Е.Н. Охотникова, Национальная медицинская академия последипломного образования имени П.Л. Шупика МЗ Украины
«Аллергический марш»: связь поколений и эскалация аллергии у детей
Со второй половины ХХ в. отмечается постепенный, но неуклонный рост распространенности аллергических заболеваний (АЗ) у детей. По данным эпидемиологических исследований, АЗ страдают от 15 до 25% детского населения. Это в значительной степени связано с экологическим дисбалансом, повсеместной химизацией быта и сельского хозяйства, широким и часто бесконтрольным применением антибиотикотерапии, проведением вакцинопрофилактики детских инфекций, ранним прекращением грудного вскармливания. Более того, в последние десятилетия наблюдается значительное «омоложение» АЗ, то есть смещение их начала на более ранний возраст, и склонность к учащению тяжелых клинических форм. Таким образом, проблема аллергии у детей является одной из наиболее актуальных в современной клинической медицине [2, 4].
Детям раннего возраста свойственны лабильность и функциональная незрелость многих органов и систем, что, в свою очередь, обусловливает особенности иммунорегуляторных процессов. Часто это предопределяет развитие сенсибилизации, резистентности к традиционной медикаментозной терапии и сложность выбора оптимальной тактики лечения заболевания.
Для отражения существующих особенностей АЗ у детей в последнее время предложен термин «аллергический, или атопический, марш», означающий хронологическую последовательность формирования сенсибилизации и клинической трансформации симптомов аллергии в зависимости от возраста ребенка с атопической конституцией: атопического дерматита (АД), бронхиальной астмы (БА), аллергического ринита (АР) и др. «Атопический марш» формируется еще в период внутриутробного развития, а клинически проявляется в период раннего детства и часто сопровождает больного в течение всей жизни.
В 1906 г. К. Пирке предложил термин «аллергия» (от греч. allos ergon другое действие) для характеристики измененной чувствительности к веществам, с которыми организм сталкивался ранее.
Термин «атопия», под которым понимают наследственную предрасположенность к формированию аллергических реакций реагинзависимого типа в ответ на сенсибилизацию аллергенами (АГ), предложили в 1923 г. американские ученые А. Кока и Р. Кук.
Взаимодействие АГ со специфическими антителами, принадлежащими к классу иммуноглобулинов Е (IgE, реагин) и фиксированными на поверхности тучных клеток, выступает в роли пускового механизма АЗ. Наибольшее количество тучных клеток находится в коже, слизистых оболочках органов дыхания и пищеварения, а также интерстициальной ткани почек, поэтому аллергические реакции чаще происходят именно в этих шоковых органах и определяют клиническую картину заболевания.
В конце прошлого века большое значение в развитии атопии стали придавать нарушению соотношения между Тh-лимфоцитами (хелперами) 1 и 2 типа, участвующими в клеточном иммунном ответе. Преобладание Th2-ответа характерно для атопии. АГ распознаются Th2-клетками, а цитокины (регуляторы иммунного ответа), вырабатываемые ими, стимулируют продукцию преимущественно IgЕ.
Атопический статус человека характеризуется следующими признаками:
наследственной предрасположенностью к развитию АЗ;
клиническими проявлениями аллергии у конкретного больного;
избыточной выработкой общего ¶gE в сыворотке крови;
повышенной кожной чувствительностью к различным АГ;
алерген-специфическими ¶gE-антителами в сыворотке крови;
эозинофилией в крови и мокроте, носовом и бронхиальном секретах.
Истинные причины развития АЗ еще не установлены, однако хорошо изучены факторы риска их формирования. Они условно подразделяются на:
внутренние, или врожденные (эндогенные), определяющие склонность человека к развитию аллергии или защищающие от нее. К ним относятся генетическая склонность к развитию атопии, гиперреактивность дыхательных путей, пол и раса;
внешние (экзогенные), которые провоцируют начало АЗ или стимулируют его последующее развитие у людей, склонных к аллергии. Внешние факторы изменяют вероятность того, что АЗ разовьется у склонного к аллергии человека. Эти факторы включают АГ, курение, воздушные поллютанты, респираторные инфекции, пищевые продукты, социально-экономические показатели и количество членов семьи. Некоторые из них также могут вызывать обострение АЗ (усиливающие факторы).
С современной точки зрения, атопия является генетически гетерогенной патологией, для развития которой необходим комплекс многих наследственных факторов, взаимодействующих между собой и с факторами окружающей среды с суммирующим эффектом. Так, ребенок имеет 40-60% шансов заболеть при наличии аллергии у обоих родителей. Наличие одинаковой патологии по обеим линиям родства увеличивает риск развития АЗ до 60-80%. Наличие аллергии у одного из родителей, брата или сестры обусловливает 20-40% риска для ребенка [6]. Причем по линии матери отмечается более существенная связь с риском развития АЗ у ребенка.
На формирование аллергической реакции у ребенка большое влияние оказывает состояние здоровья будущих родителей на момент зачатия, особенно женщин. Это касается как наличия у них урогенитальной, так и различной экстрагенитальной патологии, негативно влияющих на состояние здоровья новорожденных и детей первых лет жизни.
