Идея боевого применения подводного судна, высказанная впервые еще Леонардо да Винчи, была популяризирована в романе Жюля Верна «20 тысяч лье под водой», написанном в 1870 году. В романе описывается подводная лодка «Наутилус», которая таранит и уничтожает надводные корабли, используя металлический «бивень», располагающийся на носу лодки. Ни о каких прототипах торпед или иного оружия в романе речи не шло.
Впервые действующий образец подводной лодки был создан в 1620 году для короля Англии Джеймса голландским инженером Корнелиусом ван Дреббелем — в Лондоне была построена и успешно испытана в Темзе вёсельная подводная лодка. В России попытки построить подводную лодку предпринимались при Петре Великом.
Во время Первой мировой войны появились подводные лодки с дизельным двигателем для движения на поверхности, и электрическим для движения под водой. К дизельному двигателю подключали генератор, который производил электричество для подзарядки батарей. Ускоренное развитие подводного флота в годы Первой мировой войны привело к тому, что субмарины стали грозным оружием. Всего за время войны 600 подводных лодок воюющих государств потопили 55 крупных боевых кораблей (линкоры и крейсера), 105 эсминцев, 33 субмарины.
21 января 1954 года с верфи Гротона штата Коннектикут сошла первая в мире атомная подводная лодка. Влияние романа «20 тысяч лье под водой» на умы было столь сильно, что первую атомную подводную лодку назвали в честь «Наутилуса» Жюля Верна.

Идея использовать ядерный реактор в качестве силовой установки субмарин возникла еще в Третьем рейхе. Не потребляющие кислород «урановые машины» (так назывались тогда ядерные реакторы) профессора Гейзенберга предназначались, прежде всего, для «подводных волков» Криегсмарине. Однако довести работу до логического завершения у немецких физиков не получилось, и инициатива перешла к США, которые некоторое время были единственной страной в мире, располагавшей атомными реакторами и бомбами.

В первые годы Холодной войны между СССР и США в качестве носителей атомной бомбы американским стратегам мыслились бомбардировщики дальнего действия. У США имелся большой опыт боевого применения этого вида вооружения, американская стратегическая авиация обладала репутацией самой мощной в мире, наконец, территория США считалась в значительной степени неуязвимой для ответного удара противника. Однако использование самолетов требовало их базирования в непосредственной близости к границам СССР. В результате предпринятых дипломатических усилий уже в июле 1948 года лейбористское правительство дало согласие на размещение в Великобритании 60 бомбардировщиков «Б-29» с атомными бомбами на борту. После подписания в апреле 1949 года Североатлантического пакта вся Западная Европа оказалась втянутой в ядерную стратегию США, а число американских баз за рубежом к концу 1960-х годов достигло 3400!

Однако с течением времени американские военные и политики пришли к пониманию того, что присутствие стратегической авиации на иностранных территориях связано с риском изменения политической ситуации в той или иной стране, поэтому носителем атомного оружия в будущей войне всё чаще виделся флот. Окончательно эта тенденция укрепилась после убедительных испытаний атомных бомб у атолла Бикини.
В 1948 году американские конструкторы закончили разработку проекта атомной энергетической установки и приступили к проектированию и строительству опытного реактора.
Таким образом, существовали все предпосылки для создания флота атомных субмарин, которые не только должны были нести на себе ядерное оружие, но и иметь атомный реактор в качестве силовой установки.
Строительство первой такой лодки, нареченной в честь фантастической субмарины, придуманной Жюлем Верном, «Наутилусом» и имевшей обозначение SSN-571, началось 14 июня 1952 года в присутствии президента США Гарри Трумэна на верфи в Гротоне.
21 января 1954 года в присутствии президента США Эйзенхауэра «Наутилус» был спущен на воду, а через восемь месяцев – 30 сентября 1954 года – принят на вооружение ВМС США.

17 января 1955 года «Наутилус» вышел на ходовые испытания в открытый океан, и его первый командир Юджин Вилкинсон передал в эфир открытым текстом: «Идем под атомным двигателем».

