Фридрих Ницше как-то сказал: «Если долго всматриваться в бездну - бездна начнет всматриваться в тебя». Мир Теймур Мамедов всю свою жизнь всматривается в бездну человеческого несовершенства, пытаясь заполнить ее светом добра и разума. И он не испытывает перед ней страха, потому что на его стороне – правда.


- Мир Теймур муаллим, какие отличительные черты присущи бакинцам, выросшим в Крепости?
Ичери шехер обладает необыкновенной энергетикой, и ее жители всегда чувствовали себя защищенными, как в материнской утробе. Шах Ахситан I, сын грузинской царицы Тамары, в 1191 году совершил великолепный тактический, стратегический и политический маневр, важный для государства. После землетрясения, уничтожившего Шемаху, он переносит столицу не в Барду, не в Гянджу, и даже не в Габалу, которая была древнейшей столицей Албании, а в Баку. И при наличии каботажного флота, Ахситан I становится хозяином и единственным владельцем всего Хазара. Каботажное плавание проходило как раз на уровне всей протяженности берега Азербайджана – Дербент, и две великолепные крепости, не имеющие аналогов в мире, обладали гаванями, выходящими, как два рога, в море. Одни эти гидротехнические сооружения достойны восхищения и глубокого изучения. Жаль, что ушел из жизни Виктор Квачидзе очень много сделавший в такой области как подводная археология, а ему на смену не пришли молодые.…Ведь и деньги в казне есть, и уже независимы от Москвы, а подводной археологии нет…Хазар может многое рассказать о Баку- море часто меняло свои берега, тысячелетиями.

- Почему для строительства Крепости было выбрано именно это место?
- Культура строительства городов насчитывает примерно восемь тысяч лет, и в те далекие времена никогда и ничего не строили просто так, где попало. Это в XXI веке мы стали глухими и немыми, а наши предки были открыты силам природы и напрямую связаны с землей. Но и современный человек вполне может ощутить эту незримую связь с природой, стоит лишь прислушаться к своим чувствам. Как-то раз я возил большую группу бакинцев в местечко Деде Гюнеш недалеко от Шемахи, которое, прежде всего, славится своей колоссальной энергетикой. Там находится уникальная дубовая роща – если у вас плохие помыслы, то вам станет страшно, а если вы человек открытый, с добрыми намерениями, вы почувствуете, как дубы отдают вам свою жизненную энергию и силу. Но вернемся к Ичери шехер. Основоположником строительства городов, сел и населенных пунктов Азербайджана стал Кафиаддин Омар, дядя великого поэта Хагани. Он первым в мире открыл понятие экологического отношения к природе, и впервые применил метод научного подхода к строительству. Зарезав ягненка, и открыв его внутренности, он вешал его на деревьях в разных местах. А через сорок дней Кафиатдин Омар возвращался и смотрел - если нежное мясо ягненка сгнивало быстро, то это место не пригодно для жилья, и наоборот. Помимо этого, он наблюдал за кошками и собаками, исследовал воздушные потоки. Большое внимание Кафиаддин Омар уделял родникам, потому что родник просто так не пробивает породу. Это, своего рода, святое место и огромный подарок матери-земли нам, ее детям. Правда, мы давно уже разучились ценить такие подарки. Два химических элемента, объединившись, дали жизнь всему живому. Это же гениально! И найти эту воду тоже сродни гениальности, поэтому Кафиаддин Омар не просто наблюдал за родниками, но и обращал огромное внимание на то, из каких пород состоит его донная часть.

