стеклопакеты роста доедает внутренняя короста
осыпанная на землю она просто преждевременный прах
четыре комнатных угла в поисках пятого
в голове стайки чужих историй и смог мыслей
немного личных чаще больных
старые больничные были на голубой бумаге
раньше
всё было раньше
любовь
работа
стихи
люди
осталась пыль и вечно закрытые на полке книги
они так сжали губы обложек что зубы фраз давно высыпались
из гессе и мадам блаватской
грибника кастанеды и брезгливого автора чайки
они улетели на упаковку специй и там подгоняют кораблики
с реала фольги в конструкт кухни
в холодильнике давно не вешались мыши
там и муха бы не смогла удавиться
ведь нет даже первого угла
бывшие поднебесники уголь в прежних объёмах брать отказались
и из этого минимализма не купленного тепла
пристраиваю старый канал из недописанной повести под свет монитора
напоминающий банкомат где ещё подплясывала птичка киви
наивно воруя у доверчивых приложений к терминалу уже изрядно
потрепанные джинсы и даже ноги
чёрные стихи отличаются от белых
тональностью
романтику съели крокодилы брезгливых авторов
так легко и пьяно было писать о любви
так тоскливо и больно о старости
а короста всё сыплется
так хрупкость стекла от механик удара
уходит в морозное крошево пластика
а слово
когда то глубокое и живое
в цифры пенопласт
но есть еще река...
есть
не оставляй свой кукольный гарем надолго
пусть сохнет волга
|
|
