Мало кому известно о потомках герцогов Лейхтенбергских. Между тем, жизнь и деятельность их вызывает неподдельный интерес и в наши дни. Но перед тем, как перейти к основным героям своего поста, напомню, кто же были эти герцоги Лейхтенбергские, и каким образом в их родословных прослеживаются  кровь русских и французских правителей. Итак...

   Дом герцогов Лейхтенбергских основан в 1817 году пасынком Наполеона І (сыном Жозефины от первого брака), Евгением Богарне (Eugene Rose de Beauharnais), который женился на дочери баварского короля Максимилиана-Иосифа, Амалии-Августе. Король баварский уступил своему зятю за 5 миллионов герцогство (ландграфство) Лейхтенберг и княжество Эйхштедт.

.

Евгений Богарне

   У Евгения Богарне было два сына, Максимилиан-Евгений-Иосиф-Наполеон (1817- 1852г.г.)- потомки которого меня и интересуют, был вторым сыном Евгения и Амалии.  Рано лишившись отца, он воспитывался под руководством своей матери, одной из просвещеннейших принцесс того времени, и под руководством графа Mejean и получил прекрасное образование. 28 мая 1835 года скончался его старший брат, и Максимилиан сделался герцогом Лейхтенбергским. По окончании образования он поступил лейтенантом на Баварскую службу и вскоре сделан был командиром 6-го кавалерийского полка, т. е. получил именно ту должность, какую ранее занимали его отец и старший брат. А в 1837 году, по поручению своего дяди баварского короля Людовика, Максимилиан Лейхтенбергский приехал в Россию на большие кавалерийские маневры, где был ласково принят российской императорской фамилией. 

   Эта "ласковость" имела веские причины. Любимица Николая I - Великая княгиня Мария Николаевна - славящаяся своим сильным и властным характером (вся в отца!) наотрез отказалась разделить обычную судьбу невест царствующего дома, которым приходилось покидать Родину и менять веру. Волевой и непокорный характер девушки помог ей добиться в жизни того, чего она хотела, и это первое в истории Дома Романовых неповиновение совсем еще юной особы заставило смириться не терпящего возражений Императора. Именно тогда выбор родителей пал на герцога Максимилиана Лейхтенбергского, оставалось только узнать мнение самого избранного. 

.

Великая княгиня Мария Николаевна

   К счастью, девушка понравилась Максимиллиану, да и перспективы перед молодым человеком рисовались довольно-таки впечатляющие. Одним словом, когда герцог через год снова приехал в Россию, произошло обручение, а 2 июня 1839-го года состоялось и венчание. Максимилиан согласился жить в Петербурге, служить в русской армии, крестить и воспитывать детей в православной вере. Счастливый отец невесты осыпал зятя монаршими милостями. Максимилиан был награжден почти всеми русскими и польскими орденами, получил титул императорского высочества, звание генерал-майора, назначения шефом лейб-гвардии Гусарского полка, почетным членом Академии наук. Позже он командовал 1-й легкокавалерийской дивизией, стал главнозаведующим корпуса горных инженеров, президентом Академии художеств. А неофициально Николай Павлович объявил баварца своим пятым сыном. 
   К слову сказать, Максимиллиан не был "пустышкой". Для царедворцев стала неожиданностью его склонность к ученым занятиям. Он глубоко интересовался гальванопластикой, электрохимической металлургией, минералогией. Организовал в Зимнем дворце лабораторию, затем перенес ее в Штаб гвардии и проводил там эксперименты. Научные достижения этого "залетевшего орла" высоко ценил академик Борис Якоби и считал, что его работы "составили эпоху в гальванопластике". Кроме того, герцог собрал уникальную коллекцию минералов, добился пересмотра устава Горного института для улучшения учебного процесса, обследовал горные заводы Урала и представил царю отчет об их состоянии.
   Максимилиан оставил о себе добрую память и как благотворитель. Именно благодаря ему возникла первая в Европе бесплатная лечебница для приходящих бедняков - прообраз нынешних поликлиник. Она по сей день называется Максимилиановской. 

