Читать далее...

- Правда, очень красивый туман? Вы простите, что я к вам обращаюсь, но мне кажется, вы меня поймёте, - обратилась ко мне незнакомая женщина.
- Очень лестно, но с чего вы так решили?
- Что вы делаете здесь этим ранним утром?
- Где-то же надо находиться…
- Обычно так не делают, вы меня понимаете? Не ходят в пять часов утра по туманным аллеям закрытого парка. Так вот, не спроста это всё.
Знаю, вы можете спросить меня в ответ, что я делаю здесь в это время,… но вы не делаете этого. И это тоже.

- тоже что?
- … Указывает на то, что вы меня поймёте. Понимаете, я ждала здесь одного человека, а он … не пришел.
- А обычно приходил?
- Не он. Другие приходили. Всегда. А он сегодня не пришел…
- Жаль. Вы гуляли с ними?
- Танцевали, - глаза девушки чуть прикрылись, - танцевали до рассвета.
- А вы не могли бы позвонить ему?
- Нет.
- Почему?
- Он умер.
- Тогда он больше не придёт.
- Я знаю. Сегодня не пришел, значит, больше не придет. Ему что-то помешало, вы понимаете? Он ушел без танца. Без музыки. Без меня. От этого мне так грустно.
- Он ушёл вчера ночью?
- Да. Откуда вы зна… - девушка осеклась, боясь порвать нить разговора.
- Он танцевал прошлой ночью. Со мной…
- Правда?…
- Да. Танцевать можно только один раз. Вам ли не знать?..
- Я знаю. А я?
- Вы тоже гуляете по туманным аллеям закрытого парка в пять часов утра.
- Слышите музыку?

Ритмично и гулко по мокрому асфальту застучали каблучки. Я протянула руку.
Холодный осенний ветер разогнал последние клочья тумана, последние отзвуки эха, что кружили в полуоблетевших ветках лип. А был ли здесь кто-нибудь?

Если к лемыши долго никого не приходит, у неё заезжает ум за разум, и она пишет.
Читать далее...

Дышит мёртвыми веками
Воздух братских скотобоен
Свет огней за облаками
Красноват и беспокоен

Лёгкий запах мокрых перьев
Гулкий стук, дыханье ветра
Остро чует сердце зверя
Через боль и километры

Через дверь пройду неслышно,
Полуночница немая,
Тень большой летучей мыши
Не заметят, не поймают

Люди заняты игрою,
Тихо спят в своих палатах
Я крылом тебя укрою
Что им дело до крылатых?

Тихо сердце поцелую
Прикоснусь рукой туманной
Выпью боль твою гнилую
Из глубокой чёрной раны

Серым змеем литься будет
Холод мертвенный по коже
Если нас увидят люди,
То Господь им не поможет

Тот, кто стал всему виною
Не порвёт завесу ночи
Обойдёт нас стороною
Не поранит. Не захочет.

Я исчезну на рассвете,
Бросив шалью тень на плечи
Может быть.. На этом свете
Крылья мыши тоже лечат...

Дым от свечи пронизали лучи золотистые
Время как будто застыло на стыке минут
Ты накрываешься тенью, как шалью пушистою
Чувствуя кожей: сейчас за тобою придут
Мысли ползут в голове ядовитыми кобрами
Им надоело искать отходные пути
Кто-то стучит лапкой в дверь у тебя между рёбрами
Ты замираешь от мысли: уже не уйти
Ты заползаешь в глубокое кресло уютное
Тщетно пытаясь вплестись в паутинут рутин
Чтобы не видеть, как время глотками-минутами
Пьют почерневшие рты бесконечных картин
Смотрит из ртутного зеркала дама из платины
Чуть улыбается, шепчет чего-то в бреду
Руки твои покрываются пепельной патиной
Тонут как белые звери в зелёном пруду
Скоро забудешь печаль и ненужные хлопоты
Тело опутает сеть золотистых рисниц
Душу затянет в глубокие тёмные омуты
Влажных наполненных кровью усталых глазниц
Ты не заметишь, как станешь подводною пленницей
Тихой безропотной женщины с тенью лица
Только судьба твоя странная вряд ли изменится
Так ты и будешь сидеть в ожиданьи конца

Вроде, я ещё не уехала
И вокруг всё как прежде, но
Расползается жизнь прорехами,
Утекает водой сквозь дно
Через пальцы мои натёртые.
Не боюсь я его страну
Примут там меня с распростёртыми
Люди примут и Сатану...
Не сдержать теперь обещания
Вот и холод ползёт под дых
Вот и ветер свистит в прощание
На бутылках моих пустых
Я руками, в туман одетыми
Его глажу, пока ты спишь
Чтобы песни шептал неспетые
На развалинах старых крыш.
И опять пустота безмерная
Ледяная в душе игла
Я, придумала всё, наверное,
И сама себя извела.
Чего жаждала, то и сбудется
Я сама себе злобный маг
Всё когда-нибудь, да забудется
Будет холодно просто так.