- Как глубоко он проникал в суть вещей!
- Да, и это все он написал в своих книгах, вернее записках, которые потом были собраны. Он оставил для нас колоссальнейшее наследие, смысл которого заключается в простой истине – люди, будьте в контакте с Землей! И только в XIX-XX веках бакинцы поняли, наконец, лечебную силу песков Абшеронских пляжей. И никто не задумывается о том, что составляющие этого песка разные. Ведь море же одно! И береговая линия одна! Почему же на каждом из этих пляжей разные пески? Наши дедушки и бабушки рекомендовали по одному песку ходить, а в другой зарываться. И откуда вдруг на расстоянии всего ста метров от соленого моря, бежит ключевая вода в колодцах? Холодная, прозрачная и чистая! Ведь на эти же вопросы надо отвечать!
Но вернемся к рождению Крепости. Внешние границы обозначались в древности полетом стрелы, которая летит, в среднем, метров на двести. Если мы прикинем примерный радиус, то у нас получатся те самые 22,5 гектара, на которых и располагается Ичери шехер. Если сравнить строительство древних городов всего мира, принадлежавших римской, крито-микенской, которая неизвестно откуда пришла и так же неизвестно исчезла, эллинской, так называемой этрусской культуре, то мы увидим одну закономерность. Максимум, на что мог рассчитывать город - это две стены, которые располагались в переделах 12-25 метров одна от другой. Почему же два города - Дербент и Баку, на таком маленьком озерце как Каспий, имели три стены? Дербент – это железный замок, запирающий Кавказ. Для того чтобы пройти в Персию, надо было взять Дербент, и наоборот. Поэтому его и называют Дербент – узкие или «Демир гапы» - железные ворота. Тюрки знали, что и как строить. Недаром же после Великой китайской стены, где-то с X века у нас была одна из длиннейших в городском строительстве стен в мире – 200 км, соединяющая линию Дербент-Баку. Это было время бесконечных набегов астраханских бандитов, и эта стена носила защитный характер от их барж, плоскодонок, которые потом растворялись в астраханских плавнях. У них была одна цель – грабить прибрежные абшеронские села. Для них это был настоящий рай - они на глинобитном полу видели пять-шесть слоев ковров. Для нас это была защита от холода и сырости, а для них - бесценное богатство. Но, кроме обычных, у нас же были и шемахинские шелковые ковры, не говоря уже о гянджинских, бардинских, габалинских, масаллинских и ленкоранских килимах бесподобного качества! Не надо забывать о том, что бараны, выросшие на горячем песке и поедающие минимальное, но очень концентрированное количество трав, давали необыкновенно упругую шерсть. Так что, нам было что защищать и оберегать. Но Крепость защищала человека не только своими стенами. Была, да и сейчас еще осталась, очень мощная энергетическая защита – если мы сейчас проведем опыт, и с лозоходцем пройдемся по периметру Ичери шехер, то обнаружим некую невидимую энергетическую стену, которая очень хорошо видна на птицах.

- Каким образом?
- Сейчас я вам скажу такие вещи, о которых раньше никто не говорил. Все знают, что птицы превосходно чувствуют энергетические поля, и благодаря этому ориентируются в пространстве. Птицы могут свободно перелетать через крепостную стену, но ни одна птица никогда не сидит на зубьях крепостных стен - там настолько мощная энергетика, что они ее не выдерживают.