.

Максимилиан Лейхтенбергский

   У герцога и Великой княгини было шесть детей (не считая девочки, умершей в младенчестве). Родители серьезно и продуманно заботились об их воспитании и образовании, растили в сердечной, но и в типично романовской спартанской атмосфере. Их старший сын Николай Максимилианович вспоминал: "Нас далеко не нежили... Комнаты, в особенности спальня, были холодные (10-12 градусов). Спали мы всегда на походных кроватях, летом на тюфяках, набитых сеном, и покрывались лишь одним пикейным одеялом". Николай I лично следил, чтобы его внуки регулярно занимались гимнастикой, имели офицерскую выправку, строевую подготовку, безупречно владели ружейными приемами. Для их обучения приглашали лучших преподавателей, профессоров Университета. В особенности для Николая, который унаследовал от отца тягу к наукам. Второй сын, Сергей, увлекался живописью и музыкой, поэтому его образованием ведал художник К. фон Липгарт.

.

Мария Николаевна с детьми

   Казалось бы, безмятежное счастье должно было навсегда поселиться в этом "волшебном замке", как назвала дворец (подарок Николая I дочери) у Синего моста Анна Тютчева. Но она же поведала в воспоминаниях и в дневнике, что взаимная любовь Марии и Максимилиана не гарантировала супружеской верности и семейного согласия. Основной причиной их разлада, по ее мнению, была разлагающая атмосфера большого света, когда амурные похождения не порицались в общественном мнении, а, напротив, считались чуть ли не доблестью. Этой атмосферой заразилась и необычайно привлекательная и гармоничная пара, которой все любовались. Но если интрижки герцога, видимо, носили легкий характер, то связь Великой княгини с графом Григорием Строгановым оказалась глубокой. Некоторые мемуаристы и исследователи даже полагают, что настоящий отец младших детей Лейхтенбергского на самом деле Строганов, за которого Мария Николаевна вышла замуж после смерти Максимилиана. 

.

Г.Строганов
 

   Максимолиан умер очень рано, в возрасте 35 лет - сильно простудился во время инспектирования горных заводов Урала, заболел и не смог выздороветь. Скончался в ночь на 20 октября 1852 года в Мариинском дворце. Николай I, по смерти в 1852 году герцога Максимилиана Лейхтенбергского, повелел приступить к продаже имений его в Баварии и указом 6 декабря 1852 года присвоил его детям наименование князей Романовских и титул императорских высочеств. А через два года Мария Николаевна вступила в морганатический брак с Григорием Александровичем Строгановым (1823 - 1878г.г.) в тайне от родителей. В семье Романовых и в свете были уверены, что Николай I никогда не согласился бы на официальный союз дочери с одним из своих подданных, пусть даже весьма родовитым. Хуже того: Марии грозило заточение в монастырь, а графу - ссылка на Кавказ. Ничего не изменилось и после смерти Николая Павловича в 1856 году: против признания брака восстала вдовствующая императрица - Александра Федоровна, ее поддержали многие Романовы. Новый государь Александр II сочувствовал сестре, но пойти против воли матери не решился. 
 

   Как я уже упомянула, у Марии Николаевны и Максимилиана было семеро детей: Александра, Мария, Николай, Евгений, Сергей, Георгий, Евгения. Они приходились внуками Императору Николаю I и правнуками Жозефины Богарнэ. Вот с ними то мы и познакомимся поближе. 