Плацента впитывает большое количество антител к главному комплексу тканевой совместимости плода. Зрелые циркулирующие Т-лимфоциты определяются у плода с 18-й недели внутриутробного развития, поэтому материнские антигены могут запускать сенсибилизацию и иммунную память плода уже в ранних стадиях развития. С 20-й недели беременности активные Т-хелперы среди всех лимфоцитов составляют 50%. Пролиферативный иммунный ответ плода значительно повышается во ¶¶ и особенно ¶¶¶ триместре, прогрессивно усиливаясь в течение всего срока беременности. Более того, такое же повышение пролиферативного ответа наблюдается в отношении специфических ингаляционных и пищевых АГ, что, по мнению A.C. Jones и соавт. (1996), подтверждает теорию внутриутробной сенсибилизации. При нормальном течении беременности происходит естественная активация Th2-лимфоцитов, которые вырабатывают интерлейкины 4 и 13 (ИЛ-4 и ИЛ-13) и стимулируют синтез IgE В-лимфоцитами, что при атопической наследственности еще больше сдвигает равновесие Th1/Th2 в сторону Тh2-лимфоцитов. Th1-клетки продуцируют ИЛ-2 и c-интерферон (c-ИФН), угнетающий трансформацию Th0-клеток в Th1.
Во время беременности клеточный иммунитет женщины снижен, что приводит к снижению активности натуральных киллеров (NK-клеток), которые играют основную роль в разрушении трофобласта и развитии спонтанных абортов. Способствует этому и c-ИФН, стимулирующий NK-клетки. Поэтому для сохранения беременности активность Th1-лимфоцитов нежелательна. Продукция c-ИФН, начинаясь во ¶¶, возрастает в ¶¶¶ триместре гестации. Ключевая роль в нейтрализации эффектов ИЛ-4, вырабатываемых плацентой и/или организмом матери, принадлежит c-ИФН. Именно этот механизм очень важен для предупреждения аллергического Th2-фенотипа у всех новорожденных, а недостаточность синтеза c-ИФН является основой развития атопии. У новорожденных из семей с отягощенным анамнезом по атопии снижено содержание c-ИФН в пуповинной крови в результате стимуляции специфическими АГ иммунной системы плода. В дальнейшем у этих детей развиваются АЗ, вызванные именно данными АГ. У детей, родители которых болеют БА и которые имели значительно сниженные показатели c-ИФН и соотношения CD4+/CD45RO+ (memori), а также CD4+/CD25+ (активных) Т-лимфоцитов в пуповинной крови, клиническая манифестация БА отмечается уже на 1-м году жизни.
Контакт женщины с пыльцевыми и бытовыми АГ во время беременности приводит к повышению частоты неонатальной пролиферации Т-лимфоцитов к ним. А контакт ребенка на 1-м месяце жизни с данными АГ обусловливает в дальнейшем развитие у него БА.
Патологическое течение беременности сопровождается неадекватной иммунной реакцией на антигены трофобласта: увеличивается количество активированных NK-клеток и В-лимфоцитов, появляется большое количество аутоантител к фосфолипидам клеточных мембран и гомологичных фетоплацентарных гормонов. Во время нефизиологической беременности преобладают фракции Th1- над Th2-лимфоцитами, что приводит к усиленному антителогенезу, преимущественно IgG2, разрушающих клетки трофобласта. Следовательно, активация Th1-лимфоцитов препятствует становлению одного из основных механизмов, защищающих плод от иммунной агрессии материнского организма и приводящих к повышению продукции цитокинов и нарушению эндокринно-иммунных взаимосвязей в системе «матьплод».
Осложнения беременности в поздние сроки повышают риск развития атопии у ребенка в 4,7 раза. По данным Н.Н. Погомий и соавт. (2001), у детей развитие аллергических реакций наиболее вероятно в случае наличия сочетанной акушерско-гинекологической патологии и бактериальной инфекции у матери. В связи с этим, особое внимание в определении причин развития и этапов сенсибилизации плода и новорожденного должно уделяться изучению особенностей течения беременности и родов, свидетельствующих о нарушении внутриутробного развития ребенка.
Таким образом, при патологическом течении беременности создаются благоприятные условия для повышенной проницаемости фетоплацентного барьера как для АГ, так и для инфекционных антигенов, что способствует формированию внутриутробной сенсибилизации.
В последнее время наблюдается увеличение частоты патологических родов, что приводит к развитию у новорожденных тяжелых синдромов дезадаптации, родового травматизма, интра- и постнатальных инфекций. В связи со значительной медикаментозной нагрузкой, включающей в том числе и наркотические средства, повышается частота расстройств системы адаптации ребенка. Это приводит в дальнейшем к развитию дисбиоза и рефрактерности к антибиотикотерапии в отношении многих патогенов, обсеменению организма нозокомиальными микроорганизмами.
После рождения иммунная система ребенка испытывает мощное влияние антигенной нагрузки со стороны внешних АГ: пищевых, бытовых, пыльцевых, химических (в т. ч. медикаментозных), инфекционных и др. От момента рождения и до 2 лет жизни детей сопровождает повышенный риск сенсибилизации. В раннем детстве наиболее существенной является пищевая аллергия с первичными клиническими проявлениями на коже. После 2 лет повышается роль аэроаллергенов, особенно клещей Dermatophagoides (D.) pteronуssinus и D. farinae, эпидермальных (животных), а позднее пыльцевых АГ. Пищевые АГ, с которыми малыши сталкиваются едва ли не с первых минут жизни при раннем искусственном вскармливании, играют важнейшую роль в формировании и развитии последующих этапов сенсибилизации детей раннего возраста. Не случайно пищевую аллергию И.М. Воронцов и О.А. Маталыгина (1986) считали «стартовой сенсибилизацией» в возникновении распространенной аллергии, в том числе и БА. В Украине более половины детей грудного возраста находится на раннем искусственном вскармливании.
