Имя Александра Маринеско до сих пор легендарно среди моряков подводного флота 15 января 2013 года исполнилось 100 лет со дня рождения легендарного подводника.

Ванинское отделение общества "Мемориал" приняло решение установить мемориальную доску Герою Советского Союза офицеру-подводнику Александру Маринеско, отбывавшему заключение в здешнем исправительно-трудовом лагере в 1949 - 1951 годах.  Как оказался за колючей проволокой командир подводной лодки, которая с неизменным успехом атаковала транспорты противника, в том числе "Вильгельм Густлов", слывший любимым лайнером фюрера?..





После увольнения с Балтийского флота в ноябре 1945 года ему, пришедшему на воинскую службу задолго до войны, было непросто найти свое место на гражданке. В 1949 году Александра Ивановича приняли в Ленинградский НИИ переливания крови заместителем директора по хозяйственной части.

Мирная жизнь боевого офицера не задалась. Он снял погоны, но по-прежнему ничего и никого не боялся. Директор института Викентий Кухарчик, который был озабочен постройкой персональной дачи, принципиального зама считал помехой. И подвел его под статью: вначале позволил развезти по домам сотрудников торфяное топливо, лежавшее в институтском дворе, а потом заявил в милицию о краже. В зале суда прокурор, убедившись в преднамеренном подвохе, отказался от обвинения. Однако позицию государственного обвинителя судья Прасковья Верхоева проигнорировала: Маринеско был приговорен к трем годам лишения свободы.

При столь незначительных сроках далеко не отправляют, однако с бывшим командиром подлодки С-13, которая после потопления самого крупного по тоннажу неприятельского судна была удостоена ордена Красного Знамени, поступили ровным счетом наоборот. Писатель-маринист Александр Крон спустя много лет записал рассказ Маринеско о том, что было после суда.



Бил ногами и был счастлив

"Повезли нас на Дальний Восток. Ехали долго. Староста вагона - бывший полицай-каратель родом из Петергофа; здоровый мужик, зверь, похвалявшийся своими подвигами, настоящий эсэсовец. Вокруг него собрались матерые бандюги. Раздача пищи в их руках. Кормили один раз в день, бандюгам две миски погуще, остальным полмиски пожиже.

Чую - не доедем. Стал присматриваться к людям - не все же гады. Вижу: в основном болото, но всегда на стороне сильного. Потихоньку подобрал группу хороших ребят, все бывшие матросы. Один особенно хорош - 23-летний силач, водолаз, получил срок за кражу банки консервов: очень хотел есть и не утерпел, взял при погрузке продуктов на судно. Сговорились бунтовать. При очередной раздаче водолаз надел на голову старосте миску с горячей баландой. Началась драка. Сознаюсь вам: я бил ногами по ребрам и был счастлив.

Явилась охрана. Угрожая оружием, прекратили побоище. Мы потребовали начальника состава. Явился начальник, смекнул, что бунт не против охраны, никто бежать не собирается, рассудил толково: назначил старостой нашего водолаза. Картина враз переменилась. Бандюги притихли, болото переметнулось в нашу сторону. Раздачу пищи мы взяли под контроль, всех оделяли поровну, прижимали только бандюг, и они молчали.

В порту Ванино уголовных с большими сроками стали грузить на Колыму, нас оставили...".



По свидетельству Аллы Шашкиной, автора книги "Ванинская пересылка", в 1949 году на территории сегодняшнего райцентра было три зоны. Пересылка стремительно пополнялась заключенными после открытия навигации в мае. Их выгружали из вагонов и под охраной вели на взгорье, где сегодня здание администрации района и примыкающий к нему частный сектор. Тогда это место называлось Куликовым полем: сюда приводили прибывших, здесь проверяли документы, отсюда направляли в санпропускник и баню. После чего начиналось распределение по зонам, причем отдельно шли бандеровцы и власовцы, воры и "суки", хотя к ним добавляли и политических. "Суками" называли бывших воров, изменивших так называемому воровскому закону. Еще были "красные шапочки" - оказавшиеся в заключении прокурорские, милицейские, судейские чины.