   Старший сын Марии и Максимилиана, князь Николай Максимилианович Романовский (4-й герцог Лейхтенбергский и 4-й принц Богарне (1843—1890г.г.)), некогда слабый ребенок, которому грозила судьба инвалида, постоянно лечился в Европе у лучших ортопедов и перенес четыре хирургические операции. Спас его великий русский хирург Н. И. Пирогов, заявивший на консилиуме врачей, созванном матерью по поводу общего ухудшения здоровья сына: «Если бы это был мой сын, я бросил бы все и стал развивать его гимнастикой». Так и было сделано.
В результате постоянных упражнений герцог Николай довел себя до физического совершенства. Он обладал «замечательной ловкостью и силой; первый в Питере верховой ездок и конькобежец, и отличный стрелок». К тому же, он отличался незаурядными способностями, с детства занимаясь с лучшими педагогами. Император Александр II открыто благоволил ему. Старший племянник царя, рано лишившийся отца, сын любимой сестры, Коля проводил много времени со своим ровесником цесаревичем Николаем Александровичем и двоюродными братьями Великими князьями Александром и Владимиром. Этот юноша восхищал царя своими успехами в науках и пытливым умом, чем явно отличался от августейших сыновей, частенько получавших двойки и единицы.

.

Николай Максимилианович Романовский

   Между матерью и Николаем были дружественные отношения. Его письма к ней проникнуты нежностью, любовью и уважением. Видимо, упрекаемая в легкомыслии Мария Николаевна была внимательной матерью и верным другом. В ранних письмах Коли всегда упоминается и «Папа», но герцог Максимилиан умер в октябре 1852 года, а уже в 1853 году граф Строганов появляется в переписке. Это говорит о том, что Великая Княгиня смогла создать доверительное отношение детей к графу. Между тем, время шло; 16-летнему Коле, успешно осваивавшему университетский курс, дарованы были отсрочка в поступлении на военную службу и специальная привилегия: с балов, где присутствие было обязательным, ему разрешалось уезжать раньше конца праздника, даже до отъезда Государя.
   Закончив обучение, он в 22 года, в 1865 году стал президентом Императорского минералогического общества, а также почетным президентом Императорского технического общества. Под его руководством осуществлены были работы по картографии России и научное исследование ее минеральных богатств. Занимаясь минералогией, герцог опубликовал интереснейшие научные труды. На его личные средства была учреждена Николае - Максимилиановская медаль и стипендия, ежегодно присуждавшаяся авторам лучших работ по минералогии, геологии и палеонтологии, причем не только в России. Учрежденная когда-то дедом стипендия помогла его внуку герцогу Константину Георгиевичу получить образование в Германии в смутные 1920-е годы.

.

Николай Максимилианович Романовский

   Однако, герцог разрушил свою карьеру, вступив в морганатический брак с Н. С. Акинфиевой (урожденной Анненковой, 1840—1891г.г.), состоявшей ранее в браке с уездным предводителем дворянства. «Всесильная Надин» пользовалась в свете скандальной репутацией. Еще бы!.. Ведь красота Надежды Акинфовой вдохновляла Федора Тютчева, канцлеру Александру Горчакову она едва не стоила карьеры, из-за нее российская империя потеряла Аляску, а герцог Николай Лейхтенбергский ради этой женщины решился на морганатический брак. А ведь для члена Императорского дома брак с лицом, не принадлежащим к царствующему дому, мог быть только морганатическим, то есть дети, рожденные в подобном браке, не имели бы прав ни на имя, ни на титул, ни на наследственное родовое имущество отца…. Но обо всем по порядку. 

 /

Н. С. Акинфиева

   Надежду Сергеевну Акинфьеву самозабвенно и страстно любил князь А.М. Горчаков, более четверти века стоявший со главе российской внешней политики: ради нее он готов был пожертвовать карьерой... Пикантности придавало то, что девушка была младше Александра Михайловича на 41 год, и к тому же приходилась ему родней – она была внучатой племянницей государственного канцлера и министра иностранных дел. Тем не менее, во всех петербургских гостиных активно судачили о престарелом ловеласе, который не считал нужным скрывать свои отношения с молоденькой родственницей. Красавица стала как бы неофициальной хозяйкой в его доме. 14 февраля 1866 года министр внутренних дел Петр Валуев писал в дневнике: «Вечером был на рауте у кн. Горчакова. Гостей принимала г-жа Акинфоева, и кн. Горчаков при входе дам, с нею незнакомых, говорил: «Моя племянница». Дипломатические сердца тают. Кн. Горчаков не на шутку влюблен в свою племянницу». 

