Спешила как-то раз  Галина с работы домой, пошла напрямую, через скверик, и вдруг видит – народ толпится. Думает: «Что ж там такое интересное?». Подошла – а там художник. Мольберт у него, краски, кисточки – все как положено. А еще несколько баллончиков аэрозольных, уголь, мелки восковые… И он все это по очереди хватает и на холст наносит,  самозабвенно так, с вдохновением. Иной раз забудется, схватит горсть песка с дорожки и с размаху на холст – хрррясь!, а потом снова за кисть или за баллончик. А то и просто пальцем размазывает.

- Женщина, за мной будете, если что! – строго сказала ей женщина в шляпке, украшенной искусственными ромашками.

- В каком смысле? – не поняла Галина.

- В смысле очереди, – пояснила женщина. – Имейте в виду, на халяву пролезть не удастся.

- Я и не собиралась, – слегка оскорбилась Галина. – Я вообще далека от искусства и к дилетантской мазне довольно равнодушна. Тем более к такой вот… площадной. Вернее, скверной.  От слова «сквер».

- Сами вы от слова «сквер»!!! Какая мазня, о чем вы? Это вам не ремесленник какой-нибудь доморощенный! Это – Творец! Он будущее рисует.

- Дааа??? – скептически хмыкнула Галина. – А откуда он его знает?  

- А вот знает! – не сдавалась женщина-ромашка. – Говорю же, Творец!

- И чье же будущее он рисует? – продолжала развлекаться Галина.

- А это он сам выбирает, – слегка сбавив тон, сообщила обладательница ромашковой шляпки. – Посмотрит и сразу скажет – вот это ваше!

- В порядке живой очереди?

Дама в шляпке уже набрала побольше воздуха, чтобы ответить что-то язвительное, но в это время Творец, сделал последний взмах кистью и  замер, любуясь полученным результатом.

- Все! Готово! Творец  завершил шедевр! – пронеслось по толпе.

- Хоть бы мне, хоть бы мне, – как заклинание, забормотала ромашковая шляпка, прижав руки к груди.

- Вы! – твердо сказал Творец, указуя перстом на Галину.

- Ааааааа! – снова пронеслось по толпе, и люди отхлынули, оставив Галину на открытом пространстве.

- Я? – растерялась Галина. – Но я даже в очереди не стояла.

- Вы! – подтвердил Творец, для убедительности помахав законченным творением. – Лист уже подсох. Берите!

Галина неловко прошла по образовавшемуся коридору, ловя на себе и завистливые, и ободряющие взгляды, и приняла лист из рук Творца.  Тут ее поджидала еще одна неожиданность: на листе не было нарисовано ничего внятного. Какие-то пятна, всполохи, дуги, линии и  точки. Вперемежку с песком. Бред какой-то.

- Бред какой-то, – твердо повторила вслух она.

- Бред так бред, – покладисто согласился Творец. – Для вас это так, по крайней мере, в этот момент. Ваше будущее – в ваших руках. Имейте в виду!

- Не мое это будущее, – возмущенно фыркнула Галина. – Это бессмысленный набор разнородных элементов и цветовой хаос.

- Но ведь все во Вселенной  и творится из вышеперечисленных компонентов – и прошлое, и будущее, и настоящее, – добродушно  возразил ей Творец. – Собственно, вы сами складываете свое будущее. От хаоса – к порядку, от элементов – к структуре.

- Вы бы лучше у гениев Возрождения учились, – блеснула эрудицией Галина. – Там, по крайней мере, все понятно! Где рука, где глаза, где цветы или  ангелочек… А вы… абстракционист какой-то!

- Я исключительно у них и учился, – уверил ее Творец. – И поверьте мне, именно мастера Возрождения научили всех преобразовывать абстрактный Хаос в  Божественный Порядок! Так что я – да… можно сказать, абстракционист.

- Ладно! Забираю я вашу маз… абстракцию, – с досадой сказала Галина. – Дома получше рассмотрю. Сколько я вам должна?

- Нисколько. Будущее – бесплатно, – ответил художник, вытирая кисть. – Считайте это моим вкладом во Вселенную.

- Ладно, тогда спасибо. Хотя я вас и не просила!

И она поспешила прочь, на ходу сворачивая бредовую картинку в рулон. Оглянувшись, она увидела, что горе-художник уже снова творит очередной «шедевр», а толпа смыкает ряды, напряженно следя за процессом в ожидании следующего счастливчика.

Дома Галина не спеша переоделась, поужинала, полила цветочки и только потом разложила картину на столе, чтобы получше ее рассмотреть.

- Или я полная дура, или он ненормальный шарлатан, – решила Галина, потратив минут 10 на попытку превратить абстрактный Хаос в Божественный Порядок.

