Без заголовка

Воскресенье, 05 Мая 2013 г. 18:10 + в цитатник

Цитата сообщения Tatjanuschka

Прочитать целиком В свой цитатник или сообщество!

ЖИЗНЬ ВТРОЕМ

Лиля БРИК

ТАКИЕ женщины появлялись во все времена и во все эпохи - при дворе ли императора или среди богемы, они тут же становились центром притяжения. Как кометы, они неслись по жизни, собирая в свой "хвост" поклонников - самых ярких, самых талантливых людей. И как кометы, они разрушали все на своем пути.

Такой кометой начала ХХ века стала Лиля Каган, которую мир знал как Лилю Брик. Ее обвиняли в гибели Маяковского, а сама она до последних дней носила на цепочке подаренное поэтом кольцо с гравировкой ее инициалов - Л.Ю.Б., которые складывались в бесконечное "ЛЮБЛЮ".

Ли́ля Ю́рьевна Брик (урождённая Лиля Уриевна Каган; 11 ноября 1891— 4 августа 1978) — российский литератор, любимая женщина Владимира Маяковского, старшая сестра французской писательницы Эльзы Триоле, жены известного французского писателя Луи Арагона. Как и её муж Осип Брик, была агентом ГПУ. Отец Лили - Урия Александровича Каган - присяжный поверенный при Московской судебной палате , но еще и член Литературно-художественного кружка.
"Его жена, рижанка Елена Юльевна Берман, была дочерью хорошо образованных и богатых родителей, училась в Московской консерватории (для некрещеной еврейки попасть в эту святую святых тоже требовало немалых усилий), но профессионалом не стала:" (Ваксберг).
Лиля Каган, впоследствии Лиля Юрьевна (Уриевна) Брик родилась в 1891 г., ее сестра Эльза (будущая французская писательница Эльза Триоле и жена Луи Арагона) родилась на пять лет позже.

Красивая, незаурядная, общительная Лиля с 15 лет вела счет поклонникам. Этому способствовала рыжеволосая красота, живой, общительный, но независимый характер. С детских лет до глубокой старости было в ней нечто, что привлекало внимание людей с первого взгляда.
"Мама не знала со мной ни минуты покоя и не спускала с меня глаз".
— вспоминала Лиля Юрьевна.

Любовный треугольник

Лиле Юрьевне было 24 года, и она уже два года была замужем за Осипом Бриком. Эльзе Юрьевне было 17, и у нее был роман с Маяковским. Все в жизни этой четверки перевернулось в 1915 г., когда Эльза привела своего кавалера в петербургскую квартиру Бриков похвастаться - Маяковский прочитал еще неопубликованное "Облако в штанах".

В результате: Брик увлекся Маяковским, изучил его поэму, стал филологом и литератором. У Эльзы расстроился роман с Маяковским, хотя впоследствии она написала: "Только он дал мне познать всю полноту любви. Физической - тоже".
Но среди поклонников Эльзы появился член французской военной миссии в Москве Андре Триоле, за которого она вышла замуж во Франции, непонятным образом выехав с этой целью из Советской России. Эльза стала француженкой, затем вышла за великого Луи Арагона, стала писательницей, еврокоммунисткой.

Сам Маяковский обзавелся настоящей трагической любовью поэта, отвечающую размаху его поэтического дара, а Лиля Брик ощутила масштаб любовной власти, которая соответствовала ее притязаниям.

"Это было нападение, Володя не просто влюбился в меня, он напал на меня. Два с половиной года не было у меня спокойной минуты — буквально. И хотя фактически мы с Осипом Максимовичем жили в разводе, я сопротивлялась поэту. Меня пугали его напористость, рост, его громада, неумная, необузданная страсть. Любовь его была безмерна. Володя влюбился в меня сразу и навсегда.
Где-то в это время наша личная жизнь с Осей как-то расползлась"
— писала Лиля Юрьевна под конец жизни.
Лиля Юрьевна и Владимир Владимирович уже не скрывали своей связи, и всем было ясно, как он ее боготворит и как она верховодила. Она не хотела иметь детей ни раньше от Брика, ни теперь от него.

