В начале XIX века в Европе возрос интерес к экзотическим странам. И чем дальше была страна, тем лучше. На этой «романтической» волне в Старом Свете то и дело появлялись самозванцы, утверждавшие, что они – выходцы с экзотических островов. Одной из таких была авантюристка Мэри Бейкер-Уиллкокс, выдававшая себя за принцессу Карабу…

Девушка выглядела уставшей и больной. Бедный сапожник заметил ее, бредущей по дороге возле Бристоля. Он бы не обратил внимания — мало ли нищенок бродят вблизи городов, выпрашивая милостыню.

Но было в незнакомке что-то необычное: хотя ее одежда и была грязной, она не походила на обноски обычных попрошаек, а на голове девушки был надет пестрый тюрбан. Когда сапожник спросил у путницы, нужна ли ей помощь, она ответила ему на незнакомом языке.

На дворе стоял апрель 1817 года. Не зная, к кому обратиться и как помочь растерянной незнакомке, сапожник отвел ее к приходскому попечителю по призрению бедных Самюэлю Уорэллу.

Уорэлл привык иметь дело с нищими, но такой случай был и для него в новинку: девушка не знала ни слова по‑английски, зато узнала нарисованный ананас. Она указала на него пальцем и четко произнесла: «ananas». Это следствию не слишком помогло, ведь так это растение называется на многих языках.

Эдвард Бэрд «Карабу, принцесса Явасу». 1817 г.

Все, что Уорэллу удалось понять, так это то, что девушку зовут Карабу и она явно не англичанка. Понятия не имея, что делать с Карабу дальше, Уорэлл передал ее властям, а те, в свою очередь, поместили ее в больницу Св. Петра, предназначенную для бродяг и бедняков.

Судьба потерянной могла бы сложиться совсем печально, если бы ее лепет случайно не услышал португальский моряк. «Я знаю, что она говорит!» — сказал он и перевел слова Карабу. Она рассказала, что она принцесса крошечного королевства, затерянного на острове в Индийском океане.

Ее пленили пираты, но в Бристольском заливе девушке удалось прыгнуть за борт. Проделав долгий путь до берега и выбившись из сил, она все-таки спаслась.

Позже ее историю записали так: «Принцесса Карабу родилась на острове Явасу в Индийском океане. Она была дочерью некоего высокопоставленного лица, китайца по происхождению, и „модинки“ (малайской женщины), позже убитой во время столкновения „бугу“ (каннибалов) с малайцами.

Однажды она прогуливалась в саду своего отца на острове Явасу, когда её выманили наружу несколько „самин“ (женщин), а далее она оказалась в руках пиратов под командованием некоего Чи-Мина. Связанную принцессу отправили на корабль,причём отец пустился за ней в погоню и сумел поразить стрелой одну из женщин-пираток.

Сама принцесса, освободившись, расправилась с двумя из похитителей, заколов одного из них насмерть малайским крисом и серьёзно ранив другого. Жизнь ему смог спасти только местный „джасти“ (врач).

Факсимиле принцессы — язык и письменность острова Явасу.

Через несколько дней пленная принцесса была продана капитану Таппа Бу. Шлюпкой её доставили на бриг. Корабль этот плыл затем в течение четырёх недель, потом в каком-то порту принял на борт четырёх женщин-путешественниц и высадил их ещё через пять недель в другом неизвестном порту.

Потом корабль отправился в Европу и добрался до берегов Англии ещё через одиннадцать недель, но принцесса, доведённая до отчаяния дурным обращением, прыгнула за борт и вплавь сумела добраться до берега.

Далее она сумела обменять (видимо, на еду) свою украшенную золотом одежду и тюрбан у английской женщины, живущей в зелёном доме, и получила вместе с тем рубашку и шаль, в которой она явилась в Глостершир. И вот, наконец, после шести недель скитаний она обрела крышу над головой».

