Шарль Бодлер

СПЛИН

Король я той страны, чьё имя – Альбион,
Богат, да очень слаб, хоть юн летами он,
Скучающий монарх, от челяди уставший,
Что стар уже душой, великим же не ставший;
Ни ястреб на плече, принёс который дичь,
Ни шаловливый пёс, ни даже смелый спич
Придворного шута не радуют больного
Тоской таинственной, и средства нет иного,
Способного царя хоть чем-нибудь развлечь,
Ни женщины – а им с монархом лишь бы лечь! –
Разжечь не могут страсть бесстыдством туалета
В душе холодного к потугам их скелета.
Алхимик, золото добывший из свинца,
Не смог изгнать порок из дряхлого юнца,
И даже римская, тепла что, ванна с кровью
(А слили в неё кровь, понятно, не коровью!)
Согреть не в силах труп, в чьих жилах навсегда
Течёт летейская зелёная вода.

Я человек, так для чего
Сволочи делают со мною,
Что захотят, какой виною
Я отягчён? – Убил… его.
Гомосексуалиста. Во
Тьме прошептал он за спиною:
«Эй, парень…» И я пал стеною
На юношей ловца сего.
В чём же вина? Он своего
Искал, идя за Сатаною,
Ну и нашёл. Мразью одною
Меньше. Вот я казнил кого.
Мстят до сих пор мне за него
Ублюдки с психикой больною.

Гляди, я улучил момент
И замочил одним ударом
Пса – бить научен тать недаром! –
А это мусор был, не мент,
Системы кальный экскремент…
Им нужен кич был, пьют когда ром
Пираты. Ух, как скипидаром
Пахнуло – смел эксперимент
В искусстве, что из всех важнейшим
Для нас является – кино!
Документальное оно.
Из полевых зверей умнейшим
Только не зря слыл хитрый змей…
Драконить аспида не смей!

Явил я чудо, замочив подонка,
То, что в ушедшем веке предсказал
Вам Шарль Бодлер – прикончил сладкостонка
Одним ударом, чем и доказал:
Жив Бог! Мне ветер в душу дунул тонко,
Не думая, отпор дать обязал…
Белая лента ваши как гандонка.
Что, лихо я одно с другим связал?
И вот теперь у власти Вова Путин.
В каком-то смысле он мой протеже.
Прокладываем в будущее путь ин
Мы с ним вдвоём который год уже.
Что мне гомопротест твой, петел раз ты?
Лучше страну покиньте, педерасты!



Шарль Бодлер

СIV

ВЕЧЕРНЯЯ ЗАРЯ

Ну вот и вечер, друг всех тех, кто не в ладу
С законом, и в час серый жди беду.
Альковному заря подобна балдахину.
Рабочий заглушил гремящую махину.
О, вечер, вечер, как желанен ты тому,
Кто утрудился за весь день – хвала ему!
Учёный муж, устав, ошибку допускает,
И мрачная хандра под вечер попускает.
Трудяга сгорбленный присел у очага,
А что там булькает? Суп луковый, ага!
Чу! Просыпаются с трудом, едва живые,
Духи нечистые, как люди деловые,
И ставнями гремят, увидев тусклый свет,
В недоумении – закат или рассвет?
Уж Проституция фонарь свой зажигает –
Налогом и её закон наш облагает.
И где только она не проложила путь?
Нарвётся на удар и враг когда-нибудь!
Как солитёр, она в кишечнике столицы
Шевелится. С лицом все шлюхи, и безлицы.
Везде уже шипят кастрюли на огне.
Кричит театр. Оркестр храпит, словно во сне.
Шулер с сообщником, не ведая смущенья,
Доставят острые их ждущим ощущенья!
Но это ещё что! На дело вышел вор,
Домушник – этот, тот – щипач-рукопровор,
Прожить недельку чтоб другую без заботы,
Да девку приодеть – опасней нет работы!
В этот торжественный момент, душа моя,
Ты мысли собери. Устал от шума я.
Под вечер боли все становятся острее.
За горло ночь берёт больных: умри скорее!
Больница вздохами их тяжкими полна,
Их жизнь закончилась, а смерть всегда страшна.
Не досчитались вновь бедняг. Уже не нужен
В Бозе почившему простой больничный ужин.
Но большинство из них, проживши жизнь вотще,
Обычных радостей не ведали вообще.

«Мне не разрешены гашиш, вино
И с женщиною мне запрещено
Любовью заниматься, потому что
Снимаю я сонетное кино.
Без этого всего прожить неужто
Возможно полноценно? Да кому ж то
Понравится? Отняли бы одно,
Не сразу всё!» – Неблагородный муж-то
Сломался бы, но здесь – царская кровь.
Лоб Соломона чист, лишь хмура сбровь.
Князь отказался от радостей жизни,
Зато единорога с ним быстровь
И психиатры не нашли в нём шизни,
Но лишь давно остывшую костровь.


СОЛОВЕЙ

В слове я сущий Велиал
И если им кого ославлю,
Тот лучше б выбрал обезглавлю:
«Не в красной ты Москве ли ал?»
Держащая златой фиал
– Перлов я вижу в нём расплавлю! –
«Пей, – говорит мне, возуглавлю,
Во мне взыскавший Идеал!
Купишь футбольный клуб «Реал»,
Все тебе петь будут айлавлю…
Одной рукой возьмёшь булавлю,
Другой – земной империал!»…
Про волка снимут сериал,
Как расшвырял он псов облавлю.

