Сергей Земцов.

«Michel Onfray. The Case against Christianity, Judaism and Islam.»

Рецензия.

Богоискательство.

Автор пишет о деконструкции монотеизма, теократии и демифологизации иудео-христианства. Вобще в книжном магазине Chapters можно купить все. Кажется, что внутри отдельно взятой головы это содержание не может быть размещено непротиворечивым способом. Я вот выбрал в отделе «религия» книгу про атеизм.

Причин не верить в Бога, точнее говорить, что в Бога не верит, у писателя может быть много. Скажем так, никакие аргументы теодицей не убеждают – совершенное существо допускает безобразия, армия священнослужителей вызывает своими речами тошноту, светское воспитание никогда не прививало «страх и трепет» и т.д. Чтобы поверить в Бога нужно небольшое, но откровение – personal Jesus. Иногда этот толчок – какое-нибудь несчастье, болезнь, кризис.

Примем автора книги таким как он есть и посмотрим что он может нам сказать интересного. Эпоху Ницше M. Onfray называет философским землетрясением. Так же хорошо объясняет что такое «быть ницшианцем». Ницше создал новые горизонты атеизма, и быть ницшианцем не означает «быть таким как Ницше», но идти дальше – атеизм is not the end in itself.Mы должны чтить Ницше, но взвалить груз на huge level in order to move philosophical mountains.

А в общем-то Ницше как он есть не очень нравится автору книги тем, что Ницше делил историю на период «до Ницше» и «после Ницше», и вобще известно как закончил свою жизнь, отписавшись перед сумасшедшим домом в качестве Антихриста. М. Onfray cкорее уважает барона Гольбаха, Вольтера и Фейрбаха – «чистых» атеистов. А Ницше, проделав брешь в Judeo-Christian edifice, вобще нигде не ссылается на Фейрбаха, видимо просто не считает его философом.

Все же по-поводу Ницше – последний считал своими личными врагами всех христианских священников. Но, кажется он рассматривал деятелей культа как идеологов, и не касался того, что проповеди слушают с целью найти личное душевное равновесие. Впрочем сам Ницще призывал «жить опасно» и считал, что «мы можем погибнуть», но должны говорить. Скорее всего философию Ницше вообще нельзя отнести к атеизму. «2000 лет и ни одного нового Бога!» - но это было богоискательство своего рода. По-этому М. Onfray говорит много красивых слов про философские горизонты и горы, он относится к Ницше как к попутчику, авторитет которого нельзя проигнорировать.

Что такое богоискательство вообще? Можно ли молиться своими словами? В церкви вам скажут – «конечно нельзя», на православной лекции в университете – «можно, но вы много потеряете». Можно ли мыслить себе Бога, не читая Библию? В церкви вам скажут, что «Слово Божие только здесь, избавьтесь от лукавого» , на лекции в университете – «история религии нашла завершение в христианстве». Но еретики делают все наоборот.

Атеизм, которого придерживается M.Onfray – атеизм дискурса. Он выстраивает историю атеизма, как подисторию философии. Ясно, что по ходу дела сообщается множество остроумных вещей, и порой очень точных с точки зрения словесной формулировки. Например, описывается женитьба по любви - love-marriage – между Католической Церковью и нацизмом, а затем Иудео – Большевизм – Jews and Communists – most often packaged together in the same grab bag labeled Judeo-Bolshevism. Анализируется христианский антисемитизм – последствие того, что «верующий в Яхве did not buy нонсенс о том, как Сын Бога погиб на кресте, спасая человечество».

Мне все-таки не понятно, что предлагает M.Onfray делать с людьми, порой не очень грамотными и не прочитавшими от корки до корки священное писание, но имеющими Слезный Дар. Это когда зажигают свечку, молятся на иконку, которую полагается изъять так как строго говоря Библия запрещает иконы, верят в то, что на «том свете» умершие родственники наконец-то отдыхают от земных страданий. Другими словами, суеверие становится больше чем суеверием. Не говоря уже про мытарства первых христиан, у которых есть последователи и в наши дни.

Далее, я всегда вспоминаю про иезуитов, которые получили «блестящее религиозное образование». О таких людях пишет Джойс. Таким человеком был Мартин Хайдеггер, и он всю жизнь пытался заглянуть за грань, где определенно находил Бытие Бога, никак не связанное с Сущим, то есть с тем, что о Боге говорят в церкви.
Постхристианская эпоха.

Так или иначе, несмотря на существование миллионов активно верующих в Христа, наступила УЖЕ постхристинская эпоха. То что, Ницше считал это своей личной заслугой – оставим для особых дискуссий. M.Onfray в связи с этим обращается к теме ислама.

Про ислам он пишет и в самом начале, и в конце книги. Однажды Абдураман убил животное, хотя у него не  было потребности его съесть – killing an animal then he has no need to eat it. Он на машине раздавил шакала. Раздавленный шакал стал являться во сне, и Абдураман верил в то, что шакал встретит его у ворот в рай – at the gates of paradise. Абдурамана вдохновляла священная книга Коран. Но, замечает M. Onfray, этот же самый Коран вдохновил 9/11 террористов. Таким образом, существует некий онтологический шакал Ислама.

Исламу свойственна гиперморальная логика – hypermoral logic – под этим имеется в виду следующее: Бог управляет историей, Его Дизайн не меняется – immutable. История «натаскивается» - coached – на языке негативных лозунгов – антисемитизм, антикапитализм, антиамериканизм, антимодернизм.

Все это «блестящий атеизм» автора международного explosive бестселлера.

Но о плачевном состоянии христианской общечеловеческой морали писал еще 100 лет назад Розанов, и по существу писал о постхристианской эпохе, когда человеческая природа может быть начнет изменяться в лучшую сторону. Успехов, кажется, нет.
 

Практически рецензия закончена. M. Onfray привел много интересного фактического материала. Концепция книги простая – все, что ему известно про классический прямолинейный атеизм. Соотнесения с религиозным мировоззрением никакого не дается. Попробую, все же соотнести ...

Вероятно, M. Onfray просто не занимается альтернативными исследованиями. Я же приведу такой пример: “… поразительно видеть, с какой жизненной силой держится религиозная традиция, даже сузившись до виртуального, потенциального состояния, несмотря на многовековые попытки уничтожить и вытеснить ее окончательно. Те, кто еще способен мыслить,не могут не заметить в этом сопротивлении знаки не-человеческой силы. Но, эта традиция не принадлежит современному миру, не является одним из его компонентов, и, напротив, совершенно противоположна всем его тенденциям.» (Рено Генон. Кризис современного мира.). Упоминается «современный мир» - это западный мир. Что касается Востока, России, Азии – неизвестно, что там происходит, и тем более, что там будет происходить.

В заключение немного о том, что мне известно о религии и атеизме в России. То, что M. Onfray называет Иудео-Большевизмом, сильно трансформировалось, и, вобще, этот slogan не очень удачный. Формально большевизм кончился. Православие в России прошло, может быть, стадию модного увлечения, и к иудаизму прямого отношения не имеет. Более того, «национальную культуру те или иные ее носители пытаются оградить от духовной активности иудеев. Безусловно, в основе тут лежит мотив: не трогай мое, мое не трогай; моя культура – никого в нее не пущу, сам буду делать. Со стороны это забавно и, может быть, смешно, а, по сути дела, довольно страшно.» ( Ефим Курганов). Однако, глубины православного сознания никто не исследует. Не ясно – какой Бог нужен русским, тем более это не ясно в переходный период от «большевизма» к восстановленному, якобы, православию – лишенному прежней пассионарности. Впрочем, сейчас, Россия слишком нестабильна, чтобы делать определенные опережающие выводы.

Сергей Земцов.

Заметки про Израиль.

База общественного питания.


Что-то писать про Израиль ответственное дело, так как существуют известные партии – основные две – сионисты и антисемиты, и ряд промежуточных. Скорее всего не удастся написать текст с которым согласятся и те, и эти ... Но постараюсь воздержаться от шаблонов и банальностей.

огда-то я уже посылал друзьям реалистический очерк о том, как я в Израиле «работал на базе общепита», но он не сохранился. Друзья же сделали вывод, что мы там «ели объедки». Но, говорили, что текст был интересный. Интересный так интересный, я попытаюсь его воспроизвести.


Начну же в этот раз несколько издалека.

Евреи, которые выросли в семьях, имеющих хоть какое-либо отношение к еврейским традициям, находятся за пределами моего очерка. У них своя литература – Игорь Губерман, Дина Рубина, ну и конечно Танах, кабалла Михаила Лайтмана, философские работы Мартина Бубера, и просто израильская пресса на русском языке, и для продвинутых на «нашем языке» иврит.

Когда я в Израиле проходил интервью в университетах и технионах, один сотрудник выложил мне прекрасную формулировку, что я «некошерный еврей»... Собственно говоря, я и хочу рассказать что это значит - таких как я много. Да, один из признаков «некошерности» - фамилия с окончанием на –ов. Как то раз в очереди в консульство России, кто-то кричал – с юмором – «всех тут, кто на –ов – не пускать и выставить из очереди!»
Но начну с так называемого ульпана. Ульпан – на иврите просто «студия». Иврит язык музыкальный, компактный и логически хорошо построенный. Я самоотверженно пытался научиться читать на иврите. Говорил – так себе, и писал в объеме нужном для заполнения бланков. Так как я человек книжный – то я думал мне поможет продвинутый курс, и я ездил на курсы учеников Соломоника, которые ругали рядовых учителей иврита, и обещали дать какие-то схемы на нескольких листочках, изучив которые все станет понятно. Что касается учителей иврита из бесплатных ульпанов, то ругали их правильно – учителем иврита может стать человек с улицы, если он «носитель» - в результате иврит преподают какие-то безработные, и стиль у них в духе – «мотек» - сладкий мой! – то есть они просто пишут на доске слова и произносят их.

Ульпан, это вобще предприятие министерства абсорбции – и интересен он скорее тем, что вместе собираются люди, только что приехавшие в Израиль, и как-то начинают дружить. Кстати, ульпаны международные. Кроме русских евреев – есть люди, например, из Калифорнии. «Мои родители зачали меня, когда я была в Израиле – и я считаю, что родилась здесь!». Почему ей было плохо в Калифорнии я не понял. Или вот девушка из Дании спрашивала меня – «а у вас в Сибири есть вампиры?».

На самом деле так называемое «ульпанское братство» неоднородно. Часто при первой возможности люди расходятся по разным своим дорогам – поднимаются или опускаются.

Но после первого ульпана, я взял еще второй и третий, так как упорно хотел научиться читать, да и это было практически бесплатно, после работы. Практически, я запомнил только одного человека из ульпанского братства – биолога, окончившего МГУ. Это был интересный человек, ему удалось открыть свой бизнес – все бы было хорошо, но его семья в России с ним порвала у меня на глазах, и я думаю из-за этого он умер в своей «технологической теплице» в израильской пустыне от сердечного приступа.

Однако на русскоязычную публику в ульпанах я насмотрелся. Один дядька – был в России кем-то большим – в Нетании делал пружинки на каком-то заводе, он эти пружинки приносил в ульпан, и говорил, что ему ничего не надо, он рад, что дети устроены. Семейные пары устраивались как могли. Муж – сторож с казенным пистолетом на боку, жена – кассирша. Процесс трудоустройства в Израиле – особая тема. Есть, конечно, и квалифицированная работа. Я в принципе работал в хай-теке на так называемой стипендии Шапиро. Проработав год, я нашел работу с нормальной зарплатой – но когда я уходил, босс Дуду сказал так – «ты за это заплатишь... Израиль маленькая страна, здесь все друг друга знают. В промышленности ты работать не будешь».

К счастью свой новый рабочий контракт я успел предъявить в иммиграционное агентство при канадском посольстве – «с таким контрактом ты пройдешь» - и после долгой очереди и войны в Заливе – «прошел» в Канаду. Я не знаю, как там работал механизм «в маленькой стране», но реально меня на самом деле уволили через 10 месяцев. В принципе я уже ждал канадскую визу, но бросился в поток жизни, другими словами, попробовал работать где попало.
Т
ут и довелось мне работать примерно месяц «на базе общепита». Другими словами, в чисто социалистическом предприятии, в котором воображали, что таким как я оказывается бог знает какая милость. А именно, нас вывозили в Герцлею – то мыть посуду, то расставлять мебель( стулья в синагоге при гостинице). В субботу, когда кошерные евреи только молятся, надбавка за нашу некошерность. Мытьем посуды руководили арабы, в частности, на Песах довелось драять медные краны в составе бригады. Я как-то раз заговорил с бригадиром на английском языке – «ты что знаешь английский, тогда что ты здесь делаешь?» - и он повел меня в каптерку и налил рюмку бренди. Но смысл базы общепита был в том, что мы могли увозить домой сколько угодно еды ресторана, иначе ее просто выбрасывали. Мои друзья из России это прокомментировали это следующим образом. «Стоило ли ехать в Израиль? Он там не только собирает отбросы, но, похоже он их ест.»

Еще я работал пару недель на заводе, который делает пиво – крупный завод в Нетании. Но там делали также раствор апельсинового сока – миц тапузим. Концентрат с соком привозили в больших черных пластиковых бочках. Моя первая промашка состояла в том, что я как-то умудрился стереть с бочек клеймо раввина, означающего что сок кошерный. В стране, где религия не отделена от государства, это означало – что раввина вызвали снова и он снова проклеймил бочки, качая на меня бородой с осуждением. Моя вторая промашка, состояла в том, что в цехе стояла автоматическая немецкая линия для перемешивания концентрата с водой, и когда пришли техники я по простому к ним подошел и стал спрашивать что-то про компьютеры. К компьютерам таким как я подходить не полагалось. И третья промашка, в общем то по справедливости фатальная, была та, что я повернул не тот кран, и добавил лишних 15 литров воды в апельсиновый сок. Им пришлось пробовать, и чуть ли не делать анализ, и через два дня мне предложили сдать пропуск...

