Я уже опубликовал воспоминания о своих родителях, но слишком общие. Мемуары я, вообще, не люблю или считаю, что пока что рано писать их, поживу еще лет двадцать.Но тем не менее, после того, как родители ушли в мир иной, четыре года назад, оба почти что одновременно, я понял что они были для меня теми самыми "ближними",и я их никогда не забуду. И хочу вспомнить еще кое-что.
А именно, мы жили достаточно близко к природе. Мне, кажется, это редкость для современной цивилизации.
Хотя мы жили в индустриальном городе в Кемеровской области, в Сибири. В очень грязном и экологически плохом городе металлургов и шахтеров,
где не было и нет "провинциальных парков" таких как в Онтарио, в которых скворечники пронумерованы, внутренняя полиция следит за правилами распития алкогольных напитков и разведения костров. Все это в Онтарио замечательно, и характеризует "социализм", построенный в рамках "империализма". При этом в 50 километрах от дикой зоны, иногда там и медведи есть, можно найти конвенциональный МасDonald, точно такой же как и в центре Торонто.
Все было не так 40-50 лет тому назад в Сибири.
У моего отца никогда не было автомобилей. Хотя он мог себе материально позволить "Москвич" или "Запорожец". Просто он не был любителем, а на работу не проблема было ходить пешком или ездить на автобусе. Но у него были лодки. На моторных лодках мы все время плавали по реке Томь, до 200 километров в одну сторону и обратно. Даже я в возрасте 12-14 лет уже плавал по всем горным перекатам один, меняя срезанные шпонки, иногда ночью. У нас было некое строение ,вроде "дачи", в глухой деревне в тайге. Электричества там не было, керосиновые лампы. Но жили там несколько семей, русские.
Вообще то, коренное население в тех местах это хакасы и шорцы. Отец начинал с того, что с приятелями сплавлялись от Междуреченска до Мысков, и во всех деревушках заводили знакомство и лицами нерусской национальности. В частности диковинкой был фотоаппарат. Вся семья шорцев выходила фотографироваться, а на следующий год отец привозил им фотографии - за что он был как-бы любим аборигенами. Они продавали ему мед, соты с медом, пускали в баню - и я, и моя мама, мы также были допущены к этим межкультурным контактам.
Наверное, это лучшие воспоминания всей моей жизни.
Также я помню более индивидуальные походы с отцом в тайгу, когда мы была вдвоем. Мы ловили с ним так называемую сибирскую форель или хариуса. Честное слово, я лично вытаскивал до десятка рыбин. Но интересен был сам процесс. Кристально чистая и глубокая речка, правила на какую наживку клюют предпочтительно, и азарт, когда удается подсечь и вытащить красивое животное... Мы их и не могли всех съесть. Солили и везли домой. Рецепты ухи и прочее - это уже отдельная тема. Кстати, хариуса можно немного просолить и есть без всякой вторичной обработки.
Отец еще ловил на спиннинг больших тайменей, но я не участвовал. Уху, да, помню, хлебал у костра.
Вспомню, еще один эпизод,практически о том, как отец спас мне жизнь.
Я уже учился в Новосибирске в физмат школе, и приехал в Новокузнецк поздно осенью на выходные. Мы поехали на "дачу", точнее, в этот самый "сруб", где жил только русский дед Степан со своей бабкой при лучине. Я, представления не имею, какой он там занимал пост при той советской власти. Кажется, он вообще не мог существовать.
Но, не важно. Вечером мы стали выбираться в Междуреченск. Для этого надо было проплыть на лодке километров 50, по существу обогнуть большой длинный остров, разделяющий реку Томь на две протоки. На выходе из протоки на юге уже начиналась "цивилизация", то есть можно было выйти на станцию электрички, пройдя пешком около пяти километров. Да, никаких автомобилей у нас лично не было, я начал водить машину только в 2007 году в Канаде, более чем на 30 лет позже.
Все бы было хорошо и по плану, если бы вечером, когда мы плыли не пошел снег и не начался буран. Это природное явление на реке поздней осенью также сопровождается так называемой шугой. Чистая поверхность реки вдруг заполняется льдинами, точнее, мягкими льдинами, которые скорее просто глыбы снега, по ним идти нельзя. Но нельзя также и плыть, лодка застревает.
В общем, мы застряли посреди реки от берега, примерно на расстоянии 300 метров. Через эти 300 метров нужно было как-то пробиться и попасть на левый берег реки. Никаких людей не было и в помине в радиусе 100 километров, или больше. Ну, да, и мобильных телефонов в те времена не было.
Мне было, 14 лет, и я просто сел на корме в уголок и стал замерзать. Уже стемнело, и было видимо около 10 вечера. Отец говорил мне - так просто не сиди, замерзнешь. Но лодка то была без мотора, только весла.
Нам повезло только в том, что шуга пришла в стационарное состояние и нас не несло дальше. Трудно сказать сколько часов мы со скоростью 10 метров в час, как на ледоколе, прорубались к берегу. Причем, в основном физическую работу проделал отец, одним веслом. Ему было столько же лет, сколько и мне сейчас, примерно.
Имея любовь к философским рассуждениям, тут я, пожалуй скажу, что рассказы Федосеева и Арсеньева про тайгу,
мне интереснее трактатов Руссо и Торо.

-1-

Битники, про которых пишет Джек Кероуак, давно меня занимали. Также и "Sailors of the highway". Наконец-то, и мы собрались в дорогу. Примерно 4.5 тысячи километров, не так уж много, может быть, но путешествуем так первый раз. Все что от меня требуется, это честно рассказать про trip, воздержавшись от культурологических псевдо лирических и философских отступлений - как хочется моему редактору. Все эти темные Гегельянские и Хайдеггерианские места мало кто понимает. Про СССР все тоже знают, просят про природу, зверей и Канаду. Впрочем, не только Канаду, но и Америку. Мы едем в Галифакс на восток, через Квебек и Нью Брунсвик, а потом через штаты Мэн, Массачусетс и Нью Йорк на запад, домой в Торонто.

В первую ночь предполагается остановиться около Квебек Сити в оптимальном по цене мотеле. И следующим утром прогуляться по городу.

Прогноз погоды хороший. Нас три водителя и предполагаем меняться через каждые триcта километров. В сторону Монреаля от нас идет, так называемый, Нighway of Heroes, Шоссе героев, шоссе 401. Едем до Большого Яблока, Big Apple. Это обычная остановка для всех автобусных экскурсий. Моей жене, Алине, больше всего там нравится вольер, в котором содержаться ламы, овцы, петухи и курицы - в общем, воспитательный для канадских детей уголок со зверями. Кроме того, в Большом Яблоке, и на самом деле находится пекарня, что выпекает apple pies, яблочные пироги. Весьма свежие, даже горячие или, по крайней мере, вчерашние с разогревом в микроволновке.

Конечно, это гастрономический бизнес - но куда в наши дня спрячешься от бизнеса... Ничего уж, яблочные пироги - не такие уж плохие. Дополнительно, яблочный сидр и еще разного рода вкусности, snacks. Мне также надо купить солнечные очки, точнее, солнцезащитную насадку для моих очков. Я где-то потерял старую, два дня уже не могу найти ее.

Скоро проехали поворот на Оттаву, на "дамское шоссе" - почему-то Алина его так назвала, очень тихое, нет трафика и асфальт в идеальном состоянии. Но сегодня мы продолжили путь на восток и скоро пересекли границу между Онтарио и Квебеком, все тексты на заборах стали на французском языке. По карте упираемся в Монреаль, но по северной кромке. Я посмотрел на часы, на карту и прикинул где будем ночевать как стемнеет. По дороге много мотелей, снимать на лету дешевле, чем заказывать заранее. Но нужно зарядить адрес в GPS, а также доступен booking.com с телефона. Там есть цены, и прочие характеристики. Наконец, показался холм, или гора на которой стоит их Нотр Дам, впрочем, Нотр Дам это просто главная церковь в каждом городе французской Канады. С дороги указатели на Нотр Дамы видны почти что через каждый километр. Все бы было хорошо, но GPS начинает делать фокусы. Во-первых, если дорога чуть уходит в сторону - detour - координаты на картах со спутника не соответствуют текущим. Женский голос важно объявляет route recalculation, но при этом рисует маршрут с точностью до наоборот. Мы уже не один раз проезжали эдак километров пятьдесят в обратном направлении, пока не обращали внимание на компас. Конечно, лучше всего прорабатывать маршрут по картам, но лень.

В общем, на севере Монреаля сделали пару непрофессиональных авто кругов. Попали, в конце концов, в туннель, и скоро увидели указатели на Квебек. Впрочем, уже через час, два будет темно.
И так и да, в конце октября темнеет рано. Начали советоваться - искать ли мотель по телефону или останавливаться подряд. На всякий случай я зарядил какой-то адрес на восточной окраине Квебека, но через какое-то время увидели на опушке леса Village Motel. Что-то деревянное, машины ставятся у двери в номер на первом этаже. Не сразу нашли офис. Он оказался на другой стороне дороги, на бензозаправке. Цена, впрочем, средняя. Не очень дешево, и завтрака нет. Рядом какой-то ресторан. Вечером там сидеть не интересно. Погуляли минут 20 вокруг - ничего не увидели стоящего. Никто здесь и не живет, на первый взгляд.

Впрочем, утром пошли есть омлет, пить кофе - и народ понаехал. На дорогих машинах, всякие там асura luxury за 65,000. Я себе тоже чуть было не купил такой внедорожник, но, зачем мне, если езжу по дорогам... И народ то, фермеры, эдакого ковбойского сорта, в шляпах, майках с Harley Davidson. Читают газеты, приветствуют друг друга. Социализируются, так сказать. Что они будут делать весь оставшийся день - интересный вопрос.

Но, мы заезжаем в Quebec City. Запарковаться поторопились далеко от центра. В центре полно парковок и бесплатную тоже можно найти. Ну, мы в этом городе уже были два раза. Здесь много пушек. Память о гражданских войнах с участием французов, англичан и американцев. Непонятно кто с кем и зачем воевал, но каждый новый генерал строил стенку от каких-то врагов. Известно, что сюда бежали роялисты, которым нужна была королева, и не нужна была новая американская свобода и независимость. Как известно, королева Елизавета и сейчас рулит, якобы, в своей commonwealth. Куда ты поехал из Израиля? - меня спрашивают. В Израиле героические евреи, сражающиеся за еврейскую цивилизацию, а Канада - британская колония. Вот если бы и Израиль был под мандатом Англии - я бы там, может быть, жил в теплом климате с удовольствием. Есть же Новая Зеландия, где евреев мало и климат неплохой.

Ну, хорошо. Я обещал молчать, и не уклоняться от хорошего текста, годного и в "чувства без границ" без надоевшей читателю политики. И так, Джордж тоже потерял свои солнечные очки. Пришлось начать искать. И что же, в пространствах тойоты, под сидениями нашел все - свою солнечную насадку, очки Джорджа и еще крышечку от объектива фотоаппарата, которая пропала месяц назад. Возможно, что и это кому-то покажется интересным.

В этом мотеле интернет не работает. Пришлось включить roaming в телефоне. Все таки я не выдержал и заказал, booked, гостиницу в столице Нью Брунсвика, прикинув, что до Галифакса ехать более тысячи километров. А мы отдыхаем, нам автогонки ни к чему. Нашел дешевый номер на троих.

В Квебеке мы уже были с русскими автобусными экскурсиями. Я помню был хороший экскурсовод с понятным английским. Долго рассказывал про все эти пушки. Пушки времен гражданской войны и лоялистов стоят на каждом углу.

Впрочем нашел и скульптуру Ганди - великого махатмы Ганди, который популярен везде. Канада -мультикультурная цивилизация. Но французская Канада, провинция Квебек, считает свою культуру правильной, а ту что в Торонто и в Онтарио неправильной, в Торонто сидят и делают деньги, а по случаю делают down shifting в Квебек. Здесь живут интроверты.

Мы погуляли час, полтора по знакомым улицам. Отметили, что в Квебеке нельзя делать поворот направо на красный цвет, если это кому-то тоже интересно... Вернулись на подземную парковку. Я заплатил долларов шесть и вывел машину наверх, где Алина и Джордж соображали кому сесть за руль.

Итак, едем дальше. Осенние леса фантастические, дороги пустые. Когда попали на участок с detour, cпутник со своими координатами начал опять присылать галиматью, но дорога прямая, едем себе и едем. У меня атлас дорог, но тоже паршивый, нужно будет поискать другой. На страницах разный масштаб, то крупнее, то мельче. Какие-то участки вообще нигде не найти. Как тот учитель географии не нашел на карте Берингов пролив и тихо помешался...

Джордж практически по дороге не болтает - ну там про всякие вопросы распада СССР, могущество КГБ и мощь науки, запустившей на орбиту собаку Лайку. А то невозможно было рулить со словесным поносом некоторых ораторов. Я не понимаю одного - откуда такие восторги? Ах, Стругацкие. Ах, Щедровицкий. Ах, КГБ. Ах, гостиница Астория в Питере, иже выпивающие там товарищи Уфлянд и Довлатов. Для меня разложение и распад СССР это трагедия. А ораторы упиваются счастливым детством, что есть, что нет его - детства и СССР - они умиляются, как же было хорошо им всем там.
Алина чирикает, но в основном про правила дорожного движения и то как их нужно нарушать, чтобы не платить за страховку. Я уже в этом году плачу за разные там аварии и превышения скорости и она бдит, если я превышаю 120 км в час. При обгоне ворчит, но терпит 130. Полицейские машины с мигалками работают, штрафуют кого-то даже в глуши. Но я прикрываюсь машиной впереди, ею остановят первой со своими радарами, а я проеду - они же не могут поймать две машины за один раз...

Доехали до границы с New Brunswick и до атлантического часового пояса. Я включил камеру и запечатлел этот момент для приятеля в городе Омске. Тот было хотел навеки поселиться здесь или в Nova Scotia - но Канада его не пустила. Так что он заказал у меня видео. Впрочем, эти кадры пропали - я что-то перепутал с включением фильтра и снял все в каком-то сиренево-розовом цвете, получился видео брак, выбросил. Местность впрочем сильно напоминает Алтай, Белокуриху и Белоярск. Холмы, леса. Планета то наша маленькая, воробьи и голуби хотя бы интернациональны, хотя и не знают о чем идет речь, но на всех континентах одинаковы.

Я не помню, где мы и как обедали. Кажется что, еще домашними бутербродами из Торонто. За бензин мы с Джорджем платим по очереди. 50 литров долларов за 60. В Америку будет дешевле, примерно 40. На въезде во Фредериктон спутник опять запутался со всеми мелкими развязками. И уже стемнело. У меня в телефоне альтернативный GPS, кажется, что-то внятное говорит. Но по этой улице сделали два круга, и вынуждены были остановиться на плазе с Sears, примерно по адресу Fredericton Motor Inn. Я пошел пешком, и оказалось гостиница - в 200 метрах, но въехать туда можно через задний двор, в сумерках неясно как объезжать прямо по шоссе. Тащим чемодан в большой пятиместный номер с тремя double bed. Беда в том, что ночью я всегда храплю и Джордж этого вынести не может. Последний раз в общем номере ночевал с нами.

Но гостиница роскошная за такую цену. Я, конечно, забыл там power supply для ноутбука. Power supply к Мас Джорджа к моему HP не подходит. А с работы меня достают, править им срочно что-то кривое, что не может подождать, пока я вернусь из отпуска. Кушаем омлеты и пьем кофе и чай. Джордж требовал принести масло, которое отсутствовало на столе. Я нашел ореховое масло, противное, но съел. Вообще, я люблю Peanut Butter, хотя знакомый профессор по диете не одобряет. Едем дальше.

Для культурного прорыва двадцать минут гуляем в историческом сквере Фредриктона, а также около маяка, lighthouse на широкой реке. Кирпичная старая школа из 19 века. Обычные пушки от гражданской войны. Памятники ветеранам первой, второй и корейской. Да уж, Сталинградской битвы на территории Канады не было, но память о солдатах так или иначе погибших в мясорубках 20 века жива. Ведь все любят родину. Более того, они тут и в Америке, в гнезде глобализма, любят свою Алабаму, Теннеси и Пенсильванию не ослабевая - полная музыка эмоций, что в России в Рязани, на Гатчине и в Подмосковье. Так что удивляешься ненависти братьев, истинных русских с балалайкой и сталинизмом в башке. Идем по центральной улице - да уж наблюдаем sex shop, но что там купишь интересного - цепи и плетки для мазохистов. Другое дело народный праздник Хеллоуин. Говорят - альтернативное Рождество. Но все эти паучки, вампирчики и тыквочки у бывшего советского человека вызывают недоумение и ностальгическую тягу к объективной реальности и историческому материализму.

