Герман Плисецкий - Екклесиаст


В далёких шестидесятых годах я учился в Одесском мединституте, и целые дни проводил в Публичной Библиотеке им. Горького. Там назначал свидания, там обедал (был очень не дорогой буфет). Меня буфетчица жалела за мой высокий рост и нещадную худобу, называя меня «Стропилой», тайно закапывала в пюре ещё одну дополнительную котлетку…Царствия ей Небесного!
Там я впервые получил возможность читать Библию, которую выдавали только научным работникам и студентам, пишущим дипломные атеистические работы. Я выправил себе справку, что я пишу работу по атеизму, и наконец-то открываю дорогую, хорошо иллюстрированную Библию и потонул в архаике.
«Сотворение мира» более-менее я прочёл благополучно. Этот раздел Библии отражён в изобразительном искусстве обильно, но когда пошло описание, кто кого родил и от какого колена начал народ делиться и не кого, наступил ступор и не надо было читать курс лекций по атеизму. Железобетоннее атеиста, чем я стал после прочтения первой главы «Бытие», найти было невозможно.
В курилке я блистал своим атеизмом, насмехаясь над заумью: В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть…
На моё счастье рядом сидел глубокий старик с окладистой белоснежной бородой и очень добрыми глазами. Он сказал, что я Библию не с того начал читать и посоветовал мне сначала прочесть «Суламифь» Куприна, и Германа Плисецкого «Екклесиаст», а только потом возвратиться к прочтению Библии. Я так и сделал, но Плисецкого (он был в библиотеке в единственном экземпляре забронировал за собой какой-то научный сотрудник) я не смог его получить. Снова выручил мой «наставник», который приносил ежедневно свою общую тетрадку, где очень красивым почерком был «самиздат» Плисецкого «Екклесиаст». Я мало того, что переписал себе, так ещё и выучил этот труд наизусть.
Когда появился у меня интернет я вспомнил о Плисецком, т. к мои записи кто-то «зачитал». В сети нашлась только одна страница о творчестве Германа Плисецкого.
Я сделал пост в самом начале своей дневниковой деятельности о Екклесиасте, но он получился немного неудачным. Сейчас побогаче есть информация и я решил сделать перепост. И вот он перед вами. Почитайте и уверен, вам это понравится, а потом сравните с текстом в Библии.

Герман Борисович родился 17 мая 1931 года в Москве. Умер 2 декабря 1992 года. Жил в Химках Московской области. В 1949, окончив 657-ю школу Москвы, поступил в экстернат при филологическом факультете МГУ.

Печатался в газете "Московский университет". В июне 1952 уехал сезонным рабочим в экспедицию на Таймыр. Вернувшись, поступил на заочное отделение филфака МГУ (1953–1959), работал организатором и гидом вокзальных экскурсий по Москве, корректором в издательстве, затем в журнале "Семья и школа".

В 1960 уехал в Ленинград, где учился в аспирантуре Института театра, музыки и кино. Одновременно работал в литобъединении Глеба Семёнова, начал заниматься переводами.

С 1965 жил в Химках под Москвой. Став профессиональным переводчиком, в конце 60-х выиграл конкурс в издательстве "Наука" на переводы Омара Хайама. В 70–80-е переводил также Хафиза и других восточных поэтов, делал стихотворные переложения библейских книг.

Собственные стихи, если не считать нескольких ранних публикаций в периодике, не печатались на родине до 1988. Единственный сборник, изданный при жизни поэта, – маленькая книжечка Пригород из "Библиотеки Огонька" (1990).

Одна из причин многолетней опалы – его участие в похоронах Пастернака (1960) и написанное тогда же стихотворение "Памяти Пастернака", ставшее знаменитым в литературных кругах. Но за границей стихи печатались – в частности, в журналах "Грани" (1967) и "Континент" (1980), в "Антологии послевоенной русской поэзии" (Англия, 1974).

Ещё одно его знаковое произведение – поэма Труба, посвященная памяти жертв смертельной давки во время похорон Сталина.

Читать далее...

Вот и Осень пришла...


Жёлтый лист на траве, огоньком засверкает…
Незаметно к нам Осень, подруга пришла…
В небе клин журавлей, как в тумане растает…
Им на Юг улетать, им совсем не до сна…

Ветер листья тихонько, с деревьев срывает…
И кружится листва, застилая асфальт…
Землю всю покрывалом, цветным укрывает…
Чтоб Зимой не замёрзла, когда будет спать…

Дождь в ночи моросит и холодное утро…
Неуютно и зябко от этой поры…
И становится мне, на душе как-то скучно…
И не слышно уже, во дворе детворы…

Бабье Лето свою, паутину закружит…
Полетят паутинки, нам их не догнать…
Это Лето я знаю, недолго продлится…
Две недели от силы, нас будет венчать…

Вот и ночи длинней, день в два раза короче…
И под утро роса, жемчугом на траве
Осень я полюбил, но, а Зиму не очень…
Видно ты изменила и что-то во мне...

vladislav_amelin

Песенки о Марине

Переменчива,словно морская волна, То мечтаешь в тиши,то веселья полна, Ты прекрасна и неповторима, Счастья,радости в жизни,Марина! E-NUN

Медицина в стихах!

Лишь только руки акушера
Любви порочной примут плод,
Нас тут же окружает сфера
Обременительных забот.
В историю сопровожденья
Внесут, как в Дело протокол,
Под датой нашего рожденья
Рост, вес и, Богом данный, пол. -
Просветит насквозь рентгенолог,
Гастролог лезет в пищевод.
Настырный отоларинголог
И в уши нос суёт, и в рот.

Перейти в продолжение

Женщина-осень...

Читать далее...