- А почему же они столько веков парят над Девичьей башней?
- Это тоже интересно. Дело в том, что это чисто биологический закон, связанный с огромной накопительной энергией Девичьей башни. За день она настолько хорошо прогревается, что для подъема наверх мошкара использует теплые потоки воздуха. И птицы научились этим пользоваться.
Девичья башня очень сложный организм, но многие рассматривают его просто как каменное сооружению. Она сидит на хребте подземной горной гряды, четко ориентированной по направлению восток-запад. Кстати, мой дом тоже находится на этой гряде, только на ее вершине. Дома, находящиеся слева и справа, довольно сильно потрясло во время землетрясения 2000 года, но те здания, в том числе и Девичья башня, которые располагаются на этой подземной гряде, практически не пострадали. Ведь что такое земля? Если под толщей мирового океана находятся горы, скалы, плато и так далее, тоже самое происходит и под землей, и если она где-то «возмущается», то эти «волны» расходятся на большое расстояние. И не надо даже взрывать мощные бомбы, достаточно в каком-то месте совершить плохие деяния, чтобы возникла отрицательная энергия. Поэтому раньше все храмы – и христианские, и мусульманские, строились на тех местах, где до этого располагались языческие капища, потому что там был положительный выход - огромный белый чистый столб энергии, идущей из-под земли. Дело в том, что язычники чувствовали энергетику и прислушивались к своим ощущениям, которые у них возникали на том или ином месте. И там, где им было лучше всего, они и устраивали свои капища. Система «да-нет», самая верная система. На уровне сапера – ошибся, и твой род пойдет не по той линии, изменится родовой код. Кстати, если разобраться, то очень много кодов, зашифрованной информации находится в родовых тамгах. Тамга - это тюркское слово, обозначающее штамп, клеймо, а на монгольском языке дамга. В нашей истории было две реки – монголо-татары и тюрки, которые сошлись где-то в одном касании, и разошлись снова и это очень хорошо отражено в тамгах позднего периода. Хотя некоторые известные нам образцы тамг существовали около 18 000 лет и вошли в культуры многих народов Азии, Европы. А многие тамги стали неотъемлемой частью при украшении города.
Если говорить о городах, то у каждого народа, у каждой этнической единицы, существуют определенные навыки, которые давали ему превосходство в защите. В каждом городе существует определенная категория лиц, которые обязательны – лекарь, палач, судья, сборщик налогов и так далее. Город, как организм, должен быть очень подготовлен и многофункционален. И наиболее развит институт городов был именно на Востоке. Бюрократия, в хорошем понимании этого слова, была доведена здесь до совершенства, и во главе иерархической лестницы стоял шах. Если мы сравним две иерархические системы - западную и восточную, то иерархия на Западе была изначально невозможна. Да, номинально существовал король, но каждый князек был королем у себя на земле, и очень часто не выполнял никаких указов, устраивал бунты, государственные перевороты и так далее. На Западе и на Востоке изначально был разный подход к устройству городов. На Западе основой для города становилась усадьба или монастырь, вокруг которых начинали селиться люди. Если посмотреть на Европу, то мы увидим, что она, как мозаика, составлена из колоссального количества городов и городков. И посмотрим на Восток – величественные, имперские масштабы, огромная территория и огромные города. На Западе скученность была причиной междоусобных войн и болезней, но информация была доступна пешим или конным переходом. На Востоке же исполнение приказа занимало определенное время, а неисполнение каралось смертной казнью. Во время войн мобилизация проходила неслыханно быстро. Казалось бы, при таких огромных растянутых просторах, включая пустыни, полупустыни и солончаки, это должно было занять много времени, но все прекрасно управлялось. На Востоке существовала замечательная система световой сигнализации, которая в Западной Европе появилась только к XVII веку. Весь Азербайджан, например, был покрыт сигнальными башнями – днем оповещали дымом, а ночью - огнем. Об этом прекрасно написано в «Китаби Деде Горкуд»
К сожалению, мы ничего не переняли у своих предков. Сейчас люди строят дома там, где им хочется, и даже не понимают, насколько глубоко они ошибаются. Современный человек полностью закрыт для информации.

- Как вы думаете, почему?
- Многие вещи для нас закрыты потому, что мы можем нанести вред окружающему миру, и представляем опасность для Земли. Свое недовольство она выражает очень своеобразно, но мы ее не понимаем, и даже не думаем об этом. Пожары, наводнения, неурожаи, землетрясения - Земля нас пока предупреждает.

- Мне кажется, люди привыкли все вопросы объяснять только с помощью науки и не принимают в учет какие-то другие факторы, например, гармонию с окружающим миром...
- Но ведь многие ученые этим занимались – Гумилев, Вавилов…

- Вспомните, как они закончили – от них просто избавились…
- Дело в том, что Земля до поры до времени себя защищает, и если бы она захотела, то уверяю вас, в течение нескольких секунд жизнь просто прекратилась бы. Пока она нас терпит, но когда наступит момент, а для нее момент – это миг, который для нас длится тысячелетия, мы ужаснемся. Мы должны помнить, что у нас разные точки отсчета Времени и жизнь бесконечна, просто у нее разные формы. И если человек научиться восхищаться силой и могуществом Земли, если он остановится и посмотрит на бетон, пробитый нежным цветком, может быть, он задумается о смысле жизни.

