(часть первая)

Почему Андрей Васильев решил сменить родину.

  Андрей  Васильев 

Многолетний главный редактор российского «Коммерсанта», бывший руководитель программы «Время», продюсер скандального телепроекта «Гражданин Поэт» журналист Андрей Васильев рассказал порталу Delfi о главном внутреннем мотиве Путина, героях Луганска, вероятности сценария «латгалиянаша» и о том, когда стало ясно, что назад пути нет.

В 1977 году студент Андрей Васильев и школьник Миша Ефремов снялись в фильме «Когда я стану великаном»: Андрей сыграл плохого мальчика, Миша – хорошего. С тех пор дружба сохранилась. Как и расстановка сил. Миша может творить, что хочет, но он – хороший. Андрей никогда не скрывал своих дурных помыслов, но и ему все сходит с рук. Возможно, подкупает искренность и ирония к самому себе.

Долгие годы Васильев рулил в самом влиятельном российском издательском доме «Коммерсант» и был признан медиа-менеджером десятилетия. С его мнением считались в Кремле и в олигархической верхушке. В свободное время он блистал в эпизодах театральных и кинопроектов. В том числе, в картине по Пелевину «Поколение Пи», в которой был одним из продюсеров. В конце года Васильев отснялся в роли «мента позорного» в новой картине Гриши Константинопольского, где главные роли сыграли Миша Ефремов и сын Андрея Макаревича Иван.

В 2011 году Васильев покинул медийный бизнес и запустил проект «Гражданин поэт», в котором Дмитрий Быков (ученик Васильева еще со времен «Московского комсомольца») писал стихи на злобу дня, а Михаил Ефремов исполнял их в образах классиков. Главными героями памфлетов стали Путин и Медведев.

С «антисоветскими» концертами по мотивам «Гражданина поэта» и последовавшего за ним «Господина хорошего» Васильев с командой разъезжает по городам и весям до сих пор – примерно раз в месяц. В остальных же случаях старается как можно меньше времени проводить в России, предпочитая Америку–Европу и, особенно, Юрмалу, где 8 лет назад купил квартиру.

Тем не менее, шенгенский визовый режим обязывает Васильева проводить некоторое время в первопрестольной: «Пока в России работал, то по этому поводу особо не парился (на заграницы 180 дней в году хватало с перебором), а тут уж измучился весь, – признался он. – Но скоро все это закончится, потому что уже в октябре я буду… евреем. Гражданство израильское приму. Вместе с мамой. У меня ведь бабушка – Розалия Абрамовна. Так что все хорошо».

После встречи с Путиным думал: в кои-то веки повезло

– Последнее время вы в России – не частый гость. Что так?

– А никакого интереса к этой стране у меня нет. Теперь уж совсем. Когда был журналистом, как-то не задумывался об этом. Жену-детей кормить надо, а если профессия связана с русским языком, то никому ты, кроме России, нахрен не нужен. Березки не обнимал и уезжал при любой возможности, но в новостях честно сидел по 12 часов в сутки. И убедил себя, что люблю это дело. Иначе – ад. Потом в «Гражданине поэте» два года пахал еще больше. Когда же понял, что стрельба закончена, прижало…

– Неужто никогда родину не любил?

– Конечно, когда маленьким был, пел «то березка, то рябинка», «край родной навек любимый». Я ж не выродок какой-то! Разочарование наступило, когда стал читать Солженицына и прочую диссидентскую литературу. Пробило. Хотя моей семьи гулаги не коснулись. Дедушка, упертый коммунист, как-то странно был репрессирован в 39-м году на месяц. До сих пор не знаю, почему его выпустили. Может, заложил кого?

Не могу сказать, что дико был влюблен в Горбачева или Ельцина, видел и у них много лажи, но конец 80-х и 90-е – это было мое время. Когда штурмовали Белый дом, и все газеты, кроме «Красной звезды» с «Правдой», запретили, я выпускал антигэкачепешную газету «Не дай Бог» – два с половиной дня не спал. Меня должна была сменить Ксения Пономарева, но тут путч кончился. И сразу пришлось начать выпуск «Коммерсанта». Я еще тогда сказал: вот комуняки, козлы, даже отоспаться не дали.

