2

"М-мать... Интересно, сколько раз Вик говорил мне, что свои желания обязательно нужно конкретизировать? И почему я его в эти моменты не слушала?" – мысленно материлась Анариэль.
Хотела отвлечься от разрыва с Нефом – получи. Отвлеклась по полной программе.

Такое дело достается не каждый день. Анариэль была Хранителем, и в большинстве случаев ей нужно было спасать чью-то жизнь. Даже в тот раз с шансоловкой, ее задачей было сохранить жизнь носительнице. Но иногда ей приходилось исполнять роль палача. И тут был как раз такой случай.

В этом мире жил весьма талантливый маг по имени Маграв. В свое время он сделал немало хорошего, в том числе и по отношению к ветру, но с возрастом он потерял рассудок (или только совесть и тормоза, как предполагала Анариэль). Маг захотел, чтобы ему подчинился весь мир, но, не доверяя наемной армии, он решил создать себе уникальных прислужников. И создал весьма сильных, устойчивых к магии чудовищ, которым для сбалансированного питания нужно было мясо и, желательно, человечье. И все было бы хорошо, если бы практичный маг не рассудил, что кормить монстров своими же крестьянами невыгодно. Кто же тогда будет склоняться пред его могуществом, платить ему дань. В общем, маг решил проблему кормежки своих питомцев за счет населения соседних миров. В перспективе он планировал вывести чудовищ, которые сами смогут искать себе пропитание, перемещаясь между мирами. И это уже было слишком, вот ветер и прислал своего воина, чтобы устранить зарвавшегося мага и его выводок.

Выводок девушка оценила, Маграв был действительно талантливым магом. Единственное, что спасало – чудища были глупы и неопытны. На эксперименты с интеллектом у мага пока не хватило времени. С другой стороны, они были отвратительно преданны хозяину. В том смысле, что отвлечь зверушек и по-тихому убрать мага, а потом уже проводить зачистку результатов экспериментов, не получалось. Рядом с магом постоянно крутились его питомцы, так что пришлось выманивать их по одному и убивать. К сожалению, после исчезновения пятого монстра они начали охотиться парами. Это создавало Анариэль определенные трудности. Борьба с монстрами ее изматывала, уж очень они были быстры и выносливы, да еще и разнообразны. Но партизанская тактика, в конце концов, принесла свои плоды. И когда по расчетам Анариэль, у Маграва в подчинении осталась лишь пара монстров, она решила встретиться с ним.

Дуэль вышла не из легких, но ей удалось прикончить двух последних чудовищ и, когда она уже собирала силы, чтобы обрушить на мага мощь ветра, их уединение нарушили еще две твари. Эти в разведывательных списках не числились и внешне несколько отличались от других. Пришлось переключить внимание на них. Однако силы были не бесконечны, и Анариэль решила отвязаться от чудищ, перейдя в другой мир.

Маграв спокойно мог перемещаться между мирами, и поначалу девушка искренне надеялась, что поняв, кто за ним пришел, он дернет прятаться в каком-нибудь другом мире. Естественно, такой мощной охраны у него уже не будет, а подкараулить человека на тропах ветра Анариэль ничего не стоило. Но маг не был так прост и только продолжил окапываться в привычном для него мире.

Теперь же уносить ноги приходилось ей. Анариэль переместилась, и почти сразу за ней в мире появился полоумный маг. Он был очень зол на девушку за убийство его питомцев и не собирался прерывать разборки на самом интересном месте. На это она и рассчитывала и начала наступление. Ей удалось несильно ранить мага, когда на сцене снова появились незнакомые твари. Она выругалась, в сугубо нецензурной форме высказав все, что думает по поводу мага. Маграв не терял времени даром, он не просто вырастил еще два экземпляра, он вывел чудовищ, способных перемещаться между мирами, пусть пока только по следу хозяина. Эффект неожиданности твари использовали по полной, и, когда Анариэль удалось уничтожить одну из пары, она сама была вымотана до предела и буквально измочалена физически. Ей удалось собрать силы на последний мощный удар и хорошенько зацепить Маграва, но дело было плохо. Нужно было срочно уходить, и поддавшись этому порыву, она из последних сил шагнула на тропы ветра. На то, чтобы сознательно выбрать направление ее уже не хватило, и она просто отдалась на волю ветра.

