Давид вместе со своим оруженосцем прокрался в шатёр Саула глубоко ночью. "Хочешь, я пригвождю к земле эту каналью?" - прошептал оруженосец, нервно сжимая рукою копьё, когда оба склонились над изнемогшим от погони царём (охрану конечно угомонил Господь).
- Нет, только возьми посох его, - ответил Давид. - И копьё его возьми тоже.

С этими предметами Давид поступил так, как с лоскутом. Он предъявил их, с безопасного расстояния, Саулу.