Император Милинд послал за монахом Нагсеном, чтобы тот удостоил императорский двор своим присутствием.
Посланник пришел к Нагсену и сказал:
— Нагсен, император желает видеть тебя. Я пришел пригласить тебя во дворец.
Нагсен ответил:
— Если ты хочешь, чтобы я пришел, я приду. Но прости меня, здесь нет такого человека, как Нагсен. Это лишь имя, функциональное название.
Придворный доложил императору, что Нагсен оказался очень странной личностью: он ответил, что придет, но сказал, что нет такого человека, как Нагсен, что это имя является лишь функциональным названием. Император промолвил:
— Это странно. Но если он сказал, что придет, то он придет.

Нагсен прибыл вовремя в императорской колеснице. Император встречал его у ворот.
— Приветствую тебя, бхикшу Нагсен, — воскликнул он.
Услышав это, монах рассмеялся.
— Я ценю твое гостеприимство как Нагсен, но, пожалуйста, помни, что Нагсена здесь нет.
— Ты говоришь загадками, — удивленно воскликнул император, — если тебя здесь нет, то кто же здесь, кто ценит мое гостеприимство? Кто разговаривает со мной?
Нагсен оглянулся и спросил:
— Меня привезли в этой повозке?
— Да, именно в этой.
— Пожалуйста, распряги лошадей.

Император приказал распрячь лошадей. Указывая на лошадей, монах спросил:
— Это повозка?
Император ответил:
— Как можно называть лошадей повозкой?
По знаку монаха лошадей увели и сняли с повозки дышло, в которое были запряжены лошади.
— А это дышло может быть повозкой?
— Конечно, нет, дышло не может быть повозкой.
Затем с повозки сняли колеса, и Нагсен спросил:
— А колеса — это повозка?
Император ответил:
— Эти колеса не являются повозкой.
Монах продолжал приказывать, и постепенно повозку разобрали по частям. И каждый раз монах спрашивал, а император отвечал: «Нет, это не повозка».
Наконец ничего не осталось.
Монах спросил:
— Где же твоя повозка? Каждый раз, когда убирали часть, ты говорил, что часть — не повозка. Скажи мне, куда она девалась, твоя повозка?
Открытие ошеломило императора. Больше не было никакой повозки, а когда ее разбирали по частям, деталь за деталью, ни один из предметов ею не был.
Монах продолжал:
— Ты понимаешь меня? Повозка была лишь собранием, скопищем определенных вещей. Повозки как таковой не существует, она не может существовать сама по себе, у нее нет эго. Повозка — всего лишь комбинация предметов.