Не считая абсолютно новой энергетической установки «Марк-2», лодка имела обычную конструкцию. При водоизмещении Наутилуса около 4000 тонн двухвальная атомная энергетическая установка суммарной мощностью 9860 киловатт обеспечивала скорость более 20 узлов. Дальность плавания в подводном положении составляла 25 тысяч миль при расходе 450 граммов U235 в месяц. Таким образом, продолжительность плавания зависела только от исправной работы средств регенерации воздуха, запасов продуктов жизнедеятельности экипажа и выносливости личного состава.

При этом, однако, удельная масса атомной установки оказалась очень велика, из-за этого на Наутилусе не удалось установить часть предусмотренного проектом вооружения и оборудования. Основной причиной утяжеления была биологическая защита, в состав которой входит свинец, сталь и другие материалы (около 740 тонн). В итоге всё вооружение «Наутилуса» составляли 6 носовых торпедных аппаратов с боекомплектом в 24 торпеды.

Как и в любом новом деле, не обошлось без проблем.

Еще в ходе постройки «Наутилуса», а конкретно – во время испытаний энергетической установки, произошел разрыв трубопровода второго контура, по которому насыщенный пар с температурой около 220 °C и под давлением 18 атмосфер поступал из парогенератора к турбине. К счастью, это был не главный, а вспомогательный паропровод.

Причиной аварии, как установили в процессе расследования, был производственный дефект: вместо труб из качественной углеродистой стали марки А-106 в паропровод включили трубы из менее прочного материала А-53. Авария заставила американских конструкторов поставить под сомнение целесообразность использования сварных труб в системах подводных лодок, работающих под давлением.

Устранение последствий аварии и замена уже смонтированных сварных труб бесшовными задержали окончание постройки «Наутилуса» на несколько месяцев.

После вступления лодки в строй по средствам массовой информации начали циркулировать слухи, будто бы личный состав «Наутилуса» получил серьезные дозы радиации вследствие недостатков в конструкции биозащиты. Сообщалось, что военно-морскому командованию пришлось в спешном порядке произвести частичную замену экипажа, а подводную лодку поставить в док для внесения в конструкцию защиты необходимых изменений. Насколько верна эта информация, не известно до сих пор.

4 мая 1958 года на «Наутилусе», следовавшем в подводном положении из Панамы в Сан-Франциско, произошел пожар в турбинном отсеке. Возгорание пропитанной маслом изоляции турбины левого борта, как было установлено, началось за несколько дней до пожара, но его признаки оставили без должного внимания. Легкий запах дыма приняли за запах свежей краски. Пожар обнаружили лишь тогда, когда нахождение личного состава в отсеке из-за задымленности стало невозможным. В отсеке было так много дыма, что подводники в противодымных масках не смогли найти его источник.

Не выяснив причин появления дыма, командир корабля отдал приказ остановить турбину, всплыть на перископную глубину и попытаться провентилировать отсек через шноркель. Однако эти меры не помогли, и лодка была вынуждена всплывать в надводное положение. Усиленная вентиляция отсека через открытый люк с помощью вспомогательного дизель-генератора наконец принесла свои результаты. Количество дыма в отсеке уменьшилось, и экипажу удалось найти место возгорания. Два матроса в противодымных масках (на лодке оказалось лишь четыре таких маски) с помощью ножей и плоскогубцев принялись сдирать тлеющую изоляцию с корпуса турбины. Из-под сорванного куска изоляции выбился столб пламени высотой около метра. В ход пошли пенные огнетушители. Пламя было сбито, и работы по удалению изоляции продолжались. Людей приходилось менять через каждые 10-15 минут, так как едкий дым проникал даже в маски. Только через четыре часа вся изоляция с турбины была удалена и пожар потушен.

После прихода лодки в Сан-Франциско ее командир осуществил ряд мероприятий, направленных на повышение пожарной безопасности корабля. В частности, старая изоляция была удалена и со второй турбины. Изолирующими дыхательными аппаратами был обеспечен весь личный состав подводной лодки.