На волка свору всю спустили,
А то повадился в село,
И лишь гашетки не спустили –
Зане красив зверюк зело!
Три волкодава испустили
Дух сразу, двум не весело.
Матёр тать! Так и отпустили.
Нужно ножам и осело.
На вора выпустили свору,
А он её всю расшвырял.
Дали уйти за это вору,
Дабы пёс нюх не потерял!
Везёт же некоторым татям…
Знать, к воровству есть неспроста тям.

Российских выкормыш лесов,
В законе вор тебе товарищ.
Вминающий хрящи носов,
Ты помнишь дёготь чайных варищ?
Не запирай дверь на засов,
Никто не сунется из тварищ.
Ходи по дому без трусов
И без спортивных шароварищ.
А то снимают о тебе
В цифре кино, а ты – в сонетах! –
О них. Не муха ты в тенетах,
Но волк тамбовский по судьбе.
За травлю русского поэта
Ответит же моссука эта!

Дом зимний вместе с домом летним
Отнимут, говорит Господь*,
За то что спал ты с малолетним
И сам снимал с юнца исподь.
Седобородым стихоплетнем
Ославлен, вопияешь, подь,
Ко Господу? Он как атлет нем
В саду твоём, где вод капоть.
Дом летний с зимним домом вместе
Отобраны у богача.
Седобород, хмельной от мести,
В устах имеет вид меча.
Себя из пешек да в ферзи мним?
Отнят дом летний вместе с зимним!

*И поражу дом зимний вместе с домом летним, и исчезнут домы с украшениями из слоновой кости, и не станет многих домов, говорит Господь (Амос: 3,15).

Страшна о смерти мысль и без
Пугалок, ей они излишни,
Но килишует даже бес,
И вот в чём жуть его килишни:
«Неужто я, плохой балбес,
Цвiнгерний рак, що мае клiшнi,
Лишён здесь милости небес?
Есть после смерти жизнь, мне лишь не
Дана… И так она страшна,
О смерти дума, но когда ты
Знаешь, что две могильных даты
Ещё не всё, коль не грешна
Душа твоя пред Бога, жуток
Мытарств предсмертный промежуток…

Стилист не ищет слов – они его
Сами находят, он лишь выбирает
Те предложенья, что лучше всего
Мысль излагают, а не привирает.
Из нескольких же выбор одного
Вкус делает, но он же и карает
Неверный выбор. Тот лишь, у кого
Есть вкус, стилист – фальшиво не играет!
Ошибка стиля есть прежде всего
Ошибка вкуса, и когда марает
Бумагу педераст, слово живо-
Живо… да только дело то сгорает,
Коль автор не раскаялся, чего
От скверного не жду. Пусть умирает…

В литературе петушне
Нечего делать. Гей? – Пшёл в бездну!
Ну как «в какую?» Тут уж не
Выберешь – в срачницу любезну!
Нет яйцеклеток в порожне…
Низринься, живчик, в тьму беззвездну
Как самый первый в том рожне,
Что сунут в кальность сернопездну!
Если доказано, что Бог
Генным бильярдом управляет
И Сам шар в лузу направляет,
То верно, что и ад глубок.
Чем, неразумный, ты гордишься,
Что человеком не родишься?

Если Соединённые Штаты
Начнут войну с Персией,
То иметь будут, зла супостаты,
Гембель с вредной дисперсией.



Мрачный злой гомофоб, неспроста ты
Вырвать с мясом две перси ей,
Варвар, ищешь, рабыне простаты,
Что на вид цвета перси, ей!



Если новый Содом, хуесосы,
Начнёт войну с Сирией,
Не услышит никто ваши SОSы,
Да умолкнут в эфире, ей!



Иметь будете с Шивою дело вы,
Луны призрак в стоячей воде ловы…

Три с половиной года назад, в день, когда я отмечал свой 62-ой день рождения, доктора обнаружили у меня опухоль в районе поджелудочной железы. Оказалось, что у меня третья стадия рака полжелудочной железы. Было сказано, что жить мне осталось от четырех до шести месяцев. Сегодня я вхожу в круг людей, которым удается достаточно долго жить с этой болезнью. Но я не предполагал, что после 40 лет жизни, отданных поддержанию закона, в том числе - два десятилетия в качестве судьи штата Нью-Йорк, мои поиски укрепляющего и паллиативного лечения приведут меня к марихуане.

Мое выживание потребовало колоссальной цены - многих месяцев применения химиотерапии, адского облучения и жестокой хирургии. Примерно на год болезнь отступила, но затем вновь вернулась. Около месяца назад я начал новый и еще более изнурительный курс. Каждую неделю в течение 3-х часов я получаю порцию лекарств с помощью внутривенной химиотерапии, а затем ношу с собой помпу, которая медленно вводит дополнительные лекарства в течение следующих 48 часов.

При этом постоянно возникают тошнота и боль. Преодолевая себя, приходится через силу принимать пищу, чтобы избежать сильной потери веса, что является следствием этой болезни. Еда, одно из больших удовольствий в жизни, становится каждодневным испытанием, и прием даже небольшого количества пищи становится маленькой победой. Каждое лекарство, способствующее решению одной проблемы, приводит к необходимости использования еще одного или двух препаратов для того, чтобы нейтрализовать его побочный эффект. Болеутоляющие средства вызывают потерю аппетита и запоры. Противорвотные средства повышают уровень глюкозы, и это большая проблема для меня с моей очень слабой поджелудочной железой. Сон, призванный давать временный отдых от дневных забот, становится все более редким.

Курение марихуаны является единственным лекарством, которое немного избавляет меня от тошноты, стимулирует мой аппетит и позволяет легче заснуть. Принимаемый внутрь синтетический заменитель Marinol, выписанный мне докторами, оказался бесполезным. Вместо того, чтобы наблюдать агонию моих страданий, мои друзья, пойдя на определенный риск, достали мне травку. Оказалось, что несколько затяжек марихуаны перед обедом дают мне дополнительные силы перед баталией, связанной с приемом пищи. Еще пара затяжек поздним вечером способствуют наступлению отчаянно необходимого сна.