- А вы для себя ответили на вопрос - в чем состоит смысл вашей жизни?
- Бог мне дал умение рисовать, умение думать…

- Для чего дал, какова конечная цель этих талантов?
- Нам этого знать не дано, но я должен реализовать, то, что в меня вложили. Если бы Он захотел меня наказать, то отнял бы у меня разум. Как говорил Аристотель: «О, боги! Отнимите у меня все, только не отнимайте разум». И если у меня есть разум, а это высшее проявление богосущности, значит, я обязан думать, анализировать и делать все возможно доброе, а не мерзопакостное, потому что от каждой своей «мерзопакости» ты теряешь плюсы, данные тебе при рождении. Хотя и нет однозначного ответа на человеческую природу, и люди не состоят из одних плюсов или минусов, но мы каждую секунду этой жизни сдаем определенный экзамен и совершаем свой выбор. Когда человек начинает гнаться за материальными ценностями - воровать, урывать, хапать и обманывать - это уже не человек, это - шакал.

- А мне кажется, нельзя сравнивать человека с животными – они гораздо честнее нас и живут в гармонии с природой…
- Согласен, просто, когда я говорю «шакал», то я смотрю на его графику - поджатый между задними ногами хвост, взъерошенный загривок, пугливый взгляд, желание урвать и убежать. А шакал, как биовид, прекрасен, потому что в природе нет ничего некрасивого. И даже богомол или «черная вдова», которые поедают своих самцов во время спаривания - прекрасны. И это не плохо, и не хорошо. Это такая программа, и нам ее никогда не понять.

- Может быть, в следующей жизни что-нибудь поймем…
- Так если мы не можем понять такие простые вещи, которые совершаются у нас перед глазами, как же мы можем судить о таких глобальных процессах, как потепление, похолодание и еще прогнозировать что-то с умным видом!

- Вы сказали, что смысл жизни – это выполнять вложенную в тебя программу и не совершать мерзостей. Но мы, так и не научившись жить по заповедям, хотя они очень просты, стали стирать грани между добром и злом, говоря, что все это лишь условности. Что вы думаете по этому поводу?
- У меня есть такие моменты в жизни, за которые мне до сих пор стыдно, есть и такие, за которые я горжусь. Сказать, что я не нарушал десять заповедей, будет ложью. Нарушал. Но когда нарушение становится нормой жизни, то здесь человек переходит некую грань. Если я что-либо нарушаю, то меня начинает мучить совесть, это и есть самоочищение и искупление, движение вперед к светлому и лучшему. Я не могу сказать, что я белый и пушистый. Но… воровать мне было бы очень стыдно и противно, убивать не хочу, лгать не хотелось бы, но приходится. Стараюсь говорить правду из-за меркантильных соображений.

- Это как? Говоря правду, мы же увеличиваем количество врагов и недоброжелателей, становимся неудобными?
- Я не лгу, чтобы меньше запоминать. Так легче жить, а когда не могу сказать правды, то молчу.

- Но иногда молчание бывает даже хуже правды!
- «Не мечи бисер перед свиньями» - я соблюдаю этот принцип. Если предо мной человек очень низкого уровня по образованию, по воспитанию, по духу и по ДНК, я не буду с ним говорить о Канте, о Капице, о «Мастере и Маргарите». Это я считаю очень плохим поступком – я не имею права унижать человека его незнанием. Он великолепно разбирается в баранах. Ради Бога! Я в них ничего не понимаю, но если я могу задать ему пару вопросов, и если он мне ответит - хорошо, нет - тоже хорошо, и не надо воспринимать это как личное оскорбление. Потому что я знаю то, что не знает он, а он знает то, что я не знаю.

- А что мыслящий, высокоразвитый человек должен воспринимать как оскорбление?
- Когда оскорбляют твой род. Обратите внимание - самое нецензурное ругательство идет от самого глубокого унижения человека человеком, унижает Мать. Такое оскорбление и есть убийство нравственного начала, потому что оно убивает в тебе тонкие струнки души, того, из чего состоит твоя нравственная структура. Оскорбление совершает пробой в твоей «обороне» и превращает тебя в некую особь, которая в какой-то момент может пойти на мерзкий поступок, потому что уже растоптана. А вот от порки люди не умирают, но публичная порка – это позорный акт, уничтожающий человека. Почему на Востоке никогда не били по «пятой точке», а только по пяткам? Потому что все нервные окончания находятся на ступне. И наши предки это знали и доводили наказание до всего организма человека. Извращения, которые пошли уже в российской истории, когда человека прилюдно оголяли, это уже совершенно другая система. И эта система, претворенная в СССР, была основополагающей.