Есть сведения, что в навигацию, которая длилась с мая по сентябрь, количество осужденных, доставленных в Ванино по железной дороге для отправки пароходами на Колыму, доходило до двухсот тысяч. В это трудно поверить, ведь в теперешнем райцентре, застроенном большей частью пятиэтажками, проживают 16 тысяч человек. Где размещалась масса подневольного народа? Чем его кормили?



Анна Денисова, в 1949 году работавшая в санитарном отделе транзита, вспоминала: "Заключенных содержали в ужасных условиях. В бараках - трехэтажные нары, работали много, а ели мало...". Валерий Янковский,автор публицистической книги, так описывал Ванино конца 40-х годов: "Странный городок на холме на берегу Татарского пролива, обнесенный высоким деревянным частоколом, наподобие старинного острога. Только, разумеется, с колючей проволокой поверх частокола...". Янковскому пришлось работать гробовщиком, и самым легким, по его признанию, был день, когда из горбыля было сколочено 13 ящиков.

А вот что рассказывал о первых днях пребывания в Ванино Александр Маринеско. "5 тюрьме многоэтажные нары, верхние полки на пятиметровой высоте. Теснота, грязь, картежная игра, воровство. "Законники" жестоко правят, но с ними еще легче. "Суки" хуже - никаких принципов. Хозяин камеры "пахан" - старый вор, тюрьма для него и дом, и вотчина. Но к нам, морякам, благоволил. Однажды я пожаловался ему: украли книгу - подарок жены. "Пахан" говорит: даю мое железное слово, через десять минут твоя книга будет у тебя. Но молодой карманник, тот, кто украл, приказа вернуть книгу уже не мог выполнить. Он ее разрезал, чтоб сделать из нее игральные карты. "Пахан" не мог сдержать слово и взбесился. По его приказу четверо урок взяли мальчишку за руки и за ноги, раскачали и несколько раз ударили оземь. Страже потом сказали: упал с нар. На меня этот случай произвел ужасное впечатление, до сих пор чувствую свою косвенную вину в смерти мальчика".



Крылов, Лунев и остальные

Рабочий лагерь размещался там, где сейчас железнодорожный вокзал и управление порта. Каждый день до пятисот заключенных работали на погрузке и разгрузке судов, возводили тогда еще бревенчатые пирсы. С 1947 по 1950 год бригадиром рабочего лагеря был Яков Крылов. Как он, воевавший с фашистской Германией и империалистической Японией, награжденный четырьмя орденами, оказался в заключении?

Судьба пехотинца Крылова схожа с судьбой подводника Маринеско. После войны Яков был назначен заместителем командира полка по хозяйственной части. Вышел приказ об оприходовании трофеев, к которым были отнесены продовольствие и вещевое имущество. Ревизия выявила как излишки, так и недостачу. Излишки оприходовали, а на каждый рубль недостачи произвели 12-кратный начет. Результат полагавшегося умножения для помощника командира полка вышел незавидный: недостача составила без малого сто тысяч рублей. Его осудили на шесть лет, лишив боевых наград.

В Ванино Крылов попросился в рабочий лагерь, где за ударную работу начислялись зачеты, а значит, была возможность сократить срок заключения. Его бригада неизменно выполняла план на 151 процент. Рабочий лагерь по сравнению с другими ванинскими лагерями отличался порядком. В его бараках можно было спокойно отдохнуть, написать письмо. После рабочей смены открывался буфет, где продавали папиросы и сладости. Хотя денег на руки выдавалось немного...

После трех лет образцового труда Крылов получил справку об освобождении. После выдачи паспорта надо было выбирать: или уезжать, или оставаться, но без промедления трудоустраиваться. С 15 июля 1950 года Крылов работал в порту как вольнонаемный, через год его назначили заведующим складом такелажа. Боевые награды вернули в 1974 году. Вместе с орденами Отечественной войны, Красной Звезды и Боевого Красного Знамени получил вторую медаль "За отвагу". Она не была вручена, поскольку он попал в госпиталь после успешной разведки боем 18 августа 1942 года.

