Ураган - это ветер разрушительной силы и значительной продолжительности, скорость которого свыше 30 м/сек (108 км/ч).Ураганами называют также тропические циклоны, особенно возникающие в Карибском море. Ежегодно в мире фиксируется 40-50 ураганов. В основном, они формируются в Атлантическом океане, Карибском море и Мексиканском заливе. В Тихом океане существуют сезоны ураганов: в центральной части океана они возникают с 1 июня по 30 ноября, в восточной части - с 15 мая по 30 ноября. Ураганы заранее получают свои имена. Для этого используются 126 мужских и женских имен, расположенных в алфавитном порядке. Для наименований ураганов не используются имена, начинающиеся с букв Q, U, X, Y и Z. Ураганные ветры могут причинить большой ущерб. Хотя они слабее, чем в смерче, тем не менее способны валить деревья, опрокидывать дома, обрывать линии электропередачи и даже пускать под откос поезда. Но к самым большим человеческим жертвам приводят наводнения, связанные с ураганами. По мере продвижения шторма часто образуются огромные волны, а уровень моря может за несколько минут подняться более чем на 2 м. Небольшие суда оказываются выброшенными на берег. Гигантские волны разрушают дома, дороги, мосты и другие расположенные на берегу постройки и способны размыть даже длительно существующие песчаные острова. Большая часть ураганов сопровождается проливными дождями, которые заливают поля и портят посевы, размывают дороги и сносят мосты, затопляют низко расположенные населенные пункты. Тропический шторм получает титул урагана после того, как его скорость достигает 119 км в час. Ежегодно фиксируется 80-100 тропических штормов, половина которых становится ураганами. Мощь ураганов оценивается по пятибалльной шкале, где 1 обозначает слабый ураган (скорость ветра 119-153 км\час, приливная волна достигает высоты 1,2-1,5 метра), а 5 - ураган катастрофической силы (скорость ветра более 250 км\час, высота приливной волны более 5,5 м). Вращающиеся против часовой стрелки циклонические ветры Северного полушария имеют максимальную силу в поясе диаметром 30-45 км и более, начинающемся от "глаза бури". Скорость ветра вблизи земной поверхности может достигать 240 км/ч. В центре тропического циклона обычно находится свободный от облаков участок диаметром от 8 до 30 км, который и называется 'глазом бури', так как небо здесь часто бывает ясным (или малооблачным), а ветер обычно очень слабый. Зона разрушительных ветров на пути движения тайфуна имеет ширину 40-800 км. Развиваясь и перемещаясь, циклоны преодолевают расстояния в несколько тысяч километров, например, от очага формирования в Карибском море или в тропической Атлантике до внутриматериковых районов или Северной Атлантики. Хотя ураганные ветры в центре циклона достигают огромной скорости, сам ураган может перемещаться очень медленно и даже останавливаться на некоторое время, что особенно характерно для циклонов тропических широт, которые обычно движутся со скоростью не более 24 км/ч. По мере удаления циклона от тропиков скорость его продвижения обычно возрастает и в отдельных случаях достигает 80 км/ч и более. Совершенствование прогнозов, сопровождаемых оперативными штормовыми предупреждениями, привело к значительному сокращению числа человеческих жертв. Когда формируется тропический циклон, увеличивается частота трансляции прогнозов. Важнейшим источником информации являются сообщения с самолетов, специально оснащенных для наблюдений за циклонами. Такие самолеты патрулируют на расстояниисотен километров от побережья, часто проникая в центр циклона для получения точных сведений о его положении и движении. Участки побережья, наиболее подверженные ураганам, оборудованы радиолокационными установками для их обнаружения.

СМЕРЧ - атмосферный вихрь, возникающий в грозовом облаке и затем распространяющийся в виде тёмного рукаваили хобота по направлению к поверхности суши или моря; в верхней части имеет воронкообразное расширение, сливающееся с облаками. Когда Смерч опускается до земной поверхности, нижняя часть его тоже становится расширенной, похожей на опрокинутую воронку. Высота Смерча может достигать 800-1500 м. Воздух в нём вращается обычно против часовой стрелки, причём одновременно он поднимается по спирали вверх, втягивая пыль или воду; скорость вращения - несколько десятков м в сек. В связи с тем, что внутри вихря давление воздуха уменьшается, там происходит конденсация водяного пара; это вместе со втянутой частью облака, пылью и водой делает Смерч видимым. Диаметр Смерча над морем измеряется десятками м, над сушей - сотнями м. С. возникает обычно в тёплом секторе циклона, чаще перед холодным фронтом и движется в том же направлении, в котором перемещается циклон (скорость перемещения 10-20 м/сек). За время своего существования Смерч проходит путь длиной 40-60 км. Образование Смерчей связано с особо сильной неустойчивостью стратификации атмосферы. Смерч сопровождается грозой, дождём, градом и, если достигает поверхности земли, почти всегда производит большие разрушения, всасывая в себя воду и предметы, встречающиеся на его пути, поднимая их высоко вверх и перенося на значит. расстояния. Смерч на море представляет большую опасность для судов. Смерч над сушей иногда наз. тромбами, в США их наз. торнадо.