-2-

Как мы знаем Титаник, тот самый, затонувший, направлялся в Галифакс. Новая Шотландия, или Nova Scotia, была Меккой десятка миллионов неудачников из Старого Света. Интересно бросить взгляд. Алина вцепилась а руль и желает за рулем встретить блеск Атлантики. Пока что еще не блестит. За окном чисто алтайский осенний пейзаж, сопки. Я смотрю на простую карту, чтобы не прозевать границу провинции. Кажется будет резкий поворот на юг и прямой переезд до самого Галифакса. Я там нашел случайный мотель со словом Motor в названии, который должен быть дешевым. На него я выставил координаты.

Наконец, появились щиты welcome и какая-то реклама раков, lobsters. Ясное дело все в Новой Скотии пьют много пива, и кушают лобстеров. Появились какие-то фабрики и гаражи с морскими контейнерами. Фабрики дымят, но трудно сказать насколько вредным для окружающей среды белым смогом. Я то родился в городе Новокузнецке, где и в 1998 вовсю дымил КМК, воспетый Маяковским. Но плакат на вокзале - "здесь будет город сад"- современные демократы сняли. Или, я слышал, при Путине реставрировали, как реставрируют много чего из прошлой жизни. Впрочем, ЗапСиб, который строил уже не старый Корчагин, а мои земляки и братья - дымил поменьше. Но все же дымил - канцерогенными компонентами. Надеемся, что демократы в Северной Америке борются с этим и около Галифакса, и в Нью Джерси тоже.

Конечно, здесь селяне все люди успешные. Им не надо негативных вирусов и страданий от контр переноса от психопатов и шизоидов. Хотя я подобрал книжку - примерно с названием следующим - "чему могут научить успешных людей психопаты, шпионы и серийные убийцы?" Алина читала с интересом. Хорошо, что я хотя бы не серийный убийца - это факт.

Ну, хорошо, мотель оказался китайским. Хозяйка, ну прямо таки, любезность в кимоно. Дала нам четыре адреса, которые сегодня, по случаю воскресенья, все же доступны в городе. А сегодня, к тому же thanks giving day. У них все закрыто, канадцы сидят дома, в своих крепостях, едят индейку, turkey.

Но, мы трое голодных русских, или да!, русскоговорящих! Я полуеврей -не отрекаюсь. Забросили чемоданы в нумера, и пошли было по карте в down town - но вернулись. Во-первых, далеко, во-вторых, местность скучная, как Дзержинский район в Новосибирске, где мы все трое когда-то прогуливались, а как же!.

Поехали на машине, причем в одном месте опять GPS сконфузился, какие-то объезды, не опознанные из космоса. Наконец, на крутом спуске, я повернул в какую-то неправильную улочку и запарковался от ресторанов далековато. Пошли пешком уже по набережной океана, и со второй попытки нашли "ресторан", подарок китаянки, он нашелся внутри отеля Marriott. Нас обманули. А Джордж еще боялся что нас не пустят в джинсах. Лобстеров свежих ни черта нет - принесли лобстера с макаронами. Тьфу, какая гадость эти ваши макароны. Но поели, запили пивом. Мы с Алиной запили. Джордж уже давно ни капли в рот не берет, еще с времен ДОТ, добровольного общества трезвости, имени меченого Мишки Горбачева, когда он жил в деревне Матвеевка около научного центра, Aкадемгордка, и писал что-то про эти, черт, как там, сети Петри, в качестве диссертации. Так что он и повел машину в мотель, издеваясь над прогрессом и навигацией, ошибочно указывающей повороты в направлении куда-то на восток, вместо запада. Но если Джордж не пьет алкоголь, он знает толк в бальных танцах и в салатах из растений, произрастающих в межконтинентальном пространстве и в его личном огороде. Я его салаты из одуванчика пробовал - вкусно, здорово, питательно и нечто более чем органическое.

Спим и утром, попробовав завтрак китайского происхождения, едем в гавань. Берем круиз с китами. Нам предупреждают, что с китами - как повезет. Они могут и не приплыть.

До отплытия катера есть время и мы едем в Point Pleasant Park. Там большой залив океана, яхты. Исторический мемориал иммигрантам, а также солдатам первой, второй мировых войн.
Фантастическая осень, аллея в красном и желтом, еще чуть зеленом. и вечно зеленые хвойные виды флоры. Да, красиво. Рядом порт со всем морским оборудованием, доки и лебедки.

Собаки отпущены с повадка, но добрые. Большие ньюфаундленды, колли - мимо пробегают, виляя хвостами. Белая девушка крутит хала-Хуп, наверное, минут 30 - я снимаю на видео. Велосипедисты и пожилые пары, seniors. Холеные и богатые, видимо.

Оставался час до круиза и мы устроили обед. Нам принесли настоящих и свежих лобстеров с усами, клешнями. Вкусно достаточно, но что-то знакомое, когда-то ел уже. Порции разные по весу. Лобстер живет лет 12, а точнее, говорят никто не знает умирают ли они вообще. Каждый год жизни лобстер набирает вес, линейно. То есть ему столько лет сколько он весит. Мы заказали весом в один фунт. Мясо находится в клешнях, под другими роговыми частями. Кишки не едят, выбрасывают. Джорджу попалась лобстер-самка с икрой внутри.

Вот и наш катер плывет в открытый океан. У гида хорошо подвешен язык, комментирует береговые сооружения и переходит к лекции про лобстеров. Про лобстеров на полчаса или больше. Вытаскивают из океана ловушку - там одна рыба и один маленький лобстер. Их выпускают, а для лекции достают домашнюю заготовку - старого увесистого рака, он шевелится и про него нам рассказывают все, что известно науке.

Наконец, пришел момент стать у бортов и ждать китов. Киты, конечно, не знают, что им нужно показаться. Но тюленей, seals, относительно много. Одного снял ни видео довольно близко, с усатой мордой. Один кит, кажется, близко проплыл. Видно было что-то большое и темное - eight o'clock по ходу корабля. Каждый раз катер тормозил, если морские звери показывались. Гид говорит каждый раз, что нам фантастически везет сегодня. Но не напоминает сколько стоил круиз.

В общем, плавали 2.5 часа. Возвращались еще с одним шоу - стая чаек просит кушать, ловит на лету куски хлеба. Точно такой же полет чаек за катером я наблюдал на Черном море около Ялты в 1988 году. Чайки интернациональны. И, уже 5 часов, вечер.

Едем закупать продукты на домашний ужин в гостинице. У Джорджа в номере электроплита, сковородка и прочие детали. В магазине живые лобстеры сидят внутри витрин-аквариумов и ждут, когда их съедят. Но, надо сказать и в Торонто они сидят также живые в бассейнах в супермаркетах. Мы замечаем, что и цена не отличается. 9.99 долларов плюс taxes за дар моря. Ах да, еще везде scallops . Тоже вкусно. Но и тридцать лет тому назад моя первая жена все время покупала что-то в магазине "Океан", кальмаров - это уж точно было в моей первой жизни.

Что там на ужин и завтрак набрали - и забыл почти, кажется, все для омлета и кефир Джорджу. Мне несладкий йогурт, и, как русскому еврею, хумус из индийских бобов, но йогурт и творог Джордж по утрам никогда не ест, хумус пробует из вежливости. Алина, кажется, накупила голубых датских сыров. В дополнение к домашним сырам, коровьим и козьим из частного очень дорогого магазина около Квебек Сити. Мы обычно еще в Квебеке, в SAQ, покупаем еще ящик вина, но на этот раз нет -только сыр.

Мемориал Титанику так и не осмотрели. По плану на завтра Peggy Cove, культовое место около Новой Скотии, на запад, по дороге в сторону города Сент Джон.

-3-

Peggy была девушка, которая добиралась к своему жениху. Я не помню добралась или нет, это можно прогуглить. Но в честь нее названа деревня рыбаков. Скалистый берег и маяк - еще один light house.

Но есть и агентство недвижимости. Я бы тут купил домик, хотя и не рыбак. Но ничего против рыбаков не имею.

Видимо скалы и на самом деле являются уникальным природным объектом, судя по азарту художника и фотографа, что охватил Джорджа. Фотографии и на самом деле удались. Мы с Алиной независимо друг от друга зашли в лавочки сувениров или crafts. Я купил за 10 долларов акварельку с маяком. А Алина что-то традиционное вроде стопочек и блюдечек, и что-то там в подарок соседке Римме Викторовне, которая сейчас кормит нашего кота в Торонто.

Далее наметили путь, якобы вдоль берега океана, на запад, но по сути далеко от берега, не видно воды. Видны деревенские поселения и осенний лес как у Левитана. Пунктом транзита я назначил город Yarmouth, и бензина должно до него хватить. Это морской порт и, если верить большой карте, оттуда идут паромы в Акадию. Конечно, эти паромы уже давно отменили, и есть паром севернее в Дигби на Сен-Джон. Я решил прямо из машины звонить и узнать точно расписание и условия. Собственно говоря, мне посоветовали заплатить сразу кредитной карточкой, разумный рейс есть завтра в 8 утра. Я заплатил. Джорджу, которому уже большой дядя, перешел за 59 лет, вышла десять долларов скидка. Но, вообще, цена сумасшедшая, не буду здесь расстраивать, или радовать, читателя.

Алина поставила себе цель въехать на "лошади", то есть на тойоте, на палубу парома. Тренируется водить, а то в Торонто ей до работы 5 километров, страдаем что нет трамвая, и машина выходит что зря куплена. Пошел дождь, как тут говорят, drizzle. Я чуть было не зарядил маршрут на остров, требующий дополнительного парома, но там очень элитарный туристский комплекс. Все же мы туда не свернули и доехали до порта и парома. Пошли с Джорджем в офис - да, в компьютере моя заявка есть. Завтра явиться за 40 минут до отплытия, можно за полчаса. Предлагают accommodation, но я просто спросил как проехать в гостиницу самим? Поехали в гостиницу Адмирал Дигби, где "все" останавливаются". Гостиница не дешевая, но с видом из окна на залив океана. Алине нравится и денег не жалко.

Утром было примерно так два десятка машин на погрузку. Паром называется Princess of Acadia. Три часа в открытом Атлантическом океане.

Внутри есть все. Очень дорогой корабль. Неужели косит под Титаник? Идем в тумане, ничего не видно. Что мог на берегах снял на видео.

В Сен-Джоне живет знакомый project manager, но я предварительно о визите не сообщил. Звоним другому бывшему советскому человеку, но в душе сибиряку, и спрашиваем как там в Бостоне? Он говорит, в Бостоне пробки, объезжайте. Но советует спуститься с шоссе на юг в Акадию. Смотрю расчетное время. До границы с USA полтора часа, но все хотят завтракать. Особенно Джордж. Раза три сворачиваем с шоссе по указателям с вилкой и ложкой, но там или вообще ничего нет или закрыто. Голодный Джордж соглашается на обед в Америке, хотя известно, что там food disaster, кормят плохо. Все что не сертифицировано как органическое - яд, с ГМО, генетически модифицированное, и с антибиотиками. А ведь и дорогой Леонид Ильич Брежнев собирался выполнить продовольственную программу, но проиграл войну.

В Америке все же пошли в придорожный ресторан, с осторожностью что-то съели. Рядом стол - кушают двенадцать полицейских, шерифы и с ними дамы тоже вооруженные до зубов, при исполнении, но судя по надписям на куртках занимаются охраной зверей из wild life refugee. Я насмотрелся в Израиле на солдат, которые берут автоматы с собой в домашний отпуск, и таким образом бряцание оружием там столь романтично. Пока встречал только вооруженных полицейских в Северной Америке. Хотя в Даллас еще не ездил, посмотреть на настоящих мужиков, вооруженных во имя демократии.

Проехав еще часа три, Джордж стал спускаться к океану. Сначала по пустым проселочным дорогам, потом пошли густо заселенные города, со всей инфраструктурой цивилизации, но и мотелями и центрами туризма. Опять реклама лобстеров. Только это уже восточное побережье Америки. Асаdia Provincial Park большой, и до центрального входа, где нужно покупать билет и платить за парковку мы не доехали. Два раза останавливались на фотосъемку и радиальную прогулку в лес. Наконец, доехали до Атлантического океана - подошли к берегу. Довольно все чисто и дико. Есть еще туристы с фотокамерами. Волны режут скалистый берег. Скалы не такие как в Peggy Cove - но панорама впечатляет. Не жалеем, что потратили четыре часа на посещение.

Смотрю куда мы можем доехать и остановиться на ночь. Мы, вообще-то, в штате Мэн. До Массачусетса или Нью Гемпшира доехать можно успеть, если бы было спортивное соревнование или война. До Портланда можно успеть, но есть еще по дороге большой город Аугуста. Туда и едем. Но приезжаем уже затемно.

Находим в POI, points of interest, мотель, но, оказывается, это какой-то групповой жилищный комплекс, сдают комнаты на неделю, но никак не на одну ночь. Спрашиваю у местного товарища на всякий случай, где тут можно переночевать? Но товарищ лет двадцати не то накурился, не то пьян. Несет от него перегаром. Начинает спрашивать есть ли у нам transportation, а в нем GPS, и начинает объяснять как им, GPS, пользоваться. Я и сам знаю, как им НЕ надо пользоваться. Толку мало. Наконец, я нахожу и сам motel 6. Наш любимый дешевый мотель в Соединенных Штатах, или в пиндосии. Берем комнату нам, и комнату Джорджу. Интернет не работает, но Джордж утверждает, что пошел разобрался в reception, и у него заработал. Смотрел на своем Маке футбол, он, видите ли, за киевское Динамо болеет, как себя помнит.

Я тоже пошел в reception, правда, за чайной заваркой, и наблюдал вселение американской пары с собакой. Шестой Мотель welcome pets. Они еще и курят, но их в номер прописали. Собака и ночью, и утром за стенкой гавкала.

-4-

Алина стала копаться в сумочке и установила, что не взяла с собой driver license. Рулила больше 1500 км без прав. Забыла, видите ли, дома в Кароле. Еще хочет рулить, но Джордж ей сказал не надо. Кому нужен огромный штраф? Я сел за руль и проехал Бостон уже в Массачусетсе. Правда километров двадцать ехал в сторону Монреаля, но развернулся в обратную сторону и поймал какой-то sea food ресторан, мы еще с утра не кушали. Официантка сумасшедшая. Записывает заказ, но приносит то, что ей взбредет в голову. Потом ее заставляем заменить. В конце я ей сделал выговор, потому что Джордж заказал вегетарианский омлет, а я омлет с сыром, а она принесла два одинаковых. Она стала кричать, что так мне обошлось дешевле! Хотя я ее не просил об этом заботиться. Деньги не проблема когда хочешь правильный омлет.

Где-то после Бостона, Алине опять рулить не дали, Джордж повел до города Албани, уже в штате Нью Йорк. Там я стал вычислять, что до Торонто мы можем доехать только поздно ночью. А еще только пятница. Есть еще один день по плану. Тогда мы решили ехать в Итаку и сообщили туда об этом товарищу из Сибири. Тот сказал забрать его из кампуса и пообещал позаботиться об ужине. Ну, в Итаку я езжу часто, поэтому сел на место водителя, а Джордж только ворчал, что я как-то еду неправильно, не так как он сам обычно ездит. Впрочем, едем в темноте, превышаем лимит скорости, но до 120 км Алина терпит и не вспоминает все мои tickets каждый раз.

Вот и угол Garden and Tower. Вызываем Сашу из научной лаборатории, знакомим с Джорджем. Едем покупать органического бизона и рыбный соус. Саша надевает фартук и час колдует у плиты. Кушаем как белые люди из Сибири. Едем ночевать в гостиницу, у Саши в bachelor apartment очень тесно.

Утром экскурсия по кампусу и ботаническому саду университета Корнель. Да, Саша, считает, что его студенты будут управлять миром. Университет и на самом деле старинный, корпуса из 19 века. По улицам гуляют олени. Белочки как в Академгородке в Сибири. Затем, Саша идет работать, а мы заезжаем на озеро Каюгу. Мы там были зимой в январе, теперь смотрим что здесь в октябре. Водопад, ущелье, осенний лес. Джордж занят фото охотой.

Вот и все. Едем кратчайшим путем в Торонто, домой. Вычисляю задержки на пограничных пунктах. Едем через Buffalo и Peace Bridge. Впрочем, от канадской границы до дома еще 2 часа вокруг озера Онтарио через Гамильтон.

Тот, кто прочитал это все - молодец. Меня просили два редактора, сочинить что-нибудь приличное. Ну, совсем уж приличное я не могу. Нет нет, да поругаю советскую власть и сопутствующие ей в 21 веке политические обстоятельства. Впрочем, sic transit gloria mundi. Ура!

Два дня общественность нескольких континентов отмечала день рождения В.С. Высоцкого. Ему исполнилось бы 76 лет. Мог бы дожить. Но -нет, так долго поэты не живут, сгорают быстрее.

Я отмечал день памяти Высоцкого в Канаде, а в России - мне сообщили - общественность "отрабатывала карму". Пели Пугачева, Кобзон, Боярский и другие популярные личности. Ну, как же отрицать тот факт, что Алла Пугачева звезда? Звезда, звезда, а как же, и фабрикант звезд. И пели все господа артисты хорошо.