Еще я грузил израильскую клубнику в английский самолет – кстати с мальчиками из России, которые живут в Израиле зимой, а летом едут на заработки в Европу. Я как-то разгружал морской контейнер, кстати с напарником, который тоже объездил всю Европу. Коробки были по 40 килограмм, со мной мы еле выполнили норму, и домой я пришел и лег в ванну весь в крови. И еще были разнообразные мелкие приключения.
Потом я все же находил что-то вроде контрактов для программиста. Это также смешно – работодатель из Ашдода, хозяин туристического бюро хотел одного – коробку с товаром, программным продуктом, которую он мог бы начать продавать. Мне он заплатил 100 долларов на еврейский Новый год – Рош А Шана – в качестве подарка + дал баночку с кошерным медом. Остальные деньги обещал потом – когда пойдет бизнес. Но «база общепита» была, конечно, смешнее.

Когда я уже жил в Канаде, другой еврей, который прожил в Израиле 11 лет, сказал – «я в Израиле дружил с людьми, а ты там замечал не то, на что надо было обращать внимание». Может быть это так и есть на самом деле. Я обращал внимание на то, что именно для меня было важно. Конкретно, речь шла о том, что я обращал внимание на развешенные на центральной улице Нетании объявления – «Евреи, бойтесь проповедников христиан, которые хотят вас крестить» . Другой еврей, из Америки, спрашивал меня – кому я хочу продать этот текст ( предыдущий утерянный) про общепит?

Кому я хочу продать этот текст?

Смысл скрытый внутри этого вопроса – если не найдется покупатель, то все остальное теряет смысл. Неизвестно, где и как всегда может появиться некий смысл. Если что-то и продается – это тоже не предмет ругани. Так все же ...


Вернемся к вопросу построения социализма – скажем справедливого еврейского общества – в отдельно взятой, как говорят враги Израиля, арабской стране.

О какой справедливости может идти речь? Бедным уделяется колоссальное внимание. В том числе старикам и инвалидам, матерям-одиночкам потому что они рожают евреев, новым репатриантам без гроша в кармане. Бедным – услуги для бедных, богатым – услуги для богатых.

«Как? Вы живете в Израиле без американского гражданства?» - такой вопрос задают в определенных кругах – в фирмах хай-тек в Израиле.

Кстати, многие устроенные люди в Израиле находят утешение в религии, или точнее в еврейской духовности. Я знаю примеры, когда всей семьей изучают тайное еврейское учение каббалу. Впрочем, именно еврейская духовность в Израиле процветает. Мне, например, нравится еврейский седер на Песах. Агада – очень красивый текст, обряд и в современном Израиле это настоящий праздник. Вобще широко известен тезис о том, что государство Израиль должно сохранить «еврейские корни». С корнями все понятно, вопрос о будущем. Еврейские модели подходят оставшейся части человечества или не совсем?

Нельзя же отрицать, что В ПРОШЛОМ, роль еврейской культуры для цивилизации велика, осторожно выражаясь. Христианство откуда? Но может быть человечество уже подросло, а Бог возьмет и объявит избранным народом русских или китайцев. Бог же вещь в себе, всякое может быть.

Но это было бы абстрактной декларацией, рассуждением по пустой аналогии, если бы не опыт социализма. Социализм это уже нечто конкретное, что можно посмотреть. Мне лично не нравится ни социализм бренда СССР, ни социализм бренда «Эрец Израел».

Различие цивилизаций.

Я на самом деле придерживаюсь, может быть старомодных взглядов на то, что существует Истина, пусть как процесс, но процесс в своей целостности. Мой отец был по сути аполитичен, но говорил мне, что границы между странами когда-нибудь исчезнут. Если это ошибка – и «национализмы» разного рода должны отставаться, процветать независимо друг от друга – зачем же тогда ругать евреев? Еврейский национализм образцовый. Нам эклектика не нужна.

Но совсем без коммуникаций между парадигмами тоже нельзя. Волей или неволей, как говорится объективно, «национализмы» должны взаимодействовать. Оставив в стороне всякие эмоции, опираясь только на ледяную логику, как говорил Хадеггер, приходится допустить, что глобальная цивилизация на пороге. Так что «ругать» никого не надо, но надо научиться правильно отрицать.

Впрочем, может быть надо спросить не меня, а ученых. Ученые консультируют, как известно тех, кто управляет всем реально. А кто сейчас управляет цивилизацией? Но это уже другая тема.

Cергей Земцов

Lee Siegel. Against The Machine. Being Human in the Age of the Electronic Mob.

Рецензия.

Любая реклама, тонкая или грубая, не приводит к обязательному исходу – акту выбора, и тем более выбора в пользу дистрибьютора. То что рекламы стало много – это факт, допустим когда-то не было даже предметов рекламы. На самом деле никто не заставляет ПОКУПАТЬ.

Если выработать иммунитет к рекламе, сосуществование с бизнесами и сетевыми технологиями вполне реально и ужасы, которые описывает автор книги исчезают. Тем более, что никто не отменяет нормальное образование и в школах все таки дети слушают человеческую речь.

Не секрет, что объектом бизнесов стало ВСЕ, что может быть продано и куплено – все online. Если раньше оставалось что-то «святое» или просто нематериальное, было проще поставить какой-то барьер, табу или методологический критерий. Cейчас даже онтология стала cмешанной объективно -субъективной, т.е. свойства предметов оцениваются не так как раньше. Нельзя доверять науке – ученые сами не знают за кем остается последнее слово.

Но особенность современности в том, что наука желает сохранить за собой свои функции, наука за это будет бороться.

С этих позиций и нужно рассматривать отношение различных партий к блогосфере, качеству сетевого образования, к поколению людей сети с laptops in Starbucks – о чем и пишет автор книги.

Но говорить просто о рекламе неинтересно. L. Siegel перечисляет изощренные ужасы электронного бизнеса – какой-нибудь google bombing. Впрочем этими вещами занимаются отнюдь не аморальные люди, и автор утверждает другое – то, что продвигается в поисковиках не обладает релевантной ценностью. 30,000 человек нашли и прочитали не самую популярную статью, а популярную статью о популярности. Искать в интернете полезную информацию и отличить ее от популярной – трудно.

То, что интернет – это просто ряд удобств для заказа авиабилетов, пиццы на дом, банковских операций – никого уже не вдохновляет, это само собой разумеется и к этому привыкли как к почтовым лошадям когда-то. До сих пор не ясно, что такое user-generated content. Я, лично считаю, что окончательно с этим разберуться только археологи будущего.

Содержание сайта, полностью контролируемое пользователем, означает не просто отсутствие цензуры, но и неограниченные возможность самоцензуры. Можно бесконечно редактировать текст, можно модерировать любые комментарии. И статьи в Wikipedia можно редактировать в зависимости от коньюнктуры. Так ли это хорошо, и приведет ли это к «мегадемократии»? L. Siegel утверждает – ни в коем случае. Очень мало людей, которым есть что сказать человечеству. Видеоблоги на youtube, сайты сетевых писателей и поэтов, так называемые треш-ресурсы, это наглядно подтверждают.

Пять Открытых Суперсекретов by L. Siegel :

1. Не у каждого есть что сказать.
2. Мало людей могут сказать что-то оригинальное.
3. Горстка людей умеет хорошо писать.
4.Большинство людей готовы на все, только чтобы понравиться.
5.«Потребители» ( сustomers) всегда правы – «люди» (people) не правы.

В другой книге говорится точнее. «В веру обращают вовсе не для того, чтобы освободить, но для того, чтобы сковать цепями. ... Вас будут преследовать, заставлять творить и делать свое творчество достоянием публики, поощрять ваше стремление к скрытой славе – предел желания деликатных и безвольных людей. Энергично и чрезмерно, с деланным восторгом они хвалят ваши робкие опусы, устраивают так, что за вами следуют толпы читателей, этих вездесущих и неявленных убийц. Совершив это злодеяние, они успокаиваются и отходят в сторону....» ( Э. Чоран. Портрет цивилизованного человека.)

Интернет, блоги и видеосайты открывают безграничные возможности для творчества, о котором идет речь, о творчестве, которое, к сожалению, может оказаться никому не нужным.

Естественно, что в научных сообществах, и вобще в традиционных творческих союзах, такой свободы нет. Твердые копии трудов хотя бы складируются и реферируются и передаются ученикам академиков. Список трудов иногда важнее, чем содержание трудов, но это все же статический content, поощряемый тем или иным комитетом по ДРУГИМ ПРАВИЛАМ. Все что делает L. Siegel – cравнивает правила. Старые правила известны давно, новые правила – плохие и автор книги приводит множество примеров, которые в общем-то сводятся к тому, что можно по неопытности жениться online на корыстной женщине.

В частности, в книге усилено критикуется «революция третьей волны», которую описывает Tоффлер ( Alvin Toffler) . На несколько другом языке можно переформулировать критику Тоффлера так – он выполняет социальный заказ большого бизнеса. They begin to define human life in strictly commercial terms. Alvin Toffler has had a genius for that kind of formulation. Я внимательно читал «Третью Волну» Тоффлера, и некоторые другие его книги, и мне кажется, что все на так просто.

Сама по себе концепция «Третьй волны» может быть и журналистский brand, хотя нельзя требовать, чтобы всякая концепция опиралась на историю западно-европейской философии. В то же время это довольно точная позитивная концепция, демонстрирующая, что современный капитализм и американский глобализм МОГУТ ВЫЖИТЬ. Если кому это не нравится, это особая тема – кто-то хочет доказать себе, что Америка на краю гибели – не важно, это особая установка.

Если мы живем все же в период революционных преобразований, то они повлекут изменение менталитета людей, причем менталитет сетевого поколения – net generation – одинаков, что в Америке, что в России. Новое поколение в России уже не помнит «известные принципы», и просто ждет, когда поколение «совков» вымрет. Напоследок, старые советские люди, которые как известно жили в детском саду, и не работали, а делали вид, что работали – теперь могут оставить наследство в интернет-блогах.

Конечно, L. Siegel мало что знает о России, но, случайно, его content оказался близок российскому – выступление против массовой культуры, Internet High Culture, которая стала fatal run of democracy.

Другая важная тема в книге это «оскорбление науки» – возможность не контролируемой активности в сферах, куда раньше вход был ограничен. Люди искусства еще ладно, но графоманы... Причем L. Siegel все время описывает какого-то идиота, который log himself to social network или что-то там покупает на ebay. Более серьезные примеры, это школьник, который ориентируется на популярность, готов упаковать свою индивидуальность во всевозможные профайлы – якобы такие ребята всегда были, а теперь «у психов свой интернет»... Да, это НОВОЕ – раньше такого школьника просто били на перемене. Но можно предположить, что наука, и образование, которое связано с колледжами, университетами – приспособятся, пустят в ход ресурсы communication studies или психологические coaches. Другими словами, пользователей сети надо воспитывать. Я думая, что в где-то в Лондоне эти новые методы уже давно изобрели, судя по тому какие у них интернет сайты.

И, наконец, про Новый Модем Голого Короля – 70 миллионов блогов. L. Siegel все таки утверждает, что это патология. В Америке нельзя критиковать интернет, так же как нельзя критиковать демократию... «Нельзя» – только в определенных смыслах, так как в принципе в Америке можно критиковать все. Имеется вероятно в виду – что можно, что нельзя в рамках каких-то lobby и каких-то правил для людей, пользующихся преимуществами социальных ниш.

Но, на самом деле, книга «Being Human in the Age of the Electronic Mob» - книга о будущем. Опасения в ней высказанные окончательно не разрешены. Это интересная книга, потому что век электронной мафии только начинается. Человеком надо, конечно же, оставаться.

Кероук изобразил дхарма-бомжей в 1954, помешанных на Востоке. Eретическая библия -KtB – Killing The Buddha – призывает убить ЛОЖНОГО будду. Книга состоит из сочинений, написанных dharma bums, yбивших в себе определенные иллюзии, но заинтересованным в дальнейшем поиске религиозной ИСТИНЫ, и им что сказать о spiritual state Америки. Веселый Кероуaк стал серьезным и ядовитым. А в России нынче тотальное Православие... . И по традиции это – «кто заткнет хлебало Радзиховскому?...»

C утра собрался слушать Dharma Talk. В 1990 году я оказался в Washington DC в похожем храме общества Сознания Кришны – меня туда отвозила несколько раз недовольная троюродная тетя, психиатр и материалист. Недовольная тем, что я интересуюсь bizarre people, но в целом довольная, что я не пустился в бега и вернулся тогда в Россию.

Однако все вышло по-другому. Приехал в 8.30 и уехал в 9.30. Люди верующие, серьезные – а я турист. Правда все приветливо улыбаются – злобных старух в черных платочках не было. Собственно начала церемонии я посмотрел. Потом приезжали молодые китайцы – светские, в джинсах, и тоже быстро ушли. Что касается Dharma Talk – то я прочитал программу лекций, и мог купить все это в наборе на DVD – но в целом я все это знаю – четыре благородные истины и все такое. Они там собирались еще что-то освященное кушать на ланч – но мне это уж точно ни к чему. Спасибо, кушал когда-то прасад – не помогает. Сделал несколько запрещенных фотографий, во внутреннем дворике нашел еще дополнительное строение – зашел, увидел, что-то вроде библиотеки, библиотекарь вежливо улыбается.