В колонках играет - херня всякая
Настроение сейчас - все заебали

Несколько наблюдений для тех, кто попал в грозу: ветер не дает правильного представления о направлении движения грозы, грозы часто идут против ветра; расстояние до грозы можно определить по времени между вспышкой молнии и раскатом грома (1с - расстояние 300-400 м, 2с - 600-800 м, 3с - 1000 м); непосредственно перед началом грозы обычно наступает безветрие или ветер меняет направление;мокрая одежда и тело повышает опасность поражения молнией; опасно располагать лагерь на выпуклых формах рельефа; предпочтительно в лесу укрываться среди невысоких деревьев, в горах в 3-8 метрах от высокого "пальца" 10-15 метров, на открытой местности - в сухой ямке, канаве; песчаная и каменистая почва безопаснее глинистой; признаками повышенной опасности являются: шевеление волос, жужжание металлических предметов, разряды на острых концах снаряжения, огни "святого Эльма" на мачтах судов. В грозу запрещено: укрываться возле одиноких деревьев; не рекомендуется при движении прислоняться к скалам и отвесным стенам; останавливаться на опушке леса; идти и останавливаться возле водоемов; прятаться под скальным навесом; бегать и суетиться; передвигаться плотной группой; находиться в мокрой одежде; хранить металлические предметы в палатке. Грозы В любом энциклопедическом словаре вы найдете простое определение грозы, откуда следует, что гроза - это атмосферное явление, при котором в кучево-дождевых облаках или между облаком и земной поверхностью возникают электрические разряды - молнии. На деле гроза - грозе рознь. Существует несколько разновидностей гроз, образующихся в разных условиях, имеющих разную силу, соответственно которой необходимо планировать свои действия. Одноячеечные грозы Эти грозы еще называют грозовым импульсом. Могут образоваться при наличии сильного локального восходящего потока воздуха. Реальные одноячеечные грозы - сравнительно редки, так как даже самые слабые обычно представляют собой многоячеечную структуру. Одноячеечные грозы скоротечны, длятся меньше получаса и не вызывают серьезных изменений погоды. Могут сопровождаются градом небольших размеров, непродолжительными, но сильными дождями, а иногда и слабыми смерчами. Такие погодные условия могут наблюдаться по всем пути прохождения грозы. Предсказать развитие такой грозы чрезвычайно трудно. Степень опасности - низкая. Многоячеечные линейные грозы /линия шквалов / Многоячеечные линейные грозы представляют собой линию гроз с явно выраженным фронтом, имеющим значительные (десятки километров) линейные размеры. Приближающуюся многоячеечную линию можно распознать по темной стене облаков, обычно покрывающей горизонт с западной стороны. Огромное число близкорасположенных восходящих и нисходящих потоков воздуха позволяет квалифицировать данный комплекс гроз как многоячеечный, но его грозовая структура резко отличается от многоячеистой кластерной грозы. Линия шквалов приносят резкую смену погоды вблизи поверхности раздела восходящих и нисходящих потоков воздуха на переднем крае грозы. Характеризуется порывистыми ветрами, возможен град величиной с шарик для гольфа и порывистый торнадо. Иногда приводит к наводнения, случается это в тех случаях, когда линия шквалов замедляет свое поступательное движение, или останавливается, и грозы, перемещающиеся параллельно линии, многократно проходят через одну и ту же область. Многоячеечные кластерные грозы Если грозовые ячейки находятся на различных уровнях развития, грозу классифицируют как многоячеечную кластерную грозу. Многоячеечные кластерные грозы состоят из группы ячеек, перемещающих как единое целое, при этом ячейки находятся на различных уровнях грозового жизненного цикла. В начале развития многоячеечной кластерной грозы доминируют отдельные ячейки. Новые ячейки имеют тенденцию формироваться вдоль края грозы, направленного против ветра (обычно западного или юго-западного), причем зрелые ячейки расположены в центре, а рассеянные ячейки обнаруживаются вдоль подветренного края грозы (восточного или северо-восточного). Смена погоды, вызываемая многоячеечными грозами, может быть самой разнообразной. Организованные многоячеечные грозы имеют очень высокий потенциал формирования погоды, сопровождаются частыми грозовыми разрядами, градом средних размеров наводнениями и слабыми торнадо. Наиболее интенсивная смена погодных условий наблюдаются вблизи поверхности раздела восходящих потоков воздуха, которая в свою очередь расположена в тылу грозы и вблизи фронта. Неорганизованные многоячеечные грозы, являющиеся простыми конгломератами отдельных ячеек, по своим последствиям ближе к грозовым импульсам. Степень прогнозирования возможного ущерба и степень опасности для человека – средняя. Сверх - многоячеечные грозы - отличаются от всех перечисленныхсвоей мощностью, а также наличием сильного вращения восходящих потоков воздуха (мезо - циклон). Фланговая линия сверх - многоячеечной грозы ведется себя несколько иначе по сравнению с многоячеечной кластерной грозой, в которой элементы вращения обычно сливаются в основной вращающийся поток воздуха, а затем взрываются по вертикали. Для сверх - многоячеечной грозы характерно разделение ячеек грозы. Как следствие, фланговые потоки воздуха поддерживают центральный поток, а не противодействуют ему. Это достаточно редкий тип гроз, вместе с тем он наиболее опасен из-за того, что приносит максимально возможные бедствия. Характеризуется сильными дождями, крупный град, возможны наводнения,