В публикациях A. Host и соавт. (2002) представлены данные 15-летнего наблюдения за новорожденными с аллергией на коровье молоко. В первые 10 лет жизни исследователи установили у 72% детей полиорганную аллергию преимущественно IgE-зависимого типа, у 64% БА, причем у 23% из них в сочетании с АР. По данным M. Wickman и cоавт. (2002), в первые 2 года жизни, независимо от наличия отягощенного семейного анамнеза, развитие АД отмечено у 25% детей, БА у 8,5%, АР у 7%. В питании детей раннего возраста широко используются консервированные продукты промышленного производства, в состав которых входят пищевые добавки, салицилаты, глютамат натрия, красители и консерванты, являющиеся триггерами обострений АЗ. Консерванты содержат метабисульфит, из которого высвобождается значительное количество двуокиси серы, что провоцирует бронхоспазм. Таким образом, пищевая аллергия в грудном возрасте это первое клиническое проявление «атопического марша».
Контакт с экзоаллергенами важный толчок к развитию сенсибилизации, а последующие контакты с ними сенсибилизированных детей являются фактором риска как возникновения обострений респираторной аллергии, так и персистенции ее проявлений.
В раннем возрасте наиболее часты контакты детей с бытовыми антигенами, прежде всего АГ домашней пыли (клещи домашней пыли, животных, тараканов, грибов, бактерий). Из них наиболее распространенными являются клещи домашней пыли, в первую очередь D. pteronуssinus и D. Farinae, с которыми связывают развитие БА во всем мире [1, 3, 7].
Домашние животные также являются источником АГ, находящихся в эпителии и экскретах. Наиболее мощные сенсибилизаторы респираторного тракта АГ котов. Максимальная концентрация данных АГ отмечается в местах проживания котов. Однако и в жилых помещениях, где нет этих животных, и в общественных местах находится много их протеинов, способных вызывать симптомы респираторной аллергии у высоко сенсибилизированных лиц. Даже вещи владельцев котов являются носителями данных АГ и могут быть средствами пассивного перенесения их в те места, где нет животных. Белки (АГ) собак подобны АГ котов, однако сенсибилизация к ним не так высока. На сегодняшний день все большую актуальность приобретают и АГ тараканов.
Плесневые и дрожжевые грибы также играют роль аэроаллергенов. Значительная распространенность грибов во всем мире делает их важными факторами развития и провокации обострений, а также персистирующего течения БА [10]. Наиболее распространенные грибы Penicillium, Candida, Aspergillus, Alternaria и Cladosporium.
Пыльцевые АГ играют важную роль в развитии сенсибилизации у детей. Наиболее частым растительным АГ в лесостепной зоне Украины является пыльца ольхи, березы (март-май), тимофеевки, овсянницы, мятлика, крушины (июнь), полыни, лебеды (июнь-октябрь). В южных областях главной причиной развития поллиноза выступает амброзия, важное значение имеют полынь, лебеда, подсолнух, кукуруза [3].
На рисунке приведено распределение сенсибилизации к разным группам АГ в зависимости от возраста.
Табак, содержащий окись и двуокись углерода, окислы азота и полициклические гидрокарбоны, является наиболее распространенным источником бытовых ирритантов (раздражителей). Если будущая мать курит во время беременности, то ребенок становится пассивным курильщиком еще внутриутробно. В раннем возрасте и в последующие периоды жизни пассивное курение увеличивает риск возникновения заболеваний нижних дыхательных путей и БА.
Свой вклад в развитие внеутробной сенсибилизации детей вносит и загрязнение окружающей среды, вызванное действием аэрополлютантов (озона, окислов азота, комплекса частиц двуокиси серы, кислых аэрозолей и др.), которые формируют индустриальный и фотохимический смог [5]. В своих публикациях A.P. Jones (2000) связывает развитие удушья с действием формальдегида, используемого при изготовлении строительных материалов и мебели.
К факторам, вызывающим обострение БА у детей, относятся физические нагрузки и вегетативные расстройства, в частности гастроэзофагеальный рефлюкс. Гипервентиляция любого генеза, приводящая к охлаждению или перегреву респираторного тракта или осмолярным изменениям жидкости на поверхности слизистой оболочки, также является провокатором обострений БА. Острый и хронический эмоциональный стресс часто бывает триггером обострения БА, так как вызывает гипервентиляцию и гипокапнию.
Одной из причин кожных и респираторных АЗ у детей раннего возраста является сенсибилизация к белкам каучука (латекса), из которого изготавливают детские соски и игрушки. Существует также перекрестная реактивность между АГ латекса и банана, авокадо, киви, дыни и каштана.
На современном этапе важным фактором риска развития медикаментозной аллергии у детей считают полипрагмазию, широкое применение антибактериальной терапии, особенно повторными и длительными курсами.
Чаще и быстрее вызывают сенсибилизацию местный и ингаляционный способы введения препаратов по сравнению с парентеральным.