Поехал в Burnaby – на какую-то высокую гору, соблазненный проектом Playground of the Gods. Погода опять пасмурная, туман, потом вообще дождик, drizzle. Опять ехал по Highway 99, но вчерашняя горная панорама закрыта низкими облаками. Так как точных координат не было – заехал на Burnaby Mountain c севера – по кольцевому шоссе. Виже – гора вроде бы та, но с шоссе съезжать не куда. Наконец, по какой-то вертикальной дороге попер в гору, но явно по диким местам. Нашел на карте названия улиц, которые запомнил – вроде бы надо было заезжать не здесь, а скорее с юга. GPS настроил на place of attraction и минут через 20 добрался до вершины горы. Проезжал улицу Curtis – не знаю тот Curtis или не тот, но была и лавочка Сurtis Division.

В хорошую погоду наверное должна быть видна раскошная панорама, но сейчас ничего не видно. Посмотрел Playground of Gods – японское искусство – Kamui Mintara. Ожидал большего – а так группа деревянных скульптур, несколько загадочная, нужны комментарии искусствоведа.

Заехал домой за женой – дома нет, гуляет где-то самостоятельно. На Granville Island все галереи оказались закрыты на Новый год – с табличками о том, что Новый год надо встечать дома с семьей, а не бегать по магазинам... Впрочем и так было все видно в витринах – типа Eagle Spirit – это все этнический бизнес, после музея антропологии не интересно.

Похоже культуры Ванкувера мне уже хватит. Так как было рано – поехал еще в музей Ванкувера, в котором упоминалась экспозиция local хиппи Ванкувера. На самом деле – обнаружил целых два зала, посвященных хиппи, а также – борьбе обывателей с «грязными хиппи» - hippies please use backdoor, fight hippie filth! Телемонитор с телепередачами 60-х о хиппи – film footage courtesy of CBC. Демонстрируются два «алтаря» - на одном битлы, на втором – будда. Но интересно, что «алтари» похоже подлинные, Hippie Decor из какой-то тусовки. Все остальное монтаж. Играет All You Need Is Love, и зал называется You Say You Want A Revolution...

В космический павильон за 11 долларов не пошел –что я планетарий не видел с музыкой Pink Floyd... Закупил продукты на ужин в Urban Fair. Нужен прогноз погоды на завтра, чтобы ехать в горы – 120 километров.

В ресторанах не питался и в интернет не ходил из скупости и жадности. Парковка в гостинице на Новый год и конец недели – со скидкой.

На мобильном телефоне читаю электронную почту – поздравили с Новым годом некоторые редкие, забытые личности. В том числе мой виртуальный брат Вова Барсуков из своей студии предлагает что-то вроде того, чтобы жить спокойно, ОТДЫХАТЬ, и ни о чем не тревожиться. Это правильно, в духе 13-го патриарха – источник страданий нужно глушить транками и танками.

-8 –
В связи с Западом, Востоком и Россией вспоминается русский писатель Даниил Андреев, тот самый, который в сталинских лагерях сочинил «Розу Мира» - историю своих реинкарнаций. Как вообще христианин мог написать нечто подобное, а к тому же какому «следователю» это адресовано? Один из вариантов «понимания» - чего только не ведает наша медицина, специализирующаяся на графоманах и шизофрениках. Но то обстоятельство, что эта история записывалась по ночам на нарах – без определенной надежды на публикацию... Скорее автор писал для ангелов, или для Бога, если Бог не так уж далеко и все видит.

Так или иначе рукописи не горят, и тайные имена открывают Двери. То же самое - про Doors of Perception Олдоса Хаксли, и про Двери Джима Моррисона – break on through to the other side.

Сегодня опять плохая видимость, нет смысла подниматься на перевал. Кажется обещают ясную погоду завтра. Жена простужена, болеет – привез ей завтрак в гостиницу. А также хорошее красное вино. Потом свозил ее в вязальный магазин, но она ничего там не купила – yarn намного дороже, чем тот, что она покупает online. Но рядом оказался испанский магазин – купили интересный плед из Мексики. Съели полноценный обед – но простой и не дорогой. Затем прогревались в сауне. В интернете залил фотографии, и выяснил состояние своих кошек в Торонто. В музеи сегодня не поехал – хотел найти студию арт-терапии и какую-нибудь выставку творчества душевнобольных – но нашел только закрытые студии арт-терапии и почему-то для китайцев.

Читал русский интернет, пригласил кто-то на форум о цивилизации. Из форума о Ницше мои посты выкидывает модератор. Форум о цивилизации неплохой – но люди говорят А, и не договаривают Б. Ну хорошо – поругали Америка, поругали евреев. Какой-то барбос-академик похвалил. Никакой новой идеи не высказали.

GPS опять впадал в странное состояние, показывал несуществующие улицы.

 

ВАНКУВЕР

- 1 –

Прилетели в 9 утра. 26 декабря, + 3 по Цельсию. Little bit foggy – оказалось это густой как молоко тихоокеанский туман. Город – среди гор, напоминает Алма-Ату, Тянь-Шань – но горы выше и ближе.
Едем в отель на такси – кажется что медленно, я думаю что из-за тумана. На спидометре только 30, я спрашиваю какой тут speed limit – справа на дороге нет никаких знаков. Шофер понял – говорит –«сэр, это мили!». Никаких следов снежного покрова, вечнозеленые какие-то деревья, и архитектура частных домов, коттеджей, не похожа на другие страны – какая-то Британская Колумбия в чистом виде.

В отеле – 31 этаж – нам дают этаж 27. Но комната хорошая, из окна вид на горы, кстати, напоминает отдалено и холмы Иерусалима, куда «восходит...алия».

Делаем вылазку в downtown. Высотные дома, стеклянно-бетонная – обстановка, уже хорошо знакомая. Как известно в таких местах обитают «несчастные укушенные люди, которые не могут умереть и живут своей темной жизнью»... Попали на boxing day – люди стоят в очередях за хорошими ботинками, на которые сегодня скидка 70%.

В каком-то дорогом ресторане, куда зашли вместо Tim Horton – для изучения культуры – принесли roasted soap – сама процедура забавная. На дно большой тарелки положили ложку какой-то смеси, потом полили чилиподобным соусом. «Это что, суп?» - «Да, сэр... Поперчить?».

Ну, ладно... Нашел то, что искал – музыкальный магазин HMW. Половину того, что надо было не купил – дорого, несмотря на boxing day, но в два раза дешевле, чем в прошлом году в Лондоне. Молодая девица понимающе улыбнулась посмотрев на выбор стареющего сэра – книгу – Why Kerouc Matters? Хорошо, когда улыбаются девицы...

На сегодня все, не считая всяких бытовых мероприятий – закупка продуктов на ужин, просмотр телепрограмм. Из окна видно как на вершинах гор горят огоньки – там кто-то живет, наверное, индейцы.

В тумбочке в придачу в стандартной Gideon Bible обнаружил евангелие мормонов. Но на ночь почитал привезенный с собой «Апокалипсис Смысла» о разложении западной цивилизации.

- 2 –

Утром проснулись рано до рассвета, так как 3 часа с Торонто разница по времени. Когда взошло солнце – тумана нет, а из окна виден еще и Тихий океан, точнее тихоокеанский залив... Но надо будет найти катер в открытое пространство. Через интернет поинтересовался состоянием кошек, оставленных на basement в Торонто – пока ни одной мыши не поймали ... В новостях министр обороны США что-то говорит про допросы – interrogation – в действующей армии – то ли на чистую воду выводит кого-то, то ли направляет мочить в сортир ... Целый блок новостей про сектор Газа – это как обычно без перемен – «они хотят только одного – убивать друг друга».

Взяли на 48 часов стандартный автобусный тур – big bus. Решили первый раз проехать по кольцу без остановок. Запомнилась скульптурная группа в English Bay, и Stanley Park – вообще ожидал большего. Chinatown такой же как в Торонто, но, наверное, более продвинутый. Завтра поедем с остановками. Случайно нашли хороший супермаркет и «столовую» - гастрономический перформанс на этот раз не состоялся – новые ощущения на языке - тайский салат манго и ginger tea. Сделали радиальную вылазку во внутреннюю гавань – наконец-то наблюдали какую-то олимпийскую символику 2010. Далее яхты, лодки и самолетики. На таком самолетике –floatplane- подвозят на Victoria Island – смотреть на китов в открытом океане, но сейчас не сезон для морских круизов. У жены заболело горло – так что до конца дня телевизор, сауна и интернет. Заказал только ресторан на 31 декабря – с длительным просмотром каких-то дискотек с техно и хаусом – все приличные билеты распроданы, кроме простого входа на танцы. Так что будет простой ужин даже без countdown. Но выяснил, где тут берут на прокат машину. Все музеи сегодня были закрыты – воскресенье.
Сидел в джакузи с каким-то итальянцем, отцом трех дочерей, которые плавали в бассейне – подсмотрел что он читает. Rollins, Amazonia. Директор ЦРУ получает фотографию агента из морга – у трупа две руки, хотя согласно досье – была только одна рука. Директор ЦРУ посылает в Бразилию отряд, выяснять как же так – откуда две руки, вместо одной?

- 3 –

Утро начали с аптеки – у жены горло и, жаловалась вчера на высокую температуру. Поехали в Stanley Park в Аквариум смотреть 70,000 обещанных рекламой зверушек. Что там действительно оказалось – арктический павильон с белугами, котиками и необычными северными дельфинами. Ну еще с юга – тропический павильон, акулы, электрические скаты, попугаи, ибисы.

Скульптурная группа в English Bay – китайский гений изобразил самого себя в состояниях истерического смеха. В китайском квартале жена из автобуса усмотрела какой-то шелковый халатик – теперь задача туда добраться за ним еще раз. Вроде бы интересный старый квартал с сувенирами – надо будет в последний день закупить сувениры. Из еды в Urban Fare ничего оригинального – греческий салат.

В океан выйти не сезон. Консьержка нашла только какой-то единственный супер-выезд на Victoria Island – лететь на самолете, потом шлюпка- экстрим, и очень дорого. Прогуглил малоизвестные музеи, что-то вроде шаманизма и трансформации, нашел на юге от Ванкувера международный буддистcкий храм, в Новом Вестминстере – uptown – пишут Сан-Франциско в Британской Колумбии. Жене – три вязальных магазина. Все идет к прокату машины, а парковки дорогие – жена против машины, в чемоданах нашел мешочки с железными двойными долларами – townies- из копилки, то есть это message от жены - надо экономить и экономить .... Ну хорошо, сэкономил уже на встрече Нового года – от билетов на танцы отказался.

Вот продолжаю читать о разложении Запада – «единственный вопрос, который стоит здесь поставить, состоит в следующем: переживет ли Восток под влиянием Запада лишь временный и довольно поверхностный кризис, или Запад вовлечет в свое падение все человечество?».

Купил себе в Urban Fare ginger tea, но его надо пить с молоком, а жене надо купальник в джакузи ... так что пойду в город за молоком и купальником на ночь глядя.

- 4 –

Посетили главную картинную галерею. До следующей картинной галереи пешком не дошел. Нашел японский букинистический магазин. Купил «Кilling the Buddha». Бестселлер, ссылка на Кероука. Прошел пешком всего километров семь – но устал, подагра. Реализация культурной программы требует арендовать автомобиль – 23 доллара в день плюс столько же за страховку. В буддийский храм впрочем 3 января можно поехать на Sky Train – там какое-то мероприятие по-поводу Шакьямуни. Но есть еще у черта на куличиках галерея современного искусства, олимпийская деревня, центр Науки и еще много чего, включая и три вязальных магазина.

В картинной галерее Ванкувера много нового – живопись европейских переселенцев, оставшихся верными традициям импрессионизма. Если в Европе итог импрессионизму подвел Сезан, то на этом континенте, на мой взгляд, концепция продолжала жить. Есть Рокуэл Кент – я просто помню в детстве у отца в библиотеке был огромный альбом – с тех пор не видел ни репродукций, ни оригиналы.

Кроме классической живописи – авангардизм, но вполне обычный – поиски, которые сопровождаются горами мусора. Скульптура динозавра, смонтированная из пластиковых стульев. Болото, представленное видео-мониторами со стереозвуком, расставленными на полу. Новое направление в искусстве – channel video – весьма интересно, но как полагается в концептуализме – необходимо прослушать лекцию автора, только тогда проясняется смысл его творческой лаборатории. Большая выставка маститого фотографа – панорамные фотографии – запомнились дикобразы в Берлинском зоопарке, и целый зал изображений из Hampstead около Лондона,видимо фотограф там живет в основном – хорошее место. Да! Много образцов старинной книжной печати - prints. Были рисунки чернильным пером – похоже как рисует шариковой ручкой художник Барсуков из Петербурга, мой виртуальный братан и руководитель студии в «мажорной психбольнице, куда известные люди направляют лечиться своих детей».

В Сhapters книг гораздо больше, чем в Торонто – невозможно объять необъятное, но не смог не купить комментарий к Хайдеггеру на plain English. Действительно, очень ясное объяснение Dasein.
Кушали стейки в Keg. Xодил с женой вниз – в бассейн и сауну.

- 5 –

Как белый человек взял напрокат машину. Уехал далеко в музей антропологии – по сути территория университета Британской Колумбии. На обратном пути отказал GPS – но понял поздно, включил/выключил – карты перегрузились, но уже заехал на север. Впрочем посмотрел на город, улицы.

Поехал домой в гостиницу. Жена надулась, ходила утром одна смотреть Паровые Часы, Steam Clock, кушать не хочет. Решил съездить один во вчерашний пропущенный музей – поехал по памяти, но ничего не нашел. К тому же окончательно осознал, что в Ванкувере множество улиц с односторонним движением – в Торонто вообще ездил только по двусторонним. Пришлось включить GPS. Доехал, но абсолютно в другое место, чем воображал себе. Уже почти 5 часов, и темнеет – так что в музей не пошел. Закупил продукты в Urban Fare и заплатит огромные деньги за подземную парковку до 9.30 утра. Жена дуется, денег жалко. Не помогли даже Птичьи Колокольчики, Bird’s Bells из музея антропологии, ручная работа артистов first nation.