Полностью поглощенный магией пустого листа я не заметил как пришло утро.
Как в открытое всю ночь окно заглянуло солнце, заставив поблекнуть тусклый и желтый свет лампы,
стоящей на заваленом исписанными, перечеркнутыми листами столе.
Я так долго шел к этому. К этому столу, к огромному дому, наполненному чужими воспоминаниями.
Я шел к мечте, иногда забывая себя, за горами ненужных дел.
Для того что бы приити в это дом понадобилось так много лет, что можно было бы и забить саму цель
своего пути. Но я верил и шел, все дальше, сам не замечая того, что иду в никуда.
В серых горах небоскребов, в тихих и пустых полях... из миллиарда людей я один дошел к тому месту куда стремился.
Можно считать это шуткой судьбы, если бы я верил в судьбу, такой долгий путь, десятки лет ожидания.
Иногда кажеться, что это случилось зря, ведь сколько людей более достойных чем я прозябают в нищете мечтая о том же.
Скольким людям не дано дойти, сольких сломает этот путь... В противовес общественому мнению я не считаю, что
мне повезло, я просто шел, цепляясь за любую возможность добраться наконец к пустым белым листам бумаги, не запятнаным
ничьими мыслями. Словами которые не были сказаны.
Но утро разгараеться все ярче... И тень рассвета выросла в пылающее зарево цвета золота в обрамлении резной лазурной рамки.
Где пурпур не заметно для глаза смешивается с индиго, переплетаясь так, что кажеться эти объятия не разъединить и смерти.
Люди просыпаються, встают с постелей. Люди сквозь утреннюю дремоту вспоминают множество дел, что нужно сделать немедленно
что не терпят и малейшего промедления.
С некоторых пор мне все сложнее понять эти простые проблемы, они кажуться мелкими и незначительными,
словно песчинки на сжатой на песке ладони они могут быть сдуты ветром, а могут засыпать ладонь.
Ветер прошелестев в листьях тронул края занавесок, прозрачной завесой скрывших проем окна, прошелся по
столу, чуть тронув стопки бумаг.
И вот меня уже клонит в сон. Какая эта ночь по счету из тех бессонных ночей, что я провел в этом доме?
Я давно сбился со счета.
Лучь солнца, отраженный оконным стеклом коснулся моего лица, над миром встало еще одно тихое утро,
молчаливое как бесконечность белых листов на шероховатом, потемневшем от времени и тревог столе.

В колонках играет - Steve Conte-Heaven's Not Enough
Настроение сейчас - ???

В ту неделю, так много лет назад, мне показалось, будто мои отец и
мать дают мне отраву. И даже теперь, через двадцать лет, я не уверен,
что мне ее не давали.
То время всплыло из старого чемодана на чердаке. Сегодня утром я
оттянул латунные застежки, поднял крышку, и из незапамятных времен
пахнуло запахом нафталина; он окутывал, как саван, ракетки без сеток,
поношенные теннисные туфли, сломанные игрушки, поржавевшие ролики. Твои
глаза стали старше, но и теперь, когда они видят снова эти орудия игры,
тебе кажется, будто только час назад ты вбежал, весь потный, с тенистых
улиц и считалка "Олли, Олли, три быка" все еще трепещет у тебя на устах.
Я был тогда странным и смешным мальчиком, и в голове у меня
шевелились необычные мысли; рождал их не только страх быть отравленным.
Мне исполнилось всего лишь двенадцать лет, когда я начал делать записи в
блокноте в линейку, с никелевой блестящей обложкой. Будто и сейчас в
моих пальцах огрызок карандаша, которым я писал по утрам в те дни вечной
весны.

Вот я перестал писать и лизнул задумчиво карандаш. Я сижу в своей
комнате наверху в начале бесконечного ясного дня, щурюсь на обои в
розах, босой, с короткими, похожими на щетину волосами, и думаю.
"Только на этой неделе я понял, что болен, - записал я. - Болею я уже
давно. С десяти лет. Сейчас мне двенадцать".
Я скорчил рожу, закусил губу, посмотрел, будто сквозь туман, на
блокнот передо мной.
"Больным сделали меня родители. И, - я заколебался на миг, но потом
стал писать дальше, - школьные учителя. Не боюсь я только детей. Ни
Изабел. Скелтон не боюсь, ни Уилларда Боуэрса, ни Клариссы Меллин - они
такие же, как всегда. А вот мои дела совсем плохи".
Я положил карандаш на стол. Пошел в ванную - посмотреть на себя в
зеркало. Мама крикнула снизу, чтобы я шел завтракать. Я прижался лицом к
зеркалу, дыша часто-часто, и на нем появилось большое влажное пятно, как
будто зеркало заволокло туманом. И я увидел: мое лицо меняется.
Менялись кости. Глаза. Поры на коже носа. Уши. Лоб. Волосы. Все время
они были мной, а теперь становились кем-то совсем другим. ("Дуглас, иди
завтракать, опаздываешь в школу!") Торопливо моясь, я увидел, как внизу,
в воде, плавает мое тело. Я был заключен в него, как в тюрьму. Бежать
было невозможно. И мои кости в нем двигались, перемещались, менялись
местами!
Чтобы об этом не думать, я стал петь и громко насвистывать, пока отец
не постучал в дверь и не сказал, чтобы я успокоился и шел есть.
Я сел за стол. На нем уже стояли желтая миска с кашей, молоко в
молочнике, белое и холодное, яичница с беконом и поблескивали ножи и
ложки; отец читал газету, мама сновала по кухне.
Я втянул носом воздух. Мой желудок лег, как побитая собака.
- Что случилось, сынок? - и отец на меня посмотрел. - Совсем есть не
хочется?
- Так точно.
- Мальчику утром должно хотеться есть, - сказал отец.
- А ну-ка ешь, - сказала мама. - Принимайся сейчас же. Да
поторапливайся.
Я посмотрел на яйца. Яд. Я посмотрел на масло. Яд. Точно так же, как
и молоко в молочнике, белое-белое и со сливками сверху, и каша на
зеленой тарелке с розовыми цветами, коричневая, рассыпчатая и вкусная.
Все отрава, все-все! Эта мысль металась у меня в голове, как муравьи
во время пикника. Н прикусил губу.
- Что? - спросил, моргая, отец. - Ты что-то сказал?
- Ничего, - ответил я. - Просто не хочу есть.
Не мог же я сказать, что заболел и что болезнь эта от еды. Не мог же
сказать, что у меня это от печенья, тортов, каш, супов и овощей. И я
сидел и не брал в рот ни крошки, между тем как мое сердце стучало все
сильней и сильней.
- Ну ладно, хоть молоко выпей и иди, - сказала мама. - Отец, дай ему
денег на хороший обед в школе. На апельсиновый сок, мясо и молоко. Но
никаких конфет.
О конфетах она вообще могла бы не говорить. Ведь этот яд самый
страшный. До конфет я не дотронусь больше никогда в жизни!
Я перевязал ремнями книги и пошел к двери.
- Дуглас, ты не поцеловал меня, - сказала мама.
- Ой, - отозвался я и, волоча ноги, подошел и поцеловал.
- Что с тобой творится? - спросила она.
- Да ничего, - ответил я. - Пока. До скорого, пап.
И мать и отец ответили. Я зашагал в школу, и каждая мысль моя была
криком, посланным в глубокий и холодный колодец.