Я нашел во всепокрывающем интернете полное, или достаточно полное, собрание сочинение Владимира Семеновича, и обнаружил там произведения о которых, может и подозревал, но никогда не читал, не слышал. Возможно, они писались "в стол", или слишком аутентичные для барда. В театре, видимо, ему хватало для творческой реализации чтения Шекспира.

Потом я случайно наткнулся в списке российских литературных конкурсов на предложение написать эссе о философии в творчестве Высоцкого. Но приглашались студенты и конкурс для студентов. Это странно, так как молодые студенты не помнят Высоцкого также хорошо как помню его я. А я пишу культурологические эссе, так что мог бы попробовать... А нужно ли?

Дело в том, что не следует "озвучивать" все подряд, вербализация и дискурс в плохом исполнении вредны. В эссе будет больше меня, чем Высоцкого - кому это нужно? Предположим, мне то нужно.

Попробуем сравнить философские аспекты двух поэтов и двух эпох, период от Маяковского до Высоцкого. Во-первых, нужно бороться с предрассудками. Высоцкий на щите культуры СССР и он второй после Юрия Гагарина по популярности? Возможно, что этот "попс" есть просто оскорбление памяти о нем как о человеке. И что, Владимир Семенович, страдал от того что не мог пробиться в эшелон, или в "голубой вагон" с Кобзоном, Розенбаумом и Боярским? Он что имел двойное дно в душе и ему мало было популярности в подворотне? Марина Влади ему была нужна для того чтобы "выезжать за рубеж", да еще к морфию его приучила? Предрассудков много.

Маяковского, я признаюсь, по сравнению с многими другими поэтами, я не любил. Но, вот беда, у меня фантастическая память, я помню все что читал 40 лет тому назад. А читал я повесть Льва Кассиля про Владимира Владимировича, и позволю себе пересказать своими словами фабулу. Дело в том что Маяковский был здоровенный детина двухметрового роста. И он просто не знал куда себя девать. Все тогда были образованные и чувствительные и читали, например, Уитмена. И Маяковский тоже. Стал писать стихи. Но, видимо, некоторое время не знал что с ними делать, также как и со своим гигантским двухметровым телом. Он просто самовыражался. Заодно примкнул к революции и попал в файлы охранки. Но я не думаю, что он много размышлял о необходимости преобразования социума и о гадостях самодержавия. Просто ему некуда было деть себя со своей конституцией большого человека, позже, "облака в штанах".

Далее какой-то футурист, Бурлюк кажется, сказал ему что Владимир Владимирович пишет классные, или по крайней мере оригинальные стихи. Маяковский проник внутрь культуры и начал носить желтую кофту, подвешивать рояль на сцене, другими словами, начал выступать. И это зашло далеко, так что, уже гораздо позже, о том прослышал Иосиф Виссарионович и назначил его на пост в пролеткульте.

А Маяковский взял и застрелился. Я всегда хотел думать, что он раскаялся в своем политическом ангажементе... Но, сложный вопрос... С 1915 года с этой Лилей Брик, которую Андрей Вознесенский назвал монстром.

По крайней мере это то, что я помню из детства и из школьной программы.

Где-то в конце 80-х один авторитетный для меня товарищ заметил, что стихи то у Маяковского есть неплохие и стоит почитать. Да, я послушался и стал читать.
А то что я читаю, я запоминаю... В это же время, будучи в Москве в командировке, я зашел в музей Маяковского и мне было интересно. Человек он Большой и умер "не за хрен собачий". Прошу прощения, но он бы понял что я хочу сказать. А стихи его, некоторые, мне нравятся.

Теперь сравним с Высоцким. Он, собственно говоря, актер московского театра. У него была работа. Могу представить себя, стимулируя воображение "Театральным романом" Булгакова, что это за среду существования. Конечно, Высоцкий мог хотеть того, чтобы о нем услышал министр культуры. Но до какой степени пресмыкаться? Так что он жил в параллельных измерениях. С одной стороны, да, работа в советском театре и дружба с Демидовой и Золотухиным. С другой стороны – маргиналы.

Как-то раз Рама Кришна пригласили на банкет и предложили явиться туда, переодевшись в хороший костюм. Он сказал, что никогда не носит хорошие костюмы, униформу чиновников, и не намерен специально одеваться на прием. Придет в том, что носит всегда. Кстати, Игоря Летова, тоже попрекал лично Баркашов, что он носит черные одежды и в кедах. Рама Кришна тогда сообщили, что на приеме его не ждут. А Летова терпели и даже сделали героем национал-большевиков, напоминает карьеру Маяковского.

Маяковский и Высоцкий также пристегивали и отстегивали социальную пуповину. А, вообще-то, государство стоило ли того? Если философия есть любовь к мудрости, то из-за какой такой мудрости поэты горят?

Хорошо. Мне удалось дожить до второго десятилетия двадцать первого века, хотя было бы лучше, чтобы я не дожил. Память не утратил. Но, что добавить к этой памяти, что можно найти НОВОГО? Предположим, весь этап в 60 лет, то что произошло с Маяковским и с Высоцким, это просто замечательное время. Ведь мы были счастливы. Зачем это все было? Хороший философский вопрос, и Леонид Ильич, дорогой генеральный секретарь, на что-нибудь сгодится.

Лучшая книга про СССР, которая мне попадалась, это компилятивный труд по кулинарии. Ни слова о марксизме, только фотографии советских городов, счастливые лица, и рецепты, примеры блюд, что мы все тогда кушали и варили из продуктов, которые можно было купить в магазинах Елисеева или в сибирских гастрономах тоже.

А еще, конечно, лучшие герои советского союза - Высоцкий и Гагарин. Под сенью хорошего Сталина – Маяковский. И главное при этом то, что "мы не понимаем, но нам сказали".

Jean The Birdman

Songwriters: P. GUNN, ROBERT FRIPP, DAVID SYLVIAN, TREY GUNN
Перевод с английского

Жан Птичник

Он в седле живет.
Гладит гриву скакуна.
В играх крови, блефа
И амбиций.

Конь не хочет в брод идти
Через бурный перекат.
Он на всякий перевал
Нервным жестом забивал.

"будь со мной,
вздохни поглубже,
отступи на три прохода,
поверни назад в атаку"

Боги смеются.
Тащат царства на себе.
И они сорвали его банк.
Он поднялся на собственных крыльях.

Небо может постелить ему постель.
Но Птичник Жан потащится вперед.

Палец на курке.
Глаз на циферблате.
Без передышки в играх.
Пуля послана в цель.

Шесть сердец издохли,
Но воображают – живы.
Пыльными кругами
И с пропащими мозгами.

Кто охотник? И кто дичь?
Бог не может все любить.
Америку благословляет Бог.
Но фора не тому досталась.

Убираясь в никуда,
По колено в дорогах.
Шанс под утро не убиться
И ненадолго заснуть.

Небо может постелить ему постель.
Но Птичник Жан потащится вперед.

У него на шее крест,
Доставшийся от старой мамы.
И с цепочки ржавой
Давит на трепещущее сердце.

"Не рассчитывай на случай"
Ангелы поют ему.
"Не смотри на флюгер часто,
Все про ветер сами знаем".

Жизнь как скотный двор.
Койоты да кобылы.
Жизнь дерьмовая арена риска,
Чтобы презирать там правила.

Если так нужны гаранты,
То смотри на знаки страха,
И в открытом мире сыщешь
Казино, рулетку, покер.

Небо может постелить ему постель.
Но Птичник Жан потащится вперед.

 Неструктура

В ожидании звонка, sms,
Да любого сигнала..
Progress bar тянет видео.
Денег мало.

А зачем нужны деньги?
Этот отель, как в Париже,
Последний? О, нет, эта роскошь
Не для меня.

Дни. Последние дни
Как последний патрон.
Ну хотя бы на час стать
Героем как он.

Это правило - не убивать
Хорошо. Зла не помнить?
Но кто же, кто же сможет
Понять?

48 часов вез какие-то
Вещи и боялся не довезти.
Но не это. Не то.
Доползти.

Через платный туннель
Из Манхэттена в Бруклин
Провезти самоцель, документ,
Самиздат.

Впрочем, эта структура
Давно распадалась.
И не отвечала на крики ура,
Не хватало какую-то малость.

Песни пела,
Качала белок, протеин,
Но не дожила,
И осталась одна, как была.


11.18.2012
NY
 

Уистен Хью Оден

Похоронный Блюз



Рояль, будильник, телефон
Заткнутся  к черту.
Псу сахарную косточку кидай.
Гробовщиков, продавших гроб,
Хвали и одари рублем.

Аэроплан на небе
Пусть разгонит облака.
И струи выхлопного газа
Чертят - МЕРТВ ОН.
На шеях  голубей плакаты
Пусть сообщают новость ВСЕМ.
Дорожный полисмен,
Следящий за порядком на шоссе,
Оденет  черные перчатки.

Он был как компас.
Мне показывал
На север, юг,
На запад, на восток.
Руководил в рабочие часы,
И управлял прогулкой
По субботам.

Я думал это вечно
Будет продолжаться.
Теперь ни звезд, ни лун,
Ни света солнца не хочу.
Теперь осталось
Океану высыхать.
И некому в лесу
Кострище шуровать.
Теперь добра не сыщешь.


W.H. Auden

Funeral Blues

- 1 -

Stop all the clocks, cut off the telephone,
Prevent the dog from barking with a juicy bone,
Silence the pianos and with muffled drum
Bring out the coffin, let the mourners come.

Let aeroplanes circle moaning overhead
Scribbling on the sky the message He Is Dead,
Put crepe bows round the white necks of the public
    doves,
Let the traffic policemen wear black cotton gloves.

He was my North, my South, my East and West,
My working week and my Sunday rest,
My noon, my midnight, my talk, my song;
I thought that love would last for ever: I was wrong.

The stars are not wanted now: put out every one;
Pack up the moon and dismantle the sun;
Pour away the ocean and sweep up the wood.
For nothing now can ever come to any good.

Ты, как всегда, идешь налево.
Квартирка у тебя - нора.
Мне твое детское Ура
Ничем не хуже гимна королевы.

Припоминаю и букет
Подаренный тебе в угаре.
На перестуке уцененных лет
Смеялись сонные татары.

Какие там еще врачи,
Когда попал в медвытрезвитель.
На педсовете палачи,
А дома пьяненький родитель.

Снимала ты штаны весной,
Но утепляла зад в морозы.
Но я недолго жил с тобой.
Я проскочил метаморфозы.

 

Мартин Хайдеггер.

Проседание сущего.



В фундаментальном настроении ужаса мы достигли того события в нашем бытии, благодаря которому открывается Ничто и исходя из которого должен ставиться вопрос о нем.

Глубокая тоска, бродящая в безднах нашего бытия, словно глухой туман, смещает все вещи, людей и тебя самого вместе с ними в одну массу какого-то странного безразличия. Этой тоской приоткрывается сущее в целом.

Изначальный ужас может проснуться в нашем бытии в любой момент. Для этого совсем не надо, чтобы его разбудило какое-то экстравагантное событие. Глубине его действия отвечает мелочность возможных поводов для него. Он постоянно готов ворваться к нам, и все же врывается, вырывая почву из-под наших ног, лишь очень редко.

Проседание сущего в целом наседает на нас при ужасе, ужас подавляет нас. Не остается ничего для опоры. В ужасе остается и захлестывает нас только это ничего. … В фундаментальном настроении ужаса мы достигаем того события, благодаря которому ставится вопрос о бытии, и, исходя из которого ставится вопрос о нем.

Ужас приоткрывает Ничто. В ужасе “земля уходит из-под ног”. Точнее: ужас уводит у нас землю из-под ног, потому что заставляет ускользать сущее в целом. Отсюда и мы сами — вот эти существующие люди — с общим провалом сущего тоже ускользаем сами от себя. Поэтому в принципе жутко делается не “тебе” и “мне”, а “человеку”. Только наше чистое бытие в потрясении этого провала, когда ему не на что опереться, все еще тут.

Усиливающаяся бездумность проистекает из болезни, подтачивающей самую сердцевину современного человека. Сегодняшний человек спасается бегством от мышления...И все же каждый может выйти в путь размышления по-своему и в своих пределах. Почему? Потому что человек - это мыслящее, т. е. осмысляющее существо. Чтобы размышлять, нам отнюдь не требуется "перепрыгнуть через себя". Достаточно остановиться на близлежащем и подумать о самом близком: о том, что касается каждого из нас - здесь и сейчас, здесь, на этом клочке родной земли, сейчас - в настоящий час мировой истории.

Довольно давно Ильф и Петров заметили, через реплику Остапа Бендера, что заграница как загробный мир, кто туда попал не возвращается. Однако, это не всегда так, иногда возвращаются.

Счастливы те, кто не сидел в собрании легкомысленных. Это уже из библии. Но бывает часто так, что жизнь она как локомотив , "прет и прет вперед", а счастье имеет формы причудливые.

Я знал, точнее слышал не однажды от знакомых иммигрантов, что у Сергея Довлатова все хорошо с юмором. Набрав в русской библиотеке Торонто его книг, я с удовольствием убедился, что юмор, ирония и сарказм - просто класс, соответствуют реальности.

Подобные сочинения, которые пишут иммигранты, читают и те, кто живет в России, и, возможно, за границей не бывал никогда. Впрочем, некоторые на самом деле посещали "зарубеж", и пишут заметки.

Марию Федоровну Татарович просили написать "правдивую статью" о ее выезде из России, о том как ей жилось "дома" и как живется в "загробном мире", и эту статью, вариант, написал за нее Сергей Довлатов - русский Кероуак, и почти Тургенев. Веселенькая получилась повесть.

Впрочем, другой деятель культуры, играющий джаз, посещающий заграницу, но не предающий родину, так заметил в своем блоге. Сергей Летов. “О Столицах, Провинции и Эмиграции из них”. Он пишет:

“Ну а теперь посмотрим на эмиграцию. По сути - эмиграция, эта та же глухая провинция, но без патриотизма, без корней, без оправданности собственного местопребывания. Люди, которые не пригодились в собственной стране, махнули на все рукой и поехали исключительно за хлебом с маслом. Как правило, мало чего видели за пределами своей Жмеринки, Херсона или Бердичева. И, кстати сказать, мало чего увидят за пределами определенного им эмиграционными властями места проживания. "Стоически" перебиваются с одной грязной и непрестижной у местного населения работы на другую, тоскуют по общению. Если есть доступ в Интернет, то сидят во всяких русскоязычных чатах, форумах, пишут в мейл-листы и т.п. Контактов с местным населением немного, так как русские эмигранты не любят говорить на иностранных языках. То есть знать языки очень даже могут, но общаться на нем - как-то неприятно, унизительно что ли, в общем, не комфортно. Надо тогда переучиваться и во всяких других культурных навыках, а это ломает. Ломает вообще как-то напрягаться. Не для этого они уезжали. ”

Да уж. По крайней мере, то что Сергей Летов пишет – это то, что ему искренне хочется,чтобы так оно и было. Да, видимо, он читал Кена Кизи, Чарльза Буковского и Джона Фанте, как человек знающий что и как в загробных мирах. Еще раз напомню - счастливы те, кто не сидели в собраниях легкомысленных. А также не ходили по совету нечестивых и на пути грешников не стояли. Было бы неплохо выбросить их жизни также и собрания вроде некоторых педсоветов, партийные конференции, и баталии на телепередачах.

А что я мог бы добавить по существу часто задаваемых мне вопросов, и по составу преступления? Что-нибудь в хвост судебным процессам над Ходорковским и Pussy Riot...

Но у Довлатова все есть. В том числе Израиль, где живут одни евреи. Магазин "Днепр" в городе большого гнилого яблока Нью Йорке. Матерящийся попугай - птичка, которую любят и поднимают на ноги полицию, чтобы вернуть в клетку. Собственный домик в Форест Хиллсе. Кокорев Гордей Борисович из посольства.

От КГБ всю жизнь страдая,
Мы помним горечь всех обид!
Пусть Америка родная
Нас от врагов предохранит!..

Так, якобы сказал таинственный общественный деятель и профессиональный затейник Лемкус. В третьей иммиграции он подался к баптистам и говорил уже так - “если Господу угодно, Фира приготовит на обед телятину”.

Меня также спрашивали - ну а где же у вас там Свобода? И не грустно ли мне? Я лично буду еще отвечать на это и за это. Но что пишет Сергей Довлатов, все же относительно классик? Что касается Свободы, я читал у него, что мы, те кто приехал сюда, приехали не только за колбасой, но что-бы открыть рот и поведать миру свою историю. Именно в этом и преуспел сам Довлатов. Нужно ли это делать и другим всем, в частности, следует ли чем-то тут гордиться. Уехали, и кому мы там нужны? Вопрос отчасти риторически, отчасти провокационный. Очень много есть желающих уехать вслед за нами и им нужны материалы к размышлению. Тем, кто не хочет покидать Россию, тоже надо - что-то о Свободе.