Аркадий Ваксберг, автор книги "Лиля Брик", считает, что ближе всех к истине версия, высказанная Василием Катаняном (сыном последнего мужа Лили Брик): "Лиля любила только Осипа, который ее не любил; Маяковский - только Лилю, которая, увы, не любила его; и наконец, все трое не могли жить друг без друга".

ЖИЗНЬ ВТРОЕМ

Ал. Михайлов считает, что где-то зимой или весной 1916 г. Осип, "уступив жену другому, но оставаясь законным супругом, избрал себе (и на всю оставшуюся жизнь, еще почти 30 лет!) роль:", которую Михайлов не может даже квалифицировать.

Вот признание Лили об отношении к Осипу, "которое повергает в сложные раздумья" (цитируется по Михайлову): "Я любила, люблю и буду любить Осю..."
Брак их стал чисто формальным — они продолжали жить в одной квартире, одной семьей, все поверяли друг другу, уважали друг друга, однако интимные отношения прервались и никогда не возобновлялись до конца жизни, как говорила ЛЮ.
"Но я любила, люблю и буду любить его больше, чем брата, больше, чем мужа, больше, чем сына, — продолжала Лиля Юрьевна. — Про такую любовь я не читала ни в каких стихах, нигде. Я люблю его с детства, он неотделим от меня. Эта любовь не мешала моей любви к Маяковскому. Я не могла не любить Володю, если его так любил Ося. Ося говорил, что Володя для него не человек, а событие. Володя во многом перестроил Осино мышление, взял его в свой жизненный путь, и я не знаю более верных друг другу, более любящих друзей и товарищей".
Лето "семья" провела на подмосковной даче - в поселке Пушкино, где Маяковский целыми днями работал, а остальные два члена семьи загорали и весьма приятно проводили время.
В 1920 г. "семья" переехала в другую квартиру, где было уже две комнаты, здесь Маяковский проводил большую часть времени, "будучи гражданским мужем замужней (формально) Лили Юрьевны Брик..." (Ваксберг).

То, что Маяковский страдал от разного рода "увлечений" подруги, ничуть не волновало его "гражданскую" жену, которая говорила: "Страдать Володе полезно, он помучается и напишет хорошие стихи". Летом 1922 года у Лили Брик возникло новое увлечение. "Из текста поэмы "Про это" можно извлечь упоминание о "ревностях", проливающее свет на ситуацию. В конце года Маяковский с Лилей Брик по договоренности расстаются на два месяца, что привело к написанию поэм о любви "Про это" и "Люблю".
6 февраля 1923 года ЛЮ писала, в частности, Эльзе в Париж:
Мне в такой степени опостылели Володины: халтура, карты и пр. пр., что я попросила его два месяца не бывать у нас и обдумать, как он дошел до жизни такой. Если он увидит, что овчинка стоит выкройки, то через два месяца я опять приму его. Если же нет — нет, Бог с ним!
Правда была и еще одна причина — роман Лили Юрьевны с Краснощековым, который вызывал ревность Владимира Владимировича. Но она была за новый тип отношений, отстаивала свободу поведения. Ненавидящая условности и привычки ЛЮ считала: можно любить кого угодно, когда и где угодно, но без уз!
Это был 1922—1923 год. Она поставила условием — встреча ровно через два месяца, 28 февраля 1923 года.

Однажды, не в силах совладать с тоской по любимой, Маяковский позвонил из своего заключения Лиле, и она разрешила писать ей, «когда очень уж нужно». И он не удержался:
"… Ты одна моя мысль, как любил я тебя семь лет назад, так люблю и сию секунду, что б ты ни захотела, что б ты ни велела, я сделаю сейчас же, сделаю с восторгом. Как ужасно расставаться, если знаешь, что любишь и в расставании сам виноват… "
Она сердилась на себя и на него, что не соблюдают условий, но не в силах была не отвечать:
"Волосик! Щеник! Больше всего на свете люблю тебя. Потом — птичтов. Мы будем жить вместе, если ты этого захочешь". Твоя Лиля.
"Он присылал мне цветы и птиц в клетках — таких же узников, как и он сам. Большого клеста, который ел мясо, гадил, как лошадь, и прогрызал клетку за клеткой. Но я ухаживала за ним из суеверного чувства — если погибнет птица, случится что-нибудь плохое с Володей".
Когда они помирились, она выпустила птиц на волю.

