Гусеницы североамериканских бабочек-бражников Amorpha juglandis известны необычным способом защиты от всегда готовых полакомиться ими птиц: они издают резкие свистки, отпугивающие хищников. До сих пор энтомологи считали, что птиц тревожит сам звук, резкий и внезапный. Однако энтомолог из Вашингтонского университета Джессика Линдсей (Jessica Lindsay) и ее соавторы выяснили, что хитрость, которую гусеницы используют для обороны, куда тоньше. Об этом они рассказали в докладе, представленном на Международном симпозиуме по акустическим коммуникациям у животных.

В самом деле, схваченная птицей гусеница бражника способна сжимать свое тело, как меха аккордеона, и выпускать сжатый воздух сквозь небольшие отверстия по бокам. Это позволяет насекомому размерами всего в несколько сантиметров издавать звук впечатляющей силы: на расстоянии 5 см его громкость достигает 80 дБ – как у мощного пылесоса или мотоцикла (с глушителем). Неудивительно, что в ходе лабораторных экспериментов было показано, что птица при этом роняет добычу из клюва и спешит прочь, что связывали именно с громкостью звука.

Однако Джессика Линдсей обратила внимание на схожесть этих звуков с сигналами опасности, серией коротких, быстрых и высоких свистов, которые многие птицы издают, предупреждая друг друга об опасности, – появлении другого крылатого хищника. Реагируя на них, остальные тут же бросают все свои занятия и прячутся в зарослях пониже и погуще. Чтобы сравнить действие звукового сигнала схваченной гусеницы с птичьими сигналами опасности, Линдсей записывала их и поигрывала птицам, а в качестве контроля использовала записи тревожных криков синиц Poecile atricapillus и обыкновенные песни вьюрков Haemorhous mexicanus.

Наблюдения проводились над десятками мелких птиц на воле, видеозапись велась в течение двух минут до сигнала, минуты проигрывания записи и пяти минут после. На песни вьюрков птицы не реагировали, но вот на сигналы опасности и «крики» схваченных гусениц реакция была одинаковой: бросить все дела, бежать и спрятаться. Все это указывает на использование бражниками звуков, которые имитируют крики опасности птиц. Какие именно характерные акустические паттерны при этом задействованы, ученым еще предстоит установить...

«Писать надо о том, от чего не спится по ночам…» (А. Вампилов)

«…Я знаю, я старым не буду» - так в юности написал Александр в своих записных книжках. Он действительно прожил незаслуженно мало, но так много понял о жизни и о всех нас… Его простые и светлые произведения, вместе с тем глубокие, пронзительные и парадоксальные пьесы-исповеди, так и остаются до конца не разгаданными. О чем же он писал и зачем?

История знает немало примеров, когда из-за скотского отношения человека к окружающей природе происходят ужасные, а иногда и необратимые последствия. И отражаются эти последствия на самом человеке. Именно так случилось в 50-х годах прошлого века в Китайской народной республике, когда местная коммунистическая партия развернула широкую борьбу против "вредителей": мух, комаров, крыс и воробьев. Менее всего в этой борьбе были защищены воробьи, которые и пострадали больше всего.

В начале 1956 года Китайское зоологическое общество провело масштабную дискуссию по проблеме вредителей, при этом было отмечено, что воробьи съедают много зерновых. По подсчетам общества этих злаковых хватило бы для того, чтобы прокормить более 30 млн. человек. В ходе дискуссии протест выразил только один ученый-орнитолог Ченг Цо-син, который настаивал на научном подходе к проблеме. Он провел собственные собственные исследования и публиковал в научной литературе статьи о вреде и пользе птиц. Но его голос не был услышан. Мало того Ченг Цо-сина даже обвинили в несогласии с "генеральной линией партии" и "противопоставлении себя Великому кормчему Председателю Мао".
К весне 1958 года план борьбы с "вредителями" был одобрен и его озвучил с трибуны VIII съезда КПК Мао Цзе-дун. В стране началось массовое истребление воробьев. Тогда никто и предположить не мог, что противостояние на государственном уровне с крохотной птичкой станет причиной одной из самых страшных катастроф.


китайцы сгоняют птиц с крыш домов.

Партия мобилизовала народ на борьбу с воробьями. При помощи огромных полотнищ, по рев и барабанный бой, птиц заставляли летать в небе до полного изнеможения. Птиц также отстреливали и разоряли их гнезда. В ходе "компании" в одном только Пекине и Шанхае было уничтожено около 900 тыс. птиц. Ну а к ноябрю 1958 года по всей стране было уничтожено около 2 млрд. воробьев. Особенно рьяно за дело взялись в провинциях, где помимо воробьев также уничтожались и другие пернатые.


китайский мальчик позирует с убитыми воробьями.

Как итог, на следующий год действительно урожаи зерновых немного подросли, о чем партия даже успела отрапортовать как об очередном успехе. Ну а затем пришла беда. Экосистема дала сбой и в стране расплодились насекомые, в особенности саранча, которую маленький воробей успешно уничтожал. Саранча уничтожила урожай 1960-го года. В стране начался голод. Миллионы китайцев стали голодать и гибнуть. По разным оценкам от 20 до 45 миллионов человек погибли в результате голода, вызванного экономической бесхозяйственностью, экологической катастрофой и государственным террором.
Ну а конечным результатом компании по борьбе с вредителями стала закупка воробьев за рубежом, в частности в СССР, Канаде и Австралии, которых пришлось завозить самолетами. Руководство страны и Мао Цзе-дун лично срочно приказали завершить анти-воробьиную компанию, заменив воробья клопом в списке врагов. 18 марта 1960 г., Мао Цзэдун написал: "Не надо бить воробьев, как результат мы лишь получили клопов. Лозунг такой: Уничтожать крыс, клопов, мух и комаров".

Один из старожилов восточного Забайкалья, свидетель тех событий рассказывал, как в те годы в СССР отлавливали воробьев для вывоза в соседние провинции северного Китая. Но при этом он отметил, что воробьи возвращались обратно. "Наши воробьи вернулись обратно, ведь мы своих воробьев знаем...",- подвел итог рассказу собеседник.


китайский плакат, посвященный борьбе с "четырьмя вредителями".