Ее высочество

Власти, узнав, что в их руки попала королевская особа, пусть даже с далекого безымянного острова, быстро выпустили ее из тюрьмы. Так как поселить ее было негде, девушку взял под свое крыло Уорэлл. Миссис Уорэлл быстро окружила Карабу своей заботой. Она познакомила ее с местными джентри, и принцессу приняли тепло.

Ей принесли ткани, и принцесса соорудила себе причудливую одежду с рукавами до земли, широким вышитым поясом и тюрбаном.

Всех завораживали ее странные привычки, совершенно не характерные для девушки XIX века. Она отлично стреляла из лука, умела фехтовать, нагишом плавала в озерах, молилась «Аллах Таллах», одной рукой закрывая свои глаза, и пила и ела только из посуды, которую вымыла своими руками.

Слуги дома Уорэллов, да и не только они, поначалу скептически отнеслись к незнакомке, считая ее не больше чем авантюристкой. Но принцесса играла свою роль блестяще: она ни разу не перепутала слова и не сбилась на другой язык, даже во сне она бормотала на своем наречии.

А еще ее возили в Лондон, где художник написал ее портрет. Который и стал причиной ее разоблачения.

Из принцессы в нищую

Судя по всему, Карабу все же боялась разоблачения, потому что однажды даже пыталась бежать из дома Уорэллов. Безуспешно, впрочем. А после побега она заболела тифом и несколько дней находилась между жизнью и смертью.

В это время ее портрет появился в газете, и его узнала некая миссис Нил. Женщина рассказала, что на портрете никакая не принцесса, а Мэри Уиллкокс, по мужу — Бейкер. Обыкновенная дочь нищего сапожника из Девоншира. Мэри, по ее словам,служила в нескольких домах и снимала комнату у миссис Нил, развлекая ее детей языком собственного сочинения.

Деваться было некуда, и Мэри Бейкер созналась в своей выходке. Интересно, что она никогда не использовала свою ложь ради наживы, потому что во время побега даже не пыталась забрать с собой дорогие подарки или драгоценности из дома Уорэллов. Все говорило о том, что Мэри просто была наделена удивительной фантазией, из-за которой весь окружающий мир казался ей тесным.

Мэри неохотно говорила о своей жизни прислугой и каждый раз меняла свой рассказ так, что даже тем, кто знал ее, не удавалось определить, где правда, а где вымысел. Скорее всего, Мэри была дочерью нищего сапожника, и в самом нежном возрасте ей приходилось работать, не покладая рук.

Когда Мэри подросла, она нанялась прислугой в богатый дом. Работа показалась ей слишком тяжелой, и она даже собиралась повеситься, но «голос свыше» остановил ее.

Рассказы Мэри пестрели яркими подробностями, и отличить правду от вымысла было невозможно: в них появлялись бандиты и клятва на кинжале, внебрачный ребенок и цыгане. Ее бывшие работодатели называли ее девушкой «необузданной и странной».

Торговка пиявками

Рассерженные и опозоренные, мистер и миссис Уорэлл отправили бывшую принцессу на корабле в Америку. Спустя несколько лет девушка вернулась в Англию и пыталась зарабатывать публичными выступлениями в роли принцессы. Но интерес к Карабу успел улетучиться, знаменитой Мэри так и не стала. В конце концов Мэри осела в Бедминстере и вышла замуж.

Ещё один сохранившийся портрет «принцессы Карабу»

«Последнее, что мне довелось о ней слышать, — отметил городской библиотекарь Джордж Прайс, — было то, что она вышла замуж и окончательно осела в этом городе,где провела остаток жизни, окончательно остепенившись и сделавшись поставщицей пиявок в Бристольскую больницу, причем сама же и ставила их по желанию пациента».

В наши дни Мэри могла бы стать писательницей, актрисой или режиссером — ее фантазия не знала границ. Родись она в другую эпоху или в другой семье, все могло бы сложиться иначе.