28 февраля 1923 кончался срок их разлуки, они решили уехать в Ленинград.
"Приехав на вокзал, я не нашла его на перроне. Он ждал на ступеньках вагона. Как только поезд тронулся, Володя, прислонившись к двери, прочел мне поэму „Про это“. Прочел и облегченно расплакался. Не раз в эти два месяца я мучила себя упреками за то, что Володя страдает в одиночестве, а я живу обыкновенной жизнью, вижусь с людьми, хожу куда-то. Но поэма не была бы написана, если бы я не хотела видеть в Маяковском свой идеал и идеал человечества" - писала Лиля Юрьевна
В 1923 году, после «Про это», их жизнь в какой-то степени успокоилась. Но видимо ЛЮ не хотела терять свою независимость, иначе не написала бы в письмо Маяковскому весной 1923 года:
"…Ты мог бы мне сейчас нравиться, могла бы любить тебя, если бы был со мной и для меня. Если бы, независимо от того, где были и что делали днем, мы могли бы вечером или ночью вместе рядом полежать в чистой удобной постели; в комнате с чистым воздухом; после теплой ванной!"
Летом 1923 года ЛЮ, Маяковский и Брик полетели в Германию. А в середине сентября Маяковский уехал в Москву, а Лиля с Осей остались в Берлине — у Брика были там лекции, а Лиля ходила по музеям, магазинам и знакомым.

В начале романа с Маяковским они условились: когда их роман охладеет, они скажут об этом друг другу. И вот весной 1925 года ЛЮ написала Маяковскому, что не испытывает к нему прежних чувств:
"Мне кажется, что и ты уже любишь меня много меньше и очень мучиться не будешь."
Увы, это ей только казалось. Он продолжал любить ее, может быть, и не так бешено, но продолжал. ЛЮ была натура решительная и крайне самостоятельная. Настаивать он не смел, иначе это привело бы к полному разрыву. Маяковский страдал.
Летом они снова жили в Пушкине, осенью Маяковский уехал с выступлениями в Париж. Оттуда он пишет Лиле ревнивое письмо, она же отвечает:
"Что делать? Не могу бросить А. М., пока он в тюрьме. Стыдно! Стыдно, как никогда в жизни."
"Ты пишешь про стыдно, — отвечает он. — Неужели это все, что тебя с ним связывает, и единственное, что мешает быть со мной? Не верю! Делай как хочешь, ничто никогда и никак моей любви к тебе не изменит!"
Если ЛЮ нравился человек и она хотела завести с ним роман — особого труда для нее это не представляло. Она была максималистка, и в достижении цели ничто не могло остановить ее и не останавливало.
"Надо внушить мужчине, что он замечательный или даже гениальный, но что другие этого не понимают, — говорила она. — И разрешать ему делать то, что не разрешают ему дома. Например, курить или ездить, куда вздумается. Ну а остальное сделают хорошая обувь и шелковое белье."

