Про Мусю и Марусю (сравнения)

 

Посадила как-то раз Маруся Мусю в корзинку и пошла гулять. Идёт по улице, всё вокруг рассматривает. 

А Муся из корзинки выглядывает. 

А вокруг столько — интересного: и дома, и машины, и люди!

Маруся на одно глядит, а Муся на другое внимание обращает.

Вот растут деревья. Одно большое, другое — маленькое.

А Муся на деревья не смотрит, ведь по дорожке собаки идут. Одна собака большая, другая среднего размера, а третья — маленькая. Даже меньше Муси. И совсем не страшная. «Да, были бы все собаки такими, — думает Муся, — а коты — огромными, как было бы хорошо!

 

А вот улицы тянутся. 

— Эта улица длинная, — говорит Маруся, — а та короткая. Пойдём по длинной улице, по ней гулять интереснее!

А Муся на улицы не смотрит, ведь вдоль домов опять собаки идут. 

Одна собака короткая, а другая — длинная. И хвостик у этой собаки длинный. И нос длинный, землю нюхает. И ушки длинные, землю подметают, ведь лапки у собаки — коротенькие! И шерсть коротенькая!

А у другой собаки лапки длинные и шерсть длинная, пушистая.

«Какие разные собаки, — думает Муся, — даже поводки у них разные. У одной поводок короче, у другой — длиннее. Неправильный какой поводок, думает Муся, — слишком уж длинный.»

 

Закончилась длинная улица, начался парк. 

А в парке дорожки — широкие и узкие. 

А вдоль дорожек — лавочки. 

А на них люди сидят. 

Вот сидят старый человек и человек молодой. Старый человек газету читает, а молодой по телефону разговаривает.

А вот две девочки по дорожке гуляют. Старшая булку ест и голубей кормит, а младшая по дорожке бегает, голубя поймать пытается. 

Бежит голубь, с боку на бок переваливается, пёрышки на нём переливаются, красные лапки мелькают.

«Эх, — думает Муся, — и чего это младшая девочка голубя поймать не может, я бы его легко догнала,»

 

Выпрыгнула Муся из корзинки — и к голубям кинулась. А голуби — фрр — и полетели. 

Было голубей много, осталось мало. Вернее даже, ни одного голубя на дорожке не осталось. Только на ветке дерева один, самый толстый голубь сидит, да ещё пара в небе над парком кружится.

— Сейчас я тебя достану, — мяукнула Муся — и бросилась на дерево.

— Ой, — закричала Маруся — Муся, слезай!

Но Муся не слышит, всё выше и выше на дерево карабкается. Глаза у неё горят, коготки за кору цепляются. 

 

Перебирается Муся с ветки на ветку, к голубю поближе. 

Вот он совсем уже близко. А вот — перелетел. И опять — далеко.

Вот опять, почти рядом, только лапку протянуть. 

А вот — опять далеко, сидит, курлычет, сердится, что Муся опять всё ближе и ближе к нему подбирается. 

Прыгнула Муся на ветку к голубю, а голубь — раз — и улетел. 

«И почему коты не летают, — сердится Муся, — уж в небе-то я его бы точно поймала!»

 

Посмотрела Маруся вниз,— ой, как же высоко она забралась! Маруся внизу стоит маленькая-премаленькая! И люди рядом с ней кажется маленькими-премаленькими.

Испугалась Муся. Замяукала тихонько: «Мяу, мяу, и почему голуби вечно на самые высокие деревья садятся, ведь вокруг столько низеньких!.

А Маруся снизу кричит:

— Муся, Муся, слезай скорее! — а сама потихоньку кулачком глаза тереть начинает. 

И людей вокруг неё всё больше и больше становится. И высоких людей, и низких, и больших и маленьких, и молодых и старых. И лица у всех людей серьезные или строгие, печальные или тревожные, и не разберёшь сразу, особенно если сверху на них смотреть. Сморит на них Муся, а сама всё громче и громче мяукает.

 

Попробовал один толстый человек на дерево забраться и снять Мусю. Но ничего у него не вышло. Попробовал худой, и тоже у него не вышло. До середины дерева он забрался, пока ветки были толстые, а как тонкие ветки начались — испугался, обратно на землю спустился.

А Муся всё громче мяукает.

А Маруся всё сильнее глаза трёт.

Но тут как раз шёл мимо старенький сторож парка. 

— Не порядок — сказал сторож, — когда кошки на дереве мяукают, а девочки внизу кулачком глаза трут.

Принёс он одну лестницу. Приставил к дереву — не достать до Муси, слишком короткая лестница. 

Принёс другую, длинную. Вскарабкался, схватил Мусю, посадил её в карман пиджака — и спустился вниз!

Обрадовалась Маруся! Сказала сторожу спасибо, поцеловала его в морщинистую щёку. 

А Мусю обратно в корзинку посадила.

И люди вокруг зашумели, заулыбались, и дальше по своим делам поспешили.

 

Пошли Маруся с Мусей домой. Через парк, потом по улице. 

А вокруг них дома, высокие и низкие, новые и старые, широкие и узкие.

И собаки идут: большие и маленькие, длинные и короткие, хвостатые и бесхвостые.

И люди спешил, торопятся. Высокие люди и низкие, толстые и тонкие, старые и молодые. 

И лица у них уже не строгие или грустные, а весёлые и добрые.