Широкие бледно-голубые вельветовые брюки... С карманами. Божественныые карманы, как люблю я вас! Потёртая тёмно-коричневая вельветовая курточка, которой у меня никогда не было (но которая была у моей школьной подружки Ольки, за что та была предана зависти на целую неделю), но сделаем вид, что потёртая рыжая бархатная курточка - это та самая. Лучшая обувь на земле - старые стоптанные мокасины, тоже потёртые, тоже рыжие, с "индейским" клеймом.

Где-то рядом запах табака, ветер в лицо мягкий, но холодный. Туча над головой, светящийся горизонт, рабочий день впереди. Идти свободно, иногда подпрыгивать, иногда нарочито шаркать ногами, иногда стараться идти совсем бесшумно, идти, смотреть по сторонам и внутрь, слушать, слышать, тихонько напевать под нос что-то джазовое и "пум-пу-бу-пум". Не думать словами. Замерзшие кисти рук опустить в божественные карманы, поднять воротник несуществующе-существующей курточки. Улыбнуться уголками губ, прищурить левый глаз. Очаровать ворону, испугать ребёнка в коляске, увернуться от лобызаний незнакомого ризеншнауцера.

Мне досталась очень приятная жизнь - я много гуляю...