Она оказалась в каком-то незнакомом мире с технической, судя по всему, культурой. Была ночь, людей рядом не наблюдалось, но все же Анариэль поспешила уйти с открытого пространства и, нырнув в какую-то арку, тихо сползла по стене. Сколько она просидела у стены, она не знала, забытие и боль коверкали время. В какой-то момент она почувствовала на себе чужой взгляд и буквально заставила себя открыть глаза. Смерть она предпочитала встречать в сознании, так вероятность забрать противника с собой была значительно выше. Маграв, настигни он ее, наверняка смог бы ее добить, но и она в последний момент способна была преподнести ему серьезный сюрприз. Так что, подняв глаза на обнаружившего ее человека, она готовилась к последнему удару.
Но удар не получился, ее мысли и ярость упали на полпути, споткнувшись о чуть встревоженный взгляд черных глаз. Незнакомец не собирался причинять ей вред, но одно его присутствие заставляло ее сердце каменеть от ужаса так, будто она зависла на краю бездны.

– Не бойся. Я помогу тебе, – о, Небо, он пытался ее успокоить, но эффект от звука его голоса был совершенно противоположный – к ужасу добавился жар, охвативший все ее тело.

Не тратя времени даром, мужчина поднял ее на руки, и от его прикосновения девушку пронзила сердечная боль, с легкостью заглушившая боль израненного тела. Но тут, наконец, она перестала балансировать на крае бездны и упала в небытие.

***

Микаэлю снова снился Город. Но на этот раз он, похоже, стал призраком – его никто не замечал. Впрочем, он не огорчился и направился в полюбившуюся ему забегаловку, с зеленой веранды которой открывался изумительный вид на Город. Усевшись за столиком, он огляделся. В зале не было никого, кроме рыженькой хозяйки за стойкой и хорошо одетого мужчины очень средних лет, в темных волосах которого мерцали нити седины.

– Ты такой хмурый, Вик, что-то случилось? – озабоченно спросила рыжая.

– Да, Эри. Был бы жив Фред, я бы пришел к нему...

– А так, ты пришел к его дочери, – она лучезарно улыбалась, и суровые складки на лбу названного Виком разгладились.

– Ты давно видела Анариэль?

– Месяца два назад. Она все еще переживала расставание с Нефом, вот и улетела куда-то, приводить в порядок растрепанные чувства.

– Да, я тоже тогда видел ее в последний раз. Знаешь, ей сейчас очень плохо, я чувствую. Ее жизнь висит на волоске.

– Но ты же можешь найти ее, – взволнованно выдохнула хозяйка. – Или вызвать Маркуса. Я слышала, он когда-то сдуру ляпнул, что он ее амулет. С тех пор он ее хоть на том свете найти может.

Мужчина улыбнулся.

– Да, я тоже слышал эту забавную историю, от него же самого и слышал. Но не получится. Я чувствую, что ни я, ни Маркус не сможем сейчас помочь ей. Есть разные границы между жизнью и смертью. И когда на такой грани оказывается сердце человека, никто не в силах ему помочь. Никто.

– Так то человеку. А ветер может ей помочь? – непонятно спросила хозяйка.

Он усмехнулся.

– Ветер... Глупости это все. Ветер – всего лишь стихия. Она человек, понимаешь, это гораздо больше! Ветер – лишь одна из граней ее духа. Может быть, самая очевидная, но это далеко не все. Благодарю, Эри. Я вот сейчас сказал все это вслух, и мне стало легче. Этак я каждый вечер теперь буду напиваться в твоем притоне.

– Ну и пожалуйста. В конце концов, Лорд Катарен, Вы – Правитель города, можете себе позволить.

