http://www.odnako.org/blogs/show_22417/

от 06 декабря 2012 Авраам Покой

 

В любую эпоху существуют доверчивые люди, принявшие её за вечность. Когда эпохи меняются -- они переживают кризисы. Это печально, но в большинстве случаев излечимо.

Куда страшнее, когда современники начинают принимать за вечных существ себя. Обычно эту болезнь подхватывает т.н. европеизированный класс, то есть нечто удобно закуклившееся на энергосберегающей должности и в энергосберегающем семейном положении. Их легко опознать по среднестатистическому монологу. "Я научилась ценить стабильность. -- сообщают они. – Деньги платят небольшие, но кредиты отдаю, каждый год со своими девчонками в Австрию мотаюсь на специальный курорт. Их там выгуливают, играют с ними, шерсть в порядок приводят..." Далее, как правило, начинается перечисление лекарств, с помощью которых им удаётся поддерживать эту вечность в последние два года.

Эти современники совершили несомненный прорыв в отношениях с жизнью. Потеря смысла существования – всю предыдущую историю считавшаяся главной бедой для разумного существа – сегодня рассматривается ими как небольшой побочный эффект счастья.

Больные описанного типа в каком-то смысле уже адаптировались к вечности. Они ничего толком не планируют делать как в ближайшие сорок миллиардов лет после своих похорон, так и в ближайшие сорок лет до них – и рады тому. Фактически их смерть уже наступила – но они продолжают обсуждать новости, покупать сапожки и шарфики, ездить в Австрию с собаками и даже порой участвуют в благотворительности, давая деньги на хосписы.

Причина такой странной мутации живого человека в доброкачественный невус – очевидна. Едва городская цивилизация Земли развилась до уровня, на котором одиночка или группа одиночек может комфортно пересидеть собственную полезность, – в рядах Человечества начала массово распространяться идея т.н. "Овечности" (обидный термин, произведённый от слов "вечность" и "овца").

Если коротко, то Овечность заключается в отрицании времени -- с одновременной безоговорочной капитуляцией перед ним.

Эту мысль необходимо изложить подробнее.

С точки зрения здорового человека жизнь – поразительно краткий путь из полного беспамятства к полной неизвестности. На этом пути нужно успеть очень многое, обеспечив как можно более надёжное продолжение жизни. Этой цели служит как обычная человеческая любовь с детоводством, так и научная деятельность, а также создание рукотворной красоты, починка «газелей» и просветительство. Полезными для продолжения жизни могут оказаться и парикмахер, и даже журналист – в зависимости от того, какую цель они преследуют, обрабатывая головы современников. Итогом жизни, проведённой здоровым человеком, становится развеянное по всей его родне, друзьям, городу, стране и миру улучшение – местами, возможно, неуловимое, но от того не менее реальное. И покуда человек здоров и жив – он осознанно или интуитивно ощущает волшебное чувство своей полезности. Оно делает его счастливым – даже тогда, когда он сам в этом не признаётся.

Современник же, подхвативший овечие любой тяжести, норовит освободиться от времени. Он пытается напрямую, прямо из своей уютной икеи, подключиться к вечности. Он желает выпрыгнуть из биографии и впасть в приятный сомнамбулический дзен, который принимает за просветление. Избегая сверхусилий и выращивая бонсаи, овечный больной искренне уважает себя за уравновешенность и мудрость. Он любит величать своё состояние «стабильностью» -- хотя на самом деле в этом безвозвратном проедании драгоценных дней в комфортной обстановке не больше стабильности, чем в установлении личного рекорда по энгри бёрдз в падающем самолёте.

Если в больном ещё теплится остаточное чувство времени -- то он внушает себе, что «уже сделал всё, что нужно» -- или, напротив, что «ничего не может сделать». В обоих случаях время он для себя объявляет остановившимся.

В особо запущенных вариантах -- человек вообще не вспоминает о существовании времени, пока над ним не грянут сердечно-сосудистые литавры или вкрадчиво не заползёт на колени онкологическое напоминание: время есть, и оно отлично помнит о нём. Тогда больной вспоминает о быстротечности жизни – но и её пытается по привычке использовать для легализации своей овечности, объявляя, например, что «он ни о чём не жалеет» (как будто это имеет значение) или что «он готов встретить свою судьбу» (как будто его готовность играет какую-нибудь роль).

Процесс превращения человека в упрощённого дачника мироздания приводит к закольцовыванию всех устремлений. Целью существования больного становится обеспечение максимально ненапряжных условий существования, целью которого, в свою очередь, является обеспечение максимально ненапряжных условий существования. Уже в силу этого овечность является врагом истории и прогресса.

Но овечность опасна не только тем, что сжигает зря миллионы и миллиарды жизней. В результате их бесполезного тления в ноосфере накапливается парниковый эффект – и овечные больные начинают диктовать условия здоровым. Так за прогресс и процветание начинает выдаваться разнообразие способов скрасить фальшивую вечность – после чего отрезвлять сачкующие общества приходят какие-нибудь глобальные катастрофы или нашествия варваров.

...В качестве универсальной профилактики и индивидуальной терапии овечности на ранних стадиях рекомендуется ношение наручного хронометра, негромко, но внятно тикающего и показывающего точный возраст носителя вплоть до секунды.

Часто помогает.