Сбегая в овраг, я ухватился за толстую плеть дикого винограда,
свисающую с дерева, и, оттолкнувшись от земли ногами, качнулся далеко
вперед. Земля ушла у меня из-под ног, я вдыхал прохладный утренний
воздух, сладкий и пьянящий, и закричал от восторга, и ветер подхватил
мои мысли и унес прочь. Я стукнулся ногами о другой склон, не удержался
и покатился к ручью, на дно оврага, и птицы свистели мне, а в ветвях
соседнего дерева прыгала белка - будто ветер носил комочек коричневого
пуха. Вниз по тропинке скатились маленькой лавиной мальчишки, вопя:
"У-уу, э-ээ!" Они били себя кулаками в грудь, швыряли камни так, чтобы
те прыгали по воде, бросались, вытягивая вперед руки, за раками. Раки
уносились прочь, оставляя за собой мутный след. И я и другие мальчишки
шутили и смеялись.
По выкрашенному зеленой краской деревянному мосту через ручей шла
девочка. Ее звали Кларисса Меллин. Мы захохотали еще громче; закричали:
"Иди, иди отсюда, проваливай!" Но будто что-то застряло у меня в горле,
и мой голос сошел на нет, и я стал смотреть, как она идет неторопливо и
уходит. Я смотрел на нее не отрываясь, пока она не скрылась из виду.
Из далей утра донесся школьный звонок. Мы полезли вверх по тропинкам,
проторенным за столько летних каникул. Трава была изрядно вытоптана; мы
знали каждую змеиную нору и каждый бугор, каждое дерево и каждую лозу
дикого винограда - да нет, больше того, каждый сорняк! После школы мы
строили на деревьях, высоко над быстрым сверкающим ручьем, шалаши,
прыгали нагишом в воду, отправлялись в долгие путешествия по дну оврага,
туда, где, неподалеку от дубильни, асбестового завода и доков, ручей так
одиноко и сиротливо втекал в огромную голубизну озера Мичиган.
Тяжело дыша, мы уже подбежали к школе, и вдруг мне опять стало
страшно, и я остановился.
- Вы идите вперед, а я за вами, - сказал я ребятам.
Зазвонил второй звонок. Дети побежали в класс. Я смотрел на школу,
всю обвитую плющом. Слушал шум голосов, это обычное гудение. Слушал, как
звенят, призывая к тишине, колокольчики в руках у учителей; а потом из
окон потянулись ко мне, словно руки, резкие учительские голоса.
Яд, снова подумал я. И дают его детям не только родители, но и
учителя! Они тоже хотят, чтобы я болел! Учат, как болеть все больше и
больше! И... и... этому р а д о в а т ь с я.
- Доброе утро, Дуглас.
Я услышал стук высоких каблуков по асфальтовой дорожке. У меня за
спиной, широколицая и бледная, в пенсне, с коротко остриженными
волосами, стояла директор школы, мисс Адамс.
- Ну, идем, - сказала она, твердо взяв меня за плечо. - Ты уже и так
опоздал. Идем.
Она повела меня, раз-два, раз-два, вверх по лестнице, вверх по
лестнице, к моей судьбе...
Мистер Джордан был толстяк с редеющими волосами, его зеленые глаза
всегда смотрели серьезно, и у него была привычка, когда он стоял перед
своими таблицами и диаграммами, раскачиваться на пятках. Сегодня он
принес изображение человеческого тела в разрезе. Можно было видеть
зеленые, синие, розовые, желтые вены, капилляры, мышцы, сухожилия,
внутренние органы, легкие, кости и жировые ткани.
Мистер Джордан показал кивком на рисунок.
- Есть очень большое сходство между процессами в раковой опухоли и
делением здоровых клеток. Рак - это как бы взбесившаяся нормальная
функция. Перепроизводство клеточного материала приводит к...
Я поднял руку.
- Как пища... то есть... отчего тело растет?
- Хороший вопрос, Дуглас. - И он постучал по изображению. - Пища,
после того как поступит в организм, расщепляется, усваивается и...
Я слушал и прекрасно понимал, что именно пытается со мною сделать
мистер Джордан. Недолгие годы моей предшествующей жизни отпечатались во
мне, как отпечатывались на мягком сланце древние растения и животные.
Мистер Джордан пытался стереть, загладить отпечаток. И в конце концов
все должно стереться, все, во что я верю, и все, что думаю. Мать
изменяет мое тело пищей, мистер Джордан делает то же самое словами.
И я, чтобы не слушать, начал рисовать на бумаге. Стал мурлыкать себе
под нос, начал придумывать новый, свой собственный язык. До конца дня я
уже не услышал больше ни слова. Я отбил нападение, сумел
противодействовать яду.
Но после школы я, проходя мимо лавки миссис Сингер, купил большую
конфету. Не удержался. И, когда съел, написал на обертке: "Это самая
последняя конфета, которую я съел в своей жизни. Даже на субботнем
сеансе, когда увижу на экране Тома Микса и Тони, я не буду больше есть
конфет".
Я посмотрел на груды сладостей на полках - словно собранный в стога
урожай. Оранжевые обертки, с небесно-голубым словом "ШОКОЛАД". Желтые и
фиолетовые, с мелко напечатанными на них синими словами. Я чувствовал
конфету внутри себя, чувствовал, как мои клетки от нее растут. Каждый
день миссис Сингер продает сотни конфет. Так, значит, она тоже участвует
в этом заговоре? Неужели она не знает, что происходит от ее конфет с
детьми? Почему она это делает? Может, завидует их молодости? Хочет,
чтобы они скорей состарились? Я готов был убить ее!
- Что ты делаешь?
Это подошел ко мне сзади, пока я писал на обертке, Билл Арно. С ним
была Кларисса Меллин. Она смотрела на меня своими голубыми глазами и не
говорила ни слова.
Я быстро спрятал бумажку.
- Ничего, - сказал я.
Мы пошли втроем. Вокруг ребята играли в классы, в перышки, гоняли
консервную банку, и я повернулся к Биллу и сказал:
- Через год, а может, два нам уже нельзя будет этим заниматься.
Билл рассмеялся только и сказал:
- Еще что! Кто это, интересно, нам запретит?
- О н и, - ответил ему я.
- Кто "они"? - спросил Билл.
- Неважно кто, - сказал я. - Вот увидишь.
- О-о-о, - протянул Билл. - Да ты спятил!
- Не понимаешь! - крикнул я. - Мы играем, бегаем, едим, а они в это
время незаметно для тебя делают так, чтобы ты думал по-другому, поступал
по-другому и даже двигался по-другому. И вдруг, пожалуйста - в один
прекрасный день ты перестаешь играть и сам начинаешь все время о чем-то
думать и тревожиться!
Мое лицо пылало, руки сжались в кулаки. Ярость слепила мне глаза.
Билл повернулся и с хохотом зашагал прочь. Кто-то, распевая "Все
кончено, все кончено, Анни", перебросил через крышу соседнего дома мяч.

