Тема проституции в Германии времён Второй мировой всегда была табу, только в 90-х годах немецкие издания начали освещать этот,пласт истории. В это с трудом верилось, ибо  едва придя к власти, национал-социалисты начали с дополнения Уголовного кодекса параграфом, согласно которому за беспокойство гражданина развратным предложением можно было угодить за решетку. Только в Гамбурге за полгода задержали порядка полутора тысяч женщин, обвиненных в проституции. Их отлавливали на улицах, отправляли в лагеря и подвергали принудительной стерилизации. Несколько больше повезло тем женщинам, которые продавали свое тело, совмещая проституцию с государственными заданиями. Речь здесь идет прежде всего о пресловутом «Салоне Китти», воспетом в одноименной картине Тинто Брасса.

А потом, по мере замены масла на пушки, отношение к этой категории женщин стало меняться: в интересах рейха нашлось применение всем, от дешевых панельщиц до самых высококвалифицированных и образованных дам полусвета.



В 19 веке в Германии приветствовалось создание публичных домов, чтобы избежать многочисленных болезней нации. Мужчины, привыкшие к доступности женского тела, не отказывали себе в привычках  и не считали аморальным снять проститутку. Традиция сохранялась и при нацизме, поэтому  в связи с многочисленными случаями изнасилований, гомосексуализма и заболеваний солдат, 9 сентября 1939 года министр внутренних дел Вильгельм Фрик издал указ о создании публичных домов на оккупированных территориях.



 Для учета фронтовых публичных домов и проституток военное ведомство создало специальное министерство. Веселые фрау числились госслужащими, имели приличную зарплату, страховку, пользовались льготами.Нельзя сбрасывать со счетов и плоды пропагандистской работы ведомства Геббельса: германский обыватель, имевший на войне сына или брата, трепетно относился к вермахту, и даже среди проституток, наряду с профессионалками, было, как утверждают, немало таких, кто отправлялся обслуживать фронтовых солдат из патриотических побуждений.




В ходе европейской кампании постановку обслуживания солдат упрощали не слишком ожесточенный характер войны и западная культура, лояльная к наличию домов для мужских утех. В населенных пунктах со значительной дислокацией подразделений вермахта полевой комендант давал разрешение на открытие борделя и брал на себя ответственность за его оборудование в строгом соответствии с гигиеническими стандартами.
Обязательным было наличие ванных с горячей водой и санузлов, а над кроватью висел плакат, запрещающий делать «это» без средств индивидуальной защиты. Презервативами, наряду с мылом, полотенцами и дезинфицирующими средствами, обеспечивали врачи и фельдшеры воинских подразделений.



В веселые фрау брали далеко не каждую: проституток для вермахта тщательно отбирали чиновники министерства. Для офицерских борделей правила предельно ужесточались: здесь могли работать только чистокровные немки, выросшие в исконно германских землях, с хорошими манерами, ростом не ниже 175 см, светловолосые, с голубыми или светло-серыми глазами.В солдатские и сержантские публичные дома тоже попадали не с улицы: за чистотой крови фронтовых проституток следил специальный отдел «этнического сообщества и здравоохранения», являвшийся подразделением гестапо.


Цены в борделе устанавливались полевым комендантом, им же определялся внутренний распорядок и обеспечивалось наличие достаточного числа доступных женщин. Разработанные в Берлине нормы выработки предписывали домам держать штат из расчета одна проститутка на 100 дислоцирующихся в округе солдат.Для сержантских борделей регламентировалось соотношение 1:75, для офицерских – 1:50.




Наиболее качественное обслуживание предполагалось в госпиталях люфтваффе, любимого детища Геринга, где предусматривалось наличие одной штатной фрау на 20 летчиков или 50 техников из наземного обслуживающего персонала.Согласно неукоснительно выполняемым правилам поведения, проститутка встречала летчика в одежде, с аккуратным макияжем; безукоризненно чистое нижнее белье, как и постельное, должно было меняться для каждого «железного сокола».