После серьезного расставания, когда ЛЮ написала ему в записке, что «не испытывает к нему прежних чувств…», Маяковский в мае 1925 года едет в командировку в Мексику и США. Его письма с палубы парохода, из Мехико и Нью-Йорка опять полны любви, ласки и тысяч поцелуев, он пишет, как скучает, и умоляет не уходить от него. И получает в ответ такие слова: «Я тебя люблю и скучаю. Твоя Киса» или «Волосит, я соскучилась. Очень прошу приехать в Италию. Люблю, целую. Твоя Лиля».
В Нью-Йорке Маяковский познакомился с Элли Джонс, эмигранткой из России. Роман был недолгий и грустный, но в результате у Элли родилась в 1926 году дочь Элен-Патриция. Элли Джонс однажды видела Лилю в России в 1921 году на Рижском вокзале, когда ее провожал Маяковский, и ее поразили «холодные, жестокие глаза этой женщины». И во время романа с поэтом Элли Джонс безошибочно почувствовала, что ЛЮ станет препятствием на их пути — Маяковский много рассказывал о ней и о Брике, который напечатал две его первые поэмы — он всегда это помнил.
На обратном пути из Америки Маяковский ждал Лилю в Берлине. Она ехала из Сальсомаджоре, куда ездила подлечиться после операции в московской клинике. Он приготовил ей комнату все в том же «Курфюрстенотеле», где останавливались всегда. Поставлены цветы, разложены подарки из Мексики.. Подходит поезд с юга. В окне улыбается Лиля, от волнения он роняет трость. Оба с нетерпением ждали этой встречи, оба скучали друг без друга, и оба были рады, что снова вместе. Они не могли наговориться. Лиля надела фиолетовое платье и закурила фиолетовую мексиканскую сигарету, подарок поэта. Они были счастливы. Но Лиля решила, что, если Маяковский сделает попытку сближения, то она тут же с ним расстанется. Понимая это, он вел себя крайне ласково, но тактично, не давая ей никаких поводов для беспокойства. Все это описано ею в автобиографической повести, которую она бросила писать в сороковых годах.
В 1926 году Маяковский получил комнату в Гендриковом переулке, где до 1930 они жили втроем — Володя, Лиля и Брик.
Лиля Юрьевна полюбила новый дом, наладила быт. Ее стараниями Маяковский и Брик были ухожены — она терпеть не могла разгильдяйство, богемность, небритых и расхристанных мужчин. Авторитет её был непререкаем, все домашние ее слушались и ходили по струнке. Деньги они никогда не считали, об этом нет ни одного упоминания ни в письмах, ни в мемуарах. Деньги были общие. Да и не надо забывать, что Лиля была возлюбленной Маяковского, а в некоторых документах он даже называл ее своей женой.
Народу у них бывало много всегда. Все трое притягивали к себе людей, это был «литературный салон».
Хозяйкой была Лиля, а главной фигурой — Маяковский. Но так было и после Маяковского, до конца дней ЛЮ. Личность ее притягивала тех, кто занимался искусством, и стремился к новому в литературе, в живописи или в музыке, даже в науке. Круг ее интересов был широк, но больше всего она любила литературу, поэзию, отлично ее знала и разбиралась в ней отлично. Она была для Маяковского абсолютным авторитетом, и он говорил: «Лиля всегда права».
В воспоминаниях художника Нюрнберга есть примечательные строки:
"Это была женщина самоуверенная и эгоцентричная. Маяковский, что меня удивляло, охотно ей подчинялся, особенно ее воле, ее вкусу и мере вещей. Это была женщина с очень организованной волей. И вся эта воля приносила, мне кажется, пользу творческой жизни поэта. Конечно, она не была Белинским, но она делала замечания часто по существу. Я был свидетелем, когда она делала замечания и он соглашался."

Лиля Юрьевна никогда не стыдилась своих романов, и не скрывала их. Еще один её роман — Лев Кулешов, талантливый кинорежиссёр-новатор. Внешне он был эффектен, одевался на американский лад и обладал голливудской красотой.
. Он примыкал к журналу «ЛЕФ». В 1926 году на даче у Бриков в Пушкине он объяснился ей в любви и внезапно нашел ответ своим чувствам. Роман вспыхнул, несмотря на то, что Кулешов был женат. Узнав о попытке его жены, Александры Хохловой, покончить с собой, ЛЮ говорила:
"Шуру остановили на пороге самоубийства, буквально поймали за руку. Из-за чего?"
Она пожимала плечами, считая, что жены тех, кому она отвечала благосклонностью, не имели права ревновать.
"Что за бабушкины нравы?"
В это время у Маяковского был роман с высокой красивой блондинкой Натальей Брюханенко. Намерения поэта были серьёзные, и узнав об этом, Лиля в письме отсоветовала ему жениться:
"Пожалуйста, не женись всерьез, а то меня уверяют, что ты страшно влюблен и обязательно женишься."
Маяковский всегда был под сильным влиянием Лили Брик, и любая его пассия опасалась вторжения этой женщины в их отношения, поскольку он мог в любой момент все бросить и снова жить ради одной ее, ради Лили. Владимир Владимирович послушался, и брак не состоялся, но они с Наташей продолжали встречаться.