Можно прошататься весь день без завтрака или обеда; ну, а без ужина?
Желудок мой вопил, когда я сел тихонько на свое место за столом. Я
смотрел вниз, на колени, и крепко держался за них руками. Не буду есть,
говорил я себе. Посмотрим еще, кто сильнее.
Отец сделал вид, будто меня понимает.
- Не заставляй, пусть идет из-за стола, - сказал он матери, видя, что
я не ем. Он подмигнул ей. - Поест потом.
Я провел весь вечер, играя с другими детьми на теплых улицах городка,
у кирпичных одноэтажных домов; уже стемнело, а мы все гоняли гремящие
консервные банки и лазили по деревьям.
Войдя в десять часов вечера в кухню, я понял: сопротивляться
бесполезно. На холодильнике лежала записка: "Ешь сколько захочешь.
Папа".
Я открыл холодильник, и на меня дохнуло морозом и заиндевелой пищей.
Я увидел развалины чудесной курицы. Поленницей лежали стебли сельдерея.
Из зарослей петрушки выглядывала земляника.
Теперь нельзя было понять, сколько у меня рук. Похоже было, что не
две, а целая дюжина. Совсем как у восточных богинь, которым поклоняются
в храмах. В одной помидор. Другая ухватила банан. Третья - клубнику! В
четвертой, пятой, шестой - маслина, редиска, кусок сыра!..
Через полчаса я опустился на колени перед унитазом и откинул сиденье.
Разинул рот и стал проталкивать ложку за язык, в свое сопротивляющееся
горло - глубже, глубже...

...Я лежал в постели, радуясь, что сумел избавиться от еды, которую
так жадно глотал, и я вздрагивал каждый раз, когда едкий вкус
исторгнутого напоминал о себе моему рту. Я лежал дрожащий, опустошенный,
снова голодный, но теперь слишком слабый, чтобы есть...
Я был очень слаб и утром и, очевидно, очень бледен, потому что мама
обратила на это внимание.
- Если в понедельник не станет лучше, - сказала она, - пойдешь к врачу.