.

А.М. Горчаков

   К тому времени Надежда Сергеевна, урожденная Анненкова, была замужем. Ее муж, господин Владимир Николаевич Акинфов, недавно избранный предводителем дворянства, тихо мирно жил в городе Покрове, Владимирской губернии. И хотя был он древнего рода, известного с XV века, вел себя крайне осторожно: никаких скандалов неверной жене не закатывал, и вообще делал вид, что ничего-то и не знает. За что и получил придворное звание камер-юнкера. До того у мужа чаровницы был лишь мелкий чин и скромное место почетного смотрителя Владимирского училища. «Князь Горчаков походит на древних жрецов, которые золотили рога своих жертв», — улыбнулся по этому поводу Федор Тютчев. Он прекрасно знал о слабости старинного приятеля Горчакова к женской красоте. Но и на самого Тютчева Надежда Сергеевна произвела не меньшее впечатление: все сложности российской внешней политики разом отошли на второй план, и поэт написал:

...Она вертела, как хотела
Дипломатическим клубком...

 .

Ф.И.Тютчев

   В его творчестве появился так называемый «Акинфовский цикл», куда вошли такие жемчужины как «Как летней иногда порою...», «Как ни бесилося злоречье...» и др. Надежда Сергеевна поверяла Федору Ивановичу свои тайны, и, по мнению исследователя Семена Экштута, ее переживания очень были похожи на проблемы Элен Безуховой, героини романа Льва Толстого «Война и мир». Обе красавицы не могли решить, за кого выходить замуж при живом муже: за старика-вельможу или за иностранного принца, находящегося в родстве с царской фамилией.
   «Об амурах престарелого канцлера по городу ходили скабрезные рассказы», — писал современник, но их стало еще больше, когда просочились слухи о романе Акинфовой с персоной, принадлежавшей к Императорскому дому, а именно с Николаем Максимилиановичем.
   Горный департамент Министерства финансов, где служил этот герцог Лейхтенбергский, располагался на Дворцовой площади, в здании Главного штаба. В этом же бело-желтом здании находилось и Министерство иностранных дел и казенная квартира министра, то бишь Горчакова. Именно это столь удачное соседство Горного департамента и казенной квартиры канцлера помогало скрывать связь Надин с герцогом, которая длилась четыре года. Но весной 1867 разразился скандал: Николай Максимилианович решил жениться на госпоже Акинфовой, и многоопытный дипломат узнал о существовании соперника. Для Горчакова это был тяжелый период, и ему просто не хватало терпения заниматься еще и государственными делами. 22 марта 1867 министр внутренних дел П.А. Валуев записал: «Получено известие об уступке нами американских владений Соединенным Американским Штатам за 7 млн долларов. Никто из нас об этом ничего не знал, кроме кн. Горчакова, министра финансов и Краббе. Странное явление и тяжелое впечатление». Конечно, нельзя абсолютно точно утверждать, что Россия лишилась Аляски по той простой причине, что канцлер терял прекрасную Надежду Сергеевну, но несомненно, что «любовные переживания министра иностранных дел Российской империи стали той непредсказуемой случайностью, которая повлияла на «индивидуальную физиономию событий и некоторые частные их последствия». Репутация Горчакова была столь велика, что никто и не подумал ставить ему в вину неверный шаг. 
   В то же время сыновья князя пытались всячески образумить престарелого сатира, и в доме постоянно наблюдались скандалы. Но князя Горчакова не пугало даже то, что женись он на Акинфовой, пост министра навсегда бы ускользнул от него, а вход на балы был навсегда заказан им обоим. Одна подобная ситуация уже была в его жизни, когда в 1838 году он женился по страстной любви на графине Мусиной-Пушкиной, пожертвовав карьерой. Со стороны же императорской родни Государь лично в Летнем саду взял с красавицы обещание не ездить в Париж на выставку, где в то время находился герцог. Эта разлука сыграла роль катализатора...