По закатному небу чистому
Сквозь огонь золотой прилечу
Тихо в шкуру уткнусь пятнистую,
Морду спрячу и помолчу.
Чтоб под лапами мая-месяца
Слушать сны, когда все уснут,
Про погони по тёмным лестницам,
Про загадочную весну.
И на что-то ещё надеяться
В рыжем свете ночной свечи,
Дожидаясь пока развеются
Мысли тёмные - палачи.

Я накрылась одеялом,
Завернувшись в полумрак.
Снова дома я застряла,
И не выбраться никак.

Тени-птицы прилетели,
Опустились мне на грудь
Не поднятся мне с постели,
Не проснуться, не заснуть.

Хризолитовые ветки,
Золотистая весна
Я застряла, точно в клетке,
Между днём и миром сна.

Посреди многоэтажки
Как на воздухе держусь?
Вот бы окна на распашку,
Только что-то я боюсь.

Стены маленькой квартиры,
Пол паркетный, потолок
Отчего в душе вампира
Легкий праздник - невдомёк.

В тесных узеньких окошках
За бельём таится быт
Посмеяться бы немножко
Хоть от счастья, ходь навздыд

Солнце нежится в деревьях
Яркой россыпью огня
Кто сказал, что там за дверью
Это всё не для меня?

Скоро будет наночьглядя
Скоро я её дождусь
И тодга уж шутки ради
Даже, может быть. проснусь...

Море лечит обнажённый
Сонный берег обожжённый
Чёрным пламенем заката
Опалённый

Аромат цветов восточный
Лижет ветер полуночный
Терпким запахом разврата
Опоённый

Вечный сумрак под луною
Беспредельной глубиною
Обволакивает тучи
И глотает

Спи, бездонная пучина,
Первозданная причина
Нашей сущности, мы лучше
Полетаем.

Дремлет пыльная Анталья
И мерцающею далью
Горизонта делит полночь,
Час порока.

Сквозь увитые ограды
Под листвою винограда
Мы летим с тобой на помощь
К одинокой.

В полутьме турецкой ванной
Сладкой кожи запах странный
Капель стук неторопливый -
Время дышит.

Да роняют блики свечи
На изнеженные плечи
И орнамент прихотливый
В тёмной нише.

В глади мраморной купальни
Отразился глаз миндальный -
Будто лезвие из ножен
Вынимает...

Недоступны её взору,
Мы сливаемся с узором
Взгляд глубокий насторожен –
Сердце знает.

Нежно глажу пальцем руки
Горький запах скрытой муки
Долго ль ты её за дверцей
Запирала?

Долго ль тихо, день за днями
Темнотою и огнями
Своё раненое сердце
Омывала?



Тьма по-прежнему струилась
Ничего не изменилось
Мы уплыли сквозь эмаль –
Она осталась.

Лишь металось эхо крика
Да багровая гвоздика
В тёмном омуте купальни
Распускалась.

Лёгкий пасмурный вечер чуть дышит и,
Обтекая мир тихой рекой,
Полумёртвые ветви застывшие
Нежно гладит туманной рукой.
Что бы им пережить не пришлось, они
Замирают во сне до весны.
Я хочу в летаргию до осени
Изучать свои долгие сны.
Растворились в стекле, чтоб не маятся
Разноцветно- чужие огни
Темный ветер, что в кронах шатается,
Невпервой мы остались одни.
Так и будем с тобою скитальцами.
Ветка снова мой взгляд привлекла:
Всё царапает тонкими пальцами
По туманным разводам стекла...
Снова холодно мне. Поделом оно.
Нече ползать в запретные сны.
Своей лапкой, такой же поломанной,
Поскребу ей с другой стороны.

Сердце рвётся на волю, всего знобит,
Тело бьется в экстазе, пугая невежд
Ты пошёл сквозь завалы бетонных плит
По осколкам разбитых пустых надежд.
Путь не стал выбирать из чужих путей,
Чтоб не знала о нём ни одна душа
Ты оставил людей на съеденье людей
И пошёл через стены не спеша.
Тех, кто тихо ступал за твоей спиной,
Духи ночи в ловушки завели
Все попадали в ямы с гнилой водой,
Глубиною до центра больной земли.
Танцевал, пока в облако не упал
На канатах тонких стальных проводов
Тот, кто видел твой танец - погибал
Нет свидетелей, значит, и нет следов.
Но зачем же смущать их усталый взор
Мрачной тенью на фоне реклам шальных?
Ведь зовёт на свободу морской простор
Ароматом далёких земель иных.
И, разрезав тугих проводив металл
В тёмном вихре растрёпанных облаков
Крылья по ветру тихо ты распластал
В вышине растворился и был таков.
Ты пером касаешься волн морских,
Улетая от красных глаз-фонарей
Что горят на вершинах труб заводских
От людской вражды улетай скорей...
Вдаль унёс твои перья ночной прибой
И следы на песке борей затянул
Ты теперь свободен, ты стал собой.
А мой мёртвый взгляд в пене волн утонул.

