Понятия не имею, как мог бы выглядеть рай. Личный такой райский уголок. Нет, помечать конечно можно, живописать красочно, поохать "не нам, не нам!" и в конце смачно припечатать: что, мол, автор, будучи материалистом, в эти глупым мечтания и предрассудки не верит нисколько и может только посочувствовать тем, кто тяжко разочаруется, не попав после неизбежной, увы, кончины, туда, куда надеется попасть всякий добропорядочный верующий человек. Это всё так конечно.

Но зато я совершенно чётко знаю, как в настоящий момент выглядит ад. И даже нахожусь в нём собственной персоной с 8.00 до отбоя. Всё брешут теологи-затейники: никаких чертей и прочей леденящей кровь мистики типа сковородок с кипящим маслом, крючьев и иной ерунды. Вместо этого всего, здесь и сейчас: шпатели, мастерки, штукатурка, грунтовка и шпатлёвка. Джентельменский набор душегубца. Ведь всякой уважающей себя нечистой силе яснее ясного, что большего возмездия, нежели ремонт в старом, потрёпанном временем доме, построенном сразу же после сошествия Ноя на Арарат представить себе трудно. Какие уж там сковородки со смолой и кастрюльки (Цептер?) с кипящим маслом!

По легенде, дом строили пленные немцы. Вы знаете, очень даже похоже! Потому как возвести параллелепипед, коим в геометрическом плане и является всякая комната, в котором все 12, повторяю - все двенадцать сторон, имеют разные размеры - для этого нужно иметь истинно немецкую скурпулёзность и педантизм. Каким образом держится потолок на этих, изогнутых во всех трёх осях, углах - понятия не имею. Равно как и то, почему наружная стена всё ещё стоит на своём месте, а не вывалилась на улицу, открыв дивный вид на железную дорогу, автомобильную трассу и вот это всё замызгано серое, что "всё вокруг российское, всё вокург моё".

Полдня думал проблему. Не надумал. Четверть дня, каюсь - костерил строителей, ну и грязно вспоминал генеалогию прорабов и прочих штукатуров, тех самых, основательных и педантичных, из фатерлянда. Результата. конечно же, ноль, разве что немного успокоился, будто восстановил справедливость. Остальное время - самоотвержено боролся с бесконечностью. Пытался забросать её штукатуркой, преобразовав хотя бы в параллельные плоскости. Угробил два мешка штукатурки, а это не много ни мало - 60 кг, которые на этом всём просто растворились без особого следа. Бесконечность устояла. Она недвусмысленно сказала: посмотри на меня, видишь эти семь разноцветных слоёв? То были тебе подобные. И где теперь они?" А вот штукатурки больше нет. Сметы тоже. Впереди - полы и, господи, сохрани и помилуй - потолок. С "лепниной", а как же: хрен с ними, с кривыми стенами, главное - глаз "лепниме" рад. Порой безмерно. Тоска и смирение потихоньку заполняют сердце и душу, велят излить себя в первый попавшийся гранёный стакан и, закрыв глаза, поскорее спрятать всё безобразие под обоями с какими-нибудь, ну кто за ними узрит, весёленькими цветочками.

И затрубят трубы, застучат барабаны, победителя осыпят лепестками роз и, кто знает, может быть даже поцелуями. И ещё полгода будут умиляться и говорить: " Строитель ты наш! У-тю-тю! Это ж надо - из такого г... конфетку сделал!" А я разве сделал? Так, - обёртку поменял. Пардон: меняю. А г... можно даже в парчу нарядить, - онои г... останется и вонять не перестанет.