Это - не вопрос соблюдения законности, это - проблема медицинская и вопрос о правах человека. Я прохожу лечение в центре Memorial Sloan Kettering Cancer Center и получаю медицинское обслуживание на самом высоком уровне. Но не следует ожидать от докторов того, что запрещено законом - даже если они знают, что это полностью соответствуют интересам пациента. Если паллиативные процедуры воспринимать как фундаментальное право человека, а также медицинское право, то медицинское применение марихуаны не должно вызывать никаких разногласий.

16 штатов уже сделали законным клиническое использование марихуаны, в том числе - и соседний штат Нью-Джерси, а Коннектикут вот-вот станет 17-ым в этом списке. Законодательные органы штата Нью-Йорк в настоящее время рассматривают законопроект, признающий марихуану эффективным и легитимным медицинским препаратом. Он также создает законные рамки для его применения. Нижняя палата уже принимала такого рода законопроект, но он не был одобрен сенатом штата. Я надеюсь, что в этом году результат будет иным. Рак является надпартийным и весьма распространенным заболеванием. Поэтому невозможно себе представить, чтобы семьи законодателей не были затронуты этим несчастьем. Подобного рода закон должно помочь всем тем, кто страдает от рака, а также тем, кто будет испытывать эти мучения в будущем - вот об этом я сегодня и говорю.

С учетом моей позиции как действующего судьи, все еще рассматривающего дела, мои благонамеренные друзья ставят под вопрос мудрость моего выступление по этому вопросу. Но я исхожу из того, что другие страдающие от рака люди по целому ряду причин не могут рассказать о нашей тяжелой судьбе. Это - еще одна душераздирающая антиномия из мира рака, которая состоит в том, что лекарство, приносящее облегчение и не имеющее негативного побочного эффекта, продолжает считаться наркотиком, не имеющим никакой медицинской ценности.

Криминализация эффективных медицинских препаратов затрудняет справедливое исполнение закона, и поэтому я чувствую себя обязанном заявить об этом как судья, а также как пациент, страдающий от этого смертельного недуга. Я умоляю губернатора и законодательную власть штата Нью-Йорк присоединиться к передовой и гуманной позиции 16-и других штатов и принять закон о марихуане уже в этом году. Медицинская наука пока не нашла необходимых лекарств, и поэтому сущим запрет на доступ к препарату, который, как уже было доказано, способен приносить облечение нашим страданиям, - сущее варварство.

Джастин Рейхбах является судьей Верховного суда штата Нью-Йорк в Бруклине.

Источник inosmi.ru

Шарль Бодлер

CIХ

Няня добрейшая – завидовали все мне! –
Теперь спит вечным сном в своей простой подземне.
Добро бы положить на холмик ей цветы.
Страдают мертвецы в земле от мокроты,
Да и от ветра, когда кроны закачает
Октябрь… Их, мертвецов, должно быть, огорчает
Неблагодарность нас, живых, ведь мы-то спим
Под одеялами и сладко так сопим,
Тогда как мёртвые, страшны чьи сновиденья,
Без собеседников лежат все ночеденья,
Скелеты старые, и чувствуют, как снег
Просачивается к лишённым тёплых нег.
Кусочки лакомые, те, что размещают
На гриле, мертвецам снежинки замещают,
И чайник на плите, как нам, им не поёт,
Ни близких, ни друзей… Мертвец чая не пьёт.
Однажды, пробудясь холодной зимней ночью,
Няню любимую увидел я воочью,
В кресле сидящую – пришла, чтобы укрыть
Дитятю выросшего… Мёртвых не отрыть.
Но что отвечу я старушке богомольной,
Автор опаснейшей книжонки и крамольной?

Во Франции мне так никто не дал
Ответа на вопрос: няню поэта
Шарля Бодлера как звали? А это
Секрет, дабы никто не разгадал,
Вдруг сам свои стихи Шарль воссоздал
С русского? Только камень статуэта
Молчит… Где тень твоя без силуэта
Из крепостных? С ней бы не голодал!
Поэт ей посвятил стихотворенье
Столь трогательное, что хоть ты плачь,
Но если есть души перетворенье,
Вот тебе няня, голубых палач!
Её любил ты больше чем земную,
Да только слишком, мать свою родную…

Наглый Ангел, Люцифер, Денница…
Наглость не порок, она – броня.
Чёртушкою можно звать меня.
Ока я Господнего зеница.
Обо мне мечтала заграница,
Что я появлюсь при свете дня
В дамском платье, с сиськами, маня
Бритой попой – вот это седница!
Только подожгла море синица,
Красоту залива не ценя,
Гомиков оттуда прочь гоня,
Или мне война там только снится?
Христа Иисуса я двойница,
Пламенник в устах моих огня.

Совершенно ясно, что самолёт «Сухой Суперджет 100» не разбился в Индонезии. Имела место имитация катастрофы. Для чего? В предыдущих постах я дал объяснение. Вопрос: что с людьми? Ведь в числе пассажиров был (о ужас!) гражданин США… Как же Госдеп пиндосии не поднял кипиш по этому поводу? А всё просто. Если его поднять, то вдруг окажется, что все пассажиры живы и возвращены домой. Но пресса об этом молчит! По-че-му?! Такая же сенсация! А потому что если факт лжекатастрофы признать, придётся объяснить и его мотивы. А это значит – выпустить джина из бутылки, потому что мотивировка имеет анаграмматическую подоплёку. Вот этого пуще всего боятся в США. Ведь никто иной как нынешний правящий президент этой страны нажатием кнопки лишил жизней более 300 000 жителей Порт-о-Пренса, испытав на них сейсмофугас. И это преступление анаграмматически записано как в названии «Соединённые Штаты Америки», так и в полном имени самого Обамы! Аналогично, игнорируется сенсационная информация о Чернобыле, записанная анаграмматически в самом этом имени. Если дать ей ход, такое начнётся… Но это всё равно начнётся. Процесс пошёл, если процитировать здесь главного фигуранта чернобыльской аферы!