Но кающиеся заграничники сообщают и о несвободе, о червячках, ползущих по желобку за деньгами. И на самом деле правда то что, хватает вещих пророков, самиздата, форумов и срачей, в которых несвобода достаточно иллюстрируется.

Вернемся к лучшим литературным образцам, имеющимся у Довлатова. И будем счастливы, что пропускаем образцы похуже.

Рассказ, который кому-нибудь пригодится.


В общем-то мы с Александром Бенсоном были друзьями. Ему было 49, когда мне 41.
Познакомились на курсах иврита в Тель-Авиве. Он снимал квартиру около таханы мерказит напротив махона бриюта, института здоровья, или публичного дома, который посещали религиозные ортодоксы, или, дати. Александр, как демон Максвелла, наблюдая из окна, оценивал пропускную способность отдельно взятой дамы.

Эти, слуги Иеговы, вообще крайне сексуально расторможенны. Я как-то зашел в центре Тель-Авива в порно кинотеатр - все посетители датишные, в черных шляпах, сидят смотрят порнушку, запустив руки в ширинки. На восточном базаре, к моей русской жене, обращались с прямым заявлением - "я хочу твоя гениталия". Русское слово, обозначающее женские гениталии и также популярное “нах кибенимать”, они выучили, но общее отношение к любви экономическое. Или у моря, стоило мне отойти за банкой пиво, к жене как правило подходили и предлагали кос кафе - чашку кофе. Впрочем, если женщина говорит им спокойно “нет”, они идут к следующей. Как Рогожин в Настасью Филипповну не влюбляются, не разбрасывают пачки в 100,000 шекелей, и не перерезают горло будем надеяться..

Далее, Александр Бенсоном, и с ним еще жил некий Саша Владимиров, имевший еврейскую бабушку в родословной, и “ло рашум” в теудат зеуте - т.е. прочерк, означающий, что национальности у него нет, - так вот они познакомились с какой-то русскоговорящей проституточкой из этого махона бриюта, а она привела к нам в гости сутенеров своих крутых из Раананы, на мотоциклах, в кожаных куртках. Ихний Зеев спросил нас - "простите, а Вы что умеете, печатать деньги?". Но, водку он пить не умел. Проституточка заработала денег, и, кажется, устроилась в Эйлате официанткой.

Но хорошо. Так там был еще некий Жорик Кунин, 50% еврей как я, и у него была жена Наташа, которая на все это посмотрела практически, и решила, что карьера проститутки в Израиале, это как раз то, о чем она мечтала всю жизнь. Стала пропадать, уходить из дома, якобы по делам метапелета. А потом Жорик нашел у нее какие-то чулки и лифчики, про которые - как он сказал, что "она его таким бельем никогда не баловала". В общем, Жорик, довольно быстро, остался в Израиле без жены.

У Бенсона была семья, кажется в Воронеже. Он все надеялся, что жена и дочь приедут к нему в Израиль. Вообще, Бенсон в России имел бизнес, BMW и какие-то миллионы, которые исчезли при киндер-сюрпризе. Он, до копейки разорившись, поехал в Израиль. Тут он решил обратиться в систему технологических теплиц, чтобы раскрутить бизнес по выращиванию рыбы в искусственной камере собственной конструкции и запатентованой им. Я ему помогал писать бумаги и чертить его установку в чертежной системе Автокад.

В конце концов это ему удалось – открыть собственный бизнес на Святой Земле. Но тут, его жена и дочь, ни то в Воронеже, ни то в Ростове - не помню - хорошо так его послали с его Израилем подальше на ... . Я помню, как он был буквально морально раздавлен. Все звонил по телефону своим женщинам. И бизнес ему уже был не в радость.

К тому же нас с ним кинула еще и местная Анджела. Я то ладно, ко мне жена из Сибири уже летела и прилетела в конце концов. А Бенсону, я вроде бы помешал однажды, подложил свинью на местном любовном фронте.. Мы с ним в 2 часа ночи плыли в Средиземном море, я ему сказал - "прости что-ли! мне эта Анджела на хрен не нужна!". На что он сказал, как биолог, - "это инстинкт, за такие вещи прощения не просят".

Потом Бенсоном поехал в Ашдод, где построил в пустыне первую свою установку в Израиле для выращивания рыбы- и его там из сектора Газа постоянно обстреливали ракетами. Так что боссы перевели его рыбную станцию в пустыню Негев - где-то около Мертвого моря. Он там построил вторую установку для выращивания рыбы. Но, видимо, страдал без женского пола.

Какое-то утешение он все же получил он непутевой Наташи, бывшей жены Жорика Кунина. Причем, видимо, даром. У него были сильные руки, и он делал Наташе массаж. По крайней мере, массаж я еще припоминаю, а потом уже без меня. Она, Наташа, ездили потом еще на его похороны.

Умер он в полном одиночестве, ночью, в постели, в пустыне Негев. Видимо, сердце просто остановилось от скуки и апатии. Администрация его бизнеса, или администрация технологической теплицы, его похоронила, но все имущество до нитки конфисковало. Жена и дочь из Воронежа на похороны приехать официально отказались.

Александр утверждал, что видит ауру, и у меня, если ему верить, хорошая аура, почему-то, три метра. На вечеринке студентов ульпана иврита мы с ним пили стаканами напиток “водка”, и студенты олим хадашим из Ирана, Аргентины, Дании и Калифорнии смотрели на нас со священным ужасом. Все суета, и все пройдет.

Кто-то смотрел
Жизни спектакль
Через театральный монокль.
Я предпочел морской бинокль
И оптический прицел.

Кто-то врет,
Заметает следы,
Путает идентичность.
Я люблю танк, люблю вертолет,
Защищающий личность.

В интересах спасения шкуры
Хороши были в мирные дни
Успехи литературы.
Но мне команды давали одни
Проститутки и дуры.

Кто-то любил мюзикл
Про Христа и Иуду.
Я купил себе мотоцикл.
Harley Davidson не забуду.

На дорогах рвань и шпана
Кидала в меня гранату.
Но родная моя страна
Берегла мою с краю хату.

Рубежи славянофильства Виктора Пелевина.


В каком то критическом очерке я встречал сравнение Виктора Пелевина с Николаем Гоголем. И я действительно в это поверил, вспомнив повесть Пeлевина «Зал поющих кариатид». На самом деле – возможно, это “Шинель” постсоветской эры.

Но русский писатель движется вперед. И, если читать все что он пишет - а мне лично интересно - то можно видеть нарастающие результаты, как бы, тут обнаружишь и “спираль” и “вектор”.

В конце концов я купил и прочитал “s.n.u.f.f”, и, доложу вам, доволен, так как там содержится результат. Результат мышления и мудрости, и , видимо, элемент социального заказа. Но, так или иначе , мир изображен, и подан. И , критики пишут, это никакая не утопия. Это реальность, все обстоит именно так - критический реализм!. Реализм в том, что никакого компромисса в ближайшую тысячу лет быть не может, как то, не может быть “двух миров - одной культуры”, “two worlds one culture”. Это цитата из “s.n.u.f.f”.

На самом деле, возможно ли пересечение, взаимное сотрудничество, возможен ли “прогрессивный глобализм”? Что вы! Распря между русской духовностью и американской , или, еврейской меркантильностью - вечная распря. Заткните, заткните же "хлебало радзиховскому", и, вот, читайте, что пишет русский писатель Пелевин, почти Гоголь.

Лучше всего удалась ему сцена "войны", сражение людей и орков. Орки не мы, мы не орки- будут говорить современные русские и россияне. Однако, тот самый "Дао Песдын", ну очень уж современное сочинение, прямо авторская песня из Подмосковья.

Но будущее видится русскому писателю именно так, а не иначе. И уже не верится, что это коммерческие смефуечечки. Да, Солженицин и Элтон Джон в GULAGе выставлены как два педораса. Слишком прослеживаются сквозные, и не побоюсь сказать, философские идеи, выписанные еще в "Чапаеве и Пустоте", и ставшие почти смехом сквозь слезы и лирическими отступлениями.

Ну, Гоголь то, пытался раскаяться и покаяться, в своем сарказме. Пытался, как мог, и не очень удачно, исповедоваться, даже в Иерусалим поехал... Пелевин -нет, он идет до конца. Видимо, тут замешано глубокое понимание диалектики "кино" и "новостей". Нарушение баланса - повод к войне. Это опять вольная цитата из “s.n.u.f.f”. Из своей писательской "оптики" русский писатель желает выжать максимум, однажды найденный удачный литературный ход делается методом.

Я, вообще, хочу абстрагироваться от того, что Виктор Пелевин получает гонорары, и ангажирован антиамериканскими заправилами моды на критику "пиндосии". Да к тому же Пелевин не плохо отслеживает западные источники, судя по лексике, взятой из smart free speech и hate speech. Так что тут еще тот случай, известный из Фрейда - атеист часто верит в бога. И, вообще, кто же спорит с тем, что Пелевин талантлив, а талант за деньги не купишь.

Сюзен Кейн, современная американсая писательница, внучка настоящего раввина, да еще интроверт и доктор философии, написала книгу не без сарказма об обитателях бизнес школы в Гарварде, и об Америке в целом. Также она описывает встречу с неким директором рекламного агентства, утверждавшего, что у него особое хобби -его хобби imagination, воображение.

Вопрос по сути - вся эта армия вампиров, бэтменов, канадский дикий человек, суры высшего класса, прошедшие тест еще одного педораса Тьюринга, и здесь же Гарри Поттер, и, раннее, Алиса в стране чудес - все это эпифеномен Маммоны? Лично я не Нострадамус, и не Пелевин- я точно не знаю ответ на этот вопрос. Видимо, Пелевин прав, что из этого может получиться религия. Но, что же, будет рулить Антихрист из Бронкса, какие-нибудь цукермахеры и цукербургеры, опоясавшие обывателей социальными сетями? Или кто-нибудь покажет пиндосии кузькину мать до того как дело дойдет до войны летающих камер?

Виктор Пeлевин в качестве российского дискурсмонгера образца 2012 года ставит точки на I. Как у Гоголя, у него попытка предложить положительного героя, весьма специфического, с мелкими черепами, металлическими заклепками на рукавах, и, на воздушном шаре улетевшем в партизаны, обманув пупарасов. Я, конечно, не стал пропускать эту заметку через “доводчик”.

Cергей Земцов
(перевод с английского, 2012)

из сборника стихотворений, Finding The Way Home.
Poems of Awakening and Transformation.
edited by Dennis Maloney, 2010, White Pine Press, Buffalo, NY.

POEMS FROM СHINA. The Way To Cold Mountain.

Li Bai. I make My Home In The Mountains.

Я построил себе дом в горах.

Ты спрашиваешь меня, почему я живу
один в горном лесу,

и я улыбаюсь, и молчу,
я добиваюсь души тишины:

душа поселилась в мирах,
где собственности нет.

Там цветет персик.
Там ручей продолжает журчать.

(23)

Yang Wan-Li. Written on a cold evening.

Поэма холодного вечера.

Поэт должен работать с пером и бумагой,
но это не то, что нужно.
Поэт не должен искать слова,
слова находят поэта.

(29)



POEMS FROM JAPAN. Break the Mirror.

Nanao Sakaki. Break the Mirror.

Cломай зеркало.

Утром,
Приняв холодный душ
что было ошибкой-
Я посмотрел в зеркало.

Смешной человек,
Седые волосы, белая борода, веснушки
как жалко-
Несчастный, грязный, старый.
И абсолютно не похож на меня.

Страны, жизни,
Рыбалка в океане,
Сон в пустыне под звездами,
Строительство убежища в горах,
Древнее земледелие,
Пение песен с койотами,
Пение песен протеста,
Ядерные войны -
Я никогда не думал, что устану,
Но мне уже семнадцать лет,

Я милый молодой человек.
Сижу в позе лотоса,
Медитирую, созерцаю ничто.

Неожиданно голос говорит мне:
“Хочешь оставаться молодым,
Тогда разбей зеркало.”

(52)


POEMS FROM EUROPE

Juan Ramon Jiminez. Route.

Маршрут

Внизу, все уснули,
Наверху, не спит
пилот самолета и я.

Летчик смотрит на компас, задача его - долететь.
Он отвечает за нас, когда мы в воздухе, и закрыты в салоне.

Я бесконечность вижу, я управляю
открытыми сокровищами нашей души.

(80)

Halldis Moren Vessas. Your Words.
Твои слова.
Твои слова
я буду читать,
как читают слепые:
кончиками пальцев,
и буду искать мою
дорогу к тебе.

Мои глаза видят только
письменные знаки.

Мои чувства и моя кожа,
и возможно, мои
воспоминания о тебе
позволяют приблизиться,
распознать тебя,
знать о тебе.

И тогда я буду пить
твои слова
кончиками сухими
пальцев моих,
жажда которых сильна.
(95)

BREATHING LESSONS. POEMS FROM UNITED STATES

Lew Welch. Difficulty Along The Way.

Трудности во время поиска.

В Поиске Совершенного Тотального Просветления
может понадобиться фонарик.
Тогда для того, чтобы воспользоваться фонариком,
нужно найти свой фонарик.

(130)

Penny Harter. Relativity.

Относительность.

Мы перемещаемся по Земле,
Когда она перемещается через нас.
На дороге проселочной мы торопимся
Убежать от Луны, а Луны бледный круг
Нас, ночных, везде догоняет.

Итак, мы останавливаем минуты,
Указывающие на нашу смерть.
Расширяем молекул вибрации,
Которым понятна дорога,
На которой стоим мы.

И когда, мы останавливаемся
В тени гор, чтобы перевести дух,
Горы продолжают пересекать
Атомы нашего тела.

(149)


Ansie Baird. Breathing Lessons.

Уроки дыхания

Поскольку ты отказался дать
мне какие-либо другие инструкции,
то хотя бы научи меня дышать.

Я постараюсь расслабиться
и дышать как ты.
Иногда это помогает.
Иногда до самого полдня
я вдыхаю, я выдыхаю, и воображаю,
что я Королева Испании,
а ты, Премьер Министр, мой
инструктор правильного дыхания ,
ты мой переводчик при Дворе
Королевских Сюрпризов,
как ты добиваешься такой легкости?

Однажды, мне стало ясно,
как человек управляет
правильным дыханием,
оставаясь в центре
событий.

Он без предупреждения
может исчезнуть,
свернуть измерения,
стать невидимкой.

Он не знает как, но
вдохом, выдохом,
сокращением легких,
неслышимой музыки
мелодию создает.

Сегодня, снова я собираюсь
дышать, и начиная сегодня дышать,
может быть, завтра,
я буду петь.

(158)

Joseph Bruchac. Canticle.

Гимн.

Пусть кто-то мечтает
об арфах и небесном хоре.
Мое решение с этой Землей
оставаться.

Когда старый седой поэт
решает остаться
жить среди животных,
почему же я лучше, и я того же достоин,
оставаться и умирать вместе с ними.

Великий Млечный Путь,
эта тропа моих предков
к последнему дому их счастья,
не то, что мне снится.

Я не верю, что наша цель Небо,
мы все равно с Дождем
упадем вниз.

(169)


Bill Pruitt. September Rain

Сентябрьский дождь

Пчелы теряют вес,
перестав собирать мед.

Между трелями сверчка паузы
становятся длиннее.
Крики жаб становятся реже.
Сентябрьский дожди начались и суставы мои заболели.

Я боюсь того, о чем перемены эти могли бы
спросить меня -
про песню сверчка,
которая вдохновляла меня,
про руки, которые прикасались
к земной поверхности
священной весной.

И мои утраты станут
прекрасными звуками.

(170)


Edith Shiffert. Song For A Bowl Of Snow.

Песня Снежного Кубка

Цветок Будды, драгоценный цветущий стебель,
белое яблоко, которое никто не вкушал,
но плод созревший, для утоления
жажды последнего человека.

Будь горой, будь океанами, дышащими атмосферой,
будь мудрым, будь благородным, жестоким, и тогда,
будь неподвижным.

Будь целым,
воплотись как алмаз, видимый глазу.

Будь телом,
которому поклоняются, будь водой питьевой.

И тогда, все это будет для того,
чтобы расцвел новый цветок.

(173)

David Sylvian

20th Century Dreaming - “Damage”
(a shaman's song)

Сны 20-го века (песня шамана)

Холодное утро
Начало нового дня.
Сон , эпилог,
Пробуждение от звука дождя.

Влечение к перекресткам дорог,
Где ценности не имеют значения,
Что ты сделал с моей верой
В справедливость, надежду и счастье.

Социальный, экономический, духовный.
Я перемещаюсь к центру любви.

Возьми мой огонь
Возьми мою еду, мою воду,
Забудь про те обещания
Социального добра,
Социального порядка.