Разумеется, Крылов и Маринеско знали друг друга. Вот что рассказывал Александр Иванович о работе в порту, после чего последовал на рыбозавод. "Когда нас стали переводить на лагерное положение, мы, моряки, попросились, чтобы нас всех вместе послали на погрузочные работы в порту. Работа эта тяжелая. Вскоре я стал бригадиром над 25 человеками, и наша бригада сразу стала выполнять более 150 процентов плана, это давало зачет срока один к трем. Меня оценило начальство за то, что я, как бывший торговый моряк, умел распределять грузы по трюмам. В бригаде меня тоже уважали, звали капитаном. Так я проработал несколько месяцев, затем меня выпросил у начальства директор местного рыбозавода. Малограмотный мужик родом из Николаева, отбывший срок и осевший в Ванино. Ему нужен был дельный заместитель. С ним было работать легко, и скажу, не хвалясь: я ему так поставил дело, что, когда подошел срок, он очень переживал мой отъезд, соблазнял райской жизнью и большими деньгами, предлагал вызвать в Ванино мою семью, но я не согласился. На рыбозаводе я был почти на вольном положении при деньгах, но держал себя в струне, ни капли в рот не брал, хотя временами было тоскливо. Очень скучал по семье".

О работе Маринеско в порту с теплотой отзывался Александр Лунев. Летчик, он прошел войну, был награжден, после войны женился, а в 1947 году его направили в Корею, где СССР противостоял США. Бочка с горючкой, отпущенная без накладной по команде старшего по званию, обернулась для него трибуналом, который присудил ему три года. В Ванино, где он попал в рабочий лагерь, за образцовый труд его перевели в бесконвойники. Александр вызвал жену, они сняли комнату. Как-то вместе стояли в районе рабочей зоны, и мимо проходил Маринеско. "Вот наш бригадир. Очень хороший человек", - так Лунев представил жене Александра Ивановича, и это случайная встреча осталась в памяти Анны Ивановны на всю жизнь.

Какие люди прошли ванинские лагерные зоны!.. Певица Лидия Русланова, поэтесса Ольга Берггольц, трубач и композитор Эдди Рознер. В спецвагоне была доставлена дочь маршала Григория Кулика, обвиненного в заговоре и расстрелянного в 1950 году.

А в чем заключалась вина Анны Громадской? В том, что она вышла замуж за Владимира Енукидзе - сына Авеля Енукидзе, крестного отца Надежды Аллилуевой, ставшей женой Сталина и покончившей с собой?.. Громадская была реабилитирована, разыскала детей, с которыми ее разлучили. Однако повзрослевшие дочь и сын не приняли ее как родного и близкого человека. И тогда Анна Михайловна возвратилась в Ванино, где валила лес, добиваясь трехкратного выполнения плана, чтобы сократить срок и скорее увидеть Дину и Сашу. Она вернулась в Ванино, чтобы начать жизнь с чистого листа...





Биография.

Родился Александр Иванович Маринеско 2 (15 — по новому стилю) января 1913 г. в Одессе в семье румынского рабочего Иона Маринеску, мать — украинка. Окончил 6 классов трудовой школы, после чего стал учеником матроса. За прилежность и терпеливость был направлен в школу юнг, по окончании которой ходил на судах Черноморского пароходства матросом 1 класса. В 1930 году поступил в Одесский мореходный техникум и, окончив его в 1933 году, плавал третьим и вторым помощником капитана на пароходах «Ильич» и «Красный флот».
В ноябре 1933 года был направлен на специальные курсы комсостава РККФ, после окончания которых его назначили штурманом на подводной лодке Щ-306 («Пикша») Балтийского флота. В марте 1936 года в связи с введением персональных воинских званий он получил звание лейтенанта, в ноябре 1938 — старшего лейтенанта. Окончив курсы переподготовки при Краснознамённом учебном отряде подводного плавания имени С. М. Кирова, он служил помощником командира на Л-1, затем в том же году командиром подводной лодке М-96. Первая командирская аттестация, написанная командиром дивизиона подводных лодок В. Юнаковым, отнюдь не была позитивной, читаем: «Дисциплинированный, к подчиненным требователен. К себе требователен недостаточно. Решителен, но малоинициативен… О подчиненных заботлив, но иногда бывает груб в обращении…»