Была суббота. День, когда можно кричать в полный голос и серебряные
колокольчики учителей не заставляют тебя умолкнуть; день, когда во мраке
длинного зала кинотеатра "Элита" движутся на светлом экране черно-белые
гиганты; день, когда дети - просто дети, а не растущие существа.
Не видно было ни души. Раньше, утром, когда я, как все ребята, должен
был бы шагать вдоль Северобережной железной дороги, где на уходящих
вдаль параллельных полосах металла вскипает жаркое солнце, я вместо
этого слонялся, не зная куда податься, ужасающе растерянный. И когда я в
конце концов, часа в три дня, оказался у оврага, в овраге уже никого не
было: все мальчишки и девчонки сидели в кино, на дневном сеансе, и
сосали лимонные леденцы.
Таким первозданным, старым, зеленым, до краев полным одиночества я не
видел овраг еще никогда - мне даже стало не по себе. И я еще никогда не
видел его таким тихим. С деревьев свисали плети винограда, на дне бежала
по камням вода, а высоко на деревьях пели птицы.
Прячась за кустами, останавливаясь и снова пускаясь в путь, я
двинулся вниз по тропинке, которую знали только школьники. Подходя к
мосту, я увидел, что с той стороны, навстречу мне, по нему идет Кларисса
Меллин. Она возвращалась домой, под мышкой у нее было несколько
маленьких свертков. Мы поздоровались смущенно.
- Что ты здесь делаешь? - спросила она.
- Да гуляю просто, - ответил я.
- Один?
- Угу. Все ребята сейчас в кино.
Она помедлила, потом спросила:
- Можно, я погуляю с тобой?
- Конечно, - сказал я. - Пойдем.
Мы пошли вдоль оврага. Он гудел, как большая динамо-машина. Все
замерло в оцепенении, ничто не двигалось. Только розовые стрекозы
носились, проваливаясь в воздушные ямы, и повисали над искрящейся водой
речки.
Мы шли по тропинке, и иногда рука Клариссы задевала мою. Я чувствовал
влажный теплый запах оврага и ласковый, незнакомый запах Клариссы.
Мы подошли к месту, где тропинки перекрещивались.
- Вон на том дереве мы построили в прошлом году шалаш, - сказал я.
- На котором? - и Кларисса, чтобы увидеть, куда я показываю, шагнула
ко мне и теперь стояла совсем вплотную. - Я не вижу.
- Вон на том, - сказал я дрогнувшим голосом и показал снова.
Совсем спокойно она обняла меня рукой и притянула к себе.
Я чуть не вскрикнул, до того я удивился и растерялся. Потом
трепещущие губы поцеловали меня, но мои руки уже поднялись обнять ее, и
я сотрясался в беззвучном крике.
Зеленым куполом сомкнулось над нами молчание. Все так же журчала вода
в ручье. Я не мог дышать.
Я знал: все кончено. Я гибну. С этой минуты будут только
прикосновения, вкушения яств, язык, алгебра и логика, чувства и жесты,
поцелуи и объятия - водоворот, который поймал меня и засасывает в
глубину. Я знал, что погиб навеки, и не жалел. Но на самом деле жалел -
и смеялся и плакал одновременно, и ничего нельзя было поделать, только
обнимать ее и любить, безоглядно и самозабвенно, всей душою, всем телом.
Я мог бы и дальше вести войну против родителей, против школы, против
еды, против того, что написано в книгах, но я не мог противиться этой
сладости на моих губах, этому теплу под моими руками, этому новому
запаху.
- Кларисса, - плакал я, обнимая ее, и глядел невидящими глазами через
ее плечо и шептал: - Кларисса, Кларисса!

Рэй Брэдбери
Как всегда великолепно.

Кто-нибудь помнит лето 1998 года??
еслт помните, то напишите что помните пожалуйста

В колонках играет - генезис-Time Table
Настроение сейчас - жизнь это чудо

можно было бы написать, что наступает новый год - время новых возможностей, воплощения мечты и идей, время все поменять но... чесно говоря чем другое время года для этого не подходит?
Иногда прошлое становиться будущим, каждый день нам приходиться делать выбор, приходиться не потому, что нужно, а потому, что мы сами хотим этого,даже если не признаемся в этом себе.
Будущее точка отсчета прошлого.
И новый год когда то станет старым, мы погрустим о нем и забудем почти полностью, что когда то он(новый год) казался нам точкой отсчета новой жизни.
Время что то менять есть всегда, даже если мы не видим этого.
И пусть мне скажут, что "я это давно уже знаю, к чему повторять уже проиденый однажды урок?".
Что ж это тоже правильно... Вот только если вы это знаете почему ничего не меняете,
хотя говорите, что так хотели бы это сделать? Почему говорите "В новом году все измениться!" и не меняете ничего? Как по вашему, не выглядит ли это странным?
А может быть вы этого не хотите?
Ведь счастье это так просто! Стоит только понять это.
И... хотя это не относиться к этой теме... Я буду ждать сколько нужно... Я буду ждать пока... Пока моя мечта не вернется... И пусть этого никогда не случиться... Я буду ждать.

В колонках играет - Скорпионс-скайрайтер
Настроение сейчас - ))) лиричное

Полчаса назад начался новый день, новая возможность исправить, повторить, начать заново или продолжить, завершить...
Новый день... Явление времени придуманое человечеством остается для человечества великой тайной, которую можно подчинить, но нельзя понять.
Время... оно то убегает, то длиться вечность (если этот термин применим в данном случае).
Сколько людей задумывались об этом... Людей, что умнее, талантливее чем я.
После их все сказаное мной лишь констатация факта.
И пусть.
Сути это не меняет.