Ковбои, своим лассо
Поймают тебя и все объяснят.
Ну я то сам, ту плохую мечту,
Как веревку ношу, и продал им
Рабочие костюмы.

Социальный, экономический, духовный.
Я перемещаюсь к дому любви.

Собираясь взять курс
Активной деятельности,
Чтобы восстановить зрение,
С той поры, как я ослеп, от
Золотого света из центра
Мотивации,
Собираясь спрятаться
На верхушках деревьев,
Или в карманах моего пальто,
Линии власти
Падают и сгорают
Недоразвитые.

Социальный, экономический, духовный.
Я перемещаюсь к центру любви.

Река поворачивается,
Несется и спотыкается.
Знаешь и ты, что не остановишься,
И в игру не сыграешь повторно,
Но каждый раз все бывает иначе,
И ты сможешь победить
На этот раз, может быть.

Падают
Мечты.
Мечты
Падают.
Приходят.
Наступают.

Социальный, экономический, духовный.
Я перемещаюсь к дому любви.





David Sylvian


20th Century Dreaming - “Damage”
(a shaman's song)

Cold morning
Start of another day
Sleeping through the epilogue
Waking to the sound of rain
Driven to the crossroads
Where value's meaningless
What did you do to my faith
In justice, hope and happiness

Social, economical, spiritual
I'm moving to the house of love

Take my fire
Take my food and water
Forget about those promises
Of social good and social order
Lassoed by the cowboys
Tied down and it shows
Well I'm roping in those bad dreams
And selling off my work clothes

Social, economical, spiritual
I'm moving to the house of love

Gonna take a course of action
To restore my sight
'til the heart of motivation
Is filled with a golden light
They're hiding in the treetops
Tugging at my coat
But the power lines are falling down
And burning in the undergrowth

Social, economical, spiritual
I'm moving to the house of love

As the river runs
Tumbles and turns
You know you shouldn't stay
Or play the game again
But it could be different this time
You may win

Dreaming, dreaming
Dreaming, dreaming lying down

Dreaming,dreaming
Dreaming, dreaming lying down

I'm moving to the house of love

Here comes the dreaming

Наше последнее “ура”.

1 -

Наши так называемые “здоровые инстинкты” аморальны и безнравственны. В то же время мораль, добродетель, нравственность, религия насаждаются в течение столетий, двух последних тысячелетий. Существует теория, что безнравственными методами, и только с помощью таких методов, данной формы морального Зла, цивилизация борется с культурой, управляет стадом. Стадо желает попов, продовольственную программу, положительные и нормальные науки, бесплатные институты – и данные структуры того стоят; стоят того, чтобы кучка Наполеонов организовала их. Существующая теория власти и нигилизма вопрошает – так какой же ВРЕД мораль, добродетель, нравственность и религия принесли человечеству, как виду животных, населяющих планету Земля, как форме жизни, которая может быть слабее, или сильнее – в зависимости от того, что там устраивают между собой господа и рабы? Того что, жизнь человечества вредна – не вызывает сомнения, если посмотреть на масштабы современных концлагерей, гетто, если задуматься с какой легкостью стали “работать” политтехнологии, революции и насколько зияют противоречия. “Она одна из тех 50 миллионов, которые помогают нам быть свободными”. Бомжи, живущие под мостом в Сан Франциско ведут свои блоги во всемирной Сети. Да и в России хватает писателей, живущих непонятно где, и непонятно как оплачивающих спутниковые каналы связи.

Впрочем, оказалось мои здоровые инстинкты работают на меня – я лечу осматривать город Рим. Мы летим вдвоем с женой над Альпами, “через которые перелезал Суворов”. Алина, где-то пролетая над Гренландией, видела не то метеорит, не то НЛО – сидела у окошка в этом идиотском “пепелаце”, потому что при взлете и посадке что-то в нем дребезжало. Перед экскурсией в Италию я прочитал три биографии Гоголя – психиатра Чижа ( примерно 1910), советского литератора Александра Воронского (1934), и Игоря Золотусского (1979). Конечно, брал в русской библиотеке также “Рим” и “Выбранные места из переписки”. Но на улицу Sistine, добрался только на второй день. Кафе “Греко” оказалось закрыто, не повезло. В двух комнатах, в которых Николай Гоголь, или как пишет посольство Украины в Италии, Микита Гоголь, писал первый том “Мертвых душ” - живут современные итальянцы. На стене все же висит мемориальная табличка – а под ней бизнес, кафе “Gogol” с русскоговорящей официанткой, но, кушать пельмени нам было некогда. Выходит я летел из Торонто, чтобы посмотреть на мемориальную табличку. Впрочем, в Иерусалиме я был в церквушке на холме в Иерусалиме, которую посещал Гоголь – ему, в 19 веке, показывали тоже, что и мне в 21 веке– отпечаток ног Иисуса Христа в гипсовой плите. Накануне, в Риме, в церквушке “Domini, Quo Vadi?” на античной аппиевой дороге мы увидели точно такой же слепок ног Иисуса Христа – но тут он являлся будущему апостолу Петру. Похоже, и в Иерусалиме, и на аппиевой дороге – плитка с отпечатком ног – сделана одинаково, где-то в Ватикане. Мы также осмотрели катакомбы первых христиан.

Также мы попали на официальную экскурсию в собор святого Петра – старый итальянец, рассказывающий про Ватикан, оказался один из лучших гидов, которых я слушал за последние 12 лет. Алина, утверждает, что он специально выключил мобильный девайс, и сказал следующее - “если из английской, французской, немецкой, итальянской церкви и религии выбросить национальные черты – то что останется? Останется ислам и мусульмане”. В храме Агриппы я увидел в центральном положении греческую икону, подозрительно православную, и спросил его, что это такое – оказалось это “русская икона”, и католики выставляют ее по случаю. На всех античных домах figurines of the Virgin Mary. Через три дня, мы уже сами добрались до Систинской Часовни, и прошли через палаты “канделябров”, “древних карт”. Ах да – я сфотографировался рядом с бюстом Сократа. Внутри Sistine Chapel – не разрешали фотографировать и снимать на видео, но все туристы только это и делали. У меня, к сожалению, вся съемка получилось размытая, там еще темно для фотографирования без вспышки. А за вспышку убивают на месте. Точно также без вспышки не получились фотографии “Трансфигурации Рафаэля”, тайной вечери и разного рода ангелов небесных.

Больше всего нам с женой понравилась Венеция. Мы поехали на евро поезде на магнитной подушке – поезд, кажется на самом деле “взлетал” - вечером Алина нашла в интернете этот поезд, и, оказалось это правда, нам не мерещилось. В Венеции, на железнодорожном вокзале, я не нашел наземных такси, только water taxi. Канал начинается от вокзала, по берегам канала – музеи современного искусства. Накануне, я дозвонился до маленького туристского агентства. Но, оказалось попробуй это агентство найди! - в паутине средневековых переулков, с фантастическими венецианскими масками в мелких витринах сувениров. Я думал – опоздаем, но успели, попали на катание на гондоле. Почти час плыли по улочкам, которые вдохновляли Шекспира и Байрона.

Также мы заплатили за 14 часовой тур из Рима в Неаполь и Помпеи. Это в программу не входило, подвернулось неожиданно. Но, в детстве у меня был буклет с фотографиями раскопок в Помпеях. Этот буклет привезла в 20-х годах моя бабушка, которая в те времена еще ухитрилась “выехать за рубеж” - училась на журналиста. Удивительно, что в Помпеях, в 2011 году, я нашел в стеклянной витрине собаку, которую залила лава Везувия – в точности ту, что я видел в буклете моей бабушки. Впрочем, это сентиментальная деталь. Видели раскопки арены гладиаторов, храм Аполлона – со скульптурами Аполлона и Дианы. Видели дом и фреску “осторожно злая собака”. Но, кажется все известные фрески наш экскурсовод нам не показала – она на английском, испанском и итальянском комментировала античную “попсу”. Таблицу, свидетельствующую о началах политической коррупции - “я заплатил здесь за все, теперь попрошу голосовать за меня на выборах”. Для мужчин на стенах античного города – указатели в виде фаллосов, как короче пройти к проституткам в лупанарий. В самом лупанарии – фрески, меню эротических поз – но, видимо Кама-сутра более продвинута.

Целый день мы потратили на самостоятельную прогулку по Римскому форуму, причем стояли в очереди, чтобы зайти в Колизей – не стали платить за быстрый вход с группой. Когда то, в Париже, мы не поднялись на Эйфелеву башню, чтобы час не стоять в очереди. Из Колизея вышли в античные развалины – в направлении Капитолийского холма. И цель была – найти форум Юлия Цезаря. Мы его искали 4 часа. Хорошо в фонтанах Рима – питьевая вода, по вкусу неплохая, и, кажется, чистая. Правда, потом заплатили немного city taxes, рассчитываясь с гостиницей.

Впрочем вернемся к нашим баранам. Когда читаешь “Волю к власти” - ощущение, что писал сумасшедший. И, на самом деле, Ницше умер в застенках госпиталя. Впрочем, в мемуарах Сальвадора Дали – тоже мегаломания. Или мне довелось перелистывать избранные философские произведения Чарльза Сандерса Пирса – рекомендую, хотя непонятно кому, таким же сумасшедшим? Чтиво для стада известно – рекомендую - “Маськин” Бориса Криггера, переведенный на 40 языков, откомментированный рецензиями профессиональных филологов.

Все же чрезвычайно забавны наезды на Николая Васильевича Гоголя – сделанные и профессиональным психиатром Чижом, и повторяемые Александром Воронским, казалось бы честный советский писатель – но, прямо называет диагнозы и специального медицинского досье – шизоидность, шизофрения. Видимо тут была корреляция с задачами советской литературы. Игорь Золотусский, другой биограф Гоголя, нигде мастурбацию и медицинские диагнозы не упоминает, и интересно рассказывает об отношениях Гоголя с Белинским, и об отношениях Гоголя с женщинами из высшего общества. Мне довелось читать также и третий том “Капитала” Карла Маркса – очень болезненное впечатление от пассажей в духе Гегеля на полстраницы. И хотя шизофреником Маркса психиатры не квалифицируют – все же бедняга изводил себя табаком, головные боли и никотиновая интоксикация чувствуется как и паранойя Ницше в исследованиях морали.

Существует теория вредных последствий морали и нравственности, которая включает также и “преступления психологии” - это то что очевидно абсолютно, но, стадо “верит врачам”. Ведь на самом деле – зачем Ницше нужно было изучать Ренессанс, Вольтера и Руссо, и зачем Эдуард Лимонов объездил все моря и побратался со всеми бандитами? Это излишества. А также пресыщенные писатели золотого миллиарда – тратят деньги на путешествия к йогам в Индию, на шатания по всем алтарям всех существующих религий и сомнительных сект .... Зачем тратить деньги, и зачем доводить себя до паранойи? Цивилизация позаботилась, добродетели торжествуют – и нужно верить врачам! Врачи говорят – не открывайте чакры, скрывайте сидхи, для этого есть антидепрессанты, разнообразный ассортимент мягких нейролептиков, простые коробки валиуама, которые можно купить вместе c таблетками weight loss – от переедания в McDonalds. Все для человека, в ущерб человечеству. “Мы – наследники совершавшихся в течение двух тысяч лет вивисекций совести”.

А вот утверждения Ницше, что душа не существует, что истина – капюшон женщины... . Животное лучше человека, разменивающего инстинкты на умственные теории... Есть такие парадоксы, первое впечатление от которых – игра ума, метафизика. Цезарь, Наполеон и, конечно же, Гитлер. Великие ряды великих реформаторов, и совсем забыли - кто такой был император Нерон, и кто были первые христиане в катакомбах. Во истину все движется по кругу, хотя и пытаются соорудить “диалектическую” спираль. Нерон сжигал христиан, христиане сжигали Коперника. Заманчиво было бы считать, что пришло время интегральной религии – но нечистая совесть тянет на исповедь, грехи замаливать, и даже покупать индульгенции. Далее, Цезарь и Наполеон вдохновляют, но и герой “Иванова Детства” Тарковского заставляет подумать – так ли необходимо командовать полками, чтобы достичь предельной полноты жизни. Счастливы бывают сжигающие себя маленькие люди.

-2 -

Впрочем, почему великие учителя человечества лгут? Это замечал и Ницше, но впрочем это легко заметит кто угодно. Потому что мышление часто приходит к нежелательным выводам. Если тотально избегать негативные результаты мышления – будет сплошь и рядом истерическое вытеснение, свойственное женщинам. Думать нужно обо всем, и о смерти, и о проигранной войне, и о бессмысленных жертвах... В голову приходят очень плохие мысли ... Прятаться от них можно, но в таком случае, можно просто подавлять - и мысли, и творчество. Обратитесь за консультацией к вашему терапевту, к вашему попу.

Критика капитализма фильммейкером Мишелем Муром – остроумный перформанс – capitalism: love story. Интересно, что фильм сделан после всего, что вытворяли в 20 веке Сталин, Мао, Че Гевара. Оказывается есть еще что добавить. Оказывается Рузвельт был пророк, и его еще не оценили. А капитализм плохой общественный строй, потому что коллективист лучше эгоиста.

Плохие ночные мысли подливают масло в огонь.... А может быть, нет в космосе никакого разума, кроме математической синергетики, от которой никогда нам не будет никакой ни пользы, ни любви? А может быть, Гитлер в своем виртуальном гробу, сейчас совершенно счастлив, с тем что СССР прекратил существование – никакой Победы не было, и в Рейхе 6 миллионов евреев сожгли за дело – еще мало им. А вот еще “научные определения предательства”, которые дает методолог Александр Зиновьев. Видимо, методология и наука, как алхимия и химия. Методолог пролезет в любую щель. Так вот, “пятая колонна” в СССР предала Западу “великую страну”. Хорошо, а кто же предал пятую колонну? Как же так Зиновьев нигде не упоминает евреев, только Запад и Америку... Это что истерическое вытеснение?

А впрочем вернемся к нашим путешествиям. До кукурузно свиной Айовы я не доехал, по мелким техническим причинам, но понаведался в город Амхерст в штате Нью-Йорк. Интересно, что за мотель заплатит в 4 раза дешевле, чем в случае заказа по интернету. Пресловутый comparative shopping. Я уже знаю, что какой попало fast food в Пиндосии покупать нельзя, но все таки что-то свежее продают, хотя и ждешь 10 минут, пока пожарят. Мороженое, впрочем, второй раз продали кошмарное – какой-то жирный крем, а не мороженое. Сразу вспоминаешь счастливое детство и пломбир за 19 копеек. Все еще вспоминаем с Алиной столовые – коржик молочный за 9 копеек, пирожные по 22 копейки. Все это в Торонто продает и сейчас в русских специализированных магазинах для эмигрантов, а также сталинские подстаканники с Марксом и Энгельсом, почему то со Звездой Давида... Вроде как магазины с атрибутикой хиппи, которые критиковал советский журнал Крокодил, преображенные в магазины с атрибутикой СССР. Но, а Амхерсте сохранились еще старые бутики с постерами и маечками – t-shirts – времен Джимми Хендрикса и Фрэнка Заппы. Я, впрочем, постеры не покупаю – покупал и вешал 30 лет назад – надоело. Но вот в отдел с дисками СD и DVD наведываюсь. В Амхерсте антологию Битлз – можно купить за 30 долларов, кода в Канаде за 150. Кроме того, практически отдел дисков букинистический – продают second hand диски. Я тоже хочу продать свою коллекцию – так как все рипы сделаны – но только оптом, какому-нибудь богачу celebrity, или новому русскому. А впрочем, можно и в печку, после моей смерти. Хотел купить диски к 40 летнему юбилею King Crimson – но из трех купил только один, новый - “Дефицит Чудес”. Алина предлагала вернуться и купить остальные – добрая женщина, понимает мой западный менталитет – но что-то было жарко, возвращаться по лабиринтам витрин... Она купила какие-то кеды в клеточку, а я просто выпил минеральной водички и вернулся в машину... Потом заехали в Американскую Ниагару и обнаружили там памятник Николаю Тесле, изобретателю электрических машин. Как это памятник так оказался – непонятно, кто-то ему благодарен за изобретение электрических машин.. В Торонто приехали еще засветло – пролетели по шоссе QEW. Алина что-то за руль не садилась, хотя права и собственная машина у нее уже есть. Видимо, кому-то и это интересно прочесть.

Я, врачом, раздобыл DVD с новым оркестром Питера Габриеля, и впечатление совершенно другое чем с живого концерта. К сожалению, DVD производит худшее впечатление. Например, эта реклама, что не применяют guitars & drum kit... Разжился старик Питер Габриель деньгами, чтобы нанять оркестр с дирижером, трубачами и скрипачами.... Гитары и барабаны не нужны. Но, кажется, эти бедные музыканты во фраках, при прочих равных условиях, с большим бы удовольствием играли Бетховена, а не Габриеля.
Но есть еще Electric Light Orchestra, Ayreon – далеко в стороне от гаражных направлений. Где авангард, и где эпигоны? А Вагнер почему то не любил итальянский ренессанс... Обломки музыкальных кораблекрушений везде!

