести как к гражданскому населению, так и к армии.
Сегодня даже самые радикальные меры нельзя назвать радикальными и самая тотальная война недостаточно тотальна.
Собственность обязывает и крепко привязывает.
Средние слои создают посредственных политических деятелей, об их политическом калибре говорить не приходится. Все мелкие буржуа остались в пивной «Бюргербройкеллер», где, собственно, всегда и пребывали. Что касается той капельки интеллекта, которая привела их в движение, то они ее полностью пропили за 12 лет сладкой жизни.
Страна населена смесью рас, которую не назовёшь народом. (Про США. Запись от 8 октября 1940 г. из дневника Геббельса)
Худший враг любой пропаганды — интеллектуализм.
Целью национальной революции должно быть тоталитарное государство, проникающее во все сферы общественной жизни
Человек был и остаётся животным. С низкими или высокими инстинктами. С любовью и ненавистью. Но животным он остаётся всегда.
Юриспруденция — продажная девка политики (17 января 1930 года).
Достоевский на несколько дерзких шагов оказался впереди своего времени. Следуешь за ним со страхом, недоверчивостью, потрясением - но всё равно следуешь. Он не отпускает, ты обязан идти за ним… Его следует просто назвать уникумом. Он пришёл из ниоткуда и ни к какому месту не принадлежит. И всё же он всегда остаётся русским. (Michael: ein Deutsches Schicksal in Tagebuchblдttern, Zentralverlag der NSDAP, Franz Eher Nachf., Munich, 7th edition, 1935)