Как вы помните одним из спусковых крючков безумия 1917 года стал "сухой закон" принятый в августе 1914 года. Он породил водочные бунты, самогоноварение, наркоманию. Но был и плюс, пить на душу населения Россия стала меньше. В декабре 1924 года, спустя  10 лет после введения сухого закона в России вновь начался выпуск водки. Нищенствующее государство, по понятным причинам, решилось на «водочное» финансирование бюджета. И на прилавки поступила первая советская водка  - прозванная в народе «рыковка», по фамилии председателя Совнаркома А. Рыкова.

 



В 1924 году М. Булгаков записал в своем дневнике: «В Москве событие – выпустили 30° водку, которую публика с полным основанием назвала «рыковкой». Отличается она от царской водки тем, что на десять градусов она слабее, хуже на вкус и в четыре раза её дороже». «Водку называют «Рыковка» и «Полурыковка». «Полурыковка» потому, что она в 30°, а сам Рыков (горький пьяница) пьёт в 60°».



В дневнике Булгакова 1925 года есть анекдоты на водочную тему: «Если бы к «Рыковке» добавить «Семашковки» (нарком здравоохранения Н. Семашко), то получилась бы хорошая «Совнаркомовка». «Рыков напился по смерти Ленина по двум причинам: во-первых, с горя, а во-вторых, от радости». Алексей Рыков после смерти Ленина возглавлял советское правительство, и решение, по отмене сухого закона, под которым он поставил подпись, всколыхнуло общество. Ранее советская власть неизменно следовало царскому постановлению о запрете продажи спиртного в связи с началом мировой войны.



Подобная идеология большевиков объяснима, первое время  они приравнивали пьянство к контрреволюционной деятельности. «Трезвый подход» к светлому облику строителя коммунизма:«Военно-революционный комитет запретил продажу спирта в городе; уличенные в продаже и изготовлении спиртных напитков будут арестовываться, а заведения, рестораны и притоны, где идет торговля спиртом, будут секвестрированы и переданы демократическим организациям для устройства чайных, читален, столовых и т.д.». «Звезда» 1917г.



Царь Николай встречает на том свете Ленина:
– Что, Владимир Ильич, и вы водочку выпустили? А сколько градусов? Неужто тридцать восемь (42 в иной версии анекдота)? Эх, стоило из-за каких-то двух градусов революцию делать!




Градусность «рыковки» колебалась, а причиной была тяга большевиков к экспериментам. Проблему эту еще за 30 лет до большевиков исследовал по поручению правительства Д.И.Менделеев. В научной работе «Рассуждение о соединении спирта с водою» он доказал, что идеальное соотношение в готовом продукте – 40%. Менделеевский фактор золотого сечения – 40° – выгодно отличал русскую водку от прочих подобных напитков.



Диалог Преображенского и Борменталя о качестве водки из Булгаковского «Собачего сердца»:

– Бог с вами, голубчик,– отозвался хозяин. – Это спирт. Дарья Петровна сама отлично готовит водку.
– Не скажите, Филипп Филиппович, все утверждают, что очень приличная. Тридцать градусов.
– А водка должна быть в сорок градусов, а не в тридцать, – это, во-первых, – наставительно перебил Филипп Филиппович, – а во-вторых, бог их знает, чего они туда плеснули. Вы можете сказать, что им придёт в голову?
– Всё что угодно,– уверенно молвил тяпнутый».






Несмотря на знаменитую рыковку и буквально повальную рекламу алкогоголя на самом высоком возможном тогда уровне в  1930-е годы в СССР так и не смогли достичь уровня потребления алкоголя при царизме. В целом, страна тогда трезвела. Крест на этой тенденции поставила ВОВ, когда Сталин сделал в армии потребление водки каждодневной практикой. Архивы того времени также показывают, как обжиралась и опивалась рать чинуш и карателей в тылу.