Они оба рассмеялись, и от этой симфонии смеха Мик проснулся.

 

Мик проснулся с тяжелой, гудящей, как с похмелья, головой. Отражение в зеркале над раковиной испугало его самого. Бледная кожа слабо светилась, в черных глазах плясало фиолетовое пламя, черные волосы лоснились тьмой, поглощающей свет неяркой лампы. Это было как-то нечеловечески красиво и жутко.

Чашка кофе вроде бы исправила положение. Микаэль наконец отвлекся от мистических тревог прошедшей ночи и осознал, что уже полдень. Вчера была пятница, значит сегодня – выходной.

Удостоверившись, что девушка крепко спит, он отправился в магазин. Все-таки в доме раненый, а у него из еды как обычно, был только кофе и печенье.

Проходя арку, он заметил хмурого дворника, оттирающего кровавые пятна. Дворник не обратил на него ни малейшего внимания. Полицейских машин, которых он немного опасался, тоже не было. Ну, это как раз понятно: "нет тела – нет дела", а кровавыми следами мало кого удивишь. Только дворнику пришлось работать в выходной, чтобы элитных жильцов не шокировать. Элитный жилец еле заметно улыбнулся и пешком отправился по направлению к ближайшему супермаркету.

Через сорок минут он уже вернулся домой. Целительство – это хорошо, но ни в одной книге почему-то не описана методика материализации недельного запаса еды из ничего. Девушка все еще спала, и он отправился на кухню, готовить. Несмотря на то, что в их доме всегда ошивалась прислуга, бабушка предпочитала готовить сама и его научила.

 

Он стоял, прислонившись к стене своей спальни, и разглядывал спящую. Ночью сначала было темно, а потом он больше внимания уделял ее ранам, чем внешности, хотя посмотреть было на что. Фарфоровая бледность ее кожи контрастировала с мягкими волнами волос необычного цвета очень темного серебра. Губы идеальной формы были бледны от потери крови, под глазами залегли тени, хорошо различимые даже сквозь опущенные черные ресницы. Хрупкая фигура, тонкие запястья прекрасных рук. Возможно, какому-нибудь моднику она могла показаться непримечательной, некрасивой по привычным меркам, но... Он снова вспомнил ее глаза. Две звездные бездны бескрайнего неба. Как тонкий ценитель искусства и любитель мистики, он не мог не отметить ее совершенства. Ему доводилось близко общаться с признанными красавицами, его мать и бабушка были сказочно красивы, но ни у одной женщины до сих пор он не встречал таких глаз, бесконечно глубоких  и сияющих невероятно сильным внутренним светом одновременно. Ему снова захотелось в них заглянуть.

Дрогнули ресницы, шевельнулись губы, девушка глубоко вздохнула и проснулась. Она несколько раз моргнула от яркого света, темные глаза медленно обследовали комнату и остановились на нем. Мик решил не дожидаться вопроса:

– Меня зовут Микаэль. Ты у меня дома, в безопасности.

– Я... Мое имя Анариэль. Ты спас мою жизнь... – он впервые услышал ее голос. Немного хриплый от слабости, он был тихим и мелодичным, что называется, ласкал слух.

– Я просто исцелил твои раны, ничего больше, – он говорил совершенно спокойно, пристально разглядывая лежащую девушку.

– Нет. Я умирала, я знаю. Если бы я выжила с этими ранами, он все равно бы скоро нагнал меня и убил, – когда она произносила вторую часть фразы, ее голос был слаб и тих, как шелест ветра в листве.

– Кто – он?

– Маграв. Это сумасшедший маг из другого мира, – она замолчала, а Мик пошел на кухню за подносом с едой. Ему требовалось некоторое время, чтобы переварить эту информацию.

Вскоре он вернулся.

– Тебе нужно поесть. Ты очень слаба, – он поставил поднос на кровать, сел рядом.

– Как скажешь. Теперь моя жизнь принадлежит тебе.