   Но дама не была свободна, и необходимо было оформить развод. Вся тонкость вопроса состояла не только в огромных трудностях при получении развода, но и в том, что не возьми всеми забытый и покинутый супруг Акинфов вину на себя (т.е. ему необходимо было сознаться в прелюбодеянии), его бывшая жена по всем светским и духовным законам того времени никогда не смогла бы больше выйти замуж. К тому же, их совместные дочери - Екатерина и Мария - должны были остаться с отцом. 
   Тем временем, светским сплетникам не приходилось скучать: Надежда Сергеевна продолжала жить в доме канцлера, и даже Тютчев не отказывался от ехидных комментариев: «Будущая канцлерша еще не вполне решилась стать таковой и для принятия окончательного решения ожидает в недалеком будущем приезда некоего герцога. Никогда еще не совершалось большей глупости с меньшим увлечением. Что касается согласия мужа, то в этом почти все уверены».
   А затем, по непонятным причинам, канцлер Горчаков вдруг сам стал усиленно хлопотать перед Государем об «обустройстве женитьбы герцога Лейхтенбергского на Акинфовой». Но теперь категорически против была Великая княгиня Мария Николаевна, мать герцога, сама долгие годы скрывавшая морганатический брак с графом Григорием Строгановым. В кабинете Государя произошел горячий спор между Великой княгиней и князем Горчаковым, и император в сердцах сказал министру, «что он ставит себя в смешное положение, что люди не хотят посещать его дом...». В общем, страсти разгорались не на шутку. Эта история настолько занимала умы современников, что 24 февраля 1870 Софья Андреевна Толстая (жена писателя) записала в дневнике: «Вчера вечером он (Л.Н.Толстой) мне сказал, что ему представился тип женщины, замужней, из высшего общества, но потерявшей себя». Так Лев Толстой задумал роман «Анна Каренина».
   За Надеждой Сергеевной III Отделение установило форменную слежку, с целью — не дать ей тайно выехать к Николаю Максимилиановичу. Бедному тайному агенту, лютеранину Карлу-Арвиду Иоган-нову Роману предстояло день и ночь не спускать глаз с красавицы, посмевшей вызвать императорский гнев. Бравый штабс-капитан следовал за порученным объектом, как тень: он посещал театры и маскарады, модные лавки, тратил казенные и немалые суммы, и...разгадал намерение Акинфовой бежать по чужим документам. Тем временем, положение Надежды Сергеевны становилось все драматичнее — она ждала ребенка, но в России он считался бы отпрыском Акинфова. 15 июня 1868 она, наконец, получила разрешение на выезд. Вместе с торжествующим герцогом они добрались до Динабурга, она поехала дальше в Вильну, а Николай Максимилианович натурально удрал к ней из-под надзора в Риге: он переоделся в матросское платье и с двумя гребцами как бы отправился осматривать окрестности Либавы, на самом деле — проехал прямо в Мемель (ныне Клайпеда, а тогда — территория Пруссии). То есть член императорской фамилии незаконно пересек границу, чтобы навсегда соединиться с возлюбленной. За границей они были вынуждены осесть навсегда. Смирнова-Россет записала в дневнике: «Он поселился с недостойной женщиной в Риме; другие братья его презирают...». 

   У Надежды Сергеевны и Николая Максимилиановича родился сын Николай, восприемником которого стал чрезвычайный посол Российской империи в Швейцарии князь Михаил Александрович Горчаков, сын того самого канцлера. Сам же канцлер благородно желал им только счастья. 
 

.

 Надежда Сергеевна Акинфьева и герцог Николай Лейхтенбергский с сыном Николаем.