В мае 1958 года во время подготовки «Наутилуса» к походу на Северный полюс на лодке имела место водотечность главного конденсатора паротурбинной установки. Просачивающаяся в конденсатно-питательную систему забортная вода могла явиться причиной засоления второго контура и повлечь за собой выход из строя всей энергетической системы корабля. Неоднократные попытки найти место протечки не привели к успеху, и командир подводной лодки принял оригинальное решение. После прихода «Наутилуса» в Сиэтл матросы в штатской одежде – подготовка похода держалась в строгой тайне – скупили в автомобильных магазинах всю патентованную жидкость для заливки в радиаторы автомобилей с целью прекращения течи.

Половина этой жидкости (около 80 литров) была вылита в конденсатор, после чего ни в Сиэтле, ни позже во время похода проблема засоления конденсатора не возникало. Вероятно, течь была в пространстве между двойными трубными досками конденсатора и прекратилась после заливки этого пространства самотвердеющей смесью.

10 ноября 1966 года во время учений ВМС НАТО в Северной Атлантике «Наутилус», выходивший в атаку в перископном положении на американский авианосец «Эссекс» (водоизмещение 33 тысяч тонн), столкнулся с ним. В результате столкновения авианосец получил подводную пробоину, а на лодке было разрушено ограждение выдвижных устройств. В сопровождении эсминца «Наутилус» дошел своим ходом со скоростью около 10 узлов до военно-морской базы в американском Нью-Лондоне, преодолев расстояние около 360 миль.

22 июля 1958 года «Наутилус» под командованием Уильяма Андерсена вышел из Перл-Харбора с целью достичь Северного полюса.

А началось всё с того, что в конце 1956 года начальник штаба ВМС адмирал Бэрк получил письмо от сенатора Джексона. Сенатора интересовала возможность действий атомных субмарин под паковыми льдами Арктики. Это письмо было первой ласточкой, заставившей командование американского флота всерьез задуматься об организации похода к Северному полюсу. Правда, часть американских адмиралов считала затею безрассудной и была категорически против. Несмотря на это, командующий подводными силами Атлантического флота считал полярный поход делом решенным.

Андерсон начал готовиться к предстоящему походу с утроенным рвением. На «Наутилусе» была установлена специальная аппаратура, позволявшая определить состояние льда, и новый компас МК-19, который в отличие от обычных магнитных компасов действовал в высоких широтах. Перед самым походом Андерсон раздобыл самые свежие карты и лоции с глубинами Арктики и даже совершил авиаперелет, маршрут которого совпадал с планируемым маршрутом «Наутилуса».

19 августа 1957 года «Наутилус» взял курс на район между Гренландией и Шпицбергеном.

Первый пробный выход субмарины под паковый лед оказался неудачным. Когда эхоледомер зафиксировал нулевую толщину льда, лодка попыталась всплыть. Вместо ожидаемой полыньи «Наутилус» встретил дрейфующую льдину. От столкновения с ней лодка сильно повредила единственный перископ, и командир «Наутилуса» принял решение вернуться назад, к кромке паков.

Искореженный перископ чинили в походных условиях. Андерсон довольно скептически наблюдал за тем, как работают сварщики по нержавеющей стали – даже в идеальных заводских условиях такая сварка требовала большого опыта. Тем не менее, образовавшаяся в перископе трещина была заделана, и прибор снова начал действовать.

Не принесла результата и вторая попытка достичь полюса. Через пару часов, после того как «Наутилус» пересек 86-ю параллель, вышли из строя оба гирокомпаса. Андерсон решил не искушать судьбу и отдал приказ поворачивать – в высоких широтах даже мизерное отклонение от правильного курса могло оказаться роковым и вывести корабль к чужому берегу.

В конце октября 1957 года Андерсон выступил в Белом доме с небольшим докладом, который посвятил недавнему походу под арктическими льдами. Доклад выслушали с безразличием, и Уильям был разочарован. Тем сильнее стало желание командира «Наутилуса» отправиться к полюсу снова.

Обдумывая это плавание, Андерсон подготовил письмо в Белый дом, в котором убедительно доказывал, что переход через полюс станет реальностью уже в следующем году. Из администрации президента дали понять, что командир «Наутилуса» может рассчитывать на поддержку. Идеей заинтересовался и Пентагон. Вскоре после этого адмирал Бэрк доложил о готовящемся походе самому президенту, который отнесся к планам Андерсона с большим энтузиазмом.