В колонках играет - скот мэтью-литиум флауэр
Настроение сейчас - )))

А можно бeз знания матeматики заниматься программизмом?
Посылаем вам новую версию программы. Мы изменили все ошибки.
Что дeлать, eсли мышка под ковриком кончилась?
Я хочу задать вопрос - у меня дома стоит, и я не знаю, что это такое
АЛЕHУШКА с орeхами и вафлями. Шоколад спeциального назначeния.
Рота! Отбой! По команде глаза за-а-акрыть! Отставить! Щелчка не слышу!
Товарищ курсант, почему у вас волосы по всей голове разбросаны?
По команде "стой" следует ту ногу, которая на земле, приставить к той, которая в воздухе, и застыть неподвижно.
Значение синуса в военное время может достигать четырех и даже пяти!
Почему ботинки небритые? Ах, это унты! Все равно - побрить!
Что, машина не заводится? Поехали, потом заведёшь
Идите быстрее снег убирайте, а то он растает
Температура в три градуса позволяет принимать мне решения.
Единственная одежда солдата - сапоги и ремень!
Цистерна - это цилиндр с приваренной к нему дыркой.

у меня есть 3 минуты...
Что можно сказать, сделать, написать за 3 минуты???
За 3 минуты можно признаться в любви, можно написать стихотворение...
За три минуты можно умереть и появиться на свет,
можно начать новую жизнь, и закончить старую.
За 3 минуты... За 3 минуты можно прожить жизнь.
Но... можно потерять эти 3 минуты в других бесконечных измерениях.
Измерениях собственной жизнь чужим временем .

В колонках играет - музыка
Настроение сейчас - серое и дождливое

желание человека чему то подчиниться.
общество делает человека?
человек делает общество.
то кем ты станеш зависит только то тебя, хотя иногда так хочется купиться на сладкую сказку о счастливой жизни в гармонии с другими "такими же" ячейками общества.
некоторые поощряют и развивают это стадное чувство.
поэтому я предпочитаю одиночество.

Застывший в вечной осени город.
Словно тень под серым, иногда будто празднечным небом.
Осень.
Словно судьба. Будто бы от нее не уйти.
Не уйти от чужих деланий, которые так хочется воплотить.
От чужого счастья, счастья которого не понимаешь, но не можешь на него не смотреть.
Когда вспоминаешь, что это такое, волнами накатывает грусть...
И вот тебе уже нет есть исчерченая волнами морская гладь.
И больше ничего.

И вновь придет тревогой вдохновение,
Волнующей печальною тоской,
Молитвой, серым небом упоение,
Душе не обрести покой.

И не припомнить строчки, что забыта,
За тонкой пеленой тревожных дней,
И не запомнить слов, что не избыты,
В мерцании негаснущих огней.

Моя забытая, за сладкой жизнью осень,
Встает из памяти печалью ярких дней.
Давным давно забытые вопросы,
Встают, воскресшие, за ней.

В колонках играет - текиладжаззз- в полбутыке октября
Настроение сейчас - афигеваю

Угадайте о чем здесь могла бы пойти речь...
Но я об этом не напишу.
Некоторые события значат, что большинству людей нельзя верить??
А может быть я не прав??
Но ето не важно...

Настроение сейчас - стебное))

помимо промывки мозгов основаной на самоубеждении
в книге присутствуют такие моменты :::

-яд, который входит в состав инсектицидов (посмотрите это слово в словаре!)
оно (значение слова) видимо слишком страшное для его книги...
-"НАПРЯЖЕНИЕ/РАССЛАБЛЕНИЕ – также полные противоположности!"
НЕВЕРОЯТНО!!! КАК Я РАНЬШЕ НЕ ДОГАДАЛСЯ ТО????
-Некурящие не могут понять, как курильщики могут получать удовольствие от того, что засовывают эти противные штуки в рот...
Без коментариев...
-маленькое никотиновое чудовище
Это наверное я?..
-Курильщик же уже страдает: маленькое чудовище хочет получить свою дозу...
-Самый тяжелый случай никотиновой зависимости, с которым я когда-либо сталкивался
ну ето собственно название главы... вот ток про "случай" в ней не написано...или я невеимательно читал?

Настроение сейчас - солнечное как это утро

Рассказ не подвергался редакции с момента написания, так что не судите очень строго...))

Под углом...

Я живу под углом. Под наклоном в ... градусов, на серой шероховатой равнине под чёрным небом.
Я не помню когда и зачем я вступил на этот путь, и как свернуть с него.
Я живу в движении, потому что стоит мне остановиться и моё бездвижее и покой сыграют роковую роль - не выдержат
привыкшие к движению ноги. И я покачусь вниз с каждым метром набирая большую скорость и теряя шанс остановиться.
Я живу в безмолвии. Молчит окружающая меня серость и сердце бьющееся в учащённом ритме вторит звуку шагов.
Мне неизвестна моя цель, я не знаю куда ведёт этот подъем: на вершину или в бездну, или быть может я иду не наверх?
Может быть я спускаюсь вниз...
А стоит ли эта вершина покорения? Достоин ли я завершить этот путь? Смогу ли я понять то, что ждёт меня в конце пути?
Ответа нет...
Мой подъём продожается, и время невластно надо мной. Что значит время если для достижения цели нужно нечто большее?
То чего у меня нет? Если нужна смелость отчаяния, если нужно испытать боль и падение перед тем как достигнуть чего то великого и вечного? Пока я иду я бессмертен... Чего стоит бессмертие? Память прошлой жизни? Души?
Если так то к чему оно?
Ведь лучше жить сто лет человеком чем миллионы существом не помнящим ничего кроме пары фраз и обрывков тусклых воспоминаний… И лучше чувствовать боль и усталость чем совсем ничего.
Серый шероховатый склон обрывается, истаевает передо мной тем самым ставя точку в моём путешествии и не в силах отановиться я
иду по нему к обрыву и ступыв за край падаю вниз. И в этом падении я чувствую отчаяние и радость, а упав боль и пустоту...
Это смешно но я не смеюсь... Моей целью было падение!
И с отой мыслью приходит покой и тишина. И я уже не слышу своего дыхания, не слышу ударов сердца. Я перестаю что либо видеть,
и ощущать, погружаюсь в чёрное ничто... или взмываю над тьмой ночи, улетаю в небо искрящееся каплями звёзд...