Уже через год после того, как «малоинициативный и грубый» Маринеско принял подлодку «Малютка», она установила фантастический рекорд скорости погружения, всего за 19,5 секунд, тогда как по нормам полагалось 35! Многие командиры просто не верили этому! Кроме того, лодка Маринеско успешнее всех провела торпедные стрельбы и в 1940 году была признана лучшей на Балтийском флоте. Нарком ВМФ наградил Маринеско золотыми часами. В марте 1940 года его принимают кандидатом в члены ВКП(б), а в ноябре Маринеско присваивается очередное воинское звание — капитан-лейтенант. В выводах по аттестации за 1940 год записано: «Достоин назначения на подводную лодку типа «С». Может быть назначен командиром дивизиона лодок типа «М» XII серии.


Подлодка капитана Александра Маринеско вышла на встречу с противником через год после начала войны.
С 9 по 25 августа 1942 года «М-96″ совершает поход, в котором Маринеско одним залпом топит немецкий транспорт «Хелена» водоизмещением 1850 т, следующий с тремя сторожевыми кораблями, после чего успешно уклоняется от преследующих сторожевиков. На подводную лодку немцы сбросили более 200 глубинных бомб. За этот поход 13 ноября 1942 года он был награжден орденом Ленина, несмотря на исключение из кандидатов в члены партии и кучу взысканий.


11 ноября 1942 года «М-96″ получил задание – высадить диверсионную группу на побережье Нарвского залива. В конце года Маринеско восстанавливают кандидатом в члены ВКП(б) и присваивают очередное воинское звание — капитан 3 ранга. В его аттестации 1942 года отмечено: «Достоин продвижения на подводную лодку большего тоннажа». Маринеско направляется на учебу в Военно-Морскую академию в Самарканд (туда была переведена академия на время блокады Ленинграда). В его отсутствие «заговоренная» при его командовании «М-96″ погибает…



В апреле 1943 года капитан 3 ранга Маринеско получает под свое начало «С-13″.


Два года опальный командир Александр Маринеско не выходил со своим экипажем в море. И только осенью 44-го получает задание на патрулирование. Лодка столкнулась с немецким одиночным транспортом «Зигфрид» и атаковала его. Однако, годы простоя у пирса снизили мастерство моряков и торпедирование из подводного положения не достигло цели. Тогда «С-13″ всплыла, догнала транспорт и расстреляла его из артиллерийских орудий. Сама тактика догона и артиллерийский бой требуют высокого мастерства и храбрости не только от командира, но и от экипажа. Повреждения транспорта были такие, что он только в 1946 году вступил в строй. В ноябре 1944 года А.Маринеско наградили орденом Красного Знамени.


22 декабря 1944 года «С-13″ возвратилась в Ханко и стала готовиться к боевому походу в южную часть Балтики. Тогда-то и произошла история, описанная А.Кроном в повести «Капитан дальнего плавания».
В новогоднюю ночь он со своим боевым товарищем, тоже капитаном III ранга, сошел на берег в Турку и зашел в финский ресторан-гостиницу, где местные жители праздновали наступивший 1945 год. Маринеско с товарищами сел за столик, и они выпили за скорую Победу. Затем заспорили с музыкантами оркестра, которые отказались по их заказу играть «Интернационал», после чего едва не ввязались в драку с местными финнами. Чтобы разрядить взрывоопасную ситуацию, хозяйка ресторана-гостиницы, очаровательная шведка, увела русских офицеров к себе наверх. Маринеско остался у нее до утра. Утром приехал жених хозяйки, с которым она накануне поругалась и придя в ярость сразу сообщил куда следует. За Маринеско приехали и забрали. Делом живо заинтересовался СМЕРШ. Маринеско заподозрили в шпионаже в пользу противника, а за самовольное оставление корабля в боевой обстановке он должен был предстать перед трибуналом. Однако командующий флотом, все же дал ему возможность искупить вину в боевом походе. В него «С-13″ ушла с напутствием командира бригады подводных лодок: «Позор смыть кровью!».
9 января по 12 февраля 1945 года подводная лодка «С-13» вышла в море. В это время и произошло событие, получившее название «атаки века» ( «атакой века» назвали её англичане, а не русские) и вызвавшее в его оценке обширные споры и дискуссии.