Надир – низшая точка, а зенит –
Высшая на отвесной пресеченья
С небесной сферой… То были ученья
Минобороны. Что, в ушах звенит?
Вот чем этот Денница знаменит –
В буквы глядит не ради развлеченья.
В Чернобыле-то нету излученья…
Да смерти Горбачёву кто вменит?
Умрёт – и тайну свято сохранит…
Нет, обстоятельств не было стеченья,
А раскалить до белого свеченья
Металл не трудно. Кто всё объяснит
Народу? Только правда, как магнит.
Вод, сказано, живых будут горченья…




«То, что очевидно, умаляется
Доказательствами». Цицерон.
А полынь в воде – для похорон.
Горбачев цинично ухмыляется.
Социум лжи не сопротивляется,
Но чем грандиозней лохотрон,
Тем охотней верят в шнягу. Трон
Соломона пуст не оставляется!
Князь мышей за славу не цепляется.
Только государству кто урон
Возмещать при жизни будет – крон-
Принц Елизаветы? – Оскорбляется!
А это ум в разум вам вправляется,
Мышестадо, другом всех ворон!*

*А вот, российская художница Cornaccia (в переводе с итальянского "Ворона") подарила мне несколько иллюстраций для моих стихов. И отличная художница, надо сказать. Работает в жанре ироничного гламура. Вот один из её многочисленных "автопортретов". А кот с моноклем - это я. Таким я в юности был. Лицо очень похоже.



Всего труднее доказать,
Что дважды два четыре, люди.
Не по преданию шумлю-де!
Строптивца срочно наказать!
Чем бык откормленный (сказать
С миром ли?) лучше уж на блюде
Зелени горка при соблюде
Любви, а как ей отказать?*
И невозможно объяснить,
Что дважды два не три и девять
Десятых и не свечка, нить
Крепка в которой по нужде ведь,
А просто-напросто четырь…
Дайте под нос ей нашатырь**.

*Лучше блюдо зелени, и при нем любовь, нежели откормленный бык, и при нем ненависть (Притчи: 15,17).

**Иван Тургенев, иллюстрируя женскую логику, изрёк: «Если отвечая на вопрос, сколько будет дважды два, делает ошибку мужчина, он говорит: «три с половиной», но женщина ответит – «стеориновая свечка».

В интернете вовсю идёт обсуждение катастрофы Суперджета. Некоторые блоггеры высказывают сомнения в том, а была ли катастрофа или имела место её имитация? Вот, к примеру: http://www.liveinternet.ru/users/4084478/post220170191/page1.html#BlCom614057129


Сухие листья над сгоревшим -лево низ- металлом

Да обретёт праведный к дару
Ещё дар, но да отберут
У нечестивого*, когда «ру»
Как «Ур» прочтёт тот, стих чей крут!
Исчез, судить коль по радару
«Сухой Суперджет 100»… Да врут.
Кто б на себя спросить труд ару
Взял: «Драгоценный изумруд!
Где пассажиры? По удару
Судя, фрагменты соберут
Не все… Ответь как лапидару
Немногослов*: они… умрут?
К другому поворот Гайдару.
Буржуазия – это спрут!

*Ибо всякому имеющему дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и ту, чту имеет. (Матфея, 25:29).

**Если много знаешь - мало говори, если мало знаешь - совсем молчи (армянская поговорка).




Фраза рифме подчиняется
И словами начиняется.
Рифмой можно доказать
Преступленье. Иск вчиняется
Погосяну: обязать
Пассажиров показать
Суперджета! Учиняется…
«Беспредел» как ни сказать?
Фраза самосочиняется,
Вариантом уточняется.
Смысл иначе не связать:
Суперджет вдруг починяется
Сам собою! Осязать
Его можно… Так дерзать!

Фурор! Суперджет с пассажирами,
Разбившись, опять невредим.
Кормили всех вкусно инжирами,
Питался фасолью Вадим –
Боится заплыть лишнежирами.
Диету из фруктов дадим
Поэту за то что с транжирами
Людей разобрался? Съедим,
Всё сами! А морда жидовская
Пусть жрёт, что ей Б-г послал, да?
Жена пусть удмурдомордовская
Забудет его навсегда!
Явился тут с Кришнами-Рамами
Стращать наш народ анаграммами!

Участники "прогулки" поэтов собрались у памятника Мандельштаму на улице Забелина Москве.

Они собраются прогуляться до Кудринской площади, где располагается лагерь оппозиции.

На Забелина сейчас полицейские автобусы, дежурят сотрудники ОМОН.

Ранее полиция обещала не разгонять участников акции "Контрольная прогулка" поэтов, намеренных в пятницу вечером прочесть стихи "Против ОМОНа на улицах" у памятника Мандельштаму, при условии, если акция не превратится в митинг или шествие. Об этом СМИ сообщил руководитель столичного департамента региональной безопасности Алексей Майоров.

Ранее о своем намерении принять участие в акции заявили 150 человек, среди которых Юлий Гуголев, Дмитрий Воденников, Федор Сваровский.