Операция должна была проводиться в атмосфере строгой секретности – командование опасалось новой неудачи. О деталях похода знала только небольшая группа людей в правительстве. Чтобы скрыть истинную причину установки на «Наутилусе» дополнительного навигационного оборудования, было объявлено об участии корабля в совместных учебных маневрах вместе с лодками «Скейт» и «Хафбик».

9 июня 1958 года «Наутилус» отправился в свое второе полярное плавание. Когда Сиэтл остался далеко позади, Андерсон приказал закрасить номер субмарины на ограждении рубки, чтобы сохранить инкогнито. На четвертый день пути «Наутилус» приблизился к Алеутским островам. Зная, что дальше придется идти по мелководью, командир корабля скомандовал всплытие. «Наутилус» долго маневрировал в этом районе – искал удобную брешь в цепи островов, чтобы пробраться на север. Наконец, штурман Дженкинс обнаружил достаточно глубокий проход между островами. Преодолев первое препятствие, подводный корабль вошел в Берингово море.

Теперь «Наутилусу» предстояло проскочить через узкий и покрытый льдами Берингов пролив. Путь западнее острова Святого Лаврентия оказался полностью закрытым паковыми льдами. Осадка некоторых айсбергов превышала десяток метров. Они легко могли раздавить «Наутилус», прижав подводный корабль ко дну. Несмотря на то, что значительная часть пути была пройдена, Андерсон отдал приказ следовать обратным курсом.

Командир «Наутилуса» не отчаивался – возможно, восточный проход через пролив окажется более приветливым к редким гостям. Лодка вышла из сибирских льдов и взяла курс на юг от острова Святого Лаврентия, собираясь пройти в глубокие воды мимо Аляски. Следующие несколько дней похода прошли без приключений, и утром 17 июня субмарина достигла Чукотского моря.

И тут радужные ожидания Андерсона рухнули. Первым тревожным сигналом стало появление льдины девятнадцатиметровой толщины, которая шла прямо на подводный корабль. Столкновения с ней удалось избежать, но самописцы приборов предостерегали: на пути лодки – еще более серьезная преграда. Прижавшись к самому дну, «Наутилус» проскользнул под огромной льдиной на расстоянии всего полутора метров от нее. Избежать гибели удалось лишь чудом. Когда перо самописца наконец-то пошло вверх, указывая, что лодка разминулась с льдиной, Андерсон понял: операция провалена окончательно…

Капитан направил свой корабль в Перл-Харбор. Оставалась еще надежда, что в конце лета граница льда отодвинется к более глубоким районам, и можно будет предпринять еще одну попытку подобраться к полюсу. Но кто даст на нее разрешение после стольких неудач?

Реакция высшего военного ведомства США была немедленной – Андерсона вызвали в Вашингтон для объяснений. Командир «Наутилуса» держался молодцом, проявив упорство. Его доклад для старших офицеров Пентагона выражал твердую уверенность в том, что следующий, июльский, поход несомненно увенчается успехом. И ему дали еще один шанс.

Андерсон тут же начал действовать. Для наблюдения за ледовой обстановкой он выслал на Аляску своего штурмана Дженкса. Для Дженкса сочинили легенду, согласно которой он являлся офицером Пентагона, наделенным специальными полномочиями. Прибыв на Аляску, Дженкс поднял в воздух чуть ли не всю патрульную авиацию, которая ежедневно вела наблюдения в районе будущего маршрута «Наутилуса». В середине июля Андерсон, всё еще находившийся в Перл-Харборе, получил долгожданное известие от своего штурмана: ледовая обстановка стала благоприятной для трансполярного перехода, главное – не упустить момент.

22 июля атомная подлодка с затертыми номерами покинула Перл-Харбор. «Наутилус» шел на максимальной скорости. В ночь на 27 июля Андерсон вывел корабль в Берингово море. Еще через два дня, проделав 2900-мильный путь от Перл-Харбора, «Наутилус» уже рассекал воды Чукотского моря.

1 августа субмарина опустилась под паковые арктические льды, местами уходящие в воду на глубину до двадцати метров. Провести «Наутилус» под ними было нелегко. Почти всё время Андерсон сам стоял на вахте.