30 января 1945 года в 21 20 на подходах к Данцигской бухте, командир подводной лодки «С-13″ обнаружил, преследовал и тремя торпедами потопил шедший из Данцига немецкий суперлайнер «Вильгельм Густлоф» (водоизмещение 25 484 т), имевший на борту свыше 8 тысяч человек.


По архивному документу – копии представления на звание Героя Советского Союза А.И. Маринеско, подписанной капитаном 1-го ранга А.Орлом 20 февраля 1945 года. В документе говорится, в частности: «30 января 1945 года, находясь на подступах к Данцигской бухте, командир «С-13» обнаружил, преследовал и тремя торпедами потопил шедший из Данцига немецкий лайнер «Вильгельм Густлоф» водоизмещением 25 481 тонна… В момент потопления на борту лайнера находилось свыше 8 тысяч человек, среди них 3700 обученных специалистов-подводников, которые следовали к месту назначения для использования в предстоящих операциях немецкого подводного флота. (Сведения о потоплении лайнера подтверждаются шведскими газетами и радиостанциями). Спасти удалось только 988 человек. Потоплением лайнера нанесен непоправимый удар по подводному флоту фашистской Германии, так как при потоплении погибло такое количество подводников, которого было бы достаточно для комплектования 70 подводных лодок среднего тоннажа».


В этом же походе 10 февраля «С-13″ мастерски атаковала и торпедировала вспомогательный крейсер «Генерал фон Штойбен» водоизмещением 14 660 тонн (перевозивший 3600 танкистов, которых хватило бы на укомплектование нескольких танковых дивизий). В совокупности Александр Маринеско по тоннажу потопленных вражеских транспортов и кораблей (42 557 т) оказался самым результативным из советских подводников. Обе атаки А. И. Маринеско совершил, прорвав сторожевое охранение. Он преследовал немецкие корабли на пределе возможностей работы двигателей субмарины, да еще в надводном положении, что смертельно опасно. Это был смелый и дерзкий выход к вражеским кораблям на минимально допустимую дистанцию торпедного залпа. Поэтому, командиру «С-13» не только простили прежние прегрешения, но и представили его к званию Героя Советского Союза. Однако, вышестоящее командование, учитывая предыдущие провинности, Золотую Звезду заменило орденом Красного Знамени.


Уже в настоящее время слышатся дискуссии о том, кем был Александр Маринеско. Герой или хулиган? Но в кругах подводников, он, безусловно, остается легендой.  Умер А. И. Маринеско 25 ноября 1963 года, был похоронен на Богословском кладбище. После смерти А. И. Маринеско его имя изъяли из обращения, о подвиге «С-13″ было запрещено упоминать. Когда судостроители обратились к Главкому ВМФ адмиралу С.Г. Горшкову с просьбой присвоить одному из кораблей имя Александра Маринеско, тот поставил свою резолюцию — «Недостоин».


Только через 27 лет, в 1990 году, после многочисленных представлений и ходатайств Главкома ВМФ адмирала флота В.Чернавина, члена Военного совета — начальника ПУ ВМФ адмирала В.Панина, ветеранов флота и широкой общественности Указом Президиума Верховного Совета СССР капитану 3 ранга Маринеско А.И. посмертно присвоили звание Героя Советского Союза.
У героя-подводника А. И. Маринеско был на войне свой неповторимый стиль. В море он поступал вопреки всем законам подводной войны и даже логике. Атаковал порой со стороны немецкого берега, с мелководья, а уходил от погони — к месту потопления. Лез в самые опасные места — потому что его там не ждали, и в этой нелогичности была высшая логика. Казалось бы — безрассудство. Но вот любопытный факт. На Балтике воевало 13 подводных лодок класса «С». Все они погибли, за исключением одной — под командованием А. И. Маринеско и под несчастливым номером — 13.



Источники: maxpark.com,  rus.ruvr.ru, вики