Заболеваемость респираторными инфекциями наиболее высока у детей раннего возраста. Вирусные инфекции у детей с атопией являются как индукторами формирования БА, так и одним из наиболее частых провокаторов обострений уже развившегося хронического иммунного воспаления. Острые респираторные инфекции у малышей часто проявляются бронхообструктивным синдромом (БОС). Респираторные вирусы повышают чувствительность бронхов, стимулируют развитие поздних аллергических реакций, индуцируют эозинофильный ответ на вводимый ингаляционный АГ. Наиболее значимым причинным фактором у малышей является респираторно-синцитиальный вирус (RSV), предопределяющий 50% всех инфекционных wheezing-синдромов (затрудненного свистящего дыхания). Среди бронхиолитов его доля составляет 80% [1, 3, 10]. Вирусы парагриппа также являются причиной развития бронхиолитов и псевдокрупа у детей. Реже эти состояния вызывают аденовирусы и вирусы гриппа. RSV-ассоциируемый бронхиолит в настоящее время считается наиболее весомым фактором риска формирования БА как в раннем детстве, так и в последующие периоды развития. У детей с RSV-бронхиолитом доказано снижение функции Th1- и увеличение активности Th2-клеток, что объясняет высокую частоту инфекций и развитие сенсибилизации. В работах J.E. Gern (2000) показано, что не только RSV-бронхиолиты, но и другие тяжелые респираторные инфекции, перенесенные в раннем детстве, увеличивают риск развития БА у детей до 13 лет.
Развитие респираторной сенсибилизации инициируется пневмококком, гемофильной палочкой, золотистым стафилококком, возбудителями боррелиоза, коклюша, туберкулеза, хламидиоза и микоплазмоза [7, 9]. Их участие в развитии БА доказано как наличием специфических IgE к ним, так и положительными результатами кожных тестов. Способствует формированию БА и персистенция бактериальных антигенов в хронических очагах инфекции, большей частью в носоглотке [3].
В ряде эпидемиологических исследований последних лет продемонстрирован протективный эффект легких рецидивирующих инфекций верхних дыхательных путей в отношении развития БА и атопии у детей первых лет жизни, даже из семей с атопическим анамнезом [3, 10].
Эти факты полностью согласуются с так называемой гигиенической гипотезой, выдвинутой D.P. Strachan (1989). Суть ее заключается в том, что приверженность «западному» стилю жизни и полустерильной диете, проведение гигиенических мероприятий, профилактических прививок и особенно повсеместное применение антибактериальных средств широкого спектра действия привело к снижению рециркуляции общих инфекций. А это способствовало прогрессирующему росту АЗ (в том числе БА и АР) в экономически развитых странах мира. Подтверждением этой гипотезы являются результаты анализа состояния здоровья детей, проживающих на фермах. Дети, растущие в больших семьях при постоянном контакте с животными, продуктами сгорания дров и угля, значительной влажности жилых помещений, получающие упрощенное питание и, самое главное, не являющиеся пассивными курильщиками со стороны матери, не имели признаков атопической патологии.
Клинические симптомы «аллергического марша»
Манифестация заболевания начинается с симптомов пищевой аллергии, часто проявляющейся АД. Он дебютирует преимущественно на 1-м году жизни и является первым проявлением атопических заболеваний. Пик развития БА приходится на 5-летний возраст, АР на подростковый. По данным эпидемиологического исследования по международной методике ¶SAAC, среди детей, проживающих в Киеве, в возрасте 6-7 лет распространенность БА составляет 8,1%, АР 5,5%, АД 3,8%. У подростков 13-14 лет распространенность БА достигает 6,1%, АР 5,6%, АД 3,9% [3].
У детей раннего возраста одними из ведущих провокаторов АЗ являются пищевые АГ: коровье молоко, яйца, злаки, рыба, соя. С возрастом спектр пищевых АГ изменяется и по качеству и по частоте выявления, возрастает значение клещевых и инфекционных АГ (Staphylococcus aureus и Сandida albicans).
Большое значение в возникновении пищевой аллергии принадлежит нарушению морфофункционального состояния пищеварительного тракта. Поверхность тонкого кишечника контактирует с чужеродными веществами в 10 раз больше, чем дыхательный эпителий, и в 300 раз больше, чем кожа. В системе пищеварения есть ряд барьеров (анатомических, физиологических, иммунных), препятствующих проникновению пищевых антигенов во внутреннюю среду организма. Возрастные анатомо-физиологические особенности органов пищеварения содействуют несостоятельности этих барьеров именно в раннем возрасте, их повреждение в результате воспалительных, инфекционных, паразитарных заболеваний потенцирует пищевую сенсибилизацию. Массивному попаданию антигенов из кишечника во внутреннюю среду организма способствует снижение кислотности желудочного сока и функциональной активности поджелудочной железы. На колонизацию кишечника ребенка микроорганизмами поэтапно влияют влагалищная флора матери, грудное вскармливание или использование молочных смесей и последующее питание ребенка. Становление биоценоза пищеварительного тракта в значительной мере зависит от грудного вскармливания. Заселение кишечника патогенными микроорганизмами находится в обратной зависимости от наличия секреторных иммуноглобулинов и других факторов защиты, поступающих с молоком матери. Взрослый тип микробиоценоза формируется к 18-му месяцу жизни. Более раннее становление «микробного пейзажа» кишечника по взрослому типу содействует развитию гастроинтестинальной аллергии. Возникновение аллергических реакций при дисбактериозе связывают с повышенным размножением гистаминогенной флоры, увеличивающей количество гистамина в организме ребенка путем декарбоксилирования пищевого гистидина [3].
