тихо пишешь свои стихи
ни к кому
ни слезой не трогаешь
ни сверяешь размер аршин
с тогой славы чужих историй
так под окнами воет сныть
голых веток и белой шали
неуживчивый мой медведь
из твоих золотых изначалий
медь растаяла
сталь ушла
алюминий рассыпан в бездне
молчаливое иншалла
вот и все что осталось от песни
одувана в чужих снегах