В жизни началась движуха – народ стали выпускать за границу, появился какой–то бизнес, народ советский работать начал, к чему никогда не был привычен, а тут дали понять, что как потопаешь, так и полопаешь… Считаю, что и кризис 98-го года очень полезным был – для экономики и для людей, многим мозги на место вставил…
Голосовал я всего раз в жизни в 96-м, когда была реальная угроза прихода коммунистов к власти. И в те годы еще не противно было в России жить.

– Кто же так развернул к избушке задом? Путин?

– Когда он (тогда еще и.о. президента) в первый раз с нами, главными редакторами, четыре часа общался в Кремле, он мне понравился – клевые и здравые вещи говорил: что не будет передела капитала, пересмотра приватизации… На самом деле, мысли эти внушил ему Березовский, но это я потом узнал, а тогда подумал: «В кои-то веки повезло России с президентом!» Путин умеет производить впечатление – их там в КГБ учили, наверное, искусству вербовки.

– Все редактора вышли под впечатлением?

– Нет, были дремучие козлы, типа Егора Яковлева, которые злились – Путин им казался слишком прогрессивным.

– Никого не насторожило, что президент – родом из КГБ?

– Нет. Хотя, конечно, вопросы на эту тему были. Через какое-то время Путин выступал на юбилее КГБ и пошутил: «Задание по входу во власть выполнено!» Теперь-то мы понимаем, что никакой это не юмор был. Но тогда особо не задумывались наперед. Когда выпускаешь ежедневную газету, то живешь сегодняшним днем. Ты, как в презервативе, на голову натянутом. Хороший иммунитет от дурных мыслей. Но скоро начались совсем уж жуткие вещи…

– Какие?

– Все стало ясно, когда с Ходором (главой компании ЮКОС Михаилом Ходорковским – прим. ред.) разобрались. Главное, многие ему советовали, чтоб сваливал, а он уперся. Как-то мы общались, Ходор все твердил: «Пусть сажают». А я ему: «Миш, что ты этим докажешь? Думаешь, твое место в окопах другие займут? Ни хрена! Более того, всем станет понятно, что хана настала. Ты плохую службу сослужишь». Так и случилось.

До посадки Ходора, думаю, Путин еще стремался, а тут оказалось, что ничего сложного. И все олигархи сразу поняли: любой может оказаться на Мишиной скамье. Веселая жизнь закончилась. Особенно отчетливо это стало видно после суда ЮКОСа с налоговой службой. Сложнейшее дело, адвокаты, юристы… Я уж обрадовался, что минимум три месяца будем заполнять этим первую полосу, но все решилось за один день: суд назначил к выплате ровно такую сумму, чтобы ЮКОС стал банкротом. Стало ясно, что пути назад нет.

Главный мотив Путина – не попасть под трибунал 

– По–вашему, в нынешней ситуации исключительно Путин виноват?

– Я бы не сказал, что наш народ–богоносец не приложил руку. Он вполне достоин своего президента. Путин – что? Молодец! Аккуратно и последовательно реализовывал свой план: прибрал к рукам телевидение, деньги, трубу… У нас уже никакой ни капитализм, а государственный феодализм. Будь ты губернатор, будь ты олигарх – пока тебе разрешают, кормись и летай на частных самолетах, но не зарывайся. Бизнеса, как такового, не осталось. Все бегут и выводят деньги.

Думаю, Путина раздражает, что в стране слишком много ненужного народа скопилось, который не обслуживает трубу. Зачем они ему? Пенсии им плати, зарплаты, на выборы ходи… Приходится мириться с этим, конечно, но ему это, по–моему, крайне неприятно.

– Как главред «Коммерсанта», вы с Путиным часто встречались?

