В колонках играет - DJ Iridium - The four seasons
Настроение сейчас - Хорошее.
«По молодости он не понимал, что тот, кто раздумывает над вопросом донести или не донести, в конце концов обязательно донесет, потому что всякая мысль стремится к завершению заложенных в ней возможностей…» (Фазиль Искандер «Кролики и удавы», в размышлениях молодого удава о рассказе Косого).
Причина. Мысль о том, что мне пора отдыхать и что я уже ни физически, ни морально не выдерживаю окружающей действительности, посещала всё чаще и всё острее. Появилась нехорошая раздражительность, некое подобие агрессивности и зарождающейся истеричности.
Предпосылка. В среду утром (22 июня) я проснулась, как и в последнее время, в отсутствующем настроении. Как обычно, присела пить кофе, поглощать фрукты, слушать Бачинского и Стилавина… И в процессе шуток-прибауток, стеба и пр. проскользнула одна маленькая, но потрясшая меня мысль, которая и послужила непосредственным толчком к описываемым ниже событиям: «если вас окружают уроды, то это значит всё, пора уединяться и отдыхать». Простая и прикольная, на первый взгляд, истина прочно впиталась в моё сознание и не отпускала меня целый день.
Событие. В среду вечером, придя с работы, я начала нехотя проглядывать сайты различных туристических агентств и операторов в поисках какого-нибудь горящего тура куда-нибудь на пляж. Причем второй раз прав Искандер – я точно знала, что этим каким-нибудь «горячим» будет несомненно Хорватия. Оставался вариант с Турцией, но он не был принят сердцем ни в какую. Ну не хочу я туда. Закончилось всё тем, что я распечатала сайт одного из туристических агентств. И с утра в четверг направилась, минуя первую половину рабочего дня, туда. До последней секунды я не понимала, что я делаю. Основным и железным утешением было – «Люба, просто констатируй факт!» После двух часов мучительных поисков был выбран подходящий маршрут. Оплачены услуги. Подписаны договоры. На работе было написано заявление на недельный отпуск. В голове роились разные мысли типа «одной нехорошо», «что я там буду делать» и пр., но подсознание точно знало, что всё происходит правильно и очень грамотно. Всё-таки умное у меня подсознание. В пятницу получено подтверждение, вечером после работы поехала в агентство за документами, по пути прикупив в «Атриуме» ряд вещичек, в книжном на Земляном вале Достоевского «Бесы», и уже в субботу в 7 часов утра я стояла с сумкой на регистрацию на вылет Москва - Пула.
Великолепный полёт. Респекты экипажу. И вот оно. «Наш самолет совершил посадку в аэропорту Пула, температура за бортом + 30 С…» Выхожу из самолёта. Отдельная ремарка относительно аэропорта города Пула. Эээ… Эдакая бетонка посреди сельскохозяйственного поля. К трапу не был подан автобус для перевозки пассажиров, и четыреста с лишним человек пешочком от самолёта прогуливались (какое я приличное слово выбрала) к зданию аэропорта. Милые хорваты быстро проставили штампики в паспортах, получен багаж, трансфер в отель. Планы были следующие – помыться и спать. С учетом того, что в ночь с пятницы на субботу я умудрилась гулять до двух часов, а подъем состоялся ни больше ни меньше в четыре часа утра. План был нарушен. Вместо здорового сна, я прикупила коврик и отправилась на пляж. Блаженство ни с чем несравненное. Надо отметить, что рейс из Москвы был задержан на полтора часа, регистрировалась я рано (я ж порядочная – за два с половиной часа до вылета), посему времени для прогулок по duty free Домодедово у меня было более, чем достаточно. Там, собственно, я прикупила два диска “The classic chillout album” и последний альбом The Black Eyed Peas. Вот собственно с чилаутом я и прилегла на пляже. Ну а ночью сопела сладким сном, с учётом того, что за окном отеля барабанил сильнейший ливень и ласково шумел кондиционер.