В сухопутных войсках, где обслуживание ставилось на поток, всякий раз одеваться было недосуг, и девушка ждала нового гостя в постели. К слову, простыни и наволочки в солдатских борделях полагалось менять после каждого десятого клиента.
Любопытно, что для солдат сателлитных армий доступ в немецкие секс-заведения был закрыт. Рейх их кормил, вооружал, обмундировывал, но делить с итальянцами, венграми, словаками, испанцами, болгарами и т. д. своих фрау считалось уж слишком. Только венгры смогли организовать для себя подобие полевых борделей, остальные выкручивались как могли. Немецкий солдат имел законную норму посещений публичного дома – пять-шесть раз в месяц. Помимо этого командир мог от себя выдать талончик отличившемуся в качестве поощрения или, напротив, наказать лишением за провинность.



Солдатские и сержантские бордели двигались непосредственно за войсками и размещались в населенном пункте недалеко от расположения части. К увольнительной записке прилагался талончик-пропуск: солдатам – голубого цвета, сержантам – розового.
На посещение отводился час, в течение которого клиент должен был зарегистрировать талон, куда вписывались имя, фамилия и учетный номер девушки (солдату предписывалось хранить талон 2 месяца – на всякий пожарный), получить средства гигиены (кусочек мыла, полотенце и три презерватива), помыться (мылиться, по регламенту, следовало дважды), и только после этого допускался к телу.
В подразделениях процветал бартер: ловеласы выменивали талончики у тех, кто больше секса любил поесть, на мармелад, шнапс, сигареты. Отдельные сорвиголовы пускались на ухищрения и по чужим талонам пробирались в сержантские бордели, где девочки были получше, а кто-то даже проникал в офицерские, рискуя в случае поимки получить десять суток.



 Капитулировав 22 июня 1940 года, Франция предоставила свои многочисленные бордели немецким оккупантам.А во второй половине июля уже подоспели два приказа о пресечении уличной проституции и создании борделей для вермахта.

Нацисты конфисковали приглянувшиеся дома терпимости, набрали руководство и персонал, придерживаясь критериев арийской расовой чистоты. Офицерам эти заведения посещать запрещалось, для них были созданы специальные гостиницы. Таким образом командование Вермахта хотело пресечь мужеложство и распространение венерических заболеваний в армии; повысить стимул и стойкость солдата; пресечь интимные связи на стороне, из-за боязни шпионажа и рождения неполноценных; и насытить сексом, чтобы пресечь преступления на сексуальной почве, расшатывающие ряды армии.

23 сентября глав.воен.врач одного из четырёх округов (B), на которые была поделена Франция, докладывает начальству: «Bordelle fuer Soldaten sind in fast allen grosseren Orten eingerichtet und werden laufend uberwacht…» – «Публичные дома для солдат открыты почти во всех больших городах и находятся под постоянным надзором; французская жандармерия отлавливает уличных проституток; больные проститутки отслеживаются и отправляются на лечение…» Лечение предполагало: насильственный аборт, стерилизацию.





Во французском городе Брест бордель разместился прямо в синагоге.

1,5 миллиона французских мужчин на тот момент времени находились либо в заключении, либо были убиты, либо воевали в армии Сопротивления. Участь многих француженок была предрешена, без мужчины дома они зарабатывали себе на хлеб, широко раздвигая ноги. «Особой привилегией» считалась работа в гостинице, где обслуживались офицеры. Ниже уровнем шла работа в обычном борделе, где обслуживались толпы сержантов и рядовых. Из ноябрьского отчёта 1940-го из Анже: «Die Bordelle wuerden in 14 Tagen von 8.948 Soldaten besucht, von denen 2.467 den Geschlechtsverkehr ausuebten» – «14 дней – 8.948 солдат – 2.467 половых актов».В 1942 году насчитывалось около 500 борделей вермахта на оккупированных территориях.


Но большинство немецких солдат плевать хотели на запрет спать с уличными девушками, которые не имели санитарной карты. Вермахт не мог справиться с повальной проституцией, которая приобрела повсеместный характер. Облавы не давали желаемого результата. Рискуя быть обвиненными в подрыве боеспособности немецкой армии, в Париже работало около 100 тысяч проституток! Кстати, выдвижение подобного обвинения не было неким преувеличением. За половые сношения с немецкими солдатами девушку, не имевшую «промыслового свидетельства», могли очень строго наказать.