Кровь стекает с бледных холодных лап
Всё путём, о чём же ещё мечтать?
Я себе не холопка, я - сатрап.
Ну-ка, прекратила мне здесь страдать!
Всё по-прежнему. Может, душа черней
Ну и что мне до этого пустяка?
Может, шрамы стали видны сильней
Красота - потеря не велика.
Тихий стих, что был шума вод нежней
Стал похож на скрежет и хриплый стон
Правда жизни, братцы, всегда важней.
Хорошо быть монстром со всех сторон.
Вырасли шипы из моей спины
Чешуёй покрылись мои бока
Нету больше страха и нет вины
Адский пламень - плата не велика.
Встал на сильных лапах во весь свой рост
Белый огнедышащий дракон
Отливает сталью могучий хвост
Запах крови - лучший одеколон
Ныне куда хочешь - туда лети,
Задевая крыльями облака
И преграды нет на моём пути.
Дух и совесть - жертва не велика!
То, что адским пламенем горит
Не зальшь водою, держу пари
Ничего, что страшная на вид,
Но зато горячая внутри.

Разум спит. Одни чудовища
Из сырой земли рождаются,
Да по миру расползаются...
Строят жуткие гнездовища,
Перемалывая лес в муку.
Всё роятся в серой сырости,
Всё из плеч мечтают вырастить
Крылья белые, да бестолку.
Да куда уж им? Все люсые,
Да кривые, да безгласые,
Как из сказок нерассказанных,
Из рассказов ненаписанных...
Но рассказывают вымыслы,
Будто был один пупырчатый
С кожей липкою волдырчатой,
У него-то крылья вырасли.
Крылья цвета нежной радуги...
Но не скрылся он от глаз-ушей:
С корнем вырвали их сразу же,
Чтобы ползать не мешал другим.
И с тех пор они, бывалые,
Ничего уж не пытаются,
Лишь всё глубже забиваются,
В снах угрюмых забываются,
От себя бегут, усталые,
Но нигде им нет спасения.
Век их короток на счастие,
И не долго будут клясть они
Свой злосчастный день рождения.

Я забыла о старых снах
В коридорах пустых квартир
В древних треснувших зеркалах
Наблюдаю твой странный мир.
В глубине потайных озёр,
Где живут серебро и ртуть,
Растворился мой мутный взор
Рвутся чёрные птицы в грудь.
Серо-пепельная земля
Со щетиною рёбер-спиц
И останками корабля,
В переломанных перьях птиц
Бледный странник по ней идёт
Чтоб лучом его пропороть,
Солнце красное светом рвёт
Обожженного неба полть.
И кровавою бахромой
Струпья чёрные в небесах
Разверзаются надо мной,
Ветер мечется в волосах,
Тварь больную на части рвёт:
Непонятно, где глаз, где пасть.
Что-то тихо она поёт
Видно, хочет с небес упасть.
Твари с вывихнутой спиной
Расползлись по вонючим рвам.
Быть крылатыми не дано
Тихим проклятым существам.
Электрические столбы
Пригибаются как ковыль
Ловко мамонты на дыбы
Поднимаются… Всюду пыль…
И опять я иду одна
В коридоре среди зеркал
В переулки другого сна
Сна, в который ты не попал.

мой дом
Город водит нас по улицам,
Где заводы в дымке курятся,
Где дома недобро щурятся
Миллиардом сотен глаз.
Мы с тобой навеке пленники
В бесконечном муравейнике,
И не скинуть нам ошейника,
Нету выхода у нас.
Знаком времени помечены,
С этим миром мы обвенчаны,
И по улицам изменчивым
Гнать нас миру суждено.
Тяжко дышит он, калеченый,
Силой зла очеловеченный,
Человеком изувеченный,
Насмерть раненый давно.
За детей своих наказанный
Чёрной кровью перемазанный
Весь обмотанный да связанный
Скотчем пепельных дорог,
Сжатый камнем, точно спрутами,
Смогом сумрачнум окутанный,
В провода навек запутанный,
Чтобы выбраться не смог.
Полночь, чёрная кудесница,
Режет душу тонким месяцем
Может, взять нам да повеситься
Вниз башкой вдали от глаз?
Чтоб наш мир, в асфальт обёрнутый,
Кверх ногами перевёрнутый
Да на тросах кранов вздёрнутый
Развернулся хоть для нас.