– Раза три–четыре. В Сочи и Кремле. Это дико неинтересно было – Путин либо не отвечал на наши вопросы вообще, либо откровенно врал. Поэтому я прогуливал по возможности. Мне говорили, когда можно, ведь с обоими его пресс-секретарями я был в хороших и конструктивных отношениях: они отдавали себе отчет, что я работаю на Березовского и получаю зарплату в другой кассе. Мне даже говорили, что Путин хорошо ко мне относился. Правда, сам он никак это не выказывал.

– В Латвии популярна версия, что у Путина, на фоне великих побед и рейтингов, не выдержала психика…

– У меня тоже были такие подозрения. Даже посоветовал Жене Альбац, которая выпускает журнал The New Times, показать ролики с Путиным каким-нибудь психологам, психиатрам и прочим светилам – может какой диагноз поставят? Те посмотрели и пришли ко мнению, что президент вполне здоров, никаких маниакальных синдромов и иных расстройств..((он только ноги расшиперивает, как...чмо! а это уже диагноз!-за ЭТО в Америке штрафуют-с!.. примечание wariag-a))

– Какая мотивация у Путина так крепко держаться за власть – боль за родину, жажда власти или наживы, борьба с комплексами…

– Он, конечно, очень закомплексованный – это видно из любого его выступления. И думаю, что очень богатый. Посмотрите на его убийственный дворец в Геленджике — можно найти в интернете, – в котором он, похоже, ни разу и не был.

Боюсь, что сейчас его главный внутренний мотив – выживание: если не останется президентом и потеряет иммунитет, то по нему может сильно заплакать Гаагский трибунал. А Путин прекрасно знает, что произошло с Милошевичем, Каддафи и дедушкой Пиночетом. Вот и не хочет идти на пенсию. Слишком много влиятельных врагов. Так что выход у него один: чтобы стоять на месте, надо очень быстро бежать вперед. Помнишь, в 80-х чуть ослабили прессу, разрешили писать заметки про плохого Сталина – и где оказался Советский союз?

– Но ведь сейчас полно таких, кто пишет и говорит про плохого Путина! «Новая газета» и радио «Эхо Москвы» уж сколько лет на том и стоят.

– Веник (Алексей Венедиктов, главред радио «Эхо Москва» – прим. ред.) в этом смысле великий человек. Ему очень нелегко – сколько раз снимали–пугали. В основном же, все оппозиционные журналисты страшно далеки от народа. На 70 процентах необъятных просторов России антенна берет всего один канал – Первый или РТР. И что видит российский народ?

Думаю, Путина сильно раздражает интернет, но тут ему трудно что-то сделать. И то напринимали всяких законов: типа, если ты популярный блоггер – ты СМИ, а потому соответствуй.

– Вас с «Гражданином поэтом» тоже никто не трогал, хотя вы такое творили!

– Да, у нас за все время лишь раз отменили концерт в Перми, а ведь на ролики наши по 800 000 заходов было за неделю. Пока мы работали, я об отношении к нам властей старался не задумываться и Мише (Ефремову) с Димой (Быковым) не советовал…

Тут есть полуконспирологическая версия, почему нам все сошло с рук. Мы развернулись в 2011 году, когда у Медведева с Путиным были хреновые отношения, а путинское окружение боялось, что Медведев захватит власть. Поскольку мы все делали честно, то у нас Путин был конкретным злодеем, а Медведев – вообще никем, тьфу. Например, наш самый известный номер – «Путин и мужик». Но ведь формально «лениным» тогда был Медведев. Возможно, мы таким образом играли на руку Путину.

– По–вашему, Медведев-президент мог уволить Путина?

– По Конституции – мог. Были б у него яйца… Было несколько месяцев, когда путинское окружение сильно стреманулось. В тот момент президент с премьером нигде не появлялись вместе, а за год до выборов поехали на рыбалку в Астрахань и вернулись друзьями. Больше о втором сроке Медведева речи не шло.

Национальная идея России – "кругом враги!"

                                                     (продолжение следует)

                                                                                                                                                 Переслала: Марина Мельцер