 

Экипаж корабля был взволнован предстоящим событием, которое хотелось отметить должным образом. Некоторые, например, предлагали описать вокруг полюса двадцать пять небольших кругов. Тогда «Наутилус» смог бы войти в книгу рекордов Гиннеса как корабль, первым в истории мореплавания совершивший 25 кругосветных путешествий в одном походе. Андерсон справедливо считал, что о подобных маневрах не может быть и речи – слишком велика вероятность сбиться с курса. Командира «Наутилуса» волновали совсем другие проблемы. Чтобы пересечь полюс как можно точнее, Андерсон не отрывал взгляда от указателей электронавигационных приборов. 3 августа в двадцать три часа пятнадцать минут цель похода – Северный географический полюс Земли – была достигнута.

 

Не задерживаясь в районе полюса дольше, чем этого потребовал сбор статистической информации о состоянии льдов и забортной воды, Андерсон направил подводный корабль в Гренландское море. «Наутилусу» предстояло прибыть в район Рейкьявика, где должна была состояться секретная встреча. Вертолет, ожидавший подлодку в точке рандеву, снял с борта субмарины только одного человека – командира Андерсона. Спустя пятнадцать минут вертолет приземлился в Кефлавике рядом с готовым к отправке транспортным самолетом. Когда колеса самолета коснулись посадочной дорожки аэродрома в Вашингтоне, Андерсона уже ожидала машина, высланная из Белого дома – командира «Наутилуса» пожелал увидеть президент. После отчета об операции Андерсона снова вернули на борт лодки, которая за это время успел достичь Портленда.

 

Через шесть дней «Наутилус» и его командир с почетом входили в Нью-Йорк. В их честь был устроен военный парад…

 

 

Среди современных мифов есть и такой.

 

Рассказывают, будто бы на подводной лодке «Наутилус» проводились эксперименты по установлению телепатической связи.

 

Эту информацию озвучили в конце 1950-х годов два французских конспиролога – Луи Повель и Жак Бержье. Их статья не прошла мимо внимания советских органов, защищающих страну от потенциального агрессора. 26 марта 1960 года министр обороны маршал СССР Малиновский получил рапорт от инженера-полковника, кандидата наук Полетаева:

 

«В американских Вооруженных силах принята на вооружение телепатия (передача мыслей на расстояние без помощи технических средств) в качестве средства связи с подводными лодками, находящимися в плавании… Научные исследования по телепатии ведутся давно, но начиная с конца 1957 года в работу включились крупные исследовательские организации США: “Ренд Корпорейшен”, “Вестингауз”, “Белл телефон компании” и другие. В конце работ был проведен эксперимент – передача информации с помощью телепатической связи с базы на подводную лодку “Наутилус”, находившуюся в погруженном состоянии под полярными льдами на расстоянии до 2000 километров от базы. Опыт прошел успешно».

 

Министр, как и ожидалось, живо заинтересовался таким поразительным успехом потенциального противника. Были проведены несколько секретных совещаний с участием советских специалистов по парапсихологии. Обсуждалась возможность открытия работ по исследованию феномена телепатии в военном и военно-медицинском аспектах, однако в то время они закончились ничем.

 

В середине 1990-х корреспонденты чикагского журнала «Зис Уик» взяли серию интервью у капитана «Наутилуса» Андерсона. Его ответ был категоричен: «Опытов по телепатии совершено определенно не было. Статья Повеля и Бержье целиком ложная. 25 июля 1960 года, в день, когда, по утверждению авторов, “Наутилус” вышел в море, чтобы провести сеанс телепатической связи, лодка находилась в сухом доке в Портсмуте».

 

Эти высказывания были проверены журналистами по своим каналам и оказались правдой.

 

По мнению автора книги «Парапсихологическая война: угроза или иллюзия» Мартина Эбона за статьями о «Наутилусе» стоял… Комитет государственной безопасности СССР! Цель «утки», по версии автора, вполне оригинальная: убедить ЦК КПСС дать отмашку началу подобных работ в Союзе. Дескать, партийные руководители, воспитанные в духе догматического материализма, испытывали предубеждение против идеалистической парапсихологии. Единственное, что могло подтолкнуть их к развертыванию соответствующих исследований, это информация об успешных разработках за рубежом…