Первые проявления АД эритематозные элементы, везикулы, мокнутие у большинства детей возникают на 3-4-м месяце жизни.
Классическими признаками первого периода развития болезни являются:
симметричность поражения;
истинный и эволюционный полиморфизм сыпи;
интенсивный зуд;
постепенный переход пораженной кожи в здоровую.
На 2-м году жизни преобладают процессы инфильтрации и лихенификации с локализацией на разгибательных и сгибательных поверхностях конечностей, но к концу 2-го года жизни процесс охватывает преимущественно сгибательные поверхности, а на лице стихает.
Во втором возрастном периоде от 2 до 12-13 лет АД приобретает хронический характер.
В третьем возрастном периоде (подростки и взрослые) превалируют экскориации, папулы, очаги лихенификации и инфильтрации кожи. Типичной является локализация процесса на локтевых и коленных сгибах, на задней поверхности шеи, коже век, тыльной поверхности кистей и суставов.
В последнее время возрастает количество больных с полиорганной аллергической патологией. Понятие «дермореспираторный синдром», при котором наблюдается сочетание кожных и респираторных проявлений, возникло в начале 80-х гг. прошлого века. Термин не получил официального признания и отражения в Международной классификации болезней, но до сих пор используется в клинической практике. Частота регистрации дермореспираторного синдрома в структуре АЗ составляет 30-45%. Сочетание АР и БА наблюдается у 23-25% детей, а АР и АД у 46-50% [3].
Сейчас повсеместно обсуждаются вопросы взаимоотношения АР и БА. АР является клиническим маркером респираторной аллергии, часто вторым участником «аллергического марша» и предвестником развития БА и, по данным И.М. Воронцова и О.А. Маталыгиной (1986), имеет место уже у 15% новорожденных.
По данным клинико-эпидемиологических исследований, у 19-38% детей с АР наблюдаются симптомы БА, и, напротив, аллергическая риносинусопатия отмечается у 80% пациентов с БА. Риск развития БА у больных АР в 3 раза выше, чем в случае атопии, не сопровождающейся АР. У 45% больных АР появляется первым, у 35% детей БА и АР возникают одновременно, у 20% БА опережает АР, у 69% симптомы АР предшествуют БА или появляются одновременно, у 46% больных отмечена связь между симптомами АР и эпизодами БА.
Хронологическая последовательность возникновения симптомов АР и БА в детском возрасте неоднозначна. Начало БА приходится на раннее детство. Первые проявления wheezing-синдрома у половины детей имеют место в возрасте до 2 лет. Пик интермиттирующего (сезонного) АР отмечается у подростков [4]. Относительно персистирующего (хронического) АР следует сказать: сложности диагностики инфекционного и АР в раннем возрасте, а также стереотип врачебного мышления о преимущественно инфекционной этиологии ринита способствуют тому, что обострение назальной аллергической реакции часто воспринимается как очередная инфекция, поэтому диагноз АР устанавливается поздно [9, 10]. Трудности возникают также при диагностике обострений АР, триггером которых часто выступает вирусная инфекция.
Поскольку этапность развития «аллергического марша» рассматривается, прежде всего, как последовательная трансформация клинических проявлений атопии в БА, следует помнить о тех детях, у которых БА начинается с бронхообструктивного синдрома в раннем возрасте (47% случаев). Бронхообструкция или псевдокруп (острый стенозирующий ларинготрахеит), независимо от причин их возникновения (80% ОРВИ), в дальнейшем рецидивируют у 53% детей. С течением времени у 2/3 детей рецидивирование БОС прекращается, а у 23,3% больных формируется БА.
Факторы риска рецидивов БОС:
семейный анамнез атопии;
повышение уровня сывороточного IgE;
ингаляционная сенсибилизация;
пассивное курение;
мужской пол.
Предупреждение манифестации и прогрессирования «аллергического марша»
В материалах международных программных документов, касающихся АЗ, сформулированы новые подходы к их профилактике и предложены три уровня превентивных мероприятий.
Первичную профилактику рекомендуют проводить с момента действия известных факторов риска, ассоциируемых с АЗ, с целью предупреждения возникновения болезни у детей группы высокого риска. Она направлена на устранение влияния пре- и перинатальных факторов риска развития аллергической сенсибилизации и до сих пор еще не разработана.
Вторичная профилактика проводится после того, как первичная сенсибилизация к АГ уже состоялась, но симптомов болезни еще нет. Ее цель предотвращение развития хронического персистирующего процесса у детей, имеющих ранние признаки АЗ, особенно БА. Вторичная профилактика ограничивается, большей частью, мероприятиями по предотвращению развития болезни у детей раннего возраста.
Третичная профилактика включает устранение действия АГ и неспецифических триггеров в случае диагностики АЗ. Целью ее является предупреждение развития обострений или ухудшения течения болезни, которые могут развиться при контакте с идентифицированными АГ или ирритантами. Мероприятия третичной профилактики начинают при первых признаках установленного заболевания.