Отметим, что по Москве вметсте с писателями уже прогулялись не менее 10 тыс. человек. Также на "прогулку" собираются художники и музыканты.

Источник: rosbalt.ru

Поток сонетов как поток сознанья,
Сметающий всё на своём пути…
Вот чем кошмарен экскурс в слов изнанья!
Ну а в Москве поэтов не найти.
Всем правят геи, но зато зазнанья…
А ну как я соловой засвисти!
Выходит «коколду»… В любви признанья
Не будет, но тебе лучше уйти.
В Москве запрещено рифмою точной
Слагать стихи: «Ге-те-ро-сек-су-ал!?»
Равно как прибегать к форме восточной.
Да будь ты суперпрофессионал,
Тебе там слова доброго не скажут,
Но без трусов по ящику покажут.

В столице из меня Наполеона
Решили сделать. Что же! Я им стал.
У венценосца лик Аполлиона.
Воинствовать я словом не устал!
Сильно в Москве надменье Илиона,
Но день паденья и его настал:
Троянский конь тебе я, в силе он, а
Ты же в томленье – раб опять восстал.
Стиха столицей в эру Интернета
Стал Крым, и где живёт мастер сонета,
Там и культурный центр России всей.
Москва же жижи смрадное болото,
И нет такого зонда, эхолота,
Измерить чтоб глубины бездны сей…

Чтецом быть – крест. Тебя все, у кого
Читателя отбил ты, потому что
В сонете бог – понравится кому ж то? –
Возненавидят: «Фас! Ату его!»
В Москве у бога нету никого…
За что же так не любит почемуш та
Купчиха, что на водах многих? – Муж то,
Но с сисичками… Ах! Сексменьшинство…
Пошла буржуазия, но стократ
Пошлей она в столице государства,
Приговорён в котором вновь Сократ
Выпить цикуту. За неблагодарства.
Ему издали книжки три, а он
Сосать не стал. Каков Наполеон!

Рифма, фраера, на до-ре-ми-
Вас -до-ре-до посылает русская.
Уходя, не хлопайте дверьми,
Потому что выправка есть прусская.
В армию попав, там не дерьми –
Кончилась пора перезагрузская.
И смотри, реснички не сурьми,
Я-де писсуарка членотрусская.
Рифма, фраера, есть Божий дар,
Высшая стиха в ней математика.
Отработав в армии удар,
Повергаю наземь непневматика.
Рифма, фраера, есть Страшный суд.
На носилках пидора несут.


И если Быков там у вас
Первый поэт, то мне всё ясно.
Время вам кланяться поясно,
За хлеб спасибо и за квас.
Чёрт не один, но чёрта с два-с –
А промеж ног что? – Грежу я сно?
Пора мне, в общем, восвоясно.
Ах! На прощание – расквас
Ноздрей с пусканьем алой крови –
Асфальт весь уличный в багрови…
А научитесь уважать
Провинциала – ну как гений,
А не Онегин он Евгений?
И руку некому пожать…



Есть вид поп...
Оп! Оп! Оп!

Шарль Бодлер

ПАДАЛЬ

Вы вспоминаете то зрелище в июле,
Душа моя и Ангел мой,
Тушу гниющую (век пользы, не твою ли,
Тлетворной веющий чумой?)

Раскинув ноги, как бесстыдная шалава,
Сочащая несносный смрад,
Она являла всем цинично брюхо, слава
Чья ещё пуще адских врат.

А солнце эту гниль палило равнодушно,
Дабы скорей испепелить
И Жизни дань вернуть, что Смерть берёт подушно,
А целое вновь разделить.

Небесный свод взирал бесстрастно, как скелета
Сам распускается цветок.
Едва не вырвало вас в смрадном зное лета.
Скорее! Воздуха глоток!

Воронкой чёрною, жужжа, кружились мухи,
А тьмы и тьмы трупных червей
Кишели в лопнувшем, сочащем жижу брюхе,
Проворных живчиков живей.

Вздымаясь, чтоб опасть, всё это шелестело,
Потрескивало, как костёр,
Который ветер распаляет, но на тело
Он свою власть теперь простёр.

И странной музыкой был этот мир исполнен,
Словно шум ветра и волны,
Как если б сеятелем был концерт исполнен,
Чьи руки ей подчинены.

Формы стирались, словно наважденье
И как эскиз на полотне,
Тот, что предшествует шедевру, чьё рожденье
Не наблюдаемо извне.

Невдалеке уже ждала своего часа
Сука голодная, на нас
Злобно косящая – урвать кусок сейчас, а?
Он ей, что вам тот ананас!

Но только ведь и вы сравнимы после смерти
Будете с жутью этой, друг
Мой жизнерадостный, очей звезда, поверьте,
Однажды все умрём мы вдруг.

Да, ваш гниющий труп, нежнейших ласк царица,
Будет лежать в сырой земле
И разлагаться в ней, чтоб в прах перетвориться,
Но человек погряз во зле.

Скажите же червям, когда они, целуя,
Станут во тьме вас пожирать,
Что вашей красоты не дам зарыть во мглу я,
Любви гниенью не попрать!

Я и раньше высказывал на Сайте Высокой Поэзии мнение, что знаменитая "Падаль" Бодлера посвящена английскому языку. Но это была интуитивная догадка, а не доказанный факт. И вот теперь доказательство найдено. Оно - во втором из двух тематически связанных сонетов, изведённых из рефрена "Ах восточные переводы, Как болит от вас голова!" (Арсений Тарковский. "Переводчик").