Но что действительно интересно, так это эволюционная война. Или мы сравниваем, или нам запрещено сравнивать. Если нам запрещено сравнивать пьющего Ивана Говнова с выпускником Гарварда – тогда и не будет пытаться. Иван может ни с того ни с сего подняться к звездам. Теоретически это возможно. Выпускники Гарварда сидят на Уолл-Стрите, и грабят Америку. Но, кто устанавливает запреты? Кант что-ли пытался? Все таки я сравню. Будь что будет. Иван в России сидит, никуда оттуда не выезжая. И одна у него главная теория – как нам обустроить ..... Слава Богу в супермаркет в России подвозят еду и одежду. И Слава Богу хотя бы за “Жирика” можно сходить проголосовать. Разного рода саркастические дедукции не обязательно приводят к фрустрации, и поводу мстить. Ведь это только логические редукции. Скажем, в теоремах Эвклида, мы от противного доказали А и не-А, получили противоречие. Что это А и не-А какое-то ужасное говно? Нет. Всего лишь результат редукции к абсурду. Так что не надо меня упрекать в непатриотической любви к Ивану. Я, может быть, и не против Ивана, и жалею его всей силой той памяти, которая осталась у меня после 40 лет жизни, когда Иван был моим соседом по лестничной площадке. Я через его бесчувственное пьяное тело перешагивал, когда пробирался в свою российскую квартиру.

Но вот, с точки зрения методологической алхимии, Александр Зиновьев и Егор Летов, характеризовали Ивана Говнова, жителя Ибанска, обитателя зияющих пустот, как полное схематическое духовное ничтожество, а потом сделали реверансы – и поставили Ивану памятник. Это, видимо, в ходе эволюционной войны необходимо для какого-то “дела”. В общем-то ясно – знаю я “ваши дела”. Когда-то ехал я в поезде из Омска в Новосибирск, в одном купе с полковником на пенсии. Выпили и закусили и полковник стал читать свои стихи на тему как он ненавидит Михаила Горбачева. Очень хорошие искренние стихи. В Израиле я общался с неким воином, воевавшим в Афганистане. Он рассказывал мне как в воинской части в Афганистане они первый раз услышали речи Михаила Горбачева на тему нового мышления, и все думали, кто это такой вылез к народам СССР с речами ? Я лично припоминаю эти же речи Горбачева и статьи в “Правде” - но я тогда был занят, как Хайдеггер, который во времена Гитлера изучал досократиков. Но и сейчас, мне нет дела до личности Горбачева, потому что не он развалил цивилизацию. Не важно пигмей он, или предатель – не он решал судьбы народов. Вспомним, что писал Лев Толстой про Наполеона. А вот обитатели Ибанска, перекочевавшие в Гайд-парк – это они предали Запад... Как-то слушали джаз и рок-н-ролл, и мечтали о выезде за рубеж – а теперь только и делают, что смакуют дефолты.

3 -

Впрочем мне приснился очень странный сон. Как будто сегодня у меня день рождения, и, кажется, что спал soundly очень долго до 10 – 11 AM. Совершенно счастливое пробуждение. Но что то заподозрил и позвал Алину – спросил который час? Она ответила, что 7.40 АМ, и что она поехала на работу.... Мне осталось 20 минут, чтобы собраться – душ, пять-шесть старческих таблеток от давления, почек и подагры. Жить хочется, хотя бы и на таблетках. И на работу, в офис. Днем я вспомнил, что сегодня за день – ровно 13 лет как я улетел из Новосибирска в Тель-Авив. Кто-то или что-то считает за меня, посылает сны.

Хотя оставим сны и неврозы. В очередной trip я отправился один, без жены. У жены, что-то там, на работе нужно доделать и отчитаться. А я на работе заявил, что мне нужно отдохнуть. На этот раз поехал в сторону Чикаго. Между Чикаго и Айовой – городок Peoria. Как потом мне сказали знаменитый тем, что он ничем не знаменит – famous of being nothing. Хотя как знать... В Earthbound можно найти песенку “Peoria”:

Don't make no difference what you think about me
But it makes a whole lot of difference what I think about you, yeah
Boz Burrell

В Айове живет некий Дэн Буски, который родился в Сан Франциско, в 1968 был на фестивале Woodstock. Кроме того, говорит, что общался с Jefferson Airplane – ну совсем, как Александр Рожков с “Гражданской обороной”... Тимоти Лири и Ричарда Алперта он зовет просто – Тим и Боб. Я ему когда что-то писал про Маркузе... Он вспомнил. Спросил, что ты думаешь про него? Я сказал, что я думаю. Сказал – в 1973 году мы Маркузе не читали, только критические статье о Маркузе. Но в 1990 году у меня был его “Одномерный человек”... “Ну знаешь” - сказал Дэн, - “ если бы ты осмотрелся в своей Сибири то, обнаружил бы там Одномерную Сибирь”. Я долго смеялся, потом попросил – можно я это процитирую в какой-нибудь статье?

Ах да! Жена у Дэна русская, и более того – моя одноклассница из Сибири. Ее зовут Ольга. Она написала и в этом году и опубликовала учебник для вузов. Все бы было хорошо, но она рвется теперь в России преподавать курс по своему учебнику. Не то в Питере, не то в Волгограде – только ее и ждут ... российские студенты и советские доценты, коллеги по академии наук. Дэн, вообще то хочет, чтобы она в цветочном магазине в Айове продавала цветы. Но не давит. Уважает свободу воли и научные интересы. Мы с Ольгой пошли в местную филармонию в Айова Сити на джаз. Афро-американский. Но прогрессивный, что-то там как у Chick Corea, Miles Davis. А кубинский drummer даже немного потанцевал. Ольга тоже пританцовывала. Кроме науки, она еще очень любит танцы. Дома Дэн включил Dave Dudley, “Truck Drivin' Man”, и она тоже станцевала, правда одна, без партнеров:

Pour me another cup of coffee for it is the best in the land
I'll put another quarter in the jukebox and play the Truck Drivin' Man


В Айове есть университет, и на джазовом концерте в зале с нами оказался рядом китайский студент, который весьма чисто говорил по русски. Он, видите ли, изучает в Айове русскую политику. Я спросил его – зачем он ее изучает? “Да так просто. Вернусь в Китай, буду там профессором русской политики!”.
Книжные магазины в Айове несколько отличаются от канадских, неуловимо другой ассортимент. У уложился ниже 150 долларов. Но все, что хотел не купил. Хотел купить книгу о нацистской медицине, экспериментах доктора Менгеле. Но уже на кассе мне предложили посмотреть другую книгу на эту тематику “In the garden of beasts”, Erik Larson. Я взял ее, а про медицину поставил назад на полку. Впрочем, еще две книги по нацизму я взял. Общий обзор про Аушвиц, и книга “Ordinary Germans and the Holocaust”, Daniel Goldhagen. Буду читать и сравнивать Германию с СССР. В Германии я не жил. А СССР помню и наблюдаю за российскими трансформациями. Дэн, говорит, слышал о книгах Larson и Goldhagen. Показал мне – что сам читает на эту тему. “Новелла Холокоста” из Франции – о “добрых людях” - “The kindly ones”, Jonathan Littell. В Торонто, в Chapters, она продается. Ольга записала мне со своего лаптопа фильм “Подстрочник”, биографию Лилианы Лунгиной, советской переводчицы. В 76 лет Лунгина очень ясно мыслит. Если бы мог себя прокормить переводами, пошел бы в переводчики, но нет формального литературного образования. Не будут издавать.

Дэн посоветовал мне на обратном пути заехать в Кливленд. Там какой-то хороший музей Rock Fame. Но в Кливленде я уже был, когда ехал в Айову. Впрочем, по ошибке. Чертов навигатор GPS потащил меня через пограничный док на Буффало. Впрочем, я сам виноват. Во-первых, я не поставил из лени транспондер на toll routes. Навигатор стал обходить платные шоссе. Во-вторых, я прекрасно знал, что навигатору доверять нельзя. Надо было съехать с шоссе и посмотреть карту. В доке меня спросили почему это я говорю, что еду в Детройт, а нахожусь совсем в другом месте? Потом, попросили открыть багажник, и спросили, а где мой чемодан, если я еду “на неделю в Штаты” ? Хотя я и объяснил, что у меня рубашки, трусы и зубная щетка лежат “вон в том мешке”, за неадекватность меня сдали службе безопасности, но на это ушло минут 20. Нашли в Айове, в компьютере, Дэна и Ольгу, к которым я ехал – и отпустили. Молоденькие такие бдительные пограничники. Так что я от Буффало доехал уже в темноте до Кливленда и остановился в пригороде переночевать. На следующий день, до Айовы я доехал примерно к 6 часам вечера, еще засветло. Между Детройтом и Чикаго мощный highway, в Канаде такого нет. 360 километров перегон без остановок. Также в Америке у грузовиков и легковых автомобилей разный speed limit, 20 миль разница. Так что грузовики все конвенционально должны обгонять, или уступать дорогу тем, кто обгоняет. Я это не сразу понял, и какой-то обшарпанный черный забрызганный автомобиль, не сразу от меня добился понимания, а когда обогнал показал из окошка левой рукой fuck. Я уловил ситуация, и когда следующий мне дал сигнал фарами стал ускоряться сам – он так ехал за мной минут 30. Потом он мне надоел, я свернул направо – вижу – да это полицейская машина! Он меня должен был остановить и оштрафовать за превышение скорости. Может быть, это не “гаишник”, мигалки у него не было. После этого случая, я стал нормально ехать, 160 километров в час... Правда, по окраине Чикаго были пробки – ползком ехал. Бак бензина сжег от Кливленда, полбака долил. Домой, в Канаду я уже ехал совершенно правильно. После теплого Иллинойса, в Индиане, впрочем, оказался снег и гололед. Так что я оценил на перекрестке время до Кливленда, и до Детройта – и в Кливленд не поехал, перепрограммировал навигатор. Около Детройта навигатор опять потащил меня на юг, в объезд платных шоссе. Но я это быстро заметил. Далее, был выбор ехать через Ambassador Bridge, или подземный туннель в районе Виндзора, но там платные шоссе – я поехал немного севернее, сразу на шоссе 401. По одометру до моего дома в Торонто – примерно 500 километров. На самом деле, Канада для меня - уже мой родной дом.


4 -

В Айове я сочинил стихотворения - “Кому мы нужны?”. Стихотворение не то, что “экспериментальное”, а вообще ни в какие ворота номинаций не пролезающее. Ольга по-русски читает – сказала, что поток сознания Джойса. Но там были еще импринты из Подсознания. Так что не разберешь что там за стихотворение. Впрочем, в Торонто я купил публицистические статья Оруэлла – два эссе как раз про советскую литературу и союз писателей. Там Оруэлл утверждает, что прозаику труднее, чем стихотворцу, сохранить свою независимость, и писать честно. Так что повторим в прозе вопрос - “кому мы нужны?!”.

То, что “свалив из России” мы, эмигранты, там никому не нужны, мне уже сообщали – в комментах. В определенном смысле, то есть, до некоторой степени свободы, и “степени нужности” - это правда. Да и нам Россия не нужна. Как там в жизнеописании Бродского? Упоминается шутка - “хороша Москва, когда смотришь на нее из окна бомбардировщика”. Но это все здесь и сейчас. Для здоровья ностальгия вредна.

В то же время, поток эмиграции из России никто не останавливал, у разных людей остались разные мотивы. Предположим, мотивы всякие, но что же, только отрицательные? Может быть, иногда разумно уехать, а не выбрасываться из окна, или, пожизненно пользоваться услугами психолога-терапевта. Если с этим согласиться, то, “мы нужны”, мир оказывается шире. И вообще, что это еще за очередное “табу” - не думать, что где-то в мире не может быть лучше, чем “на родине”? “Лучше” в самом естественном, положительном и разумном значении слова. В таком случае, почему бы не поучиться на курсах межличностной коммуникации образца “золотого миллиарда”? Не нужно “Все Понимать Буквально” - это не значит “Свалить”. Изучение американской культуры и науки может способствовать лучшим патриотическим устремлениям.

Но вернемся к нашим баранам, к Ницше и Сократу. Парадокс в том, что Ницше многое предвидел совершенно практически. Даром, что числился в сумасшедших. Посмотрите фильм “Триумф Власти” - это же триумф Ницше. Вся эта музыка, все эти цветы, речи бюрократов – это все для маленьких людей. Это все во имя социального прогресса. Это все против элиты. Это все прямая дорога в гестапо, в НКВД. Где Ницше ошибался когда говорил, что “маленькие люди” представляются ему ненужными, бандерлогами эдакими? Маленьким людям нужен интернет и шопинг. Мы не нужны.

5-

Свобода, “которая встретит нас у входа”, согласно лекции философа Дугина, поэтом Пушкиным выдумана, это симулякр, или, копия, утратившая оригинал. Какая у меня свобода, если я вынужден работать на мелкий бизнес в Канаде, чтобы выплачивать кредит, взятый на 30 лет вперед? На иллюзию такого рада свобод, еще указывал наш журнал “Крокодил”, а газета “Правда” в шутки не шутила. То, что я катаюсь на автомобиле, так это не свобода – здесь этих автомобилей как дерьма. Все же важнее, в голове у меня что делается – какая там “свобода”? Самое печальное то, что, когда-нибудь я умру, и печально, то, что из, скажем, 70 лет, я прожил 40 лет в России, на Родине. Я там, каждый день ходил на работу, “хотя бы было лучше, если бы я не ходил”. Я бы хотел -да – дожить до 100 лет, но, потому что езжу на автомобиле в Канаде, а в России и в 35, и в 40 лет, я подумывал о смысле жизни негативно несколько, ну как Башлачев. Но, Пастернак, фигура более солидная, чем Башлачев. Он то, как-то жил на свой даче среди членов Союза Писателей, а вроде бы человек хороший. Но был ли Пастернак свободен? Наверное, были такие рубежи свободы, которых он боялся. Что там за Париж такой?

Куда я следующий раз поеду? Наверное, в Атланту, штат Джоржия. Далеко, но я понял, что доеду, даже зимой по ледяным мостикам. Впрочем, жену нужно свозить в Сан Франциско, и, город ангелов, LA, тем более, что жена у меня сама ангел. А там, может быть, из Калгари прилетит еще товарищ, из этих, из белорусов, сваливших через Израиль. Я, конечно, умру, и так и не пойму – чего это СССР развалился. Что за коллапс такой, и почему это кадры политические были разбазарены, если не считать московского методологического кружка, который играет в “игры и диалоги” на развалинах Империи. Воистину, доктор философии, он как таракан – стабилен, приспособлен, свободен.

Сергей Земцов.

Перевод с английского.

Canadian Poetry. 1920-1960. Edited By Brain Trehearne. 2010.


Edwin John Pratt, Come away, Death

Выходи, Смерть!

Трагическая на свадьбе, комическая на кладбище,
Xочешь не хочешь, приходит и уходит,
Willy-nilly, nolens-volens, эпиталама, эпитафия.

Муза поэзии не соблазнит Смерть,
У Смерти логика клоуна.

Хотя, надо сказать, Смерть постоянна,
Несмотря на курс перемен в саду.
И ветер пыльцу переносит.
И зернышки мака стали цветами.

В те времена, когда-то, Смерть являлась в дорогом костюме.
И Тишина в глубокой скорби объявляла о Ее приходе.

Она снимала жар с виска, и закрывала веки,
При свете скорбных свечек в канделябрах,
И приглашала следовать за ней в мир иной.

Но грации Ее средневековой больше нет.
Закончилась однажды с городским пожаром,
И пальцами, листающими манускрипты на досуге,
И с мрамором, с мозаикой венецианской,
С молитвой Деве, стоя на коленях с букетом роз,
С молитвой “отче наш” Ее жрецов, в их горлах булькая,
Благославляющей скелета поступь, прах из праха.

И как-то ночью,
В сентябре, в деревне рыбаков,
Мы услыхали Ее шаги.
Когда, в затишье шторма и порывов урагана,
Прорезалась прибоя фуга.

Дубы свои братоубийственные ветви
Мгновенно расцепили.
И тополя застыли, слушая Ее шаги,
Моторов и машин неясный грохот,
Который вдруг совсем затих.

Затих настолько, что мы слышали,
Как кровь сочилась через сердца клапан,
И шельфа шорох перелился
В густую тишину дыхания циклона.

И то, что здесь сейчас произошло,
Как громовой раскат,
Превосходящий все пределы туч.

И наша человеческая речь
Искривлена была, отброшена назад
К истокам и костям, в Ямайки грот,
В изгнание Друидов, отброшена назад
К иероглифам, к стилу пришельца,
Написавшего Апокалипсис.