Понятно, что от такой трудовой занятости появлялись плоды. Многие женщины неохотно шли на аборт и предпочитали родить ребёнка анонимно в так называемой нацистской детодельне – «Lebensborn». Сами нацисты приветствовали связи солдат с женщинами братских арийских народов. Норвегия, Дания, Бельгия и Голландия были странами-селекционерами «детей хороших кровей». Только зарегистрированных детей родилось около 100 тысяч, и этих детей можно было усыновлять, отнимать у матери и увозить в Германию. Франция не являлась образчиком кровей, но по статистике национал-социалистов за 4 года оккупации родилось около 80 тысяч немчат.


нянечка в детодельне Lebensborn.

Если на любовные связи с француженками нацисты смотрели сквозь пальцы, то проблема половых сношений на восточном фронте была больной язвой.
Известно, что Гиммлер был ярым сторонником сохранения чистоты расы, Гитлер же требовал доклады о новорожденных немчатах от славян, которые должны были стать раб силой фашистской Германии, официальных домов терпимости в Советском Союзе не было.
В Марте 1942 года главнокомандующий Херес отдал приказ создавать публичные дома на захваченных территориях СССР. Нацисты боялись партизанов и венерических заболеваний. Девушки проходили строгий отбор. Особо приветствовались латышки, литовки и укоренившиеся немки. Чем дальше в глубь страны, тем мягче становились критерии отбора - уже смотрели на внешние показатели. Арийский показатель: рост не ниже 175 см, светлые волосы, голубоглазые или сероглазые – выдерживали не многие, поэтому набирали здоровых, красивых и боле менее умеющих говорить по-немецки.




В Сталино .... бордель, предназначенный для немцев, располагался в старейшей в городе гостинице "Великобритания". Всего в борделе трудилось 26 человек (это считая девиц, технических работников и руководство). Заработки девиц составляли примерно 500 рублей в неделю (советский рубль ходил на этой территории параллельно с маркой, курс 10:1). Распорядок работы был таким:
6.00 - медосмотр
9.00 - завтрак (суп, сушёный картофель, каша, 200 гр хлеба)
9.30 -11.00 - выход в город
11.00 -13.00 - пребывание в гостинице, подготовка к работе
13.00 -13.30 – обед (первое блюдо, 200 гр хлеба)
14.00 - 20.30 - обслуживание клиентов
21.00 - ужин

Ночевать дамам разрешалось только в гостинице. Солдат для посещения борделя получал у командира соответствующий талон (в течении месяца рядовому полагалось их 5-6 штук), проходил медосмотр, по прибытии в бордель регистрировал талон, причём корешок сдавал в канцелярию воинской части, мылся (регламентом предполагалась выдача бойцу куска мыла, маленького полотенца и 3-х презервативов)...По сохранившимся данным в Сталино посещение борделя обходилось солдату в 3 марки (вносились в кассу) и продолжалось в среднем 15 мин. Бордели существовали в Сталино до августа 1943 г.»


Мотель «Великобритания» существует и по сей день.

В сентябре 1942 года генерал-полковник Шмидт сообщает Гитлеру о рождении 750 тысяч детей от славянских женщин. Это вызывает недоверие, славянские женщины насильственно вступали в половые контакты и неохотно сообщали о рождении детей, и министр рейха Розенберг делает собственную проверку – по его данным «детей родилось меньше, но не намного».Судьбы этих женщин и новорожденных детей ужасны. Не секрет, что многие шли в проститутки чтобы прокормить себя, но многих склоняли насильственно к совокуплению.



«In den Stadten Narwa und Kingisepp richteten die Deutschen Bordelle fur die Wehrmachtsoffiziere ein. In diese Hauser wurden die Maedchen und Frauen aus den Doerfern gebracht. Wer sich weigerte, im Bordell zu bleiben, wurde erschossen…» – «В городах Нарва и Кингисепп создаются бордели для офицеров вермахта. В эти дома приводят девушек и женщин из деревень. Тех, кто не хочет остаться в борделе – расстреливают» (38 NP, Bd.7, S.502f.)