Он не обратил внимания на эти слова, помог ей приподняться на подушках, долго и терпеливо кормил ее с ложечки приготовленным им питательным супом. А потом она снова уснула.
Микаэль притащил из другой комнаты старое кресло-качалку и устроился в нем напротив спящей. Теперь он мог спокойно обдумать их короткий, но весьма емкий разговор.

Итак, во-первых, ее зовут Анариэль. Не далее как сегодня ночью он уже слышал это имя во сне, а, значит… а это значит, что она – дочь правителя Города, который очень волнуется за ее судьбу и, похоже, небезосновательно. То, что она из другого мира – это он знал с первой минуты их встречи. То, что мир, в котором он родился – не единственный, его не удивляло, он интуитивно знал это с самого детства. Он никогда до сих пор не сталкивался с иномирянами, но ошибиться было невозможно, она была слишком другая, чтобы родиться под одним с ним небом. Теперь, однако, становилось понятно, почему ему приснился Город, и что это реальное место. Скорее всего, он будет попадать туда во сне до тех пор, пока она будет рядом. Что же, значит надо удержать ее как можно дольше. Возможно, если он узнает ее ближе, ему даже удастся научиться попадать туда самостоятельно. Этот Город стал очень важен для Мика. Он никогда и нигде не был так счастлив, как просто прогуливаясь по его улицам. И, кроме того, у Мика было странное ощущение, как будто в этом Городе он может найти ответы на все, волнующие его вопросы, хотя большую часть этих вопросов он даже не мог толком сформулировать.

Второе – девушка в опасности. И непростой. За ней гонится какой-то сумасшедший маг, и она уверена в его способности нагнать ее даже в другом мире. А это уже очень плохо. Мик не думал о том, что этот маг может быть опасен для него, он беспокоился за девушку. Итак, один раз этому Маграву уже удалось изрядно потрепать ее, видимо и сам он после этой битвы не в лучшей форме, но она совсем бессильна и беспомощна. Это надо каким-то образом исправить, и чем скорее, тем лучше!

Покачавшись в кресле еще немного, он решил, что надо делать. Он подошел к девушке, осторожно откинул одеяло, бегло осмотрел места, где были раны. И, удовлетворившись осмотром, положил обе ладони на середину груди девушки, сосредоточился и снова начал исцеление. Прошлой ночью он чувствовал ощущение громадной силы, исходящее от этой хрупкой женщины. И таким своим ощущениям он давно научился доверять. Поэтому он прекрасно понимал, что сила, которую он может передать, ничтожна по сравнению с тем, к чему привыкло ее тело. Но надеялся на то, что этой небольшой силы ей хватит для того, чтобы окончательно поправиться и начать восстанавливать свою мощь. Иначе помочь ей он не мог.

Когда он иссяк, он накрыл девушку одеялом, шатаясь, дошел до дивана в гостиной, уже привычно свалился на него и мгновенно уснул. Ему снова снился Город, и он был счастлив.

 

В воскресенье она проснулась днем, всего лишь на час позже, чем он. Микаэль как раз успел позавтракать сам и приготовить завтрак для нее. Она все еще была очень слаба, и весь день провела в постели, но есть уже могла самостоятельно. Судя по тому, что губы ее из меловых сделались розовыми, он был на верном пути – его сила пошла ей на пользу. И весь день они разговаривали, точнее, он задавал ей наводящие вопросы, а она отвечала, искренне и подробно. Он уже и забыл, что можно так разговаривать, делясь с другим человеком всем, что у тебя есть, без недомолвок и намеков.

Она рассказала про свою неудачную охоту на Маграва. Про ссору с возлюбленным. Про город Октавион, в котором родилась и выросла. Рассказала про то, что она – человек ветра, странствующий по мирам воин.