- То есть, не столько наказать, сколько унизить?
- Да, сломать нравственно, то, что делалось в Древнем Риме и Египте с рабами. И вся эта система была благополучно перенесена в СССР, благодаря Марксу, которого перефразировал «картавящий и плешивый». Вся система государственного устройства, была построена на законах зоны.

- Мне хотелось бы вернуться к первому вопросу – чем же, все-таки, отличаются «внутренние» бакинцы от «внешних»?
- Прежде всего, преемственностью. Начиная с XII века, Ахситан I заполнил Ичери шехер шемахинцами - шахским указом весь двор был перевезен в новую столицу. И с 1191 года основополагающим конгломератом становятся шемахинцы. Естественно, что в этом ограниченном пространстве все переженились. А раз так, значит все мы здесь родственники. Поэтому когда я выхожу, то знаю, что на этой улице живет моя тетя, там двоюродная сестра и так далее. Я всех знаю, и меня знают все. Но в 90-х годах прошлого века произошла ломка этого устоявшегося организма. Сюда хлынул совершенно другой по составу и воспитанию поток людей со своими законами, порядками, укладом жизни, и это стало очень большой бедой для Крепости.

- Разве это было первым таким испытанием для Крепости?
- Дело в том, что таких нашествий как таковых не было. Была постоянная ротация, и это очень хорошо. Большая ротация произошла в 1937-38 годах, когда сюда были введены совершенно инородные люди, которые, кстати, после войны здесь не остались. Ротация была и после войны, когда раненых, оставшихся после лечения в Баку, стали расселять в Крепости. Ичери шехер всегда была для СССР опасным моментом.

- Почему?
- Потому что Крепость – это кулак, и его надо было разжать. То же самое делалось в абшеронских деревнях, но там у них это не получилось, а в Крепости получилось - в городе легче было внедриться указом, приказом, участковыми. И в Крепости начали квадратно-гнездовым способом расселять НКВДшников.

- И как Крепость их принимала?
- Отчужденно, мы ничего не могли поделать. Но ни они, ни их потомки так никогда и не стали частью этой земли. Мы их называли «ишверян» - благодаря ним, в кавычках, на Колыме сгнило очень много нашего народа. Для такой маленькой республики, как Азербайджан, мы послали на войну 600 000 молодых и сильных мужчин, 300 000 получили обратно. Половина из них были калеки, из оставшихся 150 000 значительная часть страдала так называемым «синдромом войны». Что мы имеем? 80 000 человек, которых расселили по Азербайджану, без права селиться в Крепости. Очень многие бакинцы так и не вернулись после войны в Баку, и это было сделано специально.

- Почему же власть так плохо относилась к бакинцам?
- Мы тот цветок, который разрывает асфальт, и КГБ это великолепно знал. Почему надо было так изменить город? Потому что каждый строит свой город и улицы. Я не буду поднимать вселенский плач по трущобам, которые находятся в центре города, и двумя руками «за» уничтожение этих хибар. Это временные постройки 20-х годов. Вы знаете, почему их строили в это время? И кто их строил?

- Нет…
………………………….Была целенаправленная политика, и, начиная с 1925 года, всем этим комунякам разрешили строить в быстром порядке эти времянки. Много информации дают даже не книги, а расположение домов, которое прекрасно видно на карте. Вот это и есть история, и ее скрыть невозможно.