Достаточно было трёх свидетелей, чтобы беременную женщину расстреляли за связь с врагом. Женщин с маленькими детьми, рождёнными в оккупации, могли сослать в Сибирь. Поэтому детям подделывали даты рождения, дабы оградить их от неминуемой смерти. А некоторые матери убивали сами своих «немецких выродков».



Женщин ловили, брили им голову и рисовали свастику на лбу. Во Франции такие лысые красавицы встречались на каждом углу – женщины сами ставили на себя клеймо.

Клеймо оставалось на всю жизнь - немецкая подстилка, шкура. В послевоенные годы тему не обсуждали, как будто этого ужаса никогда и не было. А дети рождённые во время оккупации до сих пор не знают всей правды.

Передвижные бордели вермахта

Запись в дневнике генерала Гальдера «23 Juni. Es verlauft alles nach Plan» – «Текущие вопросы. 1. Лагеря для военнопленных переполнены… 2. Танкисты требуют новые моторы… 3. Войска двигаются быстро. Публичные дома не успевают за частями».


Хорошая кровь – вечный источник! Идеал, по нацистским параметрам, для работы в борделях.

Нацисты всё же не доверяли жрицам любви с оккупированных территорий и возили дома терпимости на колёсах с вышколенными немками. От 5 до 20 женщин, работающие в полевом пуфе, значились служащими военного ведомства. Девушки проходили строгий отбор – чистокровные арийки, частенько ярые национал-социалистки, работающие исключительно из патриотических побуждений. В месяц рядовая проститутка должна была ублажить не менее 600 солдат. В авиации и на флоте работали особые проститутки, их трудовой показатель был – 60.

Солдатам давались талончики (до 5-ти в месяц), на которые они могли сходить во время увольнения в пуф. Снять девочку стоило 3 рейхсмарки. Талончики были дисциплинарным поощрением, их могло быть больше, чем 5 или меньше. Перед каждым посещением женщин проверял врач, солдатам выдавались презервативы.






Уголовная статистика вермахта на 1944 год насчитывала 5349 мужчин, осуждённых за моральные проступки, педерастию, педофилию.... За изнасилование несовершеннолетних трибунал мог приговорить к смерти. И в большинстве своём дела были заведены во Франции.

Бордели для иностранцев и наёмных рабочих

Чтобы на корню пресечь любые половые отношения между немецкими женщинами и пригнанными на принудительные работы в Германию мужчинами (а их было аж 8 миллионов), в 1941 году Мартин Борман распорядился создать бордели в «трудовых лагерях». Гиммлер охотно поддержал эту идею. Ему была необходима иностранная рабочая сила. Но куда больше ему требовались эти специфические бордели. Он боялся, что миллионы инородцев испортят чистоту немецкой расы. «Кроме того, после посещения борделей производительность труда занятых в военной промышленности рабочих могла бы увеличиваться», — заявлял он. В интересах военной экономики Гиммлер разработал трехступенчатую систему поощрений иностранных рабочих. За небольшие заслуги они могли награждаться несколькими сигаретами. За усердие в труде они получали небольшую сумму денег. «Ударники» принудительного производства могли посетить бордель, созданный специально для подобных случаев.

В ноябре численность заведений, которые должны были не только сохранять чистоту арийской расы, но и повышать работоспособность, достигала 60-ти. В этих домах терпимости работали исключительно иностранки – в большинстве своём полячки и француженки. В конце 1944 года численность вольнонаёмников превысила 7,5 миллионов. Среди них были также и наши соотечественники. За копейки поднимая экономику воюющей Германии, живя в закрытых поселениях они имели возможность отовариться по талончику в публичном доме, что поощрялось работодателем!


Так называемый «паспорт» вольнонаёмного рабочего. Наш соотечественник.



Вольнонаёмник расплачивается за проститутку. На стене табличка «Только для иностранцев!»


Уже внутри, с наёмной «не немецкой» проституткой.
 

 

Бордели для заключённых


Гиммлер в Маутхаузене.

Идея организации борделей для поощрения лояльных заключённых пришла Генриху Гиммлеру во время посещения концлагеря Маутхаузен. Дома терпимости должны были повысить производительность труда в каменоломнях и на оружейных заводах.