А Мику приходилось отвечать на ее полудетские вопросы о его мире. Особенно ей понравилось радио, которое он включил за завтраком и не выключал целый день. Это было особое радио. Микаэль с парочкой своих приятелей, таких же богатых и интеллигентных молодых бездельников, придумали его как-то за бокалом вина. Дело в том, что в большинстве случаев, «музыкальные» радиостанции представляют собой набор усредненных песен из какого-то одного сектора музыки. Причем, песни эти чудом проскальзывают в перерывах между рекламой, кривляньями каких-то странных людей, называющих себя «ди-джеями», и абсолютно идиотскими программами. Так как молодые люди предпочитали несколько разных музыкальных направлений, и терпеть не могли весь этот треп, они просто скинулись и организовали свою радиостанцию. Там крутили музыку, которую они любили, или которая им просто нравилась. Причем как следует, а не по одной песенке каждого исполнителя. Там почти не было рекламы, кроме редкой рекламы их компаний, или компаний их родственников. И пресловутые ди-джеи отсутствовали там как класс. Мик еще долгое время был доволен их сумасбродной затеей. Тем более, что аудитория оказалась не три человека и канарейка, как предполагалось сначала, а уже под тысячу человек в этом городе.

Как ни странно, Анариэль нравилась та же музыка, что и ему. Она соглашалась со всеми его замечаниями, не протестовала против еды, которую он для нее готовил. Сама она была почти неподвижна, а он заглядывал в ее глаза, брал ее руки в свои, невзначай касался ее волос или плеч. Ему нравилось такое положение дел. Эта странная, почти безграничная власть над чудесным и могущественным существом была ему внове и доставляла какое-то острое наслаждение.

С самого детства он искал такую силу. Он верил многим сказкам, гораздо более искренне и истово, чем в того или иного бога. Он до хрипоты спорил с учителями, пытавшимися вдолбить в его голову, что есть живое, а что – нет, что вымышленное, а что – реальное. На учителей не производил ни малейшего впечатления тот факт, что практически все приборы и приспособления, которыми они свободно пользовались и считали своим бытом, пару веков назад были фантастикой. А еще пару веков назад даже за идеи о таких вещах могли сжечь на костре. Позже, когда он вырос, он стал встречаться с людьми, достигшими определенных высот в разных областях тайных знаний и  духовных практик. Но никто из них не мог сдвинуть гору, в мгновение ока переместиться в другую часть земного шара или достать из воздуха живого слона. Все их достижения казались Мику чем-то мелким, незначительным. Некоторые из них очень обижались на такое отношение, ругая его разными мудреными словами, брызжа слюной и сыпя проклятиями, а кто-то тихо улыбался ему и соглашался с ним. Кто-то говорил, что такой силой может обладать только бог, но у него было свое отношение к богам, и интуиция подсказывала ему, что все эти мифы и легенды слишком напоминают пиар-ход, чтобы быть чем-то чудесным и недостижимым для человека.

И вот, в его постели лежала женщина из другого мира, мощь которой могла в мгновение ока стереть его мегаполис с лица земли. И ему казалось, что она является для него ключом к совершенно иной жизни, к той силе, которой он так жаждал, к мирам, которые его манили, к познанию великих тайн. И этот ключ был полностью покорен его воле, настолько, что позволь себе Микаэль задуматься над этим на минуту, ему самому бы стало страшно. Но он пребывал в состоянии эйфории, его пьянила сложившаяся ситуация, а когда он лечил свою гостью или отсыпался потом, то ему тем более было не до размышлений.

Так что, вечером, когда она уснула, Микаэль снова наполнил ее своей силой. И опять рухнул спать на диване.

Серия сообщений "Разлуки и встречи":

"Жизнь - удивительная штука: как только тебе удается собрать хорошие карты, она предлагает сыграть в шахматы"

Часть 1 - Пролог
Часть 2 - Шансоловка 1
...
Часть 5 - Шансоловка 4
Часть 6 - Микаэль 1
Часть 7 - Микаэль 2
Часть 8 - Микаэль 3
Часть 9 - Микаэль 4
...
Часть 17 - Военная лирика 5
Часть 18 - Переезд
Часть 19 - Сказка