Нашел и отметил на карте три вязальных магазина, гору Куропатки, китайский сад – завтра попробую развлечь.

Что-то не хочется сегодня читать про разложение Запада. Нашел в сети сайт организации KtB – два писателя, Peter Manseau & Jeff Sahrlet, имеющие религиозное образование, собирают материалы против религии, ереси, имеющие хождение в Америке. Остается джакузи и бутерброды.

- 6 –

Утро, 6.30 по Ванкуверу, 9.30 по Торонто, 31 декабря. Вчера вечером все-таки читал Introduction to Heidegger. Метафизическая основа философии Хайдеггера - различие между «онтологическим» и «онтическим» - прослеживается в линии Платон, Аристотель, Дунс Скотт, Декарт, Гуссерль. Это своего рода традиция. Хайдеггер искал «тотальность субъекта». Начиная как выпускник иезуитского колледжа и католик, Хайдеггер разработал аппарат «феноменологии времени» - очень изощренный и диалектический, и всю жизнь этим аппаратом пользовался, как в период поддержки нацизма, так и в период лекций о Ницше, Гельдерлине и в период критики современной техники и технологии в 50-е годы. Уже Аристотель был «категоризирующий» и «практический». Гуссерль стал изучать чистое сознание и трансцендентное эго, но сам же ловил себя на том, что хотел изучать practical world. Хайдеггера, Гуссерля, Ясперса выбила из «теоретизирующего сознания» первая мировая война и социалистическая революция Ленина. Хайдеггер открыто объединил надежды своей метафизической революции с национал-социализмом. За это в 50-е годы специальный «суд» лишил его права преподавать в университетах ГДР, но Хайдеггер до конца жизни «молчал» и не «оправдывался», хотя и пытался найти общий язык с Сартром, сделавшим карьеру на антифашизме.

Пора пить чай и ехать в ту или иную сторону. Жена хочет развлекаться по собственной программе. Еду в Richmond, Surrey и New Westminster – с 9.00 до 16.00. Последний час в Chinatown. Meжду Surrey и Westminster - очень красивая Британская Колумбия, горы. Ничего не ел сегодня – разгрузочный день. И в интернет не ходил из скупости.

В Richmond на Steveston Highway роскошный буддийский храм, действующий. Оказывается мероприятие по-поводу Шакьямуни будет завтра в 9 утра. Позвонил жене по сотовому телефону, не отозвалась – я уверен ей бы понравилось – может быть поедет завтра. Фотографировать в самом храме просят воздержаться – не стал этого делать, но то что сфотографировал вокруг – сады, фонтаны – стоит выложить на сайты. В gift shop кое-что потратил лично на себя – все таки служители культа охмурили.

Поехал в Центр современного искусства в Surrey – оказалось это то, что называется центром художественной самодеятельности школьников, Впрочем центральный зал закрыт до 20 января – никого нет, вход бесплатный. У школьников – театральная студия, студия акварели и повальное увлечение искусством video channel – мониторы с видеоперформансами на 6-15 минут с приложением стереонаушников – фотографии + музыка. Ну до вчерашнего маститого фотографа Scott MacFarland им пока что далеко, а так – творчество, я бы и сам попробовал пособирать коллажи.

В New Westminster нашел uptown – но ничего не понял, причем тут Сан-Франциско в Британской Колумбии. Буду в нормальном Сан-Франциско, может быть пойму. Потом усмотрел нв горизонте высотные дома – и поехал без карты в том направлении, посмотреть что там есть. Обычный густонаселенный район, с витринами как везде – если не считать мелкого Psycho – мага и предсказателя судьбы. В конце концов усмотрел на обочине Chapters – и стал парковаться, парковка бесплатная, но подземная – правильно сделал, что записал на бумажку, номер слота, но забыл записать уровень. В Сhapters рассматривал полки очень долго, пользуясь отсутствием рвущейся на свободу жены, но ничего не купил из экономии. Затем стал искать машину, нашел пустой столб, и машина отозвалась на panic button этажем ниже. GPS в подземном гараже свои спутники не читает. Поднялся на дорогу. Пошел дождь. Припарковался на плазе и зарядил GPS на Chinatown. Купил жене шелковый халат с драконом, и добрые китайцы подарили на Новый год два фонарика.

Дома жена куксится – «трать трать последние деньги» - почему последние не ясно – вроде еще денег много. Предлагаю жене поехать в Whistler – а до Grouse Mountain – вообще 30 минут.

С Новым Годом!

- 7 –

1 января 2010. Надо же – 10 лет прожил в 21 веке. Читал KtB. Я злоупотребляю цитированием – но когда цитирую всегда вспоминаю лектора из ветеринарного института по марксизму-ленинизму. Я вообще долго учился в разных университетах – и как полагалось изучал идеологию советского народа в обязательном порядке. В частности, переезжая из города в город, я учился и молодом Омском университете, где прослушал самый фантастический курс, который читал уважаемый марксист, приглашенный из того самого ветеринарного института. Он как фокусник доставал из кармана пиджака перфокарты с цитатами – и выкрикивал – «Полное Собрание Сочинений, том XX страница YY! ». Впрочем и декан мехмата на семинаре по экзистенциализму брал слово, и начинал спич, краснея от смущения, вводной фразой – «мы – все-таки марксисты...». Как подводит итог Бенедикт Сарофский – писали сочинения с оглядкой на следователя НКВД в 1937, или в стол майора КГБ в 1977. А в 2007 году все еще надо «выдавливать из себя раба».

Ну так вот еще одна цитата, более или менее удачно подобранная, – «люди Запада часто воображают, что эти шумные, но малочисленные персонажи и представляют собой Восток, но на самом деле их влияние не имеет какого-либо широкого или глубокого резонанса. Это заблуждение имеет весьма простое объяснение: истинные представители Востока не имеют ни малейшего желания быть известными и популярными на Западе...»

Несмотря на то, что в России активно обсуждается тема гибели Запада, системный кризис американского глобализма, и встречаются чудесные ремарки, типа того, что - «Россия еще спляшет яблочко на крышке гроба Соединенных Штатов Америки!» - Россия это тоже Восток.

 

Глобальная цифровая деревня

 

Ясно, что человечество не созрело для того, чтобы стать «расой, населяющей планету Земля», и для того, чтобы убрать границы между странами. Это полная утопия. Нации будут бороться за своё существование. Американский глобализм так же несостоятелен, как и миссионерство христиан. Хотя мне и попадались труды учёных методологов, которые уже мыслят категориями всего человечества. Если бы «всё человечество» готово было к подобной стадии прогресса, то можно было бы говорить и об объективной или общезначимой истине. Пока что общезначимые истины есть только в математике, которая, как известно, царица всех наук и универсальный Язык науки. Впрочем, один из основателей нейро-лингвистического программирования – математик, и описывает «структуру магии» в терминах формальной грамматики. Поэтому-то НЛП и не любят в России, считают выдумкой манипуляторов, технологией бизнеса. С другой стороны, менее консервативной,  НЛП можно считать исследованием навыком Экспертов, или Успешных людей.

 

Так или иначе, глобальная цифровая американская деревня – global village – такая же ересь, как и коммунизм Хрущёва, который в 80-м году XX века не дал о себе знать прогрессивному человечеству. С другой стороны, «цифровую» сторону как-то приспособили в мобильных телефонах и компьютерах для журналистов, которые их носят в своих портфелях. Да и билеты на элитные концерты и перформансы крутых деятелей авангарда продают online.

 

Игорь Летов, в одном из самых своих депрессивных видеоклипов «Насекомые», заклинает:

 

Новый прекрасный мир

Новый прекрасный мор

Апофеоз, апофеоз, апофеоз, апофеоз

В трёх сосeнках, блуждая насмерть, замёрзли оба

В трёх сосeнках, блуждая насмерть, замёрзли оба

Замёрзли оба раба божьих – это я и ты

Раба божьих – это я и ты

Вот оно как, вот оно как

Вот оно как, вот оно как

Во веки веков, во веки веков

Во имя щеночка и смятой бумажки

Заклинаю! Заклинаю!

Усохшую речку, усопшую птичку

Разинутый пламень, обугленный камень

Уберечь нас прочь от злой натуги

От мясистых очей, водянистых речей

От обильных музеев, хмельных комментариев

От повальных пролетариев и прочей жизни!

Это, в общем-то, чистая декларация «Русского Хаоса», довольно точная по сравнению с каким-нибудь наивным гимном типа «Убей Жида» или «Звезда Свиней». Безусловно, под этими словами подпишутся не только русские, но многие другие носители неконформистского сознания в момент душевного кризиса. Что здесь неразумного, кроме ФОРМЫ – это вроде как формальный БУНТ против порядка вещей. Так нам запрещают бунтовать, или как? 

 

Конечно, даже если бы и хотели – просто так, без воспитательной работы, не запретишь. Вот вспомним советских Стругацких, эпизод из «Хищных Вещей Века», там же агент КГБ ужаснулся, испытав на себе действие фантастического наркотика, но окончательно пришёл к идее воспитания. Воспитывать, а не карать!

 

Но вот другого рода бунт – антология альбомов группы ДК Сергея Жарикова заканчивается призывом к русскому бунту со всеми атрибутами сознания члена общество «Память». Тяжёлый вариант русского бунта.

 

А вот как отвечает на это раввин Михаил Лайтман:

 

«Весь мир – одна семья. Каббалистические принципы должны, в итоге, охватить весь мир, дав всем равный уровень жизни. Однако процесс этот постепенный. Каждый народ, большинство которого на практике примет на себя эти основы, то есть уже будет воспитано в духе отдачи другому и будет иметь надёжный источник мотивации, – тут же войдёт в международное сообщество, основанное на альтруистических законах. У всех народов, вошедших в рамки этого сообщества, будет одинаковый уровень жизни – так, что излишки от богатого или прилежного народа будут улучшать уровень жизни народа отсталого или бедного природными ресурсами и средствами производства».

 

Как говорил Том Уэйтс в своём интервью: «Piano Teachers were  shoсked…» Цитирование, мной сделанное, не уместно! Подбор цитат оскорбит многих читателей, щёки сгорят от стыда, не так ли?

 

Кратко о необходимости душевного баланса

 

В своё время, когда мне было около двадцати лет, я читал «Науку Логики» Гегеля,  который, как помню, писал о необходимости соблюдать Меру. Я Меру не соблюдал. Я случайно оказался в компании каких-то хулиганов и что-то там стал вещать из онтологического доказательства существования Бога, на что некий хулиган, «узрев корень», сказал сразу же: «Да Бога-то нет!» А было это в Омске, на родине Игоря Летова, и будущей Нью-Москве Эдуарда Лимонова – так что у меня в молодости был опыт реального общения с русскими бунтарями.

 

Удивительно, что о необходимости соблюдать Меру я прочитал, уже позже, в конце статьи одного курганского философа, политэконома, критика марксизма, и почти такие же слова нашёл у известного польского антикоммуниста.

 

«Материалист утверждает себя в мире тем, что отказывается от себя, идеалист – тем, что отказывается от мира. При этом оба терпят поражение, ибо совершают в сущности одну и ту же ошибку: в обоих случаях НЕТ действительного контакта с реальностью, проникновения в реальность, у тех и других разум недействителен, действительность неразумна. Иначе говоря, те и другие не умеют ни жить, ни мыслить».

(Александр Усов «Против религии и атеизма», newlit.ru)

 

«Therefore it is likely that two kinds of mentality - the skeptical and the utopian - will survive separately, in unavoidable conflict. And we need their shaky coexistence; both of them are important to our cultural survival. The victory of utopian dreams would lead us to a totalitarian nightmare and the utter downfall of civilization, whereas the unchallenged domination of the skeptical spirit would condemn us to a hopeless stagnation, to an immobility which a slight accident could easily convert into catastrophic chaos. Ultimately we have to live between two irreconcilable claims, each of them having its cultural justification».

(Leszek Kolakowsky, «The Death of Utopia Reconsidered», The Australian National University)

 

Однако я не совсем за «Let It Be», которое может быть и справедливо ставят в упрёк «Beatles». К сожалению, школа ненависти более соответствует реальности, чем уроки любви. Любовь для нас уже как ностальгия, идеал – «как молоды мы были...». А то, что в так называемой реальной жизни нас ненавидят – уже привычка. Спрашивается, так стоит ли реальность того, чтобы издеваться над фантастическими грёзами? Это уже вечный вопрос, на который каждый отвечает по-своему, то есть не отвечает никак с точки зрения Истины. Да и какая там ещё Истина, какая там ещё Душа?! О чём это мы с самого начала?..

 

Многоножка сгорает в огне

 

Как-то хочется избежать пафоса. Эмоции хороши для определённого класса ситуаций, когда надо, чтобы «чувство не обмануло». А когда в голове много мыслей, да ещё таких, от которых хочется избавиться, хороший рецепт – в огонь. Даже книги сжигали, но пришли к мысли, что рукописи не горят. Так что «огонь» для мышления это переработка фактов в некие результаты, которые уже важнее переработанных фактов и позволяют об использованных фактах частично забыть.

 

О чём мы хотим забыть? В красивой еврейской «Агаде» пророк сорок лет водил народ по пустыне, чтобы вымерли старики, сожалевшие о сытой жизни в рабстве.  Предполагается, что эту историю надо помнить четыре тысячи лет, а может быть, и дольше. А Карл Юнг исследовал память и обнаружил там архетипы. То есть то, что не горит и очень хорошо спрятано.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Сергей Земцов

 

ГОРЕНИЕ

 

Фанаты и удовольствие

 

Конечно, симфоническая музыка, которую играют праздничные мужчины во фраках, женщины в вечерних туалетах, будет жить вечно. Публика, которая собирается в концертных залах, – разная, но атмосфера на концертах классической музыки тёплая, по-настоящему духовная. Счастливы те дети, родители которых научили их понимать, слушать и любить музыку Моцарта, Баха, Чайковского, Стравинского, Шонберга.