Поскольку дурой Галина себя отродясь не считала, скорее всего, шарлатаном был абстракционист. Нет, ну в самом деле – что тут можно было увидеть, в этой мазне??? Галина покачала головой и пошла смотреть передачу «Скорей поженимся».

Идиотские ответы соискателей были достойны не менее идиотских вопросов ведущих, «молодые-холостые» дарили друг другу идиотские подарки, невесте, перезрелой девушке, надо бы сначала не замуж, а к доктору, невроз подлечить, ту чушь, что несли друзья в комнатах, и вообще следовало сразу перенаправить в программу «Сам себе режиссер». В общем, Галина выбралась из кресла в крайне тяжелом расположении духа.

Шествуя на кухню, испить чаю с медком, она мимоходом глянула на картину, и… От неожиданности она даже споткнулась на ровном месте. При вечернем освещении мазня вдруг стала выглядеть совсем по-другому. Можно сказать, зажила своей жизнью.

- Что называется, «увидела в другом свете», – пробормотала совершенно ошарашенная Галина.

Если смотреть на картину не в упор, а вот так, немного сбоку, казалось, что пятна и линии, щедро сдобренные песком,  становятся выпуклыми, рельефными и складываются в…

- Ох, мамочки! – охнула Галина, хватаясь за сердце.

Там, на листе, копошились какие-то неприятные фигуры, хватали друг друга за горло, толкались и явно боролись… за что?

Ответ пришел сам собой: за место под солнцем. За власть. За неведомый Главный Приз.  За то, чтобы успеть урвать, ухватить и засветиться.  Галине стало страшно, и она, обогнув стол, попыталась посмотреть с другого ракурса. Там тоже ничего хорошего не наблюдалось. Буро-красное пятно посреди листа было похоже на скукоженное сердце, омраченное черными пятнами разной величины.

- Господи, так и до инфаркта недалеко!  – рассердилась Галина, накрыла «нетленку» газетой и поспешно ринулась на кухню, чтобы заодно с медовым чаем уж и валерьяночки выпить.

В тот день она к картине уже не приближалась – пошла спать. И утром газетку снимать не стала. За день она вообще убедила себя в том, что вчерашние ужасы – не что иное, как оптический обман зрения впечатлительной натуры, и вечером решила посмотреть на полотно вновь.

Ах, лучше бы она этого не делала! Не успела она сдернуть газетку – буйство красок на листе немедленно сложилось в препротивнейшую вурдалачью физиономию, в которой Галина немедленно опознала начальника ЖЭКа, с которым она сегодня имела сомнительную честь поругаться.  А заход с другой стороны выдал ей не менее омерзительную картинку – клубок не то телефонных проводов, не то копошащихся змей. У нее сразу возник в памяти телефонный разговор с приятельницей Мусей, в процессе которого они старательно перемыли кости всем общим знакомым. Она так и увидела себя и Мусю в образе двух кобр,  шипящими, с раздвоенными языками, и вроде даже яд с них капал.

- Ой-ой-ой, – ужаснулась Галина. – Ну и видения!!! Бред, бред, бред!!! Кажется, я схожу с ума!!!

Она снова накинула на «шедевр» спасительную газетку и включила телевизор. Показывали добротно снятый российский фильм «Господин оформитель». Замирая от ужаса, она следила за перипетиями сюжета, и все они были связаны с картиной. «Картины могут жить своей жизнью», – вот какую мысль вынесла она из просмотренного фильма.

Перед сном она решилась взглянуть на свое полотно еще разок.

- Спокойной ночи, – подмигнул ей из цветового хаоса внушительный рогатый черт, картинно опирающийся на вилы на фоне адского пламени.

- Тьфу! Чур меня, чур! – плюнула с досады Галина и водворила газетку на место.

Утром она решительно свернула картину в рулон и потащила ее с собой на работу. А вечером пошла через сквер в надежде встретить коварного абстракциониста и потребовать у него объяснений.

Но на прежнем месте никого не было – ни его, ни толпы. Вообще – пусто. Галина, разом растерявшая весь свой боевой задор, плюхнулась на скамейку и попыталась сообразить, что ей делать дальше. Выбросить рулон в ближайшую урну? Но тогда тайна картины останется неразгаданной, а она будет думать, что сошла с ума. Нести домой и продолжать эксперименты? Но тогда она точно сойдет с ума – с такими «увлекательными» сюжетами много времени на это не потребуется. Привлечь экспертов? Но не будешь же им рассказывать, что абстрактная картина, где нет ничего, кроме пятен и кривых геометрических фигур,  демонстрирует ей триллеры пополам с ненаучной фантастикой???

- Добрый вечер, – раздалось совсем рядом, и Галина от неожиданности подпрыгнула, уронив свой рулон. – Я присяду?