В не вполне осознанном детстве я видела какой-то фильм , вернее куски из него. Смотрели мои родители и периодически выгоняли меня из комнаты, ибо фильм страшный, а я ещё маленькое.
Только я снова приходило.
Как он назывался - я не знаю.
Но с тех пор сны про него снятся.



Синим бархатом укутала
Полночь небо над страной,
Все дороги перепутала,
Не добраться мне домой.
Город спит, во тьме забывшийся
На холодной мостовой
То ли в кому погрузившийся,
То ли вовсе неживой.
Как уж Клото да Атропушка
Написали на роду,
Неизведанною тропушкой
В вечность тёмную бреду.
Блещут трубы водосточные
Лунным светом льётся сталь,
Точно ртуть бежит проточная
С крыш покатых на асфальт.
Все дома полуразрушены
Двери - настеж, окон нет;
Лишь колонны ветер слушают
Да недобро смотрят вслед.
В темноте ищу, усталая
Шарик мой, забытый в снах,
Что когда-то потеряла я
Здесь играя на камнях.
Вновь во тьму куда-то кинула
Его брата - близнеца
Чтоб нашлись иль вовсе сгинули
Их белёсые сердца.
Пусть шарахаются пьяницы,
Я-то знаю наперёд:
Мрамор к мрамору притянется,
Брат сестру свою найдёт.
Обернулась - чувство странное -
В сердце боль, что не ясна.
Вся опутана лианами,
Белым светится стена.
А из ниши, как обещано
Чтоб людей окутал страх
Смотрит призрачная женщина,
Держит шарики в руках.
Её плечи чуть опущены,
Кожа нежная бледна.
Вдруг я чувствую грядущее:
Умереть обречена.
Затянулось небо тучами,
Подошла она ко мне
И, с улыбкою измученной
Вверх полезла по стене.
Крылья ночи распластала я,
Чтоб лететь за нею вслед,
Но к кровати с одеялами
Пригвоздил меня рассвет.
Снова сумерки извечные
Снова белая луна
Ночь сбежала незамеченной,
Прихватив остатки сна.
Уплыла лихая за море
По угрюмой по реке...
Лишь два шарика из мрамора
Мне оставила в руке.

Наконец в душе покой
Оторвались от погони
Я холодною рукой
Грею нежные ладони

То чуть слышен скрип петель
Двери тёмной древесины,
То, вздыхая в пустоте,
Стонут струны клавесина.

Чуешь запах темноты?
Видишь пыльные портьеры?
Это прошлое, куда
Не добрались лангольеры.

Нас никто здесь не найдёт:
Мы в моём воспоминаньи
Растопился в сердце лёд
Слушай песню-заклинанье:

Приходи в рассветный час,
Когда звёзды будут гаснуть
Прочитай пароль негласно,
Что известен лишь для нас;

Чтобы не попасть впросак,
Перед тем, как я растаю,
Tы подашь мне тайный знак
Тот, который я узнаю.

Посмотри, как в том луче
Сонно кружатся пылинки,
Легкой тенью в светлой дымке
Вальс танцуют на плече.

Исчезаем в темноте,
Но уже не важно это,
Ощущение рассвета...
Связь времён в моей мечте.

Шатаясь, идут тела
Бредут через зимний бред
Из мутного орг-стекла.
Слоистые, как бинты,
Висят облака. Кружит
Ошмётками темноты,
Клочками чужой души
В них чёрное вороньё.
Золою былой мечты
Летит на лицо моё
Из сумрачной прустоты
Белёсый промокший снег.
Не тая, ползёт слезой
По складкам усталых век
Опять я иду домой.
Товарные поезда
Уходят. Посёлок спит,
Запутанный в провода.
В тумане навек забыт.
И та одинокая тварь
За мною идёт по пятам
Сквозь мягкую серую хмарь
По мокрым моим следам
По брошеным пустырям,
Заросшим бурьян-травой
Мелькая то здесь, то там,
Крадётся в снегу за мной.
Находит она мой след
В бессонные серые дни
Плетётся так много лет,
Гони её, не гони...
Когда как весенний лёд
Растаю среди дворов
Она ко мне подойдёт
И с пальцев оближет кровь
Безмолвно меня поймёт,
Не глядя в мои глаза,
Отчаянье и боль возьмёт
И тихо уйдёт назад.
И хочется убежать,
Бесшумно шагнуть за борт,
Уйти невсегда, не ждать,
Пока эта тварь придёт
Но знаю, ведь прилетит,
Невидимая для глаз,
Посмотрит... И всё простит,
Понюхав в последний раз.