В июле 1926 года Лиля поступила работать в «ОЗЕТ» (Общество землевладельцев евреев трудящихся). Вскоре начались съемки фильма «Еврей и земля», которые проводил Абрам Роом. Он пригласил ЛЮ работать у него ассистентом. Она не раз в своей жизни еще вернется к кинематографу.

В 1927 году выходит фильм «Третья Мещанская» («Любовь втроём») режиссёра Абрама Роома. Сценариста Виктора Шкловского упрекали в том, что он проявил бестактность по отношению к Маяковскому и Брикам, которых он хорошо знал и описал их «любовь втроём» в этом фильме.
В это же время Лиля Юрьевна занимается писательской и переводческой деятельностью (переводит с немецкого Гросса и Виттфогеля), а также издательскими делами Маяковского.
Маяковский пытался устроить свою личную жизнь, отсюда и его романы с женщинами красивыми, высокими, далеко не глупыми. И все же ЛЮ оставалась для него женщиной всей его жизни. Она всегда вставала между поэтом и его увлечением, хотела она этого или нет.

У Лили было вполне терпимое, порой дружеское отношение к возлюбленным Маяковского, и они платили ей тем же. Софья Шамардина, Наталья Брюханенко, от брака с которой отговорила Лиля Маяковского, Вероника Полонская, последняя пассия поэта — со всеми ими Лиля Брик до конца своих дней сохранит прекрасные дружеские отношения. Ни к кому она не испытывала ревности. Кроме одной.
Её звали Яковлева Татьяна Алексеевна. Русская эмигрантка, с Маяковским познакомилась в Париже. Лиля не простит ему двух стихотворений, посвященных Татьяне Яковлевой. «Письмо из Парижа о сущности любви» и «Письмо Татьяне Яковлевой» (опубликовано 28 лет спустя смерти поэта в виду того факта, что советский поэт не имел права влюбиться в эмигрантку). ЛЮ хотела быть единственной его музой и, в сущности, осталась таковой.
Но все же эти два стихотворения написаны другой! И Лиля ревновала.
"Ты в первый раз меня предал!"
Последним романом Маяковского стала молодая и красивая актриса МХАТа Вероника Полонская. Ей 21, ему — 36. Лиля легко относилась к романам поэта, но лишь до тех пор, пока кто-то не начинал задевать его глубже.
Весной 1930 года Лиля и Осип Брик уехали в Лондон. 14 апреля рано утром у Маяковского было назначено свидание с Вероникой (Норой). Постоянные срывы в изданиях, вечно ускользающая любовь Лили, непонимание и одиночество к тому моменту добивали поэта. Когда Вероника приехала к нему в комнату на Лубянку, Маяковский запер дверь на ключ и положил его себе в карман. У них был долгий разговор, в котором Вл. Владимирович убеждал Нору переехать к нему немедленно и насовсем, во всем признаться мужу и тут же изменить их жизнь. Та в свою очередь говорила, что невозможно решить так всё сразу. Он отпустил её. Пройдя несколько шагов до парадной двери, она услышала выстрел. Ноги ее подкосились, она заметалась. Войдя, увидела на полу распластанного Маяковского с открытыми еще глазами. Он силился что-то сказать, но вскоре замолчал и стал бледнеть.
В предсмертном письме, помеченным 12 апреля, Маяковский просит Лилю любить его, называет её среди членов своей семьи (а также Веронику Полонскую) и просит все стихи, архивы передать Брикам.
Лиля узнала о трагедии в Берлине, возвращаясь из Лондона домой. Она очень плакала. Эльзе позже писала:
"Если бы я или Ося были бы в Москве, Володя был бы жив."
Существовала версия, будто бы предсмертное письмо написали сами Брики, однако графологическое расследование в 70-х голах доказало, что написано письмо рукой поэта.
Последняя открытка от Лили Маяковскому отправлена 14 апреля 1930 г, в день самоубийства поэта. До последних дней Лиля Брик будет носить кольцо Маяковского на золотой цепочке с гравировкой своих инициал «Л. Ю. Б.», которые складывались в бесконечное: люблюблюб… Влюбленные обменялись перстнями-печатками ещё в 20-х годах.
в 1935 году обратилась к Иосифу Сталину с письмом, в котором призывала не забывать великого певца революции и поэта нового времени. Ответ не замедлил ждать:
"Маяковский был и остается лучшим, талантливейшим поэтом нашей советской эпохи. Безразличие к его памяти и его произведениям — преступление."
Так началось посмертное признание Маяковского. Сначала Лиля организовала музей в Гендриковом переулке, но позднее музей будет перенесен в комнату на Лубянку.