Вы просто перестанете ходить
Пред Бога ибо вас вообще не станет.
Язык употребляться перестанет
Тех, род чей станет анус бередить.
Вас не захочет женщина родить,
И даже если время ей настанет,
Она прервёт беременность, устанет
Носить плод – зачем гомиков плодить?
Вот, я гряду уста вам заградить
И горе тем, кто на меня восстанет,
Мне рифм ответить хульникам достанет,
Да не за что меня будет судить.
Пришёл я, извращенцы, вам вредить,
Ветх днями, хотя мне ещё лет ста нет.

В истории такое уже было
И не спасала письменность язык.
Английский не любил я – нет музык! –
И память его стёрла, всё забыла.
Как брошенная он сгниёт кобыла,
Чей смрад такой, что дышишь через ик
От подступивших рвотных тех позык,
Которые с волной сравнил я б ила*.
Молюсь, чтоб провиденье это сбыло.
Англосаксонский мне отвратен бзык.
Пусть ходит колокольный егозык,
Раз, Англия, ты мудрость не добыла!
Могущество твоё чтобы убыло
Молюсь, новосодомский погрязык.

*Шарль Бодлер

РАЗГОВОР

Вы – небо осени, закатное светило.
Увы, моей тоски приливная волна
Опять нахлынула и горький привкус ила
Я снова ощутил у губ моих, сполна.

Зачем моей груди коснулись вы несмело?
О, друг мой ласковый, нет сердца там, поверь.
Оно досталось той, которая посмела
Предать его зверью, сама – жестокий зверь.

Оно теперь – дворец, который пьяным сбродом
Глумливо осквернён – там кровь, там грязь, там боль…
А ваши волосы душистым пахнут мёдом…

О, красота, в глаза взглянуть тебе – позволь!
Хочу, чтобы они, сверкнув, испепелили
Всё то немногое, что звери пощадили.

VIII. Собака и флакон

«Мой славный пес, мой добрый пес, милая моя собачка, поди-ка сюда и понюхай вот эти великолепные духи, купленные у лучшего парфюмера в городе».

И пес, повиливая хвостом, — что, как я полагаю, заменяет этим бедным созданиям улыбку или смех, — приблизился и с любопытством ткнулся влажным носом в откупоренный флакон; затем, внезапно отпрянув от испуга, он затявкал на меня с упреком в голосе.

«А! проклятый пес, принеси я тебе мешок с дерьмом, ты бы обнюхивал его с наслаждением, а то и сожрал бы. Так-то, недостойный спутник моей горестной жизни! ты совсем как та публика, которой никогда не нужны утонченные ароматы, раздражающие ее, — но лишь старательно отобранные нечистоты!»

Говорите «права и свободы», а сами
Сына неба лишаете права на труд.
Пусть меня, как зерно, жернова перетрут…
А стихи я готов сочинять хоть часами.
Послан я в этом мир звёздными небесами.
Выясняется, что не все люди умрут,
Дабы больше не жить – черти не поберут
Тех кто, судными будучи взвешен весами,
Слишком лёгким не найден был. К вам с чудесами
Алый всем показать я пришёл изумруд:
Зелено вино, трубка, огниво и трут…
Всё! Как Ангел плыви с полными парусами!
Но кривите вы рты, отвращаясь носами,
Сладко вашим ноздрям лишь тогда, когда срут.

Выдать в Содом за гомофобию Денницу!
Ибо он статуи свободы, что ему
Посвящена была (а то ж ещё кому?*),
Раз не достоин, заточить чтеца в темницу!
Пусть в ней умрёт, не пожелал раз за границу
На ПМЖ уехать (странно – почему?!),
Но предпочёл лучше дурдома спецтюрьму
И нищету, чем превратиться в сатаницу.
Вот чего требует Обама. Что права
У гомофоба тоже есть, это неважно.
Вот почему пошли угонщики отважно
На дом стекольщика: болела голова
У Люцифера, так в порок меня склоняли…
Чтоб вы всю жизнь запах дерьма лишь обоняли!

*В моей фамилии «Алексеев» содержится сонет:

Колосс великий с факелом, кого
Ты олицетворяешь – Люцифера?
Повешен он на острофе Сифера
За то что любил пола ложество
Как! Под защиту ты берёшь сего,
Америка, страдальца-секстрансфера
На лбу чьём инфернальная цифера?
Вдруг он не примет дара твоего,
Сиречь: порока? Мы тогда его
Денницей назовём – не Агасфера –
Вадима родила, чай, не Глафера –
Мария! Вдруг случится волшебство?
Предпримем мы все меры для того,
Чтоб сдулась твоего влиянья сфера.

Твои права, твои права…
Прав стало меньше на порядок.
Теперь иной царит порядок.
Буржуазия лишь права.
Морали нет, либо крива,
Зато цинизма вон изрядок.
Сосед стучит: «В трёх местах грядок
Растёт запретная трава».
Тогда приходят те, карают
Инакомыслящих кто, и
У диссидента отбирают
Жильё. И где права твои?
А доказать, тебе, мол, можно
Траву есть, судьям невозможно.

Без дара, без святыни и без Бога
Живёт народ, энергии транжир.
Имеет вес избыточный и жир
В нём каждый третий. Пагуба губога…
Жить на широку ногу, не убого
Привык Боинга тучный пассажир.
Коль все народы выстроить в ранжир,
Он первый будет. Щирится лыбого.
Бог, дар, святыня – это для него
Пустые всё слова, главная ценность –
Доллар, а кроме больше ничего.
Его квазирелигия – обсценность,
А оргия в ней – культ и ритуал.
Сонет сложил зловредный Велиал.

