Я стою за стойкой, протираю бокалы. Не по необходимости, а успокоиться чтобы. Хрупкое стекло повизгивает от жестокого обращения.
В таверне народу тьма. Обычно один-два клиента, но интересные. Беседуем. А сегодня набежало полчище туристов за грани разума. Ну да, тесно им небось. Набежала саранча, просто поесть, смести все запасы и побежать творить опустошение дальше. И всё им быстрее, быстрее, вкуснее, больше. Будто для них тут заведение держу.
Треснул бокал. Посмотрела на свет и полетел страдалец в мусорную корзину к ещё трём таким же жертвам. Если так и дальше пойдёт, придётся напитки клиентам из блюдечка лакать.
Я зло усмехаюсь и резкий порыв холода, ворвавшийся в распахнувшуюся дверь, заставляет посетителей вздрогнуть. На пороге стоит ещё один. Высокий, в постаревшем дорожном плаще. Мнётся неуверенно на пороге, оглядывая наполненный зал, как мне кажется с изумлением. Замечает моё недовольное лицо. И, неожиданно для меня, вскидывает в приветствии руку, улыбается и широким шагом направляется к стойке. Невольно улыбаюсь в ответ. Вот он, нормальный посетитель. Саранчи как не стало, по мне так пусть не заплатят лишь бы проваливали.
- Вечер добрый, - говорит мой гость. - Людно тут у вас.
- Добрый, обычно народу нет совсем. А эти всё равно скоро уходят.
Под моим строгим взглядом саранча давится остатками ужина, быстрей-быстрей им всё. Слежу, чтобы каждый случайно оставил в два раза больше денег. Что с них другого взять? Скоро всё стихнет и опустеет.
Новый посетитель иного сорта человек. Крепкий, позвякивает на ходу, словно у него кольчуга под плащом.

- Что есть выпить?
- Что попросишь, то и есть.
- Прямо всё, что попрошу?
Подмигивает.
- Прямо всё, что ни попросишь.
Я цокаю языком и делаю вид, что задумалась.
- Правда, на сложные заказы уйдёт время...неограниченно много.
Посетитель улыбается, плащ свободно ложится на стул рядом с ним. Действительно в кольчуге. Узнаю я его, но ему меня никогда не узнать.
- Тогда, что-нибудь попроще. Таверна твоя возникла так внезапно на дороге, когда я уж отчаялся обогреться.
- Долго шёл-то?
- Долго... Вечность.
Я подхватываюсь. Вытаскиваю лучшие запасы, наливаю горяченького. Глаза посетителя, при виде снеди, начинают светиться искренней любовью. Подтягивает тарелку поближе, вилка на изготовку.
- Так изголодался пока шёл, а тут еда, отдых, прямо как по-моему хотению.
- Может так и есть.
- То есть?
- Ну представь себе бесконечность потенциальных возможность, что-то на грани осуществимости, что-то чему не хватает лишь искры чтобы возникнуть. А ты шёл, по Той Дороге, захотел еды и отдыха. Вот и возникла моя таверна.
Прищуривается.
- Вместе с тобой?
- Почему бы и нет, вместе со мной. Должен же у таверны быть хозяин.
- То есть, если бы мне захотелось не есть, а скажем..эээ...расслабиться..
- Тю!!!
Смеёмся.
Тыкает вилкой в мою сторону.
- Значит я тебя придумал?
Я прикрываю глаза, пальцем постукиваю по подбородку.
- Наверное не придумал, а, гм, вызвал к жизни. Тебе же хотелось, чтобы было с кем поговорить, с кем-то похожим на тебя и другим в тоже время. Вот и олицетворились твои качества, прошедшие через призму дороги. Посмотри, у нас одинаковые глаза.
Гость вздрагивает.
- Заметил. Откуда ты знаешь про меня?
- Положим я знаю тебя, Солдат. Откуда и как бесмысленно вспоминать. Дорога бесконечна, а войны никогда не прекращаются.
- Правда твоя...
Он вздохнул и глянул на меня, с тоской, смятением.
Я положила руку на его плечо и улыбнулась.
- Не грусти, скиталец, ты же любишь свою дорогу.
Солдат снял кольчугу, они тихо звенькнула, очутившись рядом с плащом.
- Всё так, но иногда...
- А иногда, вернее всегда когда нужно - есть это, и другое. Бесконечность потенциальных возможностей.
Мы смеёмся и беседа плавно течёт дальше, пока мой гость не начинает зевать.
- Видишь вон там кушетку? - спрашиваю я.
- Вон ту с жутким оранжевым пледом?
- Я попрошу не оскорблять мой любимы пледик! Ничего теплее не было и быть не может!
- А ну всё я попался, теперь пересолишь мне завтрак.
- Чёрт, раскусил меня, пожалуй придётся переперчить.
Засыпает почти мгновенно. Я неспеша убираюсь, пересчитываю выручку, гашу лампы.
Скоро в таверне становится тихо, слышно потрескивание свечи, дыхание спящего и шелест страниц. Я сижу рядом со скитальцем, читая книжку и тихонько его баюкая. Одна война закончилась, другая скоро начнётся. Отдохнёт и сам потянется в путь. Он улыбается во сне, я улыбаюсь наяву. Свидимся, со всеми с кем надо, мимо не пройдут.
Для этого я и держу таверну. Да.