1943

(65)

Edwin John Pratt
Come Away, Death

Willy­nilly, he comes or goes, with the clown's logic,
Comic in epitaph, tragic in epithalamium,
And unseduced by any mused rhyme.
However blow the winds over the pollen,
Whatever the course of the garden variables,
He remains the constant,
Ever flowering from the poppy seeds.

There was a time he came in formal dress,
Announced by Silence tapping at the panels
In deep apology.
A touch of chivalry in his approach,
He offered sacramental wine,
And with acanthus leaf
And petals of the hyacinth
He took the fever from the temples
And closed the eyelids,
Then led the way to his cool longitudes
In the dignity of the candles.

His mediaeval grace is gone ­­
Gone with the flame of the capitals
And the leisured turn of the thumb
Leafing the manuscripts,
Gone with the marbles
And the Venetian mosaics,
With the bend of the knee
Before the rose­strewn feet of the Virgin.
The paternosters of his priests,
Committing clay to clay,
Have rattled in their throats
Under the gride of his traction tread.

One night we heard his footfall ­­ one September night ­­
In the outskirts of a village near the sea.
There was a moment when the storm
Delayed its fist, when the surf fell
Like velvet on the rocks ­­ a moment only;
The strangest lull we ever knew!
A sudden truce among the oaks
Released their fratricidal arms;

The poplars straightened to attention
As the winds stopped to listen
To the sound of a motor drone ­­
And then the drone was still.
We heard the tick­tock on the shelf,
And the leak of valves in our hearts.
A calm condensed and lidded
As at the core of a cyclone ended breathing.
This was the monologue of Silence
Grave and unequivocal.

What followed was a bolt
Outside the range and target of the thunder,
And human speech curved back upon itself
Through Druid runways and the Piltdown scarps,
Beyond the stammers of the Java caves,
To find its origins in hieroglyphs
On mouths and eyes and cheeks
Etched by a foreign stylus never used
On the outmoded page of the Apocalypse.

Сергей Земцов.

Перевод с английского.

Canadian Poetry. 1920-1960. Edited By Brain Trehearne. 2010.

John Glassco. The Death of Don Quixote.

Cмерть Дон-Кихота

-1 -

Итак, что мы имеем?
Мир арестованных вещей.

И музыку я слышать перестал.
Сражаясь с мельницами,
Великанов я не вижу.
Войска мои простое стадо.
Шлем рыцаря горшок.
А Дульсинея при коровах.

Священник рад, что, наконец-то,
После дивных странствий
Я от пяти моих чудесных чувств
Готов отречься, и снять доспехи,
И покаяться, и умереть как подобает.

Так сдох и конь мой, Росинант,
У Санчо ослик сдох его,
А кости их кому-нибудь нужны?

Амадис Гальский, рыцарь, тоже мертв.
Но живы ли, тогда, мы, остальные?
И жив ли я, создавший целый мир?

Да, умереть, уйти,
Осилить неразумие вселенной,
Как раз и означает быть живым.

-2-

Ну вот, а за окном опять зеленые деревья,
И пыльная дорога вдалеке, и солнце, и цветы,
И что же я познал за эти годы?



Ну хорошо, нет ничего такого, что реально.
А я простой и добрый Дон Кихот Алонсо
Разумный господин, лежу в постели,
Своими слугами умытый, и готовый к смерти.

Я, кажется, хотел найти
Иного Бога,
И этим я себя убил.
А может быть я
Жертва грубой драки,
И непристойной шутки,
И оболочка тела просто износилась?
По всякому выходит то, что я теперь лежу.

Безумие исцелено, видениям конец,
Измена Красоте с попами так печальна.
Священное писание скучнее,
Чем книги рыцарского этикета.

3 -

О Боже, я всего лишен!
В покое, в тишине
Разумного существования.

Как дерево, которое в хорошую погоду,
Любуется собой в стоячей луже.

Другой дело, если ураган,
Спустившись с неба, раздувает
В вальсе бытия
Фонтан дрожащих листьев.
Это мило сердцу моему.

И я всегда хотел понять,
Так почему же люди неподвижны
Как безногие деревья?

И почему, вообще, они cчитаются людьми,
Когда они не могут бросить вызов
Раскрашенным лубкам,
И тихому творенью Бога?



Ну, хорошо, конечны вещи.
Я имел свой день.
И я имею этот дом.
И вижу все, как быть должно
На самом деле.

Затейливый творец меня забыл,
Он отвернулся от меня как сытый барин,
Непостоянный автор моего романа,
И флегматичный прокуратор.

Один лишь человек, мой Санчо,
В смерть мою серьезно верит.

Я вижу по глазам его, боится.

Но только потому, что видит
Что в моих глазах,
Как в зеркале отражены,
Его глаза.


1964


(308)

Сергей Земцов

Джеймс Кугель. “Как быть евреем.” Москва, 2009.

Рецензия.


Пан Козлевич в “Золотом теленке” Ильфа и Петрова боялся черных ксендзов. Я тоже опасаюсь раввинов, ортодоксов и, просто некоторых порядочных людей... Так что ерничать над книжкой “известнейшего современного библеиста" Джеймса Кугеля – большой риск, риск что Б-г не распишется в моей Книге моей судьбы по расписанию очередной осенью. Но и Люцифер, хотя и падший ангел, но божий(!) ангел. И, когда я читаю, скажем следующее - “у тебя есть большое преимущество – ты поэт, и одновременно большой недостаток - ты русский еврей” - так говорит Давид Романович аспиранту Юре... Нет, я не могу промолчать, как тот попугай Хазанова, который пролетал над городом Орлом.

Мне пришло в голову, что James Kugel вообще не существует, что это вымышленный автор. Но нет, в интернете он присутствует, и, кажется исследует Foundations of Religious Belief. Тем не менее книга “Как быть евреем” мне кажется странной. Чего ради действие разворачивается в Москве, в центре небольшого банка? Кстати, в 1990 году. Русский перевод появился позже.

Странность книги, мне кажется, в том, что в этих диалогах Давид Романович излагает твердо и жестко, как говорится, жестоковыйно, а Юре не удается высказать ни одной законченной мысли. Тем не менее, он все время что-то спрашивает, но, похоже, только для того, чтобы Давид Романович отвечал и формулировал. В первой главе Юра получает однозначный выговор за то, что женится на русской православной девушке. В последней главе, Юра сообщает, что “план моей диссертации утвердили” и он едет в Израиль – посмотреть! Заметим, что только посмотреть -побывать в Иерусалиме, повидать Израиль и израильтян. Тонко и политкорректно – пока что не репатриировать, что неполиткорректно читается между строк. Но во всеоружии знаний о том “как быть евреем”. Это какой-то придуманный сюжет. Книга, кажется, глуповата, если убрать из нее еврейские стандарты, которые критике не подлежат, если критик не антисемит. Но все происходит совершенно иначе. Между первой и последней главой содержатся конвенциональные истины и вариации на тему еврейских традиций. Например, я бы выделил тезис – никакого самосовершенствования, только служение Б-гу. Или характеристика языка иврит как языка на котором возникают еврейские мысли. Все эти клише порождают рой ассоциаций в моем сознании.

Возникает вопрос – кто я такой? Но понятно, как можно ответить. Хотя моя идентичность не русская, и не еврейская. Обе партии легко разместят меня в своих расстрельных списках. Так или иначе, в Израиле я жил 7 лет, и видел там так называемых русских евреев, их там просто русскими называют. Жена у меня русская православная, и пришлось пробивать ей израильское гражданство – на что ушло 5 лет. Не всем это удается. Но факты некоторой дискриминации хорошо известны, я бы мог указать статьи и книги. Я даже не хочу перечислять и описывать свой случай. Я хочу заметить – что на фоне российского антисемитизма, скорее я ЗА Израиль. Я видел, что люди, которые там живут любят эту страну, и патриоты не меньше, чем другие иные патриоты в других больших и средних странах. Русские евреи, которые поехали в Израиль, обнаружив еврейскую бабушку в своей родословной – служат в израильской армии, и верят, что новую свою родину необходимо защищать. И взрыва на дискотеках не вызывают у меня прохановского умиления Хамасом и Хизбаллой. При этом иудаизм в целом как старая семейная мировая религия не вызывает никакого энтузиазма.

Что касается дискриминации в Израиле – ничего в этом нет особенно нового и злободневного, и я бы не стал преувеличивать. Во-первых, если я не ошибаюсь, или, если цифры не изменились, агентство Сохнут получает 50,000 долларов за каждого “оле хадаш”. Во-вторых, сотрудники Сохнут не скрывают, что Израиль – перевалочная база, на стене в Сохнуте я припоминаю плакатик – верстовой столб – с указателями из Израиля во все стороны мира. Так что, если дискриминация есть – это внутреннее дело Израиля. Через пять лет, отработав “подарок” Сохнута, корзину абсорбции, уезжай. Моральный аспект отношения к “русским евреям” - отдельная тема, также как и “личная маргинализация” всех иммигрантов вообще. Но зачем же мелочиться.... Спасибо, адони, за деньги, и прощай. Впрочем, Иосиф Бродский, пять лет, “корзину” не отрабатывал, он быстро уехал в свой Мичиганский университет, хотя в КГБ и ворчали, что “мы отпускали его в Израиль, а не в США”...

Но вернемся к диалогам Давида Джинджихашвили и Юрия Левакова, русского еврея. Я позволю себе некоторую фантазию, и договорю вместо Юры...

Д.Д. У тебя есть большое преимущество – ты поэт, и одновременно большой недостаток – ты русский еврей.

С.З. Давайте начнем с хорошей новости...

Д.Д. Поэт способен улавливать детали, нюансы, частности, а не ограничиваться общими местами и лобовыми вопросами. А в нашей стране все привыкли к обобщениям, так что поэт внутри тебя противостоит русскому.

С.З. Я Вам этого не говорил, уважаемый. Вы говорите – потому, что Вам так хочется. Вы смотрите на мир глазами еврея?

Д.Д. Да я вообще, читаю “Шма Изроэл” каждый день. Я никогда не ухожу от специфических деталей к обобщениям. И никаким самоусовершенствованием я не занимаюсь. Только служу Богу.

С.З. Меня учили, что чувства верующих следует уважать. Я прожил тот минимум – год в Израиле, чтобы прочувствовать цикл еврейских праздников. На самом деле – я там семь лет прожил, спасибо службе социального страхования за это. Красивые праздники! Например, Песах, годовщина освобождения от египетского рабства. Горшки с мясом осуждаем, и говорим, что в Иерусалиме высший пункт духовного пути.

Д.Д. Нужно, чтобы ты просто предстал перед Б-гом, - но не менее того.

С.З. Удивительно то, что я готов допустить то, что Вы правы, и то, что Вы жили, живете,и будете жить вечно. Ведь никто не может предсказать будущее. Ваш “семейный иудаизм” может оказаться актуальным и в последующих веках. Но, все же я будучи нелюбимым Вами русским евреем не считаю себя “вашим”. Люди, мыслящие не на иврите, а на прочих языках – прекрасно отличают абстракции от “деталей, нюансов и частностей”. Вы хотите примеры? Что-нибудь из английской поэзии?

Д.Д. Я не уверен, что это имеет отношение к нашей теме. Я рассказывал тебе про мицвот, кашрут, танах, мидраш – и тебе это было, кажется, интересно, несмотря на то, то ты женился на русской православной – от чего я тебя отговаривал, и приводил аргументы. А теперь ты начинаешь балансировать на грани явной враждебности к еврейству... И в Израиле тебе что-то не нравится...

С.З. Давайте выясним еще раз окончательно некоторые основания. Я ЗА государство Израиль, хотя, если бы там был британский мандат, мне бы там было легче жить. Но это мне, и только мне. Я не говорю за всех ваших веселых хасидов. C другой стороны, на культурных сайтах Израиля, не религиозных, а вполне светских, утверждается, что евреи авангард рода человеческого. Так оно и есть по факту мировой истории, но будет ли так вечно?

Так же, фактом мировой истории является холокост -хотя все жидокомиссары постсоветского российского пространства утверждают, что в концлагерях просто была тяжелая работа. В мультикультурной Канаде студентам преподают историю холокоста, как историю “фашистского бизнеса”, и относятся к холокосту как патологии цивилизации и гуманизма. Поэтому я ЗА иудаизм. Но, следуя и Вашим ясным указаниям, я ЗА семейный или клановый бизнес еврейского народа, но не за то, что это ЕДИНСТВЕННЫЙ реальный клан в мировой истории. Б-г – так как Он вещь в себе – в любой момент может “назначить” избранным народом русских. Однако, не следует забывать пословицу древних римлян: “Summum jus, summa injuria” - “Чем чище раса, тем чище зло”.
Евреи перед входом
в газовую камеру. www.about.com

Д.Д. Для меня Израиль это почти родная земля. Этот белый, ослепительно белый свет утреннего солнца – настолько яркий, что приходится зажмуриваться, когда смотришь на город... И когда идешь по пыльным дорогам, в этой белизне, мимо старых каменных домов – там даже цвет пыли особый, гораздо светлее и более желтого оттенка, чем здешняя пыль. Все это очень напоминает мне Тбилиси, его виды и запахи, сады, я чувствую себя там как дома. Конечно, для русских все иначе – те, кто едет жить в Израиль, обычно делают это из страха перед антисемитизмом или ради материальных благ.

С.З. У тех кто едет жить в Израиль – разные бывают мысли и соображения, причем в Израиле – то, что нравится Вам – нравится также и им. С точки зрения National Geographic, красоты природы и прекрасного теплого климата, красоты весенней флоры, архитектуры Иерусалима – это все хорошо. Но, начинаются и некоторые неприятности. Все шаги карьеры требуют кошерности. Требуется понимать, что там на иврите произносит начальник-цабар ( а начальства из “русских евреев” очень редко встречается) и смеяться над шутками на иврите... Но, если не утрировать – в сборнику Моше Кенингштейна “Русское лицо Израиля (черты социального портрета)” дается приложение – 17 биографий хороших успешных репатриантов. Многие довольны. С другой стороны, в этом же сборнике, упоминаются и менее успешные обладатели удостоверения личности и явной или зашифрованной пометкой в удостоверении личности - “гой”. А вообще, есть и категория “обыкновенные русские сумасшедшие”.

( Cправка. Утверждение о существование “зашифрованной пометки” может показаться довольно сильным. Впрочем иным израильтянам, жестоковыйным носителям еврейского менталитета все равно, их этим не удивишь, бывает хуже. Однако, читатели более чувствительные к “демократическим ценностям”, могут недоумевать... Так что приведу документальную цитату:
“ С середины 2002 года, после продолжительной общественной политической дискуссии, в новых удостоверениях личности запись о национальности аннулирована, хотя сведения о национальности и конфессиональной принадлежности граждан Израиля, родившихся в стране или иммигрантов, имеются в их личных делах, хранящихся в МВД.
Если в графе “национальность” значится “еврей”, то в графе “религия” может быть только одна запись - “иудаизм”, даже прочерк в этом случае не допускается.
При этом в новых удостоверениях личности израильтян сохранились косвенные идентификационные “маркеры”: номер паспорта (точнее, первая цифра номера), и запись даты рождения владельца ( по еврейскому или международному календарю). По этим признакам не только раввин, но и чиновник, полицейский или работодатель могут без труда “вычислить” иммигранта-нееврея. Иначе говоря, несмотря на внешние, “косметические” изменения, государственная политика деления граждан на евреев и неевреев продолжается.”
“Русское лицо Израиля. Черты социального портрета. Стр. 220. Москва, 2007.)

Д.Д. Наверное, я не могу тебя сделать “нашим” и убедить предаться медитации на иврите в синагоге. Более того, уезжай в Америку, там тебе будет лучше. Если, конечно, организация B’nai Brith не подаст на тебя в суд, и наши юристы тебя не разорят. Ты же печешься о материальных благах. Выучишь английский за зарплату 40,000 в год... Кстати, ты думаешь – там, в Америке, нет личностной маргинализации иммигрантов?

C.З. Скорее уж, у меня страх перед черными ксендзами... А конца света мы не боимся. Но кроме всего прочего, у меня есть личные заметки – пара русских евреев, которые уехали в Израиль в 1991, когда я еще “не созрел” - мертвы. Русский утонул в Ашдоде, русская похоронена в Эйлате. Но, субъективно, я представляю как все это происходило. Мне не важно – что бы мне рассказали “объективно” в министерстве внутренних дел, если бы я заявил, что я их еврейский родственник. Я им был русский друг.

Д.Д. Теодор Герцль, в известном смысле основоположник современного сионизма так сказал: пламя антисемитизма будет поддерживать сионистскую кастрюлю на точке кипения и обеспечит ровный поток иммигрантов в будущее еврейское государство.

Но все эти доводы кажутся сегодня довольно смешными. Ну, как ты знаешь, Герцль был секуляристом, довольно невежественным в иудаизме.