Человек, незаметно появившийся рядом, был он – тот самый художник. Абстракционист, чтоб ему… На плече у него висел сложенный мольберт.

- Я примерно представляю, что у вас там происходит, – мягко заговорил он, не дожидаясь, пока Галина подберет нужные слова. – Так почти со всеми бывает. Кроме детей! С детьми, напротив, редко.

- Что – редко? – наконец-то обрела дар речи Галина.

- Кошмары, – объяснил он. – У детей совсем другое восприятие мира. Такое… незамутненное.

- А причем тут восприятие мира? – обозлилась она. – Это все ваш набор неопрятных пятен и клякс…

- Вот видите! Сами говорите – «набор пятен и клякс»! – подхватил он. – То есть ваш глаз преобразует эти невнятные пятна в то, что привычно вашему сознанию. Ну, и подсознанию, конечно. Можно, я вам анекдот расскажу? Очень в тему!

- Ну, расскажите. Если в тему…

- Врач показывает пациенту картинку, где изображена лань, и спрашивает: «Что это вам напоминает?».

«Женщину», – отвечает пациент.

«А вот это?», – и показывает виолончель.

«Женщину», – снова говорит тот.

«Ну, а вот это?», – и следует картинка, на которой изображен кирпич.

«Конечно, женщину!».

«Но чем вам кирпич-то напоминает женщину?», – недоумевает врач.

«А мне все напоминает женщину!».

- И что? К чему вы мне это рассказали? – не поняла Галина.

- Вопрос: что вам напоминают пятна и линии на абстрактном полотне?

- Мне? Да ничего они мне не напоминают! Просто хаос! – в гневе вскричала Галина и замолчала. – То есть… вы хотите сказать, что я из хаоса сама и выделила те вот ужасы, что мне привиделись???

- Печально, но факт! – подтвердил художник. – Вы же знаете – я абстракционист. Я даю всего лишь набор элементов. Ну, как конструктор «Сделай сам». А вы уже конструируете то, что захотите. Ваше будущее.

- И это – мое будущее??? – тихо ужаснулась Галина. – Но почему???

- Я полагаю, потому что ваша восхитительная головка ужасно засорена. То, что вы смотрите по телевизору, что слышите по радио, что читаете в газетах, о чем беседуете с подругами, все это ведь на 90% мусор! Согласитесь вы или нет, но это так…

- Пожалуй, я не стала бы спорить, – медленно покачала головой Галина. – Действительно… Я иногда просто злюсь на телевизор за ту муть, которую он показывает. Готова его разбить на мелкие кусочки! Хотя могла бы просто выключить…

- Вот видите! Вы закачиваете в себя тонны негативных или неполезных впечатлений, пустых разговоров, страшилок от СМИ. А зачем? Чтобы потом в случайном наборе пятен, цветовом хаосе видеть их снова и снова?

- Зачем? Не знаю. Привычка, наверное, – удивленно приподняла брови Галина. – Хотя не буду возражать – все примерно так и есть. Раньше, в молодости, я такой не была. Я в походы любила ходить и с природой общаться. Петь песни под гитару и плавать. Вязать крючком и вышивать гладью. А с годами как-то перешла на другие формы времяпровождения. Телевизор, телефон, диван. Иногда – в сауну с подружками, а потом в кафе. Изо дня в день. Всегда.

- Вот и отражается на вашей картине то, что стало привычным и единственно приемлемым. И ваше будущее в том числе.

- Больное сердце – это из моего будущего? – испугалась Галина, и сердце вдруг кольнуло, словно в него булавкой вонзилась тревога.

- Не знаю, вам виднее. Ваша же картина, – дипломатично ушел от прямого ответа художник.

- Но я не хочу!!! – возмутилась Галина. – А вы можете мне перерисовать будущее? Я вам заплачу!

- Перерисовать? Да сколько угодно, – невесело усмехнулся ее собеседник. – Но  только это вновь будет набор пятен, черточек и мазков. А ваш глаз опять сложит их в привычные картины. Соответственно внутреннему содержанию. Так что не поможет. Тут другие методы нужны.

- Какие? – Галина умела быть настойчивой, когда дело касалось принципиальных вопросов. А ее будущее для нее было еще как принципиально!

- Вот это другой разговор, – обрадовался художник. – Тогда слушайте!

- Погодите, я блокнот достану, – деловито полезла в сумочку Галина.

… Следующие два месяца она последовательно выполняла план, составленный по мотивам рекомендаций абстракциониста.

Галина совершенно изменила свой режим. Теперь по утрам она совершала моцион по набережной, сначала просто шагом, потом быстрым шагом, а вскоре стала временами и на бег переходить. Она с удивлением обнаружила, что многие люди ее возраста делают то же самое, и даже завела новых знакомых.