 

Что касается музыки иных направлений, новой и современной музыки, которую играют и в концертных залах иногда, но чаще на стадионах, и просто на улицах, – гораздо сложнее оценить это явление с точки зрения вечности. Иногда это принципиально «одноразовые» перформансы, иногда это просто «фон». Но можно встретить людей, которые не стесняются говорить, что они не любят классическую музыку и не хотят вообще её слушать, а вот всякие «песни», «перформансы» и даже передачу «American Idol» – обожают. За этим стоит не просто отсутствие культуры, плохой вкус, а нечто, о чём весь двадцатый век рассуждали экзистенциалисты – свобода воли и вызов собственной «заброшенности» в этот мир.

 

С одной стороны, существует популярная музыка, которая, в общем-то, есть, как говорится, просто «fun» и товар. Точно также существует загадка фильмов ужасов, которые продаются и приносят колоссальные прибыли только потому, что современным людям нужен адреналин. Это явление скорее должно интересовать социологов, и они, вероятно, могут предложить интересные теории. С другой стороны, есть непопулярная музыка, музыка тяжёлых и альтернативных направлений, которая вызывает часто недоумение в компании людей, собравшихся, чтобы иметь «fun». Такую альтернативную музыку слушают фанаты – «fans», и группа таких любителей часто напоминает секту.

 

Поскольку инакомыслие и оригинальный вкус до сих пор пока никто не запретил окончательно и бесповоротно, эксперименты разного рода с ценностями, вечными вопросами, концептуальные и конструктивные «находки», авангардизм – всё это успешно соперничает с академическими формами. Более того, их влиянию подвержены дети и, так сказать, «простые люди» – особенно это касается современной музыки, которую достаточно один раз услышать и принять независимо от какого-либо интеллектуального дискурса. Например, если задуматься, – это загадка, или это то, что психологи называют подростковым негативизмом: вместо того, чтобы получать удовольствие от телепередачи, запланированной «фабриками звёзд», дети индиго, да и «простые дети» уходят на улицу слушать песни с ненормативной лексикой, панк-рок и рэп.

 

Если есть спрос, то находится и предложение. В Англии, в Манчестере открывается нового типа Фабрика, «Faсtory Records». Это, конечно, бизнес-предприятие, иначе в Англии не бывает. Но отголоски распространяются по всему миру. В СССР, в Москве группа музыкальных интеллектуалов, Сергей Жариков и Сергей Летов-cтарший, промывают мозги Игорю Летову-младшему, который решает для себя, что будет сочинять музыку и стихи «ещё круче», чем его старшие товарищи. «Оккупация» Жарикова трансформируется в «Гражданскую оборону». Воля к творчеству Игоря Летова оказалась реализованной на полную катушку, в Англии его назвали «отцом русского панк-рока», а в России существует мнение, что он вообще единственный гений на данном направлении.

 

Мы имеем дело с воистину уникальным явлением, противостоящим известной культуре. Возможно, читатель хорошо знаком с жизнью и творчеством поэта, Нобелевского лауреата Иосифа Бродского. Можно заметить, что Иосиф Бродский начинал карьеру почти так же, как Игорь Летов. Они оба подвергались преследованиям Системы и КГБ. Но Иосиф Бродский в Архангельской ссылке стал читать стихи Одена, антологию английской поэзии и, пережив некоторое внутреннее обращение, решил, что «части речи» – это его призвание и оправдание всей жизни. Оказавшись в Америке, Бродский сразу же был взят на литературную должность в университет. Игорь Летов пережил внутреннее обращение иного рода, о котором пока что ничего не написано, но можно предположить, что таковое имело место. Путь, которым пошёл Игорь Летов, – определённое уважение, серьёзное отношение к определённой категории своих фанатов. В отличие от панк-рока своего предтечи Сергея Жарикова Игорь Летов не «стебётся» и не «бьёт мужика палкой». Игорь Летов сделал всё, что он мог сделать, для того, чтобы его фанаты поверили в то, что он принимает всерьёз всё то, о чём он говорит от их имени.

 

Я бы не хотел писать исключительно о творчестве Игоря Летова или других достойных «отцов» новейшего искусства, а хотел бы оставаться на несколько более метафизических позициях и видеть некие горизонты. Хотя я хотел бы прочесть книгу, посвящённую Игорю Летову и его стихотворениям, напоминавшую бы исследования, которые пишут про Иосифа Бродского. Ясно, что это пока моя фантазия, так как литературоведы не изучают поэтическое творчество Игоря Летова. Это поэтическое наследие пока что пребывает в странном состоянии, и неизвестно, будет ли изучено вообще когда-нибудь в будущем. Но как знать? Мы имеем дело с чем-то для нас новым и «недиссертабельным».

 

Так или иначе, мои пролегомены, возможно, заставят задуматься достаточно серьёзных людей вообще о соотношении классического искусства и, скажем так, любительского. Но классическое искусство может быть сытым, скучным и клишированным академиками, в то время как что-то, подобранное на улице, может оказаться стихией огня, случаем самосожжения, который увлекает кого угодно глубже, чем проработанный экзерсис по всем, освящённым традициями, правилам.

 

This world threw me away

This world never gave me a chance

This worlds gonna have to pay

I don’t believe in your institutions

I did what you wanted me to

Like cancer in the system

I’ve got a little surprise for you

 

Something inside of me has opened up its eyes

Why did you put it there did you not realize

This thing inside of me it screams the loudest sound

Sometimes I think I could Burn

 

(Trent Reznor)

 

Эпоха нигилизма

 

Для того, чтобы обсуждение известных, но, собственно говоря, довольно частных событий музыкальной жизни поднять до вышеупомянутых метафизических горизонтов, необходимо ввести некий контекст данной истории. А именно, вспомним, в какое время мы живём: наше время – это затянувшийся конец света, апокалипсис своего рода. Радикальные атеисты, например, Мишель Онфрей, требуют деконструкции религии, теократии, христианства и не оставляют места для сомнений в том, что следующая постхристианская эпоха будет эпохой науки. Как писал и Ленин на полях конспекта Гегеля, «боженьку жалко, сволочь идеалистическая...». Мишель Онфрей пишет очень остроумно и почти энциклопедически, но все эти сочинения для таких же, как он сам, любителей науки, не нуждающихся в «гипотезе» существования Бога.

 

Атеисты недовольны, что для понимания классического искусства студентам до сих пор предлагают изучать историю религии, недовольны деизмом и «богом философов», когда существование Бога всё же «протаскивают», вместо того, чтобы заявить, что в принципе Бог никогда не существовал, все религиозные книги сплошь сказки и фольклор.

 

Начало эпохи современного нигилизма связывают отчасти с Ницше, который заявил, что «Бог умер». Быть ницшеанцем, как пишет Мишель Онфрей, значит делить историю на эпоху «до Ницше» и «после Ницше» – так же, как было деление «до Христа» и «после Христа». В этом что-то есть, так как после заявления «Бог умер» до сих пор не сформировалась альтернатива. Деконструкция христианства, деконструкция монотеизма не закончены. Нельзя сказать, что на смену иудо-христианской теократии пришла какая-то новая, столь же могущественная наукократия или технократия. Мы живём в переходную эпоху, если вообще переход окажется возможен. Эксперимент СССР с «научным коммунизмом», мягко выражаясь, оказался спорным и неубедительным.

 

Мишель Онфрей вспоминает слова Достоевского о том, что «если Бога нет, то всё позволено», и утверждает, что это полная чушь, по его мнению, надо говорить как раз наоборот – because God exists, everything is permitted. Кстати, судя по голливудским экранизациям Достоевского, представление американцев о русских, о братьях Карамазовых совершенно нелепое. В то же время «отец русского панк-рока» Игорь Летов в своих интервью неоднократно заявлял, что Достоевский его любимый писатель, и более того, заявлял: в своём творчестве «я иду более от религии», чем от эстетики.

 

Я отдаю себе отчёт, что, с академической и просто снобистской точки зрения, упоминание Игоря Летова в контексте «метафизических горизонтов» для многих учёных гуманитариев несколько странно и неубедительно, но моё сочинение абсолютно субъективно, и если кому-то не нравится, можно не читать дальше.

 

Так или иначе, а стоит ли без всякой оглядки доверять науке? Ведь нам не нравится массовая или поп-культура – культура маленьких людей, которые, по Ницше, считают, что «образование – это то, что отличает их от пастухов». А нравится ли нам так называемая «нормальная наука», армия маленьких учёных, ищущих тёплое место на faculty positions и поддерживающих коммунистические и атеистические идеи любого государства, готового взять их на содержание?

 

Далее, что касается людей, имеющих образование в бизнесе, в коммерческих науках, какую веру они часто исповедуют? Да весьма простую и упрощённую: что всё можно купить за деньги. Более точно, они верят, что люди, как они говорят, on the top of the food chain управляют миром и обеспечивают так называемый «уровень жизни», когда контракт с работодателем или просто зарплата делают работника счастливым. Зарплата – как питание для дрессированных животных: если есть на что эту зарплату потратить в супермаркетах, то не надо ни бунтовать, ни вообще чего-то там «хотеть». Бизнесмены, научно руководящие обществом, и счастливые и солнечные прикормленные люди попроще. Ну, там существует ещё системы welfare и asylum – опять же это формы счастья для людей «слегка больных» или «безнадёжно неизлечимых». Предлагается вариант рационального христианства – христианства без Бога, но выжимка из религии светской идеи социальной справедливости.

 

Это тот фон, на котором вдруг появляются странные для рационально мыслящих людей формы искусства, когда какие-то «битники», «хиппи», «панки» уводят из буржуазных (или советских в 70-80-х годах XX века) семей благополучных подростков. Впрочем, если бы благополучные семьи занимались всегда воспитанием благополучных детей и сплошь прививали бы им любовь к Моцарту, Диккенсу или там Кобзону, Шолохову, можно сказать, не было бы беды или, скажем, не было бы вечной проблемы отцов и детей.

 

При наличии реальных противоречий в обществе неизбежно появление Зеркал Революции, что становится в свою очередь объектом противоречивого отражения, – так владелец магазина модной одежды основал группу «Sex Pistols». Герои психоделического фронта, последователи харизматических поэтов, скажем, Cида Баррета, становятся динозаврами, гастролирующими ради обычной прибыли. Как ни печально, актуален призыв к тому, что поэту лучше уж умереть лет в сорок. Иначе творчество перестаёт быть творчеством, а, как известно, «долгая счастливая жизнь» без творчества презираема. «У них есть своё маленькое удовольствие для дня и своё маленькое удовольствие для ночи». Они считают, что «здоровье – превыше всего».

 

Приступы постмодернистского веселья

  

Современная музыка – это есть всё же способ не только войти в депрессию, но и выйти из депрессии, то, что называют также катарсисом и дионисийским экстазом. Существует «смеховая культура», разнообразные формы народности, философствования «на полуночных кухнях» – всё это не академическая, не классическая, не формальная диссертабельная, поддающаяся статистической социологической обработке культура, а, скорее, духовность. Нечто за пределами конструктивного и рационального дискурса вообще.

        

В древней Римской империи свободные граждане требовали зрелищ. А также вероятнее всего то, что рабовладельцы были убеждены, что их рабы счастливы, если получают в достатке свою пищу. Сложнее представляется ситуация с ранними христианами, которые не отказывались от своих «современных убеждений» под пытками и отказывались просто «подписаться» под хвалой императору, вместо этого за свои убеждения предпочитали лишиться кожи или поджариться в кипящем масле.

 

Если ожидать от науки ближайшего будущего революций в сфере социальной справедливости, деконструкции Judeo-Christian teaching и блестящих результатов в построении коммунизма или чего-то там столь же «научного», о чём мечтали в СССР, то науке придётся решать вопросы, связанные с человеческой природой. А человеческая природа оказывается очень консервативной, и порой кажется, не подвержена никакому прогрессу. Иные поклонники классической музыки, поклонники тех вершин духа, которых достигли Бах и Моцарт, говорят, что вся неклассическая музыка типа рока, авангарда и панк-рока есть ни что иное, как регресс в Каменный век, в эпоху пещерной дикости. Правильно ли это в буквальном смысле, не знаю, но определённая идея тут высказывается, что со времён палеолита человек не изменился. Да и Ницше со своим эстетизмом высказывался, что человек – это неудачное животное. 

 

От массовой культуры, шоу-бизнеса нельзя ожидать рафинированных продуктов, отфильтрованных лучшими умами человечества. Подпольная параллельная, частично народная, культура существует как реакция на массовую. Люди со времён Древнего Рима нуждаются в зрелищах. Удовольствия, доступные за деньги, ограничены – can’t buy me love – кто-то изначально ими не удовлетворён, и вакуум заполняется странными способами, которые иногда напоминают сумасшествие. Но и на долю сумасшествия есть спрос. Более того, этот спрос превращается в «боевой стимул» для дальнейшей эволюции истеблишмента и бизнеса.

 

Если Игорь Летов, по-моему, безусловно одарённый поэт, и так же считают многочисленные его поклонники, то рядом с ним существуют многочисленные соратники и эпигоны. Впрочем, так было всегда, скажем, с Элвисом Пресли и Джимом Моррисоном.  Но слово «эпигон» не просто ругательство, а, скорее, важно как раз то, что существует боевой отряд – соратники или, скажем, уважаемые деятели андеграунда. Точно также, рядом с Иосифом Бродским, находится плеяда ленинградских поэтов, стихи которых декламируют на литературных вечерах, посвященных  «друзьям Бродского».