Пренатальная профилактика направлена на предупреждение патологического зачатия (наличие заболеваний, передающихся половым путем, у родителей на момент зачатия) и устранение внутриутробной сенсибилизации плода. Этот вопрос еще не разработан, хотя перспективные направления уже очерчены и активно изучаются. Базисом для разработки пренатальных мероприятий являются данные экспериментальных и клинических исследований о влиянии некоторых факторов на развитие фетальной сенсибилизации на разных этапах гестации. Доказано, что во ¶¶ триместре беременности иммунная система плода достаточно зрелая для формирования аллергической сенсибилизации, а наиболее вероятным ее путем является кишечник или амнион. Критические дозы АГ и сроки влияния, приводящие либо к сенсибилизации, либо к толерантности плода, окончательно не определены. Существует небольшое количество свидетельств того, что влияние больших доз АГ вызывает синтез IgG у матери, в результате чего уменьшается вероятность формирования аллергии у будущего ребенка. M.C. Jenmalm и B. Bjorksten (2000) установили, что у детей первых 8 лет жизни, в пуповинной крови которых выявлены высокие уровни IgG к АГ котов и пыльцы березы, имеет место более низкая частота развития аллергических проявлений. Обнаружено снижение сенсибилизации у детей, рожденных от матерей, которые во время беременности получали специфическую иммунотерапию (СИТ). Считается целесообразным соблюдение гипоаллергенной диеты во время беременности.
Постнатальная профилактика заключается в формировании здорового образа жизни семьи, правильном воспитании и рациональном питании ребенка, оздоровлении окружающей среды.
Педиатры единодушно подчеркивают большое значение грудного вскармливания в формировании у ребенка защиты от АЗ. Соблюдение матерью из группы высокого риска гипоаллергенной диеты во время лактации может существенно снизить вероятность развития АД и БА. Хотя в настоящее время нет доказательств необходимости гипоаллергенной диеты кормящей, однако она полезна для самой матери. Безусловно, для детей с повышенным риском развития атопии раннее отлучение от груди является опасным с точки зрения формирования и прогрессирования сенсибилизации к пищевым АГ. Несмотря на то что синтез IgE отмечается уже у 11-недельного плода, ребенок рождается с низким уровнем IgE. При этом в случае вскармливания коровьим молоком уже в 3-месячном возрасте у малыша определяется специфический реагин. Поэтому первой попыткой проведения превентивных мероприятий была коррекция питания детей 1-го года жизни, исключавшая из диеты белки коровьего молока, яиц, рыбы и орехов. Однако у детей с АД и пищевой аллергией эффект таких ограничений был непродолжительным, а последующее наблюдение за детьми с БА вообще не выявило положительного результата. Напротив, появились опасения, что существенные качественные ограничения в питании детей раннего возраста могут повысить риск задержки роста. Вместе с тем, специфические IgE к пищевым АГ, особенно к яйцам, на 1-м году жизни выявляют у 30% детей в популяции. С учетом этого, нежелательным является раннее (до 6-месячного возраста) введение прикорма. У детей с атопией на 1-м году жизни из рациона необходимо исключить сильные облигатные АГ.
При невозможности грудного вскармливания применяются гипоаллергенные формулы на основе гидролизованных белков молочной сыворотки НАН ГА, Хипп ГА, Хумана ГА, рекомендуемые для профилактики АЗ у здоровых детей с семейным анамнезом атопии, а также для лечения детей с АД. В настоящее время доказаны высокая клиническая эффективность, способность к нормализации микробиоценоза кишечника, снижению уровня специфического IgE к белкам коровьего молока этих смесей.
Ведущее место у детей с пищевой аллергией принадлежит элиминационной диете. Специализированные диеты при АД не только имеют диагностически-лечебное значение, но и оказывают профилактическое действие. До получения результатов аллергологических тестов ребенку назначают эмпирическую диету: исключение из рациона анамнестически подозреваемых пищевых АГ и высокоаллергенных продуктов (см. таблицу). Не рекомендуются мясные бульоны, острые и сильно соленые блюда, специи, маринады, консервы, напитки фабричного производства. Следует выявлять «виновный» АГ индивидуально в каждом конкретном случае, не увлекаться исключением из диеты известных облигатных АГ и следить за полноценностью питания ребенка.
При выраженной гиперчувствительности к белкам коровьего молока применяют безмолочные диеты. Адаптированные смеси на основе изолята соевого белка (Соя-сем, Нутри-соя) назначают в течение 6-18 мес в зависимости от степени сенсибилизации и тяжести клинических проявлений пищевой аллергии. Следует, однако, помнить, что у 25% детей формируется аллергическая реакция на сою.
Большое значение имеет соблюдение режима питания и режима дня ребенка, предусматривающие прием еды в определенные сроки, полноценный сон и отдых, ограничение стрессовых ситуаций, нормализацию психоэмоционального состояния.
В случаях причинного значения других АГ проводятся соответствующие элиминационные мероприятия: акарицидные (борьба с клещами), фунгицидные, исключение контакта с домашними животными, применения лекарственных средств и пр.
Получены положительные результаты у детей грудного возраста при ограничении контакта с АГ клещей. Однако выводы последних исследований [5] свидетельствуют о том, что устранение раннего контакта ребенка с АГ домашней пыли и котов не предотвращает развитие аллергии, и, наоборот, ранний контакт ребенка с котами и собаками предупреждает развитие АЗ.
Эти данные дают основание для разработки в будущем тактики первичной профилактики, направленной на перестройку иммунного ответа младенца в сторону неаллергической реакции Тh1-типа. Достичь оптимального соотношения Th1/Th2-типов иммунного ответа у ребенка планируют за счет влияния больших доз АГ и комбинации белков АГ и цитокина ИЛ-12. Доказано, что легкие формы вирусной инфекции верхних дыхательных путей, перенесенные в раннем детстве, снижают риск развития БА вплоть до 8 лет. Однако тяжелые респираторные инфекции нижних дыхательных путей, особенно RSV-бронхиолит, являются факторами высокого риска развития БА в течение всего дошкольного периода.
Появилась идея сосредоточить внимание на коррекции «микробного пейзажа» кишечника младенцев с помощью пробиотиков и таким образом повлиять на развитие постнатальной пищевой сенсибилизации. Однако Е. Isolauri и соавт. (2001) указывают, что общий уровень сенсибилизации у детей раннего возраста после использования пробиотиков не изменился, хотя клинически частота АД снизилась почти вдвое.
Вторичная профилактика АЗ полезна тогда, когда аллергическая сенсибилизация уже состоялась и есть клинические проявления ранних аллергических поражений кожи, носа, органов пищеварения, но симптомов БА еще нет. Превентивные мероприятия на этом этапе заключаются, кроме выше упомянутых, в эффективной комплексной терапии, предотвращении появления новых проявлений и прогрессии сенсибилизации.
На Интернациональной конференции по АД (¶ССАD) в 2003 г. основной целью лечения заболевания признано прекращение эволюции «аллергического марша». К сожалению, комплексная медикаментозная терапия АД в настоящее время не гарантирует его предотвращение. Большие надежды возлагают на препарат элидел ингибитор кальциневрина, который предотвращает прогрессирование АД, сокращает частоту рецидивов и применения топических глюкокортикостероидов (ГКС). Отмечен хороший клинический эффект при раннем назначении элидела как в виде монотерапии, так и в сочетании с препаратами Н1-блокаторов гистамина. Однако значение элидела в возрастной эволюции аллергии должно быть доказано длительным катамнезом.
Неcмотря на многолетний опыт применения антигистаминных препаратов (кетотифена, цетиризина, кларитина и других медикаментов нового поколения), обладающих кроме блокирующего действия на Н1-рецепторы другими эффектами (угнетение высвобождения гистамина мастоцитами, продукция лейкотриенов, простагландина D2 и фактора активации тромбоцитов, ингибирование образования молекул адгезии и хемотаксиса эозинофилов), нет убедительных доказательств их влияния на формирование БА. По данным мультицентрового исследования ЕТАС, применение цетиризина у детей с двумя и более факторами риска атопии снижает заболеваемость АД на 3%. По нашим данным, антигистамины ¶¶¶ поколения оказывают позитивный эффект в лечении обострений АД и АР, сопровождающийся снижением уровня сенсибилизации и достоверным уменьшением содержания эозинофилов в носовом секрете. Превентивное действие длительного курса лоратадина на формирование БА также окончательно не доказано, однако при его применении отмечается достоверное снижение бронхиальной гиперчувствительности. Определенные надежды возлагают на применение Н1-блокаторов гистамина ¶¶¶ генерации дезлоратадина (эриуса) и фексофенадина (телфаста, фексофаста, алтивы, аллегры), а также кромогликата натрия (налкрома) и ингибитора рецепторов лейкотриенов монтелукаста натрия (сингулара).
Оценивая эффекты длительной (3-6 мес) медикаментозной профилактики «аллергического марша» антигистаминными препаратами, следует учитывать наличие или отсутствие гиперреактивности бронхов, что делает прогноз более взвешенным. Однако определить гиперреактивность бронхов у детей раннего возраста практически невозможно.
Исследование скрытого бронхоспазма и мониторинг показателей функции внешнего дыхания возможны лишь с 5-летнего возраста.
Что делать? Для предотвращения развития персистирующего аллергического воспаления в дыхательных путях в настоящее время используются ингаляционные ГКС. Мы назначаем их детям с атопией после первого эпизода синдрома бронхообструкции независимо от причины его возникновения. Доказано (G. Connert, W. Leenney, 1993; N.M. Wilson, M. Silverman, 1990), что ГКС одинаково эффективны как в случае вирусиндуцированной БА, так и типичного приступа удушья после контакта с АГ. Применение ингаляционных ГКС в средних и даже малых дозах позволяет достоверно снизить частоту эпизодов обострений БОС, который после третьего рецидива мы рассматриваем как БА. Длительность лечения ингаляционными стероидами (1-3 мес) определяется индивидуально с учетом особенностей течения БОС и наличия факторов риска развития БА.
Единственным методом, способным изменить характер иммунного ответа, в настоящее время считается специфическая аллерговакцинация (САВ), суть которой заключается в повторном введении причинно-значимых АГ в постепенно возрастающих дозах, начиная с субпороговой, с целью снижения гиперчувствительности. Показанием к проведению САВ считают сочетание АР с атопической БА. САВ используется и как превентивное средство развития БА у пациентов с АР.
Для оценки результатов САВ важен не только клинический эффект, но и объективные параметры, которые характеризуют АЗ. Исследователи A.K. Oehling, M.L. Sanz, A. Resan (1998) считают, что единственным стандартизованным критерием эффективности САВ является существенный рост блокирующих антител аллерген-специфических IgG4.
По нашим данным, у детей с АР после курса САВ отмечается позитивная динамика гиперчувствительности к пыльцевым АГ, снижение уровня специфических ¶gE, уменьшение гиперреактивности бронхов. Применение предсезонной САВ в течение 3 лет у детей с интермиттирующим АР достоверно снижает риск развития БА в 3 раза и гиперреактивность бронхов в 1,6 раза.
Возможности САВ в педиатрической практике сейчас значительно расширились за счет новых способов введения: назального, подъязычного (сублингвального) и перорального. Современные сублингвальные и пероральные аллерговакцины оказывают выраженный клинический эффект, не вызывают системных и других серьезных побочных реакций, позволяют снизить возрастной ценз применения САВ. Однако этот метод пока не разрешен для широкого использования у детей до 5 лет.
Перспективой постнатальной профилактики АЗ является создание иммуномодуляторов новейшей генерации с помощью Тh1-иммуноадъювантов, вакцин ДНК, АГ, ассоциируемых с ИЛ-12 или c-ИФН, или пероральное применение соответствующих кишечных микроорганизмов [2].
К постнатальным факторам высокого риска развития АЗ у детей раннего возраста относится пассивное курение. В таких случаях нужна широкая активная пропаганда отказа от курения, результаты которой пока еще далеки от желаемых.
Оптимальным является проведение мероприятий третичной профилактики при появлении первых признаков БА. В действительности в лучшем случае их начинают проводить при диагностике. Вместе с тем, получены объективные данные, подтверждающие наличие морфологических признаков хронического аллергического воспаления в дыхательных путях уже на момент появления первых симптомов БА. Поэтому так важно проведение мероприятий первичной и вторичной профилактики.
Поскольку обострения уже установленной БА провоцируются целым комплексом значимых триггеров (АГ, поллютанты, пищевые продукты и т. д.), важной является разработка системы профилактических мероприятий индивидуального и социального значения. Необходимо создание гипоаллергенных микроэкологических условий (принцип «чистого дома»), уменьшающих концентрацию бытовых АГ, особенно домашних клещей и котов. Сложным вопросом является борьба с тараканами и грибами.
Адекватными должны быть мероприятия по уменьшению контактов детей, больных БА, с ирритантами, для чего необходимо вентиляционное оборудование, технически совершенная система отопления и т. д. Эти же аэрополлютанты загрязняют воздух вне помещений, но радикально эту сложную проблему улучшения макроэкологии решить в настоящее время невозможно. Поэтому разработаны рекомендации по уменьшению их влияния на больного, касающиеся правил поведения в конкретных ситуациях (уменьшение необязательной физической нагрузки при неблагоприятных метеоусловиях, исключение контактов с инфекционными больными и раздражающими факторами, смена жилья, а по возможности и места проживания) [1, 3]. Однако у детей раннего возраста трудно выполнить некоторые рекомендации, в частности уменьшение физической активности и эмоциональных реакций.
Одним из самых частых триггеров обострения БА у детей являются ОРВИ, поэтому, кроме исключения контактов с больными респираторными инфекциями, методом выбора является проведение курса лечения иммуномодуляторами [3]. Следует большое внимание уделять санации хронических очагов инфекции и оздоровлению ребенка (закаливание, реабилитация). В связи с высоким риском развития тяжелых и критических состояний у пациентов с БА при заболевании гриппом детям с 6-месячного возраста рекомендована ежегодная вакцинация с использованием препаратов ¶¶¶ поколения субъединичных противогриппозных вакцин.
Особо следует отметить, что третичная профилактика БА проводится на фоне длительной превентивной базисной противовоспалительной терапии препаратами, индивидуально подобранными по эффекту.
К профилактическим мероприятиям всех уровней можно отнести и распространение информации о сущности аллергии, факторов ее формирования среди взрослых групп риска и родителей детей из групп риска. Только осознанное отношение к вопросам развития заболевания, необходимости строгого соблюдения рекомендаций врача, а также целеустремленное претворение их в жизнь могут обеспечить высокую эффективность профилактических мероприятий.
Большие перспективы, с точки зрения профилактики развития АЗ у детей, имеет масштабная программа преконцепционной профилактики, целью которой является улучшение состояния здоровья будущих родителей, что позволит устранить неблагоприятное влияние многих вредных факторов во время беременности и родов.
Таким образом, во все периоды жизни, даже в момент предсуществования, на организм ребенка влияют различные факторы риска развития аллергии неблагоприятное состояние здоровья родителей перед зачатием, отягощенная наследственность. Важнейшими из них являются генетические факторы, неблагоприятное течение беременности и родов, воздействие пищевых, инфекционных антигенов и АГ окружающей среды. Процесс сенсибилизации развивается эволюционно, начинаясь с внутриутробного этапа, когда закладывается потенциальная сенсибилизация. А после рождения имеет место прогрессирующее расширение ее «плацдарма» в виде манифестации «аллергического марша» уже в раннем детском возрасте.
http://immuno.health-ua.com/article/199.html