   В 1872 у беглецов родился второй сын — Георгий. А в декабрьской книжке журнала «Русский архив» было опубликовано посмертное стихотворение Тютчева, посвященное Акинфовой: 

Как ни бесилося злоречье,
Как ни трудилося над ней,
Но этих глаз чистосердечье –
Оно всех демонов сильней…

 .

Надежда Сергеевна с детьми

   Своим поступком герцог причинил много огорчений матери и всему Дому. Княгиня сама имела ложное положение личности в связи с тем, что вступила в тайный брак, и она прекрасно понимала, что ждет ее сына. Отношения матери и сына стали поистине драматичны от того, что она так яростно противилась семейному счастью молодого герцога и рождению его детей-бастардов, долгое время числившихся воспитанниками. Возобладали предрассудки, мнения света, немилость Государя, а Россия потеряла одного из своих талантливых ученых и государственных деятелей. И только через 11 лет непрестанных прошений этот брак был признан законным, и Надежда Сергеевна указом императора Александра II в 1879 году получила титул графини Богарне.

   ...Николаю с семьей так и не довелось вернуться в Россию, хотя в чине генерала от кавалерии он участвовал в русско-турецкой войне 1877—1878 годов, под командованием Гурко перешел Балканы, заслужил орден Святого Георгия 4-й степени и был награжден саблей с чеканкой «За храбрость». Семья долго кочевала по Европе, пока Николай не стал наследником небольшого баварского поместья Штайн, получив его от своей тетки Амелии, императрицы Бразилии. Здесь выросли его сыновья Николай (1868—1928г.г.) и Георгий (1872—1929г.г.), домашнее воспитание которых доверили русским учителям.
   Современники отмечали тяжелое душевное состояние отлученного от России герцога, особенно в последние годы его жизни. Умер Николай Максимилианович в Париже в декабре 1890 года и был похоронен 12 января 1891 года как видный ученый, со всеми воинскими почестями. По его воле захоронение произошло в Троице-Сергиевской пустыни, чтобы и после смерти быть подле любимой — ведь в Петропавловской крепости, где по праву надлежало лежать члену императорской семьи, его морганатическую супругу никогда бы не погребли.
   Надежда Сергеевна пережила мужа на пять месяцев.

   После смерти Николая Максимилиановича за его сыновьями Николаем и Георгием Лейхтенбергскими-Богарне сохранились только французские титулы.  

   После революции потомки Николая Лейхтенбергского - Богарне окончательно осели в своих имениях в Баварии. При этом они горели идеей спасти Россию от большевизма. В Баварии у Лейхтенбергских в замке Зеон подолгу гостили генерал Врангель, генерал Краснов, философ Ильин. Но в середине ХХ века замки пришлось продать, и потомки рода Лейхтенбергских-Богарнэ рассеялись по свету.

   О сыновьях Николая Максимилиановича - Николае и Георгии - я и расскажу в следующем посте... 

Использованы материалы:

Википедия

Статья Эллы ФУРМАНСКОЙ: "Тайная любовь канцлера"

Серия сообщений "Николай I, его близкие и его окружение":
Часть 1 - РОМАНОВЫ В ЖИВОПИСИ (ЧАСТЬ 1 - ВЕЛИКАЯ КНЯГИНЯ МАРИЯ НИКОЛАЕВНА, ДОЧЬ НИКОЛАЯ I)
Часть 2 - ИМПЕРАТРИЦА АЛЕКСАНДРА ФЕДОРОВНА (1798-1860), ЖЕНА ИМПЕРАТОРА НИКОЛАЯ I
...
Часть 7 - Дарья Евгеньевна Богарне.
Часть 8 - История династии Романовых|Живопись_ шестая часть
Часть 9 - Громкие имена царской России - герцоги Лейхтенбергские. Часть I
Часть 10 - Громкие имена царской России - герцоги Лейхтенбергские. Часть II
Часть 11 - Громкие имена царской России - герцоги Лейхтенбергские. Часть III
Часть 12 - Громкие имена царской России - герцоги Лейхтенбергские. Часть IV