 

Между литераторами постмодернизма и уличными музыкантами безусловно огромная разница. Музыканты гораздо более маргинальны и более подвержены горению – light my fire. В принципе рокеры соглашаются с тем, что «рок-н-ролл мёртв», и выбрасывают в окружающую среду своё, как говорили в XX веке, экзистенциональное существование. Для подобного акта самосожжения не надо иметь специфических талантов, точнее crafts типа музыкального слуха или способности к поэтике. Достаточно воли – желания от души повеселиться.

 

В эти дни весь мир прощается с Майклом Джексоном. Являясь свидетелем такого «праздника», я не могу не заметить, что мир прощается с бизнесменом и шоуменом – celebrity, а вклад Джексона в искусство находится за кадром, хотя, наверное, кто-то есть, кто может оценить нечто в области поп-культуры. Судьба не столь знаменитых и не столь богатых музыкантов более тесно связана с «ценностями» эпохи. Для рок-музыкантов часто типична судьба по признаку самосожжения и горения. 

 

Но какую представляет ценность данный выбор и какие есть альтернативы? Хорошо известно, какое место занимает эстетика в ницшеанском мировоззрении. Ницше провозгласил, что «Бог умер». Постмодернисты провозгласили, что «Автор умер» и искусство более не служит прогрессу нравственности. Творчество стало «трансцендентным» и предполагает многозначность. Удивительно сочетается какой-нибудь грамотный фа минор и какое-нибудь Удивительно сочетается какая-нибудь грамотная тональность и какое-нибудь «Вот так вота» в концертной деятельности мультиинструменталиста и концептуалиста Сергея Летова. Гораздо более открытый Игорь Летов так выразился в своём интервью:

 

«Поэты делятся на две основные категории: на тех, которые всю жизнь пишут один-единственный идеальный стих, как скажем, Пушкин, и, собственно, тех, кто своим творчеством как бы завоёвывает новые пространства, территории, горизонты. Так вот, я и есть такой завоеватель. Я именно завоёвываю внутри себя новые рубежи   Безграничности, вседозволенности и дерзновенной вдохновенной всевозможности».

 

В общем-то, и Гегель считал, что Мировой Дух сам себя познал окончательно и создал идеальную философскую Систему. И марксизм, который приделал себе ярлык «научный», трактовал истину рабочего класса как истину идеальную, совпадающую с итогом прогресса. Как мы знаем, все эти идеальные итоги прогресса поступают в оборот свиньям Оруэлла. Люди on the top of the food chain cтановятся манипуляторами и конспираторами, следуя каким-то программам, заложенным в человеческую природу. Pigs Can Fly.

 

Ужасно как красиво звучит стих апостола Павла:

 

«Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я – медь звенящая и кимвал звучащий».

 

Но ведь НЕ имеют любви проповедники, батюшки, инструкторы и идеологи, про которых говорят, что Бог шельму метит!

 

Поэтому современная позиция многозначности Творчества вызывает интерес у всех свободных людей. Всё, что могут свободные люди, – игнорировать прогресс и единственно возможную для контрольной группы «объективную» истину. А это и есть горение и самосожжение, или «весёлая наука».

 

Наука

 

Всё же ницшеанское мировоззрение, пессимизм Шопенгауэра сделали своё дело – создали Рубеж Времени. Последствия запрещённой для известных категорий народонаселения в тоталитарных странах философской доктрины – проявляются во всём.

 

Кажется, что единственный реальный институт общества, который готов взять на себя ответственность за «демонтаж» и «реконструкцию» ценностей цивилизации, – это Наука. Благодаря Науке мы летаем на самолётах, пользуемся компьютерами, смотрим телевизоры и тому подобное. Но главное – существуют Деньги. Хорошо смазанный механизм товарного обмена, возможность эквивалента общественного труда, возможность «зарабатывать деньги», не слишком задумываясь о направлении денежных потоков.

 

В СССР не было возможности хорошо зарабатывать, и существовало высокомерие по отношению к деньгам. Даже у Виктора Пелевина, который пишет про новых русских и для новых русских, лейтмотивом является ирония по отношению к деньгам. А в Северной Америке – никакой иронии, если отбросить особое мнение, можно сказать, хобби, скажем, возьмём пародию Франка Заппа на «Beatles». Имеется возможность зарабатывать деньги, есть куда их тратить, и этот процесс доставляет удовольствие. Упомянутый выше Майкл Джексон популярен в первую очередь как знаменитость – celebrity – с большими деньгами, и уже во вторую очередь – кому-то нравится музыка.

 

Люди, имеющие образование в области финансов, слывут в Америке обладателями научного менталитета и придерживаются атеизма. Такие люди ответственны за «создание рабочих мест». Карьера какого-нибудь assistant manager в банке является идеальной с точки зрения Счастья простого человека, для которого якобы и существует вся цивилизация, в которой кто-то продаёт, а все остальные покупают и должны быть счастливы и благодарны науке. С другой стороны, простые нападки на «доллар», на якобы примитивное сознание трудоголиков в Америке нуждается в обосновании большем, чем просто высокомерие, исходящее из Русского Хаоса – так как всё же «доллар» работает. Но, конечно, плохо и то, и другое – и русский дурак Емеля со щукой, и банковский клерк из О’Генри, зацикленный на биржевом курсе.

 

Упрощённая экономическая модель не устраивает людей в моменты разного рода душевных кризисов. Для укрощения бунта, дисбаланса на рынке существует целая армия психологов и просто инструкторов фитнеса, но кто-то не хочет идти к психологам за коррекцией сознания и идёт на «тусовку» типа панк-клуба. Конечно же, и этот уровень пытаются поставить под контроль, но всё же есть разница. Харизматические музыканты и их поклонники как-то отбиваются от стаи.

 

Наука вообще основана на абстракции. То есть упрощение необходимо, чтобы иметь подходящую для случая модель. «Если на клетке написано «Слон», значит, это Слон». Для занятия наукой, точнее для того образа жизни, который называется Наукой, не обязательно иметь какой-то талант. Учёным может стать каждый, вступить в Науку, как в партию, получить образование, учёную степень, терпеливо оформить положенное число публикаций – это процесс точно такой же, как и любая другая карьера – «лишь бы кто случайно не помешал». Далее, в академическую среду путь закрыт для чужих. Faculty positions, гранты разного рода – это ресурс, распределяемый, как талоны на продукты. C другой стороны, это работает. И самолёты строят, и хирургов учат быстро вырезать аппендицит.

 

Проблема возникает, когда ставится вопрос о доверии. Если Наука заявляет, что  знает, как должен идти всякий прогресс, да ещё торгует ярлыком «научный» – это уже касается людей, не имеющих отношения к учёным, как субкультуре в себе. Научная или какая иная Демократическая партия, или Отдел милиции, или звено продавцов Гербалайф  – человек, не принадлежащий к партии, спрашивает себя: кто это такие?

 

Тут и попадаются под руку аморальные «Речи Заратустры», или тому, кто ничего такого не читает, масса суррогатов, просто песня со странными словами и причудливым звуком.

 

 

История безумия

 

По сравнению с 17 веком, в 20 веке наблюдается прогресс в лечении и профилактике душевных болезней. Раньше душевнобольных заворачивали в холодные простыни, сажали на цепь. В 20 веке изобрели нейролептики, которые рекомендуется употреблять в течение всей жизни для «успокоения сознания». На вебсайтах размещаются видеоинтервью с амбулаторными больными, которые слышали раньше голоса, а став лечиться, ничего такого больше не слышат. Добро и Зло – это лингвистические метки, и библейские пророки, беседующие с ангелами – клиника.

 

Психологи, психоаналитики – важные консультанты бизнеса, помощники «успешных людей».  Сенаторы и конгрессмены учат «боевое НЛП». К герою повести Бредбери, который по ночам выходит погулять на свежий воздух, в любой момент могут прислать пожарников для уничтожения библиотеки или участкового психиатра. Это все побочные эффекты благородной деятельности спецслужб Левиафана.

 

В медицинской энциклопедии пишут о невыясненной этиологии душевных болезней, но фармакологический бизнес процветает.

 

If neuroleptics were used to treat anyone other than mental patients, they would have been banned a long time ago. If their use wasn't supported by powerful interest groups, such as the pharmaceutical industry and organized psychiatry, they would be rarely used at all. Meanwhile, the neuroleptics have produced the worst epidemic of neurological disease in history.

 

The neuroleptics mainly suppress aggression, rebelliousness, and spontaneous activity in general. This is why they are effective whenever and wherever social control is at a premium, such as in mental hospitals, nursing homes, prisons, institutions for persons with developmental disabilities, children's facilities and public clinics, as well as in Russian and Cuban psychiatric political prisons.

 

По отношению к антипсихиатрическим настроениям в обществе, если не считать, например, ценным мнение Новодворской, можно использовать в точности те же самые аргументы, что и против антитоталитарных настроений. Нужно бороться с террористами, и нужно изолировать от общества душевнобольных.

Природа человека

 

 

Природа человека все же остается проблемой, которую не смогло решить христианство за 2000 лет, а также к этой проблеме не может подобраться никакая «мудрость» с тем, чтобы указать общезначимые решения для всего человечества.

 

С точки зрения известного направления в философии, можно только показать «мухе выход из бутылки». Стороники Библии, Корана и объективной истины безусловно бьют себя в грудь, что они владеют Истиной, но они не могут договориться между собой.

 

В дни обострения войны с терроризмом можно было слышать и видеть на телевидении выступления раввинов, о том что еврейский народ обладает Wisdom, который необходим не только еврейскому народу, на самом деле демонстрирующему чудо жестковыйности и приспособленности, но и всему человечеству в целом  и в будущем. Строго говоря мы не знаем, может быть это правда. Но строго говоря, человечество имеет перспективу опереться и на другие источники Wisdom. Вопрос о соотношении антисемитизма и юдофилии скорее праздный, хотя и не выходящий из моды.

 

Так или иначе, вопрос о природе человека как он решался с помощью религиозной морали, а также как он трансформировался в науке для того, чтобы обслуживать разные социальные заказы – не имеет современного удовлетворительного решения.

 

Пока что не найдены рецепты для всего человечества как для единой расы на Земле. Если «просветление» возможно, то это исключительно просветление одиночек. Или это сползание в полный цинизм и безбожие, как понимал «безбожие» русский модный писатель 19 века Достоевский, писавший «мыльные оперы про нигилистов».

 

Приходится говорить и размышлять и о Боге, ни с библиейских позиций, а с точки зрения базовой интуиции, присутствующей в сознании. Библейский иудо-христианский Бог это скорее Картина, в которой демонстрируется некое Сущее на Нeбесах, в то время как «дружба с Богом» считается, прямо скажем, сумасшествием, ересью и сектанством.

 

Вернемся опять к Томасу Гоббсу:

 

Ибо не голые слова, а намерение пишущего дает тот истинный свет, при помощи которого должно быть истолковано всякое сочинение. А те, кто цепляется за отдельные тексты, не принимая во внимание основной цели, не могут ничего ясно вывести из них. Напротив, бросая атомы Писания как пыль в человеческие глаза, они делают всякий смысл более темным, чем он есть на самом деле, - обычная уловка тех, кто ищет не истины, а собственной выгоды.

 

 

 

Вялотекущее Зло.

 

Наряду с активным Злом, которое можно считать проектами преобразования мира, существует также разновидность «нормального Зла» в науке и в искусстве. «Нормальным» его можно назвать следуя духу определению «парадигмы нормальной науки» Куна, и особенно актуально это определение в эпоху интернет и различных революций интернет культуры. Следуя модного термину советской карательной психиатрии эту разновидность Зла можно назвать вялотекущей.

 

Понятие революции девальвировалось, и стало только лишь модным термином после 60-х годов 20 века. В связи с интеграцией бизнеса и культуры революцией стали называть простое продвижение коммерческого продукта, или маркетинг любого нового продукта. Примером, может быть, «революция web 2.0», которая всего лишь позволяет пользователям Сети быстро манипулировать user defined контекстом методами так называемых социальных сетей.

 

Целое направление концептуального искусства может быть создано и упаковано в сети единственным или несколькими авторами этого направления, и web design нового артефакта невозможно  отличить от старого академического произведения 19 века.

 

В принципе видеоклип на youtube, посвященный любимой собаке, нельзя отличить от акта творчества постмодернизма или концептуализма. Если интернет контекст достанется будущим археологам им придется разрабатывать революционные   методики обработки исторических фактов.

 

Пока что считается, что никто не отменяет традиционного образования, и информация не заменит знание. В определенном смысле быстрый поиск  информации в интернет всего лишь удобный сервис. Однако меняется отношение между так называемой «элитой» и так называемым «мужиком из народа». Последнего уже «не  поставишь на колени и не станешь бить палкой» или там колотушкой дзен-буддизма.  С точки зрения бизнеса, все есть равные потребители, и с точки зрения интернет транзакции все равно кто оплачивает услугу кредитной карточкой.

 

То что пока еще остается достоверным, так это message. В одном случае попытка «перетаскивать червяка из одного клюва в другой», в другом случае проблеск подлинности.

 

В ранней молодости я наивно полагал, что ученые делают открытия, или хотят делать открытия. Оказалось, что «нормальная наука» это скорее «охранка» – в лучшем случае неплохой образ жизни, смакующий образование и культуру – существующий на прокрустовом ложе диссертабельности. То же самое относиться, например, к постмодернизму – работа в постмодернизме скучна и направлена на сохранение своего острова.