Перееданье запретить
Разве возможно повсеместно?
В Боинге треть для тучных мест, но
Шуточку как не отпустить?
Летайте Боингами!* Льстить
Вам там не станут неуместно:
«На двух сиденьях не поместно
Всё ваше – так себя взрастить! –
Платите за троих! А если
Нет – покидайте самолёт.
Не помещаетесь вы в кресле.
Задержан из-за вас полёт».
Какая злая стюардесса.
Летает АНами Одесса!

*В названии "Боинг" ааграмма: "Гей погиб в Боинге".

Вот, муха прилетела на говно,
Ибо для мухи сладостно оно.

Итак, сразу после международного дня борьбы с гомофобией Барак Обама намеревался встретиться с Владимиром Путиным в Кэмп Девиде. В наши дни все значимые политические события так или иначе проверяются на их анаграмматическое значение. Этого раньше не было. Моду на анаграммы в политике ввёл я. Естественно, что в данном историческом контексте название Кэмп Девид имеет свой анаграмматический подтекст. Его нетрудно расшифровать. Название содержит в себе фразу: «Да, мы педики. А вы пока дикие». В этой связи я намерен заявить, что Барак Обама тем самым подтвердил, что знаменитый «Манифест гомосексуалистов», от которого открещиваются наши геи и лесбиянки, называя его фальшивкой, на самом деле является тайной доктриной США. И действительно, документ написан искренне, почти талантливо, здесь нужно особого рода вдохновение, чтобы так назлобствовать. Анаграмма, содержащаяся в свёрнутом виде в названии «Кэмп Дэвид» и её развёрнутая интерпретация, представленная в пресловутом манифесте, вдохновлены одним и тем же духом. Обама своим выбором придал «Манифесту гомосексуалитов» статус официальной государственной доктрины, не забыв при этом оскорбить нас, «диких». Что и ответить этой куче дерьма в рубашке и галстуке?

Вот ведь что Меч творит, из уст
Который Сатаны исходит:
Путин на саммит не приходит –
Табун коней вы-де без узд.
Сарказмом густ Мечеизуст:
«Пробка анальная находит
Чела, не он её – доходит?
Взяв, совершил мракосоузд.
Я же не взял, когда давали,
А лишь, брезгливо разглядев,
Вернул назад. Сглупил едва ли!
Ты гей, Обама, а я дев.
Пробку кто взял, пустивши в дело?
Та за живое и задела!»


Манифест гомосексуалистов /07.11.2009/

Мы будем сексуально использовать ваших сыновей, оплот вашей немощной мужественности, ваших банальных мечтаний и безвкусной лжи. Мы будем совращать их в ваших же школах, общежитиях, гимназиях, раздевалках, спортзалах, семинариях, молодежных группах, туалетах кинотеатров, армейских казармах, мотелях, мужских клубах и зданиях парламента. Везде, где мужчины встречаются с другими мужчинами, они реваншируют наш имидж. Они будут страстно желать и боготворить нас.

Женщины, рыдайте о свободе. Вы говорите, что мужчины вас больше не удовлетворяют, что они рушат ваше счастье. Что ж, мы знатоки мужского лица, мужского тела и заберем их у вас. Мы будем развлекать их, мы будем учить их, мы утешим их, когда они плачут. Женщины, вы говорите, что готовы жить с друг с другом вместо мужчин. Что ж, идите и живите друг с другом. Мы подарим вашим мужчинам неведомые им доселе удовольствия, потому что мы сами – лучшие из мужчин. И только мужчина знает, как на самом деле угодить другому мужчине. Только мужчина способен понять глубину чувств и переживаний, разум и тело другого мужчины.

Ваши законы, запрещающие гомосексуализм, будут отменены. Новое законодательство будет поощрять любовь между мужчинами. Все гомосексуалисты должны встать плечом к плечу как братья, мы должны быть едины в искусстве и философии, едины социально, политически и финансово. Мы переживем триумф только тогда, когда сможем представить нашему злобному гетеросексуальному врагу свое единое лицо. Если вы осмелитесь назвать нас голубыми или педерастами, мы заколем вас в ваши трусливые сердца и надругаемся над вашими мертвыми ничтожными телами.

Мы будем писать стихи о любви между мужчинами. Мы будем ставить спектакли, в которых мужчины открыто ласкают мужчин. Мы будем снимать фильмы о любви между мужественными героями, которые заменят ваши дешевые, искусственные, сентиментальные, скучные, инфантильные, гетеросексуальные страсти, доминирующие сегодня в кинозалах. Мы изваяем статуи красивых молодых мужчин, смелых атлетов и установим их в ваших парках, на площадях и торговых рядах. Мировые музеи наполнятся изображениями прекрасных обнаженных юношей. Наши писатели и музыканты сделают любовь между мужчинами модной и престижной, и нам это удастся, потому что мы являемся экспертами в популяризации стиля.

Мы устраним гетеросексуальные связи при помощи юмора и сатиры, при помощи средств, которые умеем использовать профессионально. Мы снимем маски с влиятельных гомосексуалистов, которые притворялись гетеросексуалами. Вы будете потрясены и напуганы, когда узнаете, что ваши президенты и их сыновья, ваши промышленники и сенаторы, ваши мэры и генералы, ваши атлеты и кинозвезды, ваши телеведущие и общественные деятели, ваши священники – не привычные и надежные гетеросексуальные буржуа, которыми, по вашему мнению, они являются. Мы повсюду – мы проникли в ваши ряды. Будьте осторожны, когда мы говорим о гомосексуалистах, потому что мы всегда среди вас: возможно, мы сидим напротив вас или спим с вами в одной постели.