- Почему же люди, которые приехали в Азербайджан по разным причинам, так не любят нас, бакинцев?
- Тут две причины. Одна - это чувство обиды от потерянного дома, боли за убитых, и это можно понять. Вторая - они оказались пешками в большой политической игре Эльчибея. Для своей «пятой колонны» ему нужно было, чтобы в Баку находилось как можно больше беженцев, готовых взорваться в любой момент. Это же колоссальная сила! Но как создать мобильную армию, которую не нужно кормить и вооружать? Дать им квоты! Ведь никто не имел права их трогать. Таким образом, он содержал «армию» без расходов на нее. Поэтому они и не любят нас, и это чувство можно было бы спрятать и не показывать. Но для них созданы условия, при которых они захватывают определенные, главенствующие позиции, и постепенно начинают нас духовно и нравственно ломать. А мы оказались не готовы к такой наглости и хамству, и тот самый многонациональный Баку, который никто не мог сломить, был уничтожен. Для той грязной игры важно было разделить нас на множество конгломератов. «Разделяй и властвуй» - древний римский принцип.

- Как вы считаете, Баку сможет «переварить» этих людей и сделать из них бакинцев?
- Если бы этим распоряжалось время, Баку бы справился, но так как это не так - он проиграл.

- Тогда получается, что все наши попытки изменить ситуацию бессмысленны?
- Конечно! Лично я не молчу, и делаю для себя. Я обязан это говорить, потому что иначе перестану уважать себя. Все, что я говорю о Крепости, «умными» людьми понимается и претворяется, но по прошествии определенного времени. А ведь все можно было построить иначе – печнику надо дать возможность строить печь, а хлебопеку – печь хлеб, а не менять их местами. Но я прекрасно понимаю, почему это делается.

- Мир Теймур муаллим, не изменились ли у вас источники вдохновения?
- Бог дал мне великий дар - я могу «завестись» от любой вещи. От скомканной бумаги, валяющейся на улице, от ночного Баку, осенней листвы, туманного ноябрьского утра, от прочитанной книги, когда я закрываю глаза, и буквы начинают превращаться в образы. Так было всегда, и с возрастом это не утихает – если я хоть один день что-нибудь не нарисую или не сделаю, то становлюсь больным.

- В одной из ваших статей вы цитировали Клода Леви Стросса, который сказал: «Ученый – это не тот, кто дает правильные ответы, а тот, кто ставит правильные вопросы». Какие вопросы сейчас стоят перед вами?
- Сказать то, что не сказал, даже если это не будет услышано, но я должен это сделать. Написать и нарисовать то, что придумал, показать то, что уже сделано как можно большему количеству людей, издать книги, которые написаны, чтобы довести до людей, что я думаю об этой жизни. Познакомиться с хорошими людьми и для этого я участвую в одном из самых сильных международных сайтов baku.ru, сплотить историей всех бакинцев и показать в поездках, походах, насколько прекрасна наша родина. Вы знаете, как плачут те, кто вынужден был отсюда уехать? У них есть все, но в их жизни уже никогда не будет Баку.

Лейла Абдулина




БИОГРАФИЯ

Мамедов Мир-Теймур Ибрагим Оглы родился в 1947 году в г. Баку.
Окончил Азербайджанское Государственное училище имени А.Азимзаде (1964-1968), Ленинградское Высшее Художественно-Промышленное училище имени В.Мухиной, архитектурное проектирование и отделка. Ленинградский Государственный институт Театра, Музыки и Кино, художественно-постановочный факультет, (1968-1978),. Работал в 1963-1964 гг. на Сувенирной фабрике Министерства местной промышленности (г. Баку) художником–разрисовщиком тканей.
С 1963 г. по настоящее время работал по профессии - художником.
1980 - член Союза художников Азербайджана;
1998 - почетный член Союза Художников Грузии;
1998 – Лауреат Международного симпозиума по керамике;
1998 – включен в Международный каталог «Керамисты мира»;
2004 – Лауреат Национальной премии «Хумай»;
2006 – удостоен звания «Посол мира»;
2007 - член Союза карикатуристов Азербайджана.

1963 – 2006 участник 47 групповых выставок;
Организатор 9 персональных выставок.
Написал более 1500 научных и публицистических статьей по истории, искусствоведению, этнографии.
Интервью вела Лейла Абдулина
Фото Фахри
Журнал «ГОРОД»
Февраль 2010 год №02 ()16