Я смотрю, что надо смотреть
Я читаю, что надо читать
Понимаю, что надо терпеть,
Когда надо глаза закрывать

Я живу твоей головой,
Покоряюсь твоей судьбе,
А вообще я доволен собой
Потому что так нужно тебе

Если нужно тебе, то я глуп
Если нужно тебе, то я слеп
Я твой раб, доедаю твой суп
От врагов берегу твой хлеб

То, что скажешь - исполню вмиг
И скажу то, что надо сказать
Если где-то раздастся крик
Я скажу - не надо кричать

А вообще мне на все наплевать,
Он уныл, тобой выбранный путь
Ты дала мне возможность лишь пить
Если вдруг ты будешь тонуть
Я не стану тебя спасать
 Я буду топить
Я буду топить...

 

"Песня о большой любви"  Сергей Жариков

 

В целом данной разновидности Зла присущи снобизм, ирония и произведения искусства, связанные с ней, трансцендентальны. Некоторые одиночки совершают прорыв, связанный с тем, что они ставят себя в ситуацию непосредственного участия. Другими словами, если не созерцать со стороны экзистенциальный ужас Зла, и не делать его объектом дискурса,  а пережить этот ужас мгновенно и остро, то личный опыт этого переживания может быть разделен, и это своего рода «подвиг», подвиг быть героем, хотя бы на час.

 

 

Контроль.

 

Широко известна так называемая «кровавая история Британской Империи», результатом данного Зла является современная англо-саксонская цивилизация. Миллионы бывших граждан СССР, несмотря на то, что СССР больше не существует продолжают верить в героизм «хорошего Сталина», в мудрость Ленина и Дзержинского, и для них относительно то Зло, которое существовало в атеистическом государстве для рабочего класса. Зароастрийские религии, и многие религиозные ереси трактуют о борьбе сил Света и сил Тьмы, то есть как таковое Зло не считают «Злом».

 

Создается впечатление, что вообще Добро это тень Зла в том отношении, что можно оставаться в тени, когда есть возможность расслабиться. Категорический императив этики утверждает, что надо поступать с другими как хотелось бы, чтобы поступали с тобой – вот вам повод для Добра. Всего лишь повод – когда ситуация стабилизировалась – можно отказаться от активных действий и заняться благотворительностью.

 

По крайней мере ясно, что трудно отличить сыновей сил Света от сыновей сил Тьмы. Все же в иудаизме возникло целое направление для того, чтобы как-то решать данную задачу, и силы Света оставили нам свитки Мертвого Моря.

 

Что касается христианства, то как бы мы не пытались смотреть исторически «в корень», остается простой вопрос – Иисус Христос является на самом деле сыном Бога или нет? Это вопрос веры, разумеется, и этот вопрос и есть форма теодицеи Зла, или, это вопрос о конструкции нашего мира. Поскольку Зло, особено в социальном и политическом контексте, очень функционально и по сути оправдано – религиозный аспект продолжает оставаться актуальным. Другими словами, вспомним Достоевского – если Бога нет все позволено. В таком случае, что такое Контроль?

 

Спеленай надежными цепями 
Своего безнадежного Христа

Скользкие вены 
Скользкие тревожные вены

Поцелуй холодными губами 
Своего зазеркального Христа

Круглое небо 
Кто накажет круглое небо?

Задуши послушными руками 
Своего непослушного Христа

«Love, love will tears us apart again». Психологически достоверный аргумент против Зла это возможность и реальность любви. В данном случае не стоит рассматривать различные аналитические определения любви. Скажем, не у всех было так называемое «счастливое детство», часто криминалисты находят, что преступник действовал, опираясь на душевную травму. Но опыт любви, и опыт добра многим знаком непосредственно и может быть исходным  пунктом для построения Картины Бытия. Другой вопрос, что любовь может и «разделять нас».

 

Если посмотреть на христианскую любовь  все же «неправильно» с точки зрения христианина, а глазами Розанова, который признал иудаизм первичным духовным течением, то дизайн христианской любви – разделение.

 

Израиль – это «Тибет Средних Веков». Сейчас Тибет в Непале – обещает человечеству Mайтрею. C точки зрения Контроля – это сумасшествие. Дианетика Хаббарда и прикладная психология спецслужб опираются на христианство, Страх и Ужас Кьеркегора и Хайдеггера.

 

 

Отягощенность Злом новейших форм техники.

 

Разрушители машин были во все времена. Тем не менее техника в наше время стала интегрирована с культурой еще больше.

 

«Штокхаузен назвал аккуратное врезание умелыми самоубийцами 11 сентября 2001 года двух высочайших в мире манхетенских башен, человеческих муравейников, при помощи двух больших пассажирских самолетов, наполненных людьми, совершенным произведением искусства.  Восхищает дружная работа слившихся с машинами, захваченных участием в слаженной операции команд. Фантастическая электроника, которой они пользуются, интереснее современного художества.»

 

Если посмотреть на американские фильмы Transformers, Eagle Eye, сериал «24» глазами подростка – даже опережающие реальность фантастические возможности техники и технологии активизируют Зло лучше, чем боевые искусства, воины Толкиена, ужасы зомби. Интернет в каждом доме – поле для консолидации Зла.

 

Ложь, Обман, Игра против Зла.

 

До того как появилась заповедь «Не убий!» - возможно Зла как такового и не было.

Охотник должен был обмануть на охоте зверя, чтобы убить его и накормить себя и своих детей. Другое племя также подлежало обману, вытеснению из ниши обитания.

 

Вобще, обман это еще не Зло – обман это разумный прием, без которого вероятно и не преодолеть текущую установку косного большинства, которое только после того, когда будет обмануто, поймет тут же, что обман был ему на пользу.

 

Согласно Церкви Сайентологии Рона Хаббарда– пропорция в обществе между социальными и асоциальными личностями  (social and antisocial personalities) должна контролироваться, кем же еще как не спецслужбами?

 

Любой контроль – основан на обмане. Ложь во благо – нормальный метод, и совершается во имя Добра.

 

Поэтому абстрактное осуждение Зла вообще не имеет смысла. Смысл имеет исторический подход к проблеме. Как известно, Добро и Зло являются предметом морали, а мораль вот уже 2000 лет представлена христианским учением. Безусловно факты о ранних христианах никто не отменяет – они шли на смерть, не отрекаясь от своих идей, не смотря на ужасы преследования.

 

В наше время часть христиан отделила себя от христианской церкви разными способами – папа Римский недостаточно хорош, свидетели Иеговы слишком буквально прочитали текст Библии, православная церковь в СССР была ангажирована КГБ и так далее. Христиане-одиночки стали простыми одиночками, которые могут быть порой и отнесены к антисоциальной группе Хаббарда.

 

Тем не менее, другой почвы не найти, кроме как обращения к теме христианства, чтобы сделать какие-то выводы о пути развития Добра и Зла.

 

Интересные попытки сделать это предпринимал Розанов, которого по очереди обвиняют как в антисемитизме, так и в юдофилии. Подобные обвинения вобще то праздны. Антисемитизм и юдофилию можно обнаружить везде, это массовое сознание. Не надо опускаться на уровень анекдотов.

 

Но вопросы Розанова поставлены очень точно. Было ли христианство «оторвано от живого иудаизма»?  Можно ли отказаться от иудаизма вообще, и считать христианство этапом развития всего человечества в целом? Избранность еврейского народа останется ли истиной на ближайшие будущие 2000 лет?

 

Один человек, спросил меня совершено серьезно – заповедь «не убий» подразумевает «не убий еврея» или это запрет на всякое убийство? Ведь Талмуд не запрещает давать деньги в рост «неевреям», но запрещает ростовщичество по отношению к своим евреям. Вот вам хороший пример обмана, который не является Злом. Этот пример лишен иронии, так как в истории других народов можно найти примеры аналогичных национальных проектов.

 

Таким образом, понятие Зла более абсолютное, чем тактический Обман. Обман, тактическая ложь еще не означает Зло, например, убийство или геноцид. Возможно, отождествление Обмана и Зла объясняет во многом происхождение и устойчивость антисемитизма. На самом деле, Обман, хитрость или Игры людей естественны. Животные убивают других животных, люди обманывают друг друга ради выживания.

 

О каком же Зле идет речь?

 

Очевидно, также как Истина, Зло это процесс. Критерии Зла зависят от времени и места.  В таком случае весьма правдоподобно то, что оправдание Зла в некоторых рамках неизбежно. Существует ли абсолютная порция Зла, которое все же не может иметь оправдания, и даже совершенство Бога и Творения подвергается сомнению, если такое Зло существует?

 

 

 

 

Машина для Зла.

 

Человек – отличная машина для Зла. От людей надо прятаться, они убивают целенаправленно. Добрая бабушка может оставить след в сознании. Но практика – как критерий – приводит к положительному Результату. Нам нужны успехи.

 

Истинное сумасшествие – криминал. Что-то щелкает в сознание и Зло ничему не противоречит. Потом составят дело из ста томов с анализом причин сумасшествия, а дело сделано – человеку оставляют общий  диагноз «был вменяем». Ничто не могло его остановить – eго экзистенция была превыше принципов морали.

 

Простейший пример из учебника криминалистики – девочка отрезала голову своему спящему отцу, а ее клиника сознания есть феномен с невыясненной этиологией. Или хотите, чтобы я начал с мелких воришек? Механизм во всех случаях один и тот же – «пре-ступление». Щелчок в голове – и ты свободен, ты можешь «пре-ступать».

 

Изобретение, планирование технологии Зла, ставка на Зло – обычная история, никто не удивляется, это функционально, это работает. Это как полезная боль, причиняемая хирургом.

 

Высшей ценностью часто считают нравственность, запрограммированность на добрые поступки. Насколько надежны известные программы? Наиболее известная историческая программа – контроль со стороны Бога, религиозная мораль. Далеко не всегда эта программа надежна.

 

 Можно иметь двойной стандарт – быть машиной для Зла, и делать локальные добрые дела. Гибкость и избирательность. Можно, наоборот, быть почти Святым, но дорога вымощена в Ад. В данном случае, все равно стандарт морали нуждается в управлении, и так далее, до дурной бесконечности.

 

Парадоксально то, что и добрый человек может быть  вполне сумасшедшим. Думая, что делает добро – все наоборот – он причиняет страдания хуже, сильнее и больше, чем иной слабенький злодей.

 

Говоря проще, если Бог контролирует ситуацию – а контроль ненадежный – какой же он Бог? Но есть разные теодицеи – от Лейбница, от Бердяева, от местного батюшки из церкви.

 

Вероятно существуют индивидуальные теодицеи, которые вырабатываются исключительно персонально.

 

“God is the concept by which we measure our pain”. Когда мы говорим «бог существует» и говорим «мне больно» у этих высказываний есть нечто общее. Могут спросить «что такое бог? Я не совсем понимаю», а также требуется уточнить «что именно, болит? Мне надо поставить поставить диагноз». То что называется «любовь» снимает ограничения на понимание – если любимый человек говорит «мне больно» ему верят, так как любовь или просто интимная близость, хотя бы здесь и сейчас, предполагает единое  поле восприятия мира.

 

Таким образом – Бог, любовь, боль, преступление – набор понятий, которые мне понадобятся для размышления о том, что «машина Зла» - человек, имеет или нет оправдание в собственных глазах и конструкция мира, допускающая такого человека, имеет оправдание в Уме Бога,   или просто оправдание с точки зрения какого-то рационального Ума.

 

Если учесть, что обычно мы пытаемся доказать результат, который нам «хочется» иметь без всякого доказательства, то, предположим, я лично стороник Добра, но можно откровенно и определено сказать, что есть люди с противоположными убеждениями, как бы она не уклонялись от прямого ответа. Зло очень эффективно и конструктвно – с помощью некоторой технологии Зла можно решить жизненно важные вопросы для своей семьи, для своего народа. А что может быть превыше этого?

 

Да, если я и говорю, что «я стороник Добра», ну кто мне поверит?

 

Ненависть и депрессия.

 

Размышляя о Зле, проще начать с характеристики Ненависти, многообразной и кипучей эмоции, которая представлена целыми направлениями современного искусства. С плохим настроением, депрессией, можно бороться сублимируя его в стихах, песнях, памфлетах, перформансах. Фильмы ужасов – источник необходимого адреналина. Представления о вампирах далеко ушли вперед.

 

Наряду с любовью к ближнему иная доза ненависти – к врагам, к «другим» естественна, а во времена войн – «убей фашиста!» - она и банальна.

 

Из ненависти можно делать шедевры, по крайней мере очень популярные произведения. Не следует все понимать буквально, умный человек всегда понимает, как таковые вампиры, редко обнаруживают  себя в повседневной реальности, но важен концепт.

 

Какое место практически отводиться Добру в современном мире? Добро – элемент раннего воспитания, счастливого детства. В первую очередь добро по отношению к своим родителям, братьям, сестрам. Во вторую очередь к своему народу, родине. А ко всем ближним любовь - это уже абстракция – по крайней мере допустимы исключения и особые условия. Какое место практически отводиться Злу в современном мире? Зло – инструмент борьбы, выживания. Зло пропагандируется всеми средствами массовой культуры.

 

Подход номинализма.

 

Если Бог это только концепция, то теодицея Бога – всего лишь непротворечивость концепции. Это важно постольку, поскольку концепция важна для нас.

 

Как в конвенциональной медицине, если диагноз не поставлен, врач не понимает, о какой «боли» идет речь. Наоборот, если «боль» надо(!) лечить изобретается диагноз, диагноз как конвенциональная корзина,  для медицины как для бизнеса. Кстати, медицина как традиционный бизнес есть иллюстрация того, что вообще бизнес отличное изобретение человечества, а не какая-то там погоня за прибылью любой ценой и обман народа эксплуататорами.

 

Подход реализма.

 

Если Бог это часть Бытия, и мы испытываем к Богу страх, трепет и ужас, либо любовь – то как следует понимать «оправдание» такого существа?