После смерти Маяковского Лиля выходит замуж за Виталия Марковича Примакова. Они переезжают жить на Арбат, живут опять втроём: Лиля, Примаков и О. Брик. Там она прожила до 1958 года.
Вскоре после расстрела Примакова между Лилей Юрьевной и Василием Абгаровичем Катаняном (близким другом и одним издателем поэта) завязался роман. Василий станет ее последним, четвертым мужем. ЛЮ говорила:
"Я всегда любила одного — одного Осю, одного Володю, одного Виталия и одного Васю."

Леонид Зорин, общаясь с ней раз-другой в последние годы, удивительно точно сказал про ЛЮ:

"Лиля Юрьевна была яркой женщиной. Она никогда не была красивой, но неизменно была желанна. Ее греховность была ей к лицу, ее несомненная авантюрность сообщала ей терпкое обаяние; добавьте острый и цепкий ум, вряд ли глубокий, но звонкий, блестящий, ум современной мадам Рекамье, делающий ее центром беседы, естественной королевой салона; добавьте ее агрессивную женственность, властную тигриную хватку — то, что мое, то мое, а что ваше, то еще подлежит переделу, — но все это вместе с широтою натуры, с демонстративным антимещанством — нетрудно понять ее привлекательность."

К смерти Лиля Юрьевна относилась философски : «Ничего не поделаешь, все умирают, и мы умрем». В своем дневнике в 70-х годах она написала:
"Приснился сон — я сержусь на Володю за то, что он застрелился, а он так ласково вкладывает мне в руку крошечный пистолет и говорит: «Все равно ты тоже самое сделаешь».

Сон оказался вещим. В 86 лет рано утром она упала у себя в комнате, сломала шейку бедра, оказалась обреченной на неподвижность. За несколько дней до смерти ей снились стихи Маяковского. Она была в печали, грустна и молчалива. 4 августа 1978 года Лиля Юрьевна покончила с собой на даче в Переделкине, приняв смертельную дозу снотворного.
Много раньше ЛЮ распорядилась не устраивать могилу, а развеять её прах. В поле под Москвой и был совершен этот печальный обряд. Характерный русский пейзаж — поле, излучина реки, лес… На опушке поставлена как бы точка ее жизни — огромный валун, который привезли туда ее поклонники. На нем выбиты три буквы — Л. Ю. Б.

Л. Ю. Брик. Рисунок В. Маяковского. 1916 г.

