ну вот, надо, наверное, уже собраться с духом и рассказать про вторник. Бланшар представил "Лапшу", а из ненадолго оставленного в "камере хранения" национальной испанской труппы "багажа" Дуато привезли "Белую тьму". на этом для меня Чеховфест, а вместе с ним душный и тесный зал театра Моссовета, закончился...
про Бланшара -
под катом.
White darkness

про этот балет Начо Дуато в программке написано лишь несколько общих фраз. хотя как раз про него известны вполне конкретные факты. сестра хореографа погибла в возрасте 29 лет из-за наркотиков, и "Белая тьма" - не только дань памяти и, наверное, переосмысление собственных чувств в связи с потерей близкого человека, но и попытка понять и не осудить каждого из тех, кого эта белая тьма накрыла... то есть, в общем, это очень христианское по духу произведение, полное сострадания
хореография, как всегда, завораживающе прекрасна, тем удивительнее было для меня открытие, что процентов на 70 она повторяет хореографию "Дуэнде"... конечно, у Дуато из балета в балет кочуют одни и те же "любимые" движения и перестроения, но каждый раз они читаются по-новому, по-новому очаровывают... а тут - такое ощущение, что из лёгкого, игривого балета об эльфах выдернули целые куски, грубо обточили по краям, чтобы заострить, - и так выпустили. то есть танцоры под кайфом - те же эльфы, только ненастоящие, болезненные, изломанные... пожалуй, если знать, с чем сравнивать, ощущение ещё сильнее
совершенно бесподобная музыка Карла Дженкинса - современного британского композитора - проникновенная, духовно наполненная классика. и в финале она звучит фантастически сильно. я пережила свои слёзы, пока свет в зале ещё не зажёгся. "Белая тьма" ударила меня в самое сердце, причём буквально на последней секунде - так сильно и неожиданно, что не спрячешься, не увернёшься. накрывает дикое ощущение беспомощности - думаю, об этом Дуато тоже хотел сказать, когда героиня, медленно теряя силы и волю к жизни, сгибается под струями белого порошка, льющегося ей на плечи дивным перламутровым водопадом... и пока она стоит там, в потоке света и умирающей надежды, зал безжалостно отрезает от сцены занавесом...