 

Видимо, в этом случае – важны наши выводы: мы продолжаем любить такого Бога, который допускает Зло, или наш Страх Божий становится иным, в зависимости от теодицеи?

 

Сострадание к ближнему вытекает также из доверия к реальности бытия чужой боли. Сострадание не может быть коллективным, это не то, когда все голосуют «за».

 

Политтехнологии.

 

Воля к власти очевидно нуждается в поддержке. Причем добрые люди охотно внедряют в свое сознание все необходимые оправдания насилия, дискриминации, деятельности спецслужб – также как они платят налоги государству. Добрым людям необходимо что-то вроде «научного коммунизма» либо «евангелия».

 

Современный человек сильно привязан к государству, он привык к комфорту, к ценам на бензин, к услугам. Манипуляторам, политтехнологам, нейрополитикам отлично известно, что разные современные нити управления можно расчетливо дергать – для повышения вероятности достижения некой заданной цели.

 

Религиозные состояния доброго человека, можно сказать, пограничные состояния. Политехнологи не считает религию основным фактором, но, в общем то, практика Церкви – т.е. земной Церкви – всегда была отчасти манипулированием и зомбированием.

 

С точки зрения политтехнологии, теодицея Бога вообще ложная проблема, до этого уровня политтехнологии не проникают. Вот важно, чтобы «начальника машина переехала», чтобы «таблетки снотворного в продаже были»....

 

С точки зрения объекта политехнологии, почему то, когда этот объект загоняют в угол он все же вспоминает о Боге, а к тому же есть люди «верующие». Если на последних смотреть как на электорат, то на них можно потратить особые ресурсы.

 

В общем то политехнологии унаследовали концепцию бихевиоризма о том, что человек это «крыса в лабиринте».

 

К счастью Старшей Брат не имею возможности 100% контроля. У него только вероятность получения результата. Поэтому в моменты высшей интенсивности бытия, когда смысл жизни все же есть, человек думает об оправдании Добра и Зла. В некоторых случаях он сходит с ума.

 

Отягощенность Злом новейших форм искусства.

 

В 20 веке наблюдается скачок в истории модернизма –появление массовой культуры, культуры открытого общества, переходящей в радикальные выражения вебкультуры и блогосферы. Не ясно можно ли назвать вебкультуру – вообще культурой, или интернет это «рояль, на котором играет обезьяна». По крайней мере ясно, что образование не может быть полностью online, сохраняется различие между информацией и знанием. По-прежнему читать, слушать лекции живых людей, писать книги считается полезным для гуманитарного образования.

 

Тем не менее культивируется образ человека, посещающего fitness клуб, страдающего  навязчивым shopping, читающего гламурные журналы. Для такого человека открыты социальные сети, видеоблоги – инфраструктура кредитоспособного потребителя. Как реакция на поп-культуру возникла панк-культура. Панк-культура представляет, на мой взгляд, больший интерес тем, что она менее искусствена, и чище по сравнению с поп-культурой. А также панк культура интересная форма манифестации Зла. В некотором смысле панк-культура стала местом, где получила убежище поэзия. По крайней мере это очевидно, если сравнить Филиппа Киркорова с Егором Летовым. Или Michael Jackson с Ian Curtis.

 

Отягощенность Злом новейших форм искусства, доступного благодаря интернет миллионам, не может остаться незамеченной философами. Непосредственно в новейшем искусстве, иногда схематично, но точно изображены ключевые для мышления образы.

 

As far from God
As heaven is wide
As far from God
As angels can fly

If holy is as holy does
This house will burn straight down to hell
Take it's conscience with it
As it falls

Nothing said could change the fact
My trust was blind
You broke the pact
If God's my witness, God must be blind

 

 

Подобные образы предлагаются как простая массовая популярная песня для подростков. Если отправной пункт размышления подростков программируется такими тяжелыми структурами, то либо подростки становятся поголовно вундеркиндами, «гадкими лебедями», либо у них вырабатывается здоровый иммунитет к ценностям, которые для Ницше были последним словом классической культуры.

 

 

 

 

Молчание

 

 

Джон Леннон как-то сказал, что Beatles стали популярнее, чем Иисус Христос. Недавно я нашел это интервью на DVD и убедился, что это было сказано достаточно серьезно. Подобные этому высказывания на разных уровнях общения, а также многие современные  произведения искусства свидетельствуют о том, что тенденция сравнивать творчество земное и Творение присутствует, coming in the air. Это уже не стало преступлением – сравнивать себя с богами.  Бог продиктовал пророкам тексты Писания,  и Он диктует дружественные «Беседы с Богом»  Нилу Уолшу, простому американскому безработному.

 

Все что может продаваться и покупаться моментально подхватывается и поступает в сети. Каббала в 90-е годы 20-го века выходит из Бней Брака на рынок духовных ценностей и превращается из тайного учения в популярную технологию. В 2007 году я был на лекции равина Лайтмана в Торонто, и он говорит о еврейской мудрости в условиях роста того то, и снижения того то, хотя надо бы  это прижать, а это ускорить...

 

В средние века религия была ведущей тенденцией – мышление зависело от веры. В период научных революций – полагалось опираться на правила. Сейчас смутное время. Говорят, что надо продумать как уцелеть, если с Землей столкнется очень большой астероид – для этого надо содержать специальный комитет и институт. С другой стороны, опасность подстерегает изнутри – а что, если евреи с  арабами никогда не договоряться, и в конце концов все таки несколько термоядерных  ударов помешают всему человечеству выбирать по вкусу трансформированный Коран или трансформированную Тору. Это для души в ожидании смертного конца, а для жизни все уже можно купить по ценам для того региона, в котором вынужден тратить то, что тебе распределено Кесарем.

 

Единственное, что вселяет оптимизм – неспособность Старшего Брата вынуть из твоей головы все что, там есть – и как на чистой доске написать свое «меню». Хотя именно это и предпринимается. Если не удается – есть хорошо известные сценарии, о которых я  не собираюсь сейчас и здесь писать, так как пишу о Хайдеггере.

 

«... Молчать может лишь сущее, бытие которого определяется тем, что оно может говорить .. Того, кто говорит вместе с другими, в рамках молвы принимают всерьез. Свободно парящее толкование, принадлежащее всем и не принадлежащее никому, властвует над повседневностью ... »  Мартин Хайдеггер

 

Вот вам смысл Времени и «вот-этой» реализации Бытия, в которую включена Смерть -  невозможно болтать больше 100 лет подряд.

 

Любимый поэт Мартина Хайдеггера сказал:

 

Братское сердце! К тебе я пришел,

                                                            как росистое утро,

           Ты, словно чашу цветка, радости душу открой,

Небо в себя заключи, облака золотые восторга.

           Светлым и быстрым дождем звуков

                                                                 прольются они.

 

Друг! Я не знаю себя, никого из людей я не знаю.

         Дух стыдится теперь всех помышлений своих.

Он хотел бы их объять, как все земные предметы,

        Он бы...

Но он не властен в себе, и вечная мысли

                                                                       твердыня

Рухнула...

 

 

Ураган мышления и штампы публичной растолкованности

 

Хайдеггер утверждал, что феноменологи сделали ряд ОТКРЫТИЙ. Мало кто знает, о чем идет речь. «Спор касался противоречивых тенденций и конфликтов нашей эпохи». В «Пролегоменах» можно прочесть, что геометрия Эвклида является доказательством существования a priori материального мира.  Вот вам пояснение смысла того, зачем  геометрию изучают дети в школе. А что можно сказать про идеи Эйнштейна и Лобачевского о том, что иные геометрии тоже имеют смысл? Такие вещи трудно обсуждать без некоторой философской подготовки.

 

Суждение «мы все умрем» Хайдеггер называет штампом публичной растолкованности. Видите ли всем это ясно! Но анализ Хайдеггера показывает, что смерть есть конец индивидуального «вот бытия». Только умирая, можно сказать «Я есмь».  Время, которое мы исчисляем в повседневности - есть бытие, в котором  «вот бытие» может  собственным образом быть своей полнотой.

 

Открытие, которое сделал Гуссерль – категориальное  созерцание. Феноменологи стремились к строгости в мышлении, типичной скорее для математики. В математике много тонких вещей, приближаюшихся к философии – например, неполнота теории по Геделю, частично-определенные вычислительные процедуры, анализ которых приводит к требованию «запретить» ряд теорем, доказанных «неконструктивно».

 

Это все почти неизвестно журналистам, стучащим по клавиатуре, и посылающим продукт своего интеллекта на сервер, расположенный на другой половине Земного шара. А история создания замечательного персонального компьютера включает также и этапы мышления Хайдеггера, фон  Неймана и Тьюринга. Компьютер – технический феномен, не менее концептуальный, чем атомная бомба.  Так что есть над чем подумать.

 

О современной технике Хайдеггер писал много, особенно в 50-х годы. Это хорошо известно и относительно прозрачно. Хайдеггер безусловно высоко ставил классическую поэзию и классическую музыку. «Мы философы на такое неспособны» как-то заметил он. Он постоянно читал лекции о Гельдерлине и о Моцарте.

 

Модернизм, маргинальное  искусство относится согласно Хайдеггеру к несобственному или неподлинному бытию. С этим можно согласиться, встав на точку зрения Вот-Бытия – бытия, в котором реализованно время – Хайдеггер, и не только он, имеет полное право на категорическое суждение для того, чтобы сохранить свою целостность.

 

Уже Сартр писал пьесы – абсолютно модернистские, и даже отказался получать нобелевскую премию по литературе, чтобы подчеркнуть свое сходство с маргиналами. Так или иначе в 20 веке появилось очень много неэвклидовых логик. И это было предсказано.

 

Удивительно наблюдать старение бывших революционеров, левых студентов, иронических писателей. Похоже, если не болезнь Альцгеймера, то какой-то дефект все же наблюдается на уровне мозга. И со мной лично, вероятно, происходит нечто – частичный дисбаланс между Бытие и Сущим. Но, не всем дано красиво умереть в 40 с небольшим лет. Какие-то колебания перед смертью, чувство вины, желание почувствовать теплую руку … никуда не денешься … от самого себя.

 

В 1973 году я слушал лекцию профессора консерватории по поводу популярной в те годы рок-оперы, и закончил лекцию профессор примерно такими словами: конечно, эта музыка не бог знает, что такое, но я понимаю вас – вы пронесете эту музыку через всю свою жизнь. Я не собираюсь сейчас и здесь писать о музыке, так как пишу о Хайдеггере, но концепт хороший.

 

Помимо науки, религии и философии – есть и другие феномены сознания. Кто-то сказал, что отношение длины окружности к диаметру поражает его воображение – если подумать, каким образом это число проявляется в реальности. В таком случае, ясно, что и метафизические истины могут вызвать головокружение. Один человек говорил, что алгебраические результаты в теории колец – вызывают у него такие же чувства как охота на тигра. Может быть это и непонятно кому-то, я сожалею.

 

Мое Существование

 

Сознание интенционально – всегда направлено. Одно из направлений – вынужденный взгляд на свое существование, экзистировать значит быть вынужденным считаться с фактом собственного существования.

 

Собственное существование человека в этом мире – нельзя обойти стороной, это подлинное бытие, и это исходный пункт как у Декарта «cogito». Случается терминальная болезнь, приговор к смертной казни  – все становится второсортным материалом для сознания, только экзистенция присутствует до последнего конца. Симона Бовуар описывает как тяжело умирает ее мать, Альбер Камю – показывает душевное состояние убийцы в камере смертников.

 

Две разновидности экзистенциализма – религиозный и атеистический сходятся в том, что в пограничных ситуациях все ценности, что остаются это формы Я. Но необходимо из феномена Я  вывести позитив – заполнить пустоты, в которых обычно наблюдается Добро, человечность, открытость души, теплота человечности. И традиционная наука ничем не могла помочь, необходимо, сохраняя то, что в науке называется строгим мышлением, как-нибудь исследовать феномены не  являющиеся научными – например уникальные чувства, которые вдруг ни с того ни с сего приходят в лесу – тошнота при виде какого-нибудь пейзажа с деревом, если вдруг видишь, что это дерево, ТАКИМ ты его видишь, ты видишь в последний раз, и НИКОГДА не увидишь другое такое же дерево, даже если твоя социальная роль – лесник.

 

Это посткартезианское направление разрабатывали Гуссерль  и  Хайдеггер, и им, как известно, заинтересовался Жан Поль Сартр. В отличие от первых, Сартр изначально решил, что заботиться только о себе нехорошо, и экзистенциализм должен быть популярен, и помимо изучения пограничных, маргинальных состояний – доставлять компоненты гуманизма – что бы компенсировать прагматические и высокоморальные пункты мировоззрения.

 

Сартр прeуспел в том, что выполнил социальный заказ – объяснил общественности как так случилось, что немецкие шарманщики ничего не поняли – что за птица фюрер Адольф – но ремесло их добротное, и прогрессивное человечество может продолжать пользоваться немецким идеализмом и дальше, если правильно ангажировать ... Например, Карл Маркс ангажировал Гегеля НЕ правильно, но Маркузе ангажировал Мао Дзедуна и Маркса правильно, так или иначе, для нужд молодых интеллектуалов, в этом нуждавшихся. Феноменально!

 

Все же, глубина Гуссерля была в том, что он отделил психический процесс, протекающий во времени, от того, что «может иметь значение» за пределами психики. В частности, если «такое может быть», то существует и Бог.

 

А что мы можем сказать еще о Боге? То, что Люцифер тоже ангел божий? Но даже тут бритва Оккама требует ответить на вопрос – имя Люцифер откуда стало известно широкой общественности, - а не из тайных ли учений избранных народов?

 

Так что, быть ангажированным, скажем упаковать себя на социальном сайте в интернете, это хорошