Цельная личность Ему хотелось быть цельной личностью. Ну, чтобы без метаний, без пустяковых переживаний, зряшних поступков, сожалений. Чтобы прямо идти к намеченной цели, и чтобы женщины любили за прямоту и надежность. И жил он, отсекая от себя ненужные, казалось бы, кусочки. Старые хобби, наивность и восторженность, и тщеславие, и праздность, и еще что-то там, по ходу. И вскоре стал он цельным - просто заглядение. Работал, занимался спортом, женился, родились у него дети, купил машину и квартиру, и полная чаша - дом, и внешне все ок, и... и чегой-то ему не хватало. Он стал вглядываться в людей, словно ища чего-то или кого-то. Стал задумываться, подбирая мысли, и никак не мог подобрать нужную. А как-то раз, отдыхая возле телевизора и попивая чай, не пиво даже, увидел он в новостной передаче бомжа, рисующего бабочек на тканях и на девичьих лодыжках, и еще про него дикторша заметила: "вот он, оторванный кусок общества, стремящийся к прекрасному и светлому". Тогда его как током дернуло: бомж был похож на него, совсем похож, только грязный и потрепанный, но бабочки были такие же, каких он в детстве на парте школьной рисовал. И та мысль, которую он подобрать не мог, сама нашлась и встала на место, как часть мозаики: ведь бомж этот не просто кусок общества, это его отсеченный кусок, его старое хобби, его... и не его уже. Чужое. Отдельная личность, отсеченная от всех, вытесненная за рамки, непринятая настолько, что считается диковинкой. Он выпрямился в кресле, и стал считать: сколько же таких "кусочков" он от себя отсек за ненадобностью, якобы. Штук восемь насчитал. Попытался, было, представить себя в совокупности с ними - и не смог. Только понял, что цельным он стал, только не личностью, в куском ее. Мысль эта показалась ему такой запутанной и грустной, что поспешил он о ней забыть, чтобы не мучиться. И жил дальше, не мучаясь, и умер просто, в своей постели. Простой человек с простой жизнью, цельной, как кусок кирпича