После работы она ходила на вернисажи, в галереи, иногда – в театр. Одна, без подруг. Абстракционист посоветовал ей это как временную меру, для ускорения перестройки. Опять же, Галина была удивлена тем, что отсутствие долгих телефонных разговоров «обо всем и ни о чем» ее нисколько не тяготит. Даже радует! Столько времени освободилось!

Телевизор она не включала вовсе. Зато слушала дома хорошую музыку и иногда под нее даже танцевала. И вытащила из шкафа коробку с нитками мулине и пяльцами – ей снова захотелось вышивать. Тем более что в выходные она стала выезжать за город в компании новых приятелей по утренним пробежкам, погулять у реки и полюбоваться природой, так что впечатлений и тем для вышивки было сколько угодно.

Она завела себе котенка. Собачку не решилась – кто же ее будет выгуливать, пока она на работе? – а вот котенок попался умненький, чистоплотный, и в доме Галины стало больше шума и беспорядка, зато меньше застоя и мертвой тишины.

Картина, свернутая в рулон, хранилась в кладовке. Целых два месяца Галина ее не доставала, хотя порою очень хотелось. Но художник просил повременить – и она крепилась.

И вот наступил день Х. Ровно через два месяца Галина по дороге домой купила букет цветов (она теперь часто себе цветы покупала), дома накормила свою животинку, неспешно выпила ароматного чаю, нарядилась в лучшее платье, включила музыку и с замиранием сердца достала из кладовки картину. Она разложила полотно на столе, отошла и только тогда взглянула на то, что там было изображено.

Сначала она опять ничего не увидела. Вернее, увидела все те же пятна и черточки. Но вдруг… Вдруг ее зрение словно сфокусировалось по-другому, и картина ожила. Но что на ней было изображено!!!  Галина вдруг увидела и предрассветную дымку над озером, и уток в камышах, и хитрую лисицу, почему-то несущую в зубах большущий гриб. То пятно, что казалось ей сердцем в черных пятнах, теперь было огромной розой с сочными бордовыми лепестками, а черт оказался вовсе не чертом, а богом морей Нептуном на носу яхты, с трезубцем и короной…

Галина стояла в полном изумлении и… в слезах.

- Господи, почему же я раньше всего этого не видела??? – в смятении прошептала она.

Она снова и снова играла с картиной, каждый раз находя в ней все новые и новые сюжеты, и все они были чудесными и очень занимательными. Такой игрушки у нее никогда не было, ни в детстве, ни позже.

- Вот это абстракция так абстракция, – ликовала она, забираясь на стул, чтобы обозреть картину с нового, неожиданного ракурса. – Ничего себе Хаос! Качественный! Сделано, как говорится, с любовью!!! Правда, котяра? Вижу, и тебе нравится! Ну, дела!!!

… В субботу художник творил в сквере, как обычно. Вокруг него толпился народ – многим ведь хочется, чтобы кто-то нарисовал будущее за них.

- Разрешите, пожалуйста, подвиньтесь, дайте пройти…

- Ну куда без очереди? – недовольно зароптал народ. – Еще и корзину тащит! Нет, ну совсем обнаглели!!!

Но Галина (а это была она!) уже проложила себе дорогу к художнику.

- Привет абстракционистам! – деловито сказала она, устанавливая рядом раскладной стульчик. – Все будущее творим?

- Ага! – не отрываясь от работы, охотно подтвердил он. – Стараемся по мере возможности. Как дела? Как там Хаос?

- В полном порядке. И дела, и Хаос, – кратко ответила Галина, доставая из корзинки пяльцы и коробку с нитками. – А вот кому вышить яркую судьбу? Могу расцветить по желанию заказчика. Красной нитью! Или золотой!  Бисером! Бусинами! Вышиваю судьбу по жизненной канве!  Заказывайте!

- Сколько стоит? – тут же подлетела дама в шляпке с ромашками. Галина ее где-то уже вроде встречала, только подзабыла, где.

- Судьба – бесплатно! – объявила Галина. – Каждую субботу, с 12 до 16!

- Мне! И мне! А мне можно? – наперебой загалдела толпа.

- Можно всем! – ответила Галина и сделала первый стежок.

- Абстракция? – спросил ее художник, как Творец Творца. – Интересная трактовка Судьбы…

- Жизнь, – улыбнулась Галина, проворно работая иголкой. – А там… сам понимаешь, кто что в этой самой жизни разглядит, то и судьба…

Автор: Эльфика  

Серия сообщений "Сказки":
Часть 1 - Лунный Кот (сказка)
Часть 2 - Счастье и Любовь
...
Часть 12 - Бюро Болезных Услуг
Часть 13 - Рождественская история
Часть 14 - Абстракционист