Компромиссов не будет. Мы не размазня среднего класса. Мы интеллектуалы и аристократы от природы среди человеческой расы, а голубая кровь никогда не пойдет на уступки. Те, кто пойдут против нас, будут отправлены в изгнание. Мы поднимем огромные частные армии, как это сделал Мишима, чтобы разгромить вас. Мы покорим мир, потому что солдаты, вдохновленные и соединенные гомосексуальной любовью и уважением – неуязвимы, как древнегреческие воины.

Семья – этот рассадник лжи, предательства, тщедушия, лицемерия и жестокости – будет упразднена. Институт семьи, который отравляет воображение и обуздывает свободную волю, будет устранен. В генетических лабораториях будут происходить зачатие и взращивание совершенных мальчиков. Они будут объединены в коммунах под руководством и наставничеством опытных. Все церкви, которые нас осуждают, будут закрыты. Нашими единственными богами будут юноши. Мы приверженцы культа красоты, нравственности и эстетики. Все уродливое, вульгарное и банальное будет уничтожено. Поскольку мы изгнаны из гетеросексуальных кругов среднего класса, то можем жить, руководствуясь лишь голым воображением. Даже крайность для нас слишком малое.

Наше грядущее утонченное общество будет управляться элитой, состоящей из поэтов геев. Одним из главных требований к претендентам на государственные должности в новом гомоэротичном обществе будет увлечение греческой страстью. Всякий зараженный гетеросексуальной похотью будет автоматически смещен с ответственной
должности. Все мужланы, настаивающие на глупой гетеросексуальности, подвергнутся суду органов правосудия и станут незаметными.

Мы перепишем историю, которую вы наполнили и обесславили вашей гетеросексуальной ложью и искажениями. Мы широко осветим гомосексуальность великих лидеров и мыслителей, которые создали цивилизацию. Мы продемонстрируем неразрывную связь гомосексуализма, интеллектуальности и творчества, гомосексуализм как залог истинного благородства и подлинной красоты в мужчине.

Мы будем победителями, потому что нас ведут горькие страдания угнетенных, которые вынуждены играть жалкие, второстепенные роли в ваших безыскусных гетеросексуальных шоу на протяжении веков. У нас хватит сноровки использовать оружие и построить баррикады окончательной революции. Трепещите, гетеросвиньи, потому что мы предстанем перед вами без масок.

Впервые опубликовано в американском журнале Gay Community News в феврале 1987 года под авторством Майкла Свифт (Michael Swift).

Вы против гей-парадов? Дикари!
Барак Обама ваш цивилизатор:
«Прими кальный деароматизатор
И запаха не будет, на пари! –
Да я уж по-старинке… – Не дури!
Для тех, кто против, есть стерилизатор!» –
Содомский к нам пришёл колонизатор,
Вот пятая колонна его – зри,
Как презики, пускает пузыри,
Из жвачки. Но в тени организатор
Протестных акций, гей-легализатор.
Нуждаются не в средствах упыри –
В поддержке, но Денница, сын зари,
Их предал, пав, да на амортизатор…*

*Как упал ты с неба, денница, сын зари! разбился о землю, попиравший народы (Исаия: 14,12).

Новая версия катастрофы SuperJet-100: виноват пилот-хвастун
17.05.12 // 16:20

Крушение российского самолета Sukhoi SuperJet-100 в Индонезии могло произойти из-за ошибки пилота Александра Яблонцева, который хотел похвастаться перед пассажирами лучшими качествами лайнера.



Об этом сообщает «Интерфакс».

По мнению ряда авторитетных специалистов, пилот принял не вполне обоснованное решение: стал обходить облака не сверху, а снизу, что и могло стать причиной столкновения со склоном горы Салак, в результате которого погибло 45 человек.

Отметим, что официальных версий катастрофы ни в России, ни в Индонезии не выдвигали.

По одной из версий аналитиков, пилот хотел показать ВИП-пассажирам лучшие качества самолета.

Вот все расшифровки названия СУХОЙ СУПРЕДЖЕТ СТО:

АВГДЕЖИМОПРСТУХЫ

1. Суперджет 100 врежется в гору (под Джа(х=к)артой) и упадёт в пропасть.

2. Педерасты собирают саммит G-8, где хотят осудить стихи Вадима и упрятать поэта в дурдом и там повесить.

3.
Марихуана – это не дрог!
Марихуана – светоч (посох) дорог!

4.
Мирового господства
Содомиты хотят.
Тех, кто против, исподства
Без шельмуют – так мстят.
Мало, да? До лба вспотства
Боль, аж струи блестят…
Обличать их деспотства
Все боятся – им льстят.
Педерасты повсюду
Требуют навести
Свой порядок: «Брось уду!
Что поймал – отпусти!»
Рыбу есть запрещают.
Увольненьем стращают.

5.
Безобразие! Сухой Суперджет 100
Разбивается во время предпродажи
В Индонезии… Одна была звезда же
Авиации гражданской, да и то…
Отвечать за катастрофу будет кто?
Колоссальные убытки, страшно даже
Называть их… Конкурент в ажиотаже:
Больше Боингов продаст теперь зато!
Получается, не врёт коль ящик, что
Сам пилот, лётчик заслуженный, при стаже
Самолёт угробил. В мрачном эпатаже –
Символ: фурия, чьё имя Алекто*,
Собирает гомосаммит. Подхвосто
Надругался кто б над ней при абордаже?



*Алекто — (др.-греч. , также — непрощающая, безжалостная, непримиримая, а также никогда не отдыхающая) — в древнегреческой мифологии богиня мщения, одна из трёх Фурий или Эриний — дочерей Эреба и Никты (либо «дочь безбрачная Ночи», либо родилась от капель крови, хлынувших при оскоплении Урана.[1]. Её сёстры Мегера и Тисифона. Её призывает Гера у Вергилия (Википедия).