Генрих Гиммлер на теннисном корте со своим адъютантом Карлом Вольфф. Гиммлер был фанатиком здоровья, чистоты и спорта. Он цинично считал, что открытие борделей в концлагерях повысит работоспособность узников.

Первый, из десяти подобных, лагерный бордель появился в концлагере Маутхаузен в июне 1942 года, позже, осенью - в KZ Гузена. В 1943 в KZ Флоссенбюрга, Бухенвальда, Аушвитце(Освенциме), Аушвитце-Моновице, в 1944 в Нойенгамме, Дахау, Заксенхаузене, в 1945 в Доре-Миттельбау.


Здание борделя в концлагере Маутхаузен.

Пополнявшие ряды проституток были в основном женщины-заключённые из лагеря Равенсбрюк. Также в бордель попадали немки из асоциальной среды, уличные проститутки, бомжишки. Им обещали хороший паёк и выпуск через 6 месяцев на волю.

Одна из заключённых, Маргарет В., вспоминает день ее отбора для борделя: «В помещении мы должны были раздеться до гола. Туда вошла группа SS, и врач лагеря Шидлаувски. Они нас осмотрели. Я слышала как Шидлаувски произнёс, что неужели они хотят эти кости? Другой, это был комендант Бухенвальда Кох, ответил, что она хорошо сложена, мы её откормим...“


Бордель для заключённых в Бухенвальде открылся 11 июля 1943 года.

Тогда Маргарет В. было 25 лет. Вместе с 16 следующими отобранными арестантками она была переправлена из женского концлагеря Равенсбрюк в Бухенвальд к 20.000 мужским арестантам. Ее барак был огорожен колючей проволокой, ее тело было предоставлено постоянному доступу.
Здание состояло из жилой комнаты, спальни, служебного кабинета SS, комнаты врачей и отдельных комнат для интима. Каждая комната имела свои порядковый номер, такой же получала женщина принимающая в комнате. Маргарет В. получила „13“.

Бордель работал с 19 до 22 часов. Входящие арестанты могли выбирать женщину, но сначала проходили медосмотр и получали разрешение на 15 минут половых сношений. Была разрешена только миссионерская поза. В каждой двери находилось отверстие для наблюдения и неотъемлемый надзиратель SS, следящий за точным процессом – разговоры и просто общение, без полового акта, запрещалось.


Так выглядела комната для интима.

Для посещения борделя арестант должен был сделать заявку и купить так называемую Sprungkarte стоимостью 2 рейхсмарки. Для сравнения пачка 20ти сигарет в столовой стоила 3 рейхсмарки. Евреям посещение борделя было запрещено. Ослабшие после трудового дня узники не охотно шли в предоставленные им Гиммлером дома терпимости. Одни по моральным соображениям, другие по материальным бордельный талон можно было выгодно обменять на пропитание.


Карта для посещения борделя.


Талончик ценностью 1 рейхсмарка.

Надзиратели боялись распространения венерических болезней и тщательно проверяли женщин на триппер и сифилис. Нежелательные беременности их не волновали, презервативы не выдавали и ,как предохранятся, женщины должны были придумывать сами. Среди узниц возникала своя иерархия, были любимые и не пользующиеся популярностью. «Любимые» девушки дабы не быть замученными за день посещениями платили надзирателям за перенаправление клиентов. В день девушка должна была принять до 10 клиентов. За одного клиента девушке полагалось 45 пфенингов, но только 20 приходили на руки. Надзиратели выполняли роль сутенёров обеспечивая особо примечательных девушек новыми клиентами, расплачиваясь с девушками одёжкой и едой.



На свой День рождение 20 Апреля 1944 года Гитлер получает от Химмлера фарфоровые фигурки и доклад об успешном функционировании концлагерных борделей.



Заключенные в Освенциме. Девушкам, отобранным для борделей, делали инъекции кальция, заставляли мыться в дезинфекционных ваннах, облучали ультрафиолетовыми лампами и кормили лучше, чем других заключённых.


Ворота концлагеря Дахау. «Работа освобождает». Не все девушки шли подневольно, были и такие, кто видел спасение в работе концлагерной проститутки.

Источники tess-garbo, mirtesen.ru, smolbattle.ru