Настроение сейчас - средней паршивости

...это тебе.

В истоме предвкушения, в предчувствии тепла,
В бесстрастном восхищении печалью ты пришла.
Вслед не избытым грезам в метели января,
Померкшим небом грозным окончится заря.
Чужою белизною закрасившей рассвет,
Печалью, что со мною не так уж много лет.
Ответом на вопросы, строкой чужих стихов,
Далекою луною на волнах облаков.
Багрянцем предрассветным среды прозрачных льдов,
Индиго беспросветным осенних холодов.
Печалью безутешной в померкших серых днях,
Беспечной жизнью грешной в пылающих огнях.
Кто скажет, сколько жизни потратили мы зря
Сплетая свои крылья из пыли и огня.
Зачем стремились в небо с мечтою не дойти,
Изгнав из сердца негу застыв в конце пути.

Вот такое странное мое восхищение...

Настроение сейчас - ожидание чего то

Писать стихи... что лодку тащить на берег
Её засыплет песком... стихам никто не поверит
В небе... останутся кружится
Только... две одинокие птици

Белая вверх, а черная вниз.

Может быть страх, а может каприз

Либо то и другое, либо просто так...

Писать на песке... это лучше, чем жечь бумагу

Волна благодарит... вместо букв оставляя влагу

Я на магнитофон... я запишу тебе шум прибоя

И как летают, там летают в небе эти... двое



Белая вверх, а черная вниз.

Может быть страх, а может каприз

Либо то и другое, либо просто так...

...

Белая вверх, а черная вниз.

Может быть страх, а может каприз

Но.. Белая вниз, а черная вверх.

Быть может каприз, а может и блеф.

Либо то и другое, либо просто так...

Фотографии StormChaser : Weather

Фотографии StormChaser : Weather

фотографии, тем более сделаные с тупой камеры на сотовом телефоне, не сравняться с тем, что мы видем своими глазами.
Фотографии это лишь взгляд на мир через механику, искаженный взгляд...
я считаю, что мне повезло, что я живу.

Настроение сейчас - грустно

Вот так всегда и бывает :::
пора с кем то попрощаться, меня это слишком сильно гнетет.
грустно

Настроение сейчас - савсем весело

Рас, Дфа, Три, Читыри, Пяц

Вышил Зайчег пагуляц.

Фтрук Ахотнег выбигаид-

Пряма фзайчега стриляид

Пиф-Паф О-Ё-Ёй

Умераид Зайчег мой!

Паивляицца МЕДВЕД

Фсех превецтвуид - привет!

Фсё, Ахотнегу хана!

Сдохне - АЦЦКИЙ СОТОНА!

Жаль - нифстанит дохлы Зайчег

Хоц он милы и КРОСАВЧЕГ

Сиравно иво ниброшу

Патамушта он харошы !!!

***

Всех тех, кто с подругой, изящной, упругой,
И выбритой в разных местах
Мечтает нажраться и сексом заняться,
Терзает неведомый страх...

Что, коль они в мае, от страсти сгорая,
В лесу остановят мопед,
В пылу наслаждения от совокупления
Найдет их веселый медвед...

И к парню-падонку, который девчонку
Терзает, как иву пила
Шагнет косолапо, похлопает лапой
И спросит : "Превед! Кагдила?"

***

Настроение сейчас - все еще утро)

крайне не удачное фото....
но других нету.
это грозовой фронт проходивший над москвой 05.06.2006
для нас это стихийное бедствие, ветер там от 10м\с, продолжительный ливень с диаметром капель от 4 до 5 мм, а для кого то это нормально...
Хорошо им там!!

Настроение сейчас - гы) утра нах

Who can say
Where the road goes
Where the day flows
Only time
And who can say
If your love grows
As your heart chose
Only time
Who can say
Why your heart sighs
As your love flies
Only time
And who can say
Why your heart cries
When your love lies
Only time

Who can say
When the roads meet
That love might be
In your heart
And who can say
When the day sleeps
If the night keeps
All your heart

Night keeps all your heart

Who can say
If your love grows
As your heart chose
Only time
And who can say
Where the road goes
Where the day flows
Only time

Who knows - only time

В колонках играет - энья

И пусть мне будет плохо!
поеду к мельнегу пить
(((

В колонках играет - текиладжаззз-вертикали боли
Настроение сейчас - паршивое

В Москве ветром сдуло большую новогоднюю елку
15-12-2006 20:32 Как передает корреспондент РИА Новости, трехметровая искусственная новогодняя елка, установленная на улице Мневники, упала на газон, от чего побились новогодние игрушки, которыми было украшено дерево.

В результате происшествия никто не пострадал

гы, блин.... елки падают.... куда катится мир???

Фотографии StormChaser : Weather

Фотографии StormChaser : Weather

Иногда чувствуешь себя одиноким...
К чему все это?
Иногда кажеться, что все зря...
И ничего нельзя исправить.

ГМ...