Пост подготовила

Tatjanuschka

Серия сообщений "Люди":
Часть 1 - Без заголовка
Часть 2 - Без заголовка
Часть 3 - Без заголовка
Часть 4 - Без заголовка
Часть 5 - Любовные письма великих классиков» | Лорд Байрон – графине Гвиччиолли
...
Часть 14 - Анна Нетребко. Генерал на шпильках
Часть 15 - Без заголовка
Часть 16 - Четыре любви Чарли Чаплина

<a href="https://www.liveinternet.ru/users/simmona/post275143867/">Р‘РµР· Р·Р°РіРѕР»РѕРІРєР°</a><br/>Р–РР—РќР¬ Р’РўР РћР•Рњ

Р›РёР»СЏ Р‘Р РРљ
  
РўРђРљРР• Р¶РµРЅС‰РёРЅС‹ РїРѕСЏРІР»СЏР»РёСЃСЊ РІРѕ РІСЃРµ РІСЂРµРјРµРЅР° Рё РІРѕ РІСЃРµ СЌРїРѕС…Рё - РїСЂРё РґРІРѕСЂРµ Р»Рё РёРјРїРµСЂР°С‚РѕСЂР° РёР»Рё СЃСЂРµРґРё Р±РѕРіРµРјС‹, РѕРЅРё С‚СѓС‚ Р¶Рµ СЃС‚Р°РЅРѕРІРёР»РёСЃСЊ С†РµРЅС‚СЂРѕРј РїСЂРёС‚СЏР¶РµРЅРёСЏ. РљР°Рє РєРѕРјРµС‚С‹, РѕРЅРё РЅРµСЃР»РёСЃСЊ РїРѕ Р¶РёР·РЅРё, СЃРѕР±РёСЂР°СЏ РІ СЃРІРѕР№ "С…РІРѕСЃС‚" РїРѕРєР»РѕРЅРЅРёРєРѕРІ - СЃР°РјС‹С… СЏСЂРєРёС…, СЃР°РјС‹С… С‚Р°Р»Р°РЅС‚Р»РёРІС‹С… Р»СЋРґРµР№. Р РєР°Рє РєРѕРјРµС‚С‹, РѕРЅРё СЂР°Р·СЂСѓС€Р°Р»Рё РІСЃРµ РЅР° СЃРІРѕРµРј РїСѓС‚Рё.

РўР°РєРѕР№ РєРѕРјРµС‚РѕР№ РЅР°С‡Р°Р»Р° РҐРҐ РІРµРєР° СЃС‚Р°Р»Р° Р›РёР»СЏ РљР°РіР°РЅ, РєРѕС‚РѕСЂСѓСЋ РјРёСЂ Р·РЅР°Р» РєР°Рє Р›РёР»СЋ Р‘СЂРёРє. Р•Рµ РѕР±РІРёРЅСЏР»Рё РІ РіРёР±РµР»Рё РњР°СЏРєРѕРІСЃРєРѕРіРѕ, Р° СЃР°РјР° РѕРЅР° РґРѕ РїРѕСЃР»РµРґРЅРёС… РґРЅРµР№ РЅРѕСЃРёР»Р° РЅР° С†РµРїРѕС‡РєРµ РїРѕРґР°СЂРµРЅРЅРѕРµ РїРѕСЌС‚РѕРј РєРѕР»СЊС†Рѕ СЃ РіСЂР°РІРёСЂРѕРІРєРѕР№ РµРµ РёРЅРёС†РёР°Р»РѕРІ - Р›.Р®.Р‘., РєРѕС‚РѕСЂС‹Рµ СЃРєР»Р°РґС‹РІР°Р»РёСЃСЊ РІ Р±РµСЃРєРѕРЅРµС‡РЅРѕРµ "Р›Р®Р‘Р›... <a href="https://www.liveinternet.ru/users/simmona/post275143867/">Р§РёС‚Р°С‚СЊ РґР°Р»РµРµ...</a>

Комментировать

« Пред. запись — К дневнику — След. запись »

Страницы: [1] [Новые]

LiveInternetLiveInternet

-Рубрики

-Музыка

-Поиск по дневнику

-Подписка по e-mail

-Интересы

-Постоянные читатели

-Сообщества

-Статистика

Без заголовка