С.З. Вот так! Сионистская кастрюля не нравится и партии “Шас”. В День Катастрофы на улице Иерусалима звучит сирена, олицетворяющая концентрационный лагерь. Все останавливаются и вспоминают жертвы, кроме бородатого раввина, который демонстративно продолжает разговаривать по мобильному телефону. Как же так? В кнессете заседают такие разные евреи, не бывает консенсуса, только подковерные операции. А что же тогда ждать от какого-то там датского королевства? Но, Вы, Давид Романыч, вообще не касаетесь вопроса “миссии русской алии”. А она есть ли? Миссия репатриантов, выходцев из России. У них в Израиле свои газеты, свои партии, свои телепрограммы. Есть даже владельцы автозаправочных станций, и преподаватели (на хорошем иврите) в университетах. Наконец, и коммунистических кибуцах обитают русские евреи. И. наконец, Даниил Штайн, переводчик, который хотя и литературный персонаж – но правильный израильский типаж, который знает чего хочет, и именно в Израиле самореализуется. Игорь Губерман, который жалуется на “нехороших соседей”, не совсем то – его миссия все же лишь сводить счеты с писателями деревенщиками, социалистическими реалистами – выдать им кузькину мать из земли обетованной. Так все же, есть такая партия! Давид Романыч, Вам последнее слово.

Д.Д. “Sergey, I agree that Israel is a defective state because there has been no constitution considered for more than 50 years of their existence. It represents, in my humble opinion, a Jewish equivalent of an Islamic state. All those shit religious and of course "the only real Jews in the world" must be denied of any Israel state support and not get paid any money for their monkey business. This is not a democracy at all those European Jews have dreamt of for centuries and whose descendants created Israel actually. That is a betrayal of Jewish ideals.”

C.З. Давид Романыч, это же не Ваши слова! Да и изъясняете Вы еврейские мысли, если в кайф, то только на иврите. Или это нечто из Вашего подсознания прорвалось? Да уж! Никогда два еврея не договорятся, а я хотя и “русский еврей”, но включаю “еврей” в определение. Тем более, что – ну какой я “русский”? Я личностный маргинал.

Так мы и бросаемся всю жизнь из крайности в крайность – и некому придумать новую мировую религию.


---
Готовые Домашние Задания: Решебники по алгебре

Хроника Кримма Шестого, Десятый Файл, 2011.

(первые 9 файлов Хроники, 1987 года, были опубликованы здесь и здесь).

Посвящается Олегу Звереву и Игорю Нургалиеву.

Кримм и Сорбона попытались выйти из андерграунда лишь 20 лет спустя, считая от маневров под Подольском.Мелким инициатором мелкого бунта были какие-то хасиды, но Сорбона будучи органическим концептуалистом и марсианским антропологом ввел в дело правильные политтехнологии. Кримм Шестой, как всегда имитируя Патриарха и Б-га , выбросил в массы какой-то mix Марсельезы и Helter Skelter. Ho массам, прозябавшим не одну декаду в социальных сетях, было все равно какая там пассионарность лезет на Небо.

Все было решено парочкой акций , ни то поджег рейхстага ни то взрыв тwin towers - какие-то таинственные электрические манипуляции с магнитным полем земли и какой то новый тунгусский метеоризм .... Все шло по плану, но и тут подлили масло в огонь хасиды.

Ни то на “рош ашана” ни то на “йом кипур”, какого-то там у них 6000+ года, было объявлено на Храмовой горе воскресение из дорого проплаченных могил израильских праведников. Натурально как на фресках систинской капеллы, какой то ширококостный и жестковыйный фюрер вылез и объявил Хаббад носителем ковчега с декларацией независимости Земли от параллельных сфирот.

Кримм Шестой, как когда-то рабби Акива, зажег костры. Но соблазн вернуться домой в пещеру оставался. Техник Сорбона будучи концептуалистом, прагматиком и постмодернистом на всю "большую игру" смотрел как на аналитическую прикладную задачу. А решение иногда можно найти, построив новую математику. Деревья доказательств, зациклившиеся на конвенциональных правилах мышления были переброшены в 3D. И тут то массы долгое время отсиживавшиеся в социальных сетях дали своей стране свое последнее ура, гудок и свисток.
Один известнейший народник даже удачно разместил в своих блогах и подкастах некое неплохое виртуальное харакири - аватарка Ленин В.И. в панковском ирокезе - блог выбросил пик в google flames.

И тут опять нашли Женщину. Некая прекрасная дама, обслушавшаяся в электронной библиотеке jefferson airplane..., защитившая диссертацию в Harvard по Dead can dаnce и Grateful dead, и, как читатель предыдущего сезона Хроники догадывается, звали ее Катя Джен . Интегрированная в ресурсные сети прокаженных и под влиянием монахов zen Катя уехала из Калифорнии на Алтай в зону сброса не сгорающих в атмосфере космических аппаратов СССР, но она не поселилась там на веки вечные. Какой-то хасид-boyfriend оплатил ей докторантуру в Иерусалиме, причем по контракту ей было позволено писать на английском, а не на иврите бинарными крючками и палочками. Конечно Б-г изобрел иврит - кто же в этом сомнeвается ... Но take over ...

Cорбона запрограммировал под Катю спецтехнологии, под инь и янь. Технология для начала была удачно внедрена в социальные сети, и content нескольких виртуальных кумиров был реплицирован виртуальным облаком на devices обывателей. Весь shopping-инструментарий
цивилизации докатился как до Москвы, так и до Wall street. Международное общество сознания Пелевина закупила по прямому бартеру с apple контрольный пакет акций designer crime.

Наконец, израильская служба национального страхования “битуах леуми” выбросила под давлением market places cовместный проект с IDF, армией обороны Израиля. Cогласно Плану данного проекта, к примеру только, вакцинации и риспирдонации подлежали все так называемые русские полуевреи. Но сверхзадачей сверхпроекта для сверхлюдей была, как всегда, социальная справедливость par excellence. C другой стороны, как мы знаем из школьной истории, и Кримм Шестой был русским полуевреем. Катя была, что там с историческими корнями, уходящими в Баку и плацдармы на территории Чехословакии и ГДР, но хасидов жалела - после всех имевших место быть реальных холокостов.

К очередному празднику “симхат тора”, пацанам демократам все же удалось очистить мировое правительство от хасидов. В это же время Кримм Шестой подобрал в библиотеке конгресса сборник поэтов “After September 11” и ментально внес некоторую injection в технологические грамматики Сорбоны. Координация всего спектра 11 сентября спецслужбами исследуется учеными не для установления истины. Никаких сингулярных истин после Иисуса Христа не изобрели. Но тем не менее концепция была дивная. Поэты, современники тех событий, все же не могли бросаться на амбразуру социального заказа, как говорят русские - талант не пропьешь. Тем не менее people of mainstream и sidemen, конечно же, отличаются.

К тому времени термин “революция” уже вышел из моды. Точно также как и термин “истина”. Но остался солдат, которого командиры бросили в окопе, организовав для Родины хорошее отступление. Солдату не полагается быть трусом, иначе к нему будет применена епитимия, он лишается права на мемуары. В этом плане Крым, Сорбона и Катя ПЫТАЛИСЬ вести себя как солдаты, но, к счастью, война долго продолжаться не могла. Год, ну два, три. Далее костры гасят и возвращаются в пещеры. Массы в социальных сетях еще лишние 10, 20, 30 лет празднуют. Как Раскольников у Достоевского размышлял о праве на убийство, одночасовой герой размышляет о праве на трусость, но выходит так, что размышляет о праве на самоубийство, геноцид, и репликации холокостов.

Впрочем люди золотого миллиарда шутят - сколько раз еще Россия будет менять свои имена и аббревиатуры? Уже Европе пора спать, уже Америке пора верить в утопии, Индии - сельское хозяйство, Росии Бог, Израилю служба национального вечного страхования, Азии - рисовые поля плюс дойная корова империализма. А все эти координаторы воли и глобализации ....пусть будут...
Cлева направо: А.Курочкин, С.Земцов, О.Зверев. Омск, 1996.
Coрбона и Катя, тем не менее были внутренне далеки от сonsumer dream, oни и в самом деле смотрели на человечество как антропологи с Venus & Mars, или как какой-то иной
Сократ, Ницше, Гельдерлин или Дали, скучно страдающий манией величия. Сознательно стремясь оставить mark in history, всe прокаженные Кримма Шестого отбивались систематически от обвинений в паранойе и мегаломании, в попытках форсировать религиозное Вознесение.

Сорбона и Катя мелькали на страницах глянцевых журналов, в Indigo и Chapters, как celebrity royal family, но никогда ни секс, ни коммерческий брачный контракт не играли в их жизни важную роль. Какие-то там маневры вокруг католической церкви ни имели отношения к основным творческим ценностям Кримма Шестого. Да и в talk show прокаженных никто не жаловал. Если вы монах, так идите жить в монастырь, или, в отсутствие возможности жить в красивом экологически чистом монастыре, дорога вам в кукушкин asylum под наблюдением Старшей Медсестры и команды санитаров плюс арт-терапевтов, проплаченных официальной диссертабельной медициной. Читатель помнит, что такое психомедицина, и какие дозы корректирующих веществ она нам рекомендовала. Безусловно public relations Кати Джен были математикой Техника Сорбоны. Но математика не была чужда методологии христианской любви. Так или иначе mark in history таких масштабов, которые соответствовали глобальности Кримма Шестого, оставляли робкие земные люди из блогосферы. И они были loaded сверхблогосферой из которой происходят библия, каббала и всякий ЗОАР, Сияние.

Чему всех нас учила старая логика? Достаточно построить модель - да хотя бы из крючков и палочек! Если есть основание считать модель существующей "на самом деле", то наш возможный мир получает порцию какого-то Бытия. Таким образом аккумулируются заряды. Так было и будет,что кто-то хочет управлять погодой, идти на грозу. К счастью и Сократ был смертен и все протагонисты вечных идей сами то ищут доказательства существования сущего, а не Бытия, каких-то непротиворечивых моделей для своих superstitions. Б-г конечно есть,но каждый решает для себя, что там за сверхсущество этот Б-г... Какой-то земной Батюшка здесь и сейчас предлагает solutions. и растолковывает всем, что же с этими ответами на вечные вопросы делать... И что же? Эти ответы Батюшки сродни медицинским препаратам или это волны каких-то магнетизмов? Хотя, как знать? Проживем свое не полиномиальное время, какая нибудь машина все таки остановится, Родину полюбим, пророков своего отечества полюбим! К счастью музыкальные вибрации помогают нам что-то ясно себе представить понять и решить порой эффективнее и быстрее, чем долгая счастливая жизнь, годы образованщины, или декады странствий.

don't feel the wind
I spent a decade on the run
I escaped from nothing and no one
Not the twisted wreckage of
The dusty barren landscape I'd become
Extend the metaphor for us
I'll take a hammer to your trust
False starts, make amends
I'm underwater with the bends
Till there's nothing to discuss
Jakko M. Jakszyk
Впрочем, Катя Джен считала, что Война не важна,важны Маневры. Вообще-то, в социальных сетях полно гомофобов. Социальные сети просто переполнены гомофобами! Каждый и всякий
считает себя Настоящим Физиком и, якобы, знает толк в полный рост, во всякой там объективной реальности. Не все уважают Эйнштейна, а напротив предпочитают кривым геодезическим линиям, понятный им закон Гука.

На то он и закон Кирхгофа, чтобы программистики-пидарастики стекали в какой нибудь Anode - Аушвиц. А в Cathode - в какой нибудь Бразилии - у докторов Менгеле rewarding life на старости лет. В том старом древнем двадцатом веке лезли их всех щелей благодетели человечества как “Всего Человечества В Целом”- Маркс, Ленин, Мао, Ганди и Баба. Эдисон, Тесла и вслед за ними Cтив Джобс выдали этой цивилизации технические решения и массовые технические курсы..Why do I keep reading a technical manuals ?... A между тем, как же эти люди золотого миллиарда, всякие там microsoft people, любят своих pets! Какие у них конвенциональные зоосады – где-нибудь в Вашингтоне и Сан-Диего - и какие замечательные альтернативные wild life центры!
Чтоб я так жил - думает иной христианин в третьих странах. Слушаться надо своего психолога на бирже безработных! Как знать ? Бамбарбия! Может быть иного и наградят, премируют Cиропом из LSBO. Однако я увлекаюсь лирикой, вернусь к злокачественной хронике.

Катя не верила ни в андрогина Бердяева, ни в глупости, то что pussy rules. Все гендерные решения она принимала по своей Вере. Но теперь уже это и наша Вера, что мы знаем и есть заслуга Кримма Шестого. Конечно, у нас нет гарантий, что наш мир стабилен.

Как знать? Планеты сойдут со своих кеплеровских орбит и Земля – Mother Earth - если не провалится в какой нибудь математический фокус будет 40 дней падать на еще достаточно горячую центральную звезду. Останется от человечества одна только синергетика и турбулентность, все в одночасье умрут со своими мозгами фаршированными симулякрами.

Ленин (велик), Сталин (хороший тиран), Маленков (малиновый), Хрущев (велик), Брежнев (отравлен медсестрой Ниной), Андропов(велик опять), Черненко(педагог), Горбачев(пигмей), Ельцин(пигмей), Путин(восстановитель СССР), Медведев (мендель) ... Какие-то медленно расходящиеся ряды, саморазваливающие структуры холодных и теплых войн двадцатого века... В двадцать первом веке деловые круги осознали, что нет никакого reason в миссионерстве, в Савле и Павле. Какого черта бороться на всем континууме, если аксиома Цермело позволяет из одного шара сделать три. Бороться следует за семью и только за семью. Если методы со всего континуума зеркально перебросить на частную credit line - все дедукции науки будут работать. Нам показал как это выглядит и работает Техник Сорбона.

Далее рыжий Bill Gates, и далее Fenimor Jobs - обожавший funk flavoured добавки к в рок-н-рольным стандартам - стали выдавать на гора technical manuals. Пирамидальные affiliates начинали с какого-то уебища, не влезавшего в 640 килобайт, но постепенно вогнали в background iphone 4s всю web 2.0 революцию, возбуждавшую старперов hyde park до состояния любви не только к Старшему Брату, и ко всем вместе взятым united жидокомиссарам постсоветского пространства. Coрбона пиарил и Apple, и Явлинского и Кургиняна. Постсемья Березовского-Ельцина-Путина как-то сразу подружилась с отпрысками принца Чарльза. Но представить себе в одной упряжке с хасидами русских Емелюшку и Иванушку – нет не могу, it stops making sense for me.

Доллары, Шилинги и Пенсы на вазелине были напечатаны простыми ротациоными станками Wall Street, и они функционально развалили Азиопу - еще до того как Кримм Шестой блокировал Кали Югу на рублевском шоссе и в херсонских его филиалах.

A впрочем тогда уже Кримм, Сорбона и Катя нашли четвертый элемент власти. Хороший программист всегда нужен. В Новгороде сломало switch некое юное дарование родом из казаков. Даже network warrior Сорбона буквально таки охренел, обнаружив червей во всех
aй-девайсах пилотов своих Изостудий. Война -3 была проиграна. Впрочем облака on demand загрузили non profit организациям быстрые товары by default из Китая. К счастью генетически модифицирующие корректоры не понадобились.

Ах да, западный внутриклеточный тоталитаризм! Человейники глобализации и backward compatible национализации! Сорбона помнил как в Челябинске, с неким стопроцентным хасидом, они доказывали партийной комиссии, что в очистных сооружениях на входе хлора все же было больше, чем на выходе. Овражные коэффициенты алгоритма Качмажа съели газ. Но начальство в рабочее время играло в шахматишки, дизайнерские бабы вязали чулки - так и распалась российская федерация на вертикали. На горизонтали Техник Сорбона гонял чертей, принца Госплана, какой-то еще авангардистский stuff - но за всем этим наблюдали умные люди из Кащенко. Международное Общество Сознания Пелевина стало вместо костров жечь сарайки обывателей.

И тут все кончилось -Кримм Шестой нашел метод, позволявший элите прикидываться нах своей диалектической противоположностью, пацаны демократы похерили убыточные podcasts и устроили погром на кошерном youtube. В войне-3 должна была поставить точку только какая нибудь Хиросима-2, и патриоты ее сделали, “духовную only хиросиму”, разумеется.
Что мне и требовалось доказать читателю.

Переводчик.

interzone (ian curtis)

I walked through the city limits,
Someone talked me in to do it,
Attracted by some force within it,
Had to close my eyes to get close to it,
Around a corner where a prophet lay,
Saw the place where she'd a room to stay,
A wire fence where the children played.
Saw the bed where the body lay,
And I was looking for a friend of mine.
And I had no time to waste.
Yeah, looking for some friends of mine.

Four, twelve windows, ten in a row,
Behind a wall, well I looked down low,
The lights shined like a neon show,
Inserted deep felt a warmer glow,
No place to stop, no place to go,
No time to lose, had to keep on going,
I guessed they died some time ago.
I guessed they died some time ago.
And I was looking for a friend of mine.
And I had no time to waste.
Yeah, looking for some friends of mine.