На следующее утро купила себе парочку экскурсий и весело пошла на пляж. Программа была насыщенной – купание и загорание. Причем загар стал какой-то фанатичной идеей, моя бледность до ужаса смущала меня и просто-таки давила психологически. Естественно, что крем с уровнем защиты 6 не мог спасти белую кожу от прямых лучей, но тогда меня это еще мало волновало.
Третий день прошёл также, а вечером стало тоскливо – поднималась температура, тело было раскаленным и очень сильно красным, прикасаться к нему было практически невозможно, начиналась обморочная зевота. Обморочная зевота, я ее слишком хорошо знаю, когда у тебя все кружится, тупится, слабость во всех твоих членах, и ты единственно себя уговариваешь не зевать. Как только ты начинаешь зевать, ты падаешь. Ну, в прохладном номере отеля это было не очень страшно. На следующее утро предстояла поездка в Загреб. Ах, да! Попробовала местное пиво Karlovachko (по городу, где оно производится – Karlovac). Ну и гадость эта ваша заливная рыба. Половину банки вылила в туалет.
Семь часов утра местного времени (девять по-нашему) – прекрасное со всех сторон время, т.к. очень свежо, море чистое и тихое, природа еще влажная и солнце ласковое. Ожидая автобус, разговорилась с нашими соотечественниками:
- Вы тут вторую неделю?
- Да! А Вы, судя по вашим коленкам, первую…
Коленки, надо сказать, была менее всего пострадавшая от моего безумия часть тела. Меня трясло, и я … зевала… той самой нехорошей зевотой.
По дороге в Загреб очень милый хорват Бранко, прекрасно говорящий по-русски, рассказывал много интересного и чрезвычайно полезного о Хорватии, о ее истории, жизни, особенностях, подробно описывал те места, где мы проезжали (а за четыре часа много можно где проехать), комментировал наши остановки при оплате автобанов (отдельная история). В общем, было крайне интересно, но меня знобило. Я пеняла на кондиционер в автобусе, хотя прекрасно понимала, что это температура и мне давно пора в койку. Но русские не сдаются. Дальше была пешеходная экскурсия по старому Загребу, точнее Капитолу и Градицу, во время которой мне даже пришлось присесть – было очень нехорошо. Да и русские слова хорватской девушки-гида оставляли желать много лучшего. Но не о ней. Загреб. Ну, во-первых, существует два Загреба – новый и старый, разделяемые рекой. Новый Загреб не впечатляет и оставляет отпечаток средненького города типа Рязань. Зато в старом Загребе дела обстоят много интересней – там средневековье, там католический собор Девы Марии, там старый театр, там здание парламента и правительства, к которым, к слову сказать, можно совершенно спокойно подойти, там первая аптека Хорватии, которой в свое время управлял внук того самого Данте… Но и это не то… Дома старые, обветшалые, серые, мрачные, неухоженные, разрисованные баллончиками, на домах следы от снарядов и пуль. Город всё помнит. Загребчане крайне отзывчивые и очень хорошие люди, но город помнит всё. А потом… А потом обычный туристический шоппиг, прям по Ефремову Ивану: «...Три кита современной нашей общественной жизни: зависть, болтовня во всех её видах и покупка бесчисленных вещей...» (Иван Ефремов «Лезвие бритвы»; Чезаре на размышления Леа и Сандры). Купила хорватской музыки, чему несказанно рада. Её мелодичность напоминает русскую музыку, но она более спокойная и расслабленная что ли. На обратном пути, пока мы ехали по побережью Адриатики, с удовольствием откинулась на спинку кресла и наслаждалась музыкой. Спать не было никакой возможности – безумно красивая страна. Я пребывала в состоянии умиленного созерцания, когда взгляду очень спокойно и очень гармонично.
На следующее утро мне предстояло еще более далекое путешествие на Плитвицкие озера. Все члены ломило, боль была жуткая, постепенно начинала слезать кожа. Несколько минут уходило на то, чтобы принять позу, в которой мне будет хоть немного легче. Под экскурсию до момента первой остановки я уснула. Ну и ничего страшного. Зато потом, когда проезжали город Сень, я опять ретроспективно была поражена зданиями, которые десять лет назад обстреливались самолетами с воздуха, этими пробоинами от снарядов, состоянием домов и природы, которая, конечно же, очень сильно пострадала. Приехали на озера. Пять часов езды – это не шутки. Плитвицкие озера – это 16 природных горных озер, соединенных 192 водопадами. Цвет озер – аквамариновый. Ну это, собственно, все для моего циничного взгляда, хотя походить там было довольно-таки приятно. Отдельное слово про одно местечко, куда мы заехали по возвращении. Это домашнее хозяйство, в котором производят локальную ракию – сливовицу. Дрянь редкостная. В кратце, ракия – это самогон хорватский, который, по их мнению, очень должен полюбиться русским. Я выпила вишневого этого зелья грамм двадцать, откушала меду. И купила мамашке – бутылку этого напитка, папашке – банку сосновного меда. Удивительно, но у меня было подозрение, что эта медовуха хренова оказала не самое благоприятное воздействие на мои ноги – у меня стали безумно ватными и твердыми икры. И это с двадцати-то грамм! На обратном пути – музыка, море, движение, закат. Я влюблялась в эту страну и в богатство ее природы. К холодному ужину попросила вина, что, несомненно, облегчило моё засыпание. Со следующего дня решила пить, ибо «ну нах…»
В четверг часов в 8 утра я потащилась на море. Процесс облезания начал принимать всё более поглощающие масштабы. Плавала некоторое время, пока боль от соленой воды не стала невыносимой. Ближе к полудню отправилась в город Пореч. Чиста погулять. Очень понравился город – шумный, красивый, древне-современный с кучей различных кафешек и магазинчиков. До восторга порадовал трамвайчик, на котором добиралась обратно. По холодному пивку. На сей раз это был продукт загребских производителей – Ozujsko. Энтузиазму было гораздо больше. На нем и остановилась. Потом опять на пляж добивать свое тело, которое к тому моменту представляло собой уже страшную сеть ожогов. Потом винище попивать да ужинать. Очень вкусное белое вино Мальвазия, хотя и сухое.
На последний день возлагались особые надежды в плане плавания и загара. Посему в восемь утра я уже рассекала спокойные волны Адриатического моря. Боль была адская. Не долго я рассекала. Полежала на пляжу. Часам к 10 испортилась погода. В 11 я уже пила горячий чай в надежде согреться и питалась спагетти. Но погода не стала препятствием для ухода с пляжа, тем более, что я для себя поставила вполне осязаемую задачу – дочитать Достоевского (там оставалось около 400 страниц). К слову сказать, я дочитала его только в самолете. В обед – пиво, вечером – вино. Собрала свои вещи и легла спать.
Сегодня был трансфер в аэропорт, неприятная регистрация, задержка рейса на полтора часа, «затаривание» в duty free и возвращение домой.
Самое печальное событие дня – у меня стащили бирку с сумки. В 1998 году, когда был чемпионат мира по футболу, «Спорт-экспресс» проводил конкурс прогнозов на матчи. Я честно напрогнозировала и выиграла кучу всяких призов, в том числе и бирку для багажа. Красивую кожаную бирку с мячом и надписью France’98. И вот с 1998 года мой багаж всегда сопровождался этой биркой, на которой красовались мои фамилия, имя и номер сотового. И вот сегодня при получении багажа в аэропорту Домодедово я ее не обнаружила. До сих пор не могу прийти в себя от шока. Вся семья мне сочувствует.
Результат. Но так или иначе, я крайне довольна своим маленьким путешествием и с нетерпением жду своего возвращения в эту прекрасную страну. Она мне искренне полюбилась. И эмоции, которые сейчас переполняют меня исключительно положительные, добрые и светлые. Чего всем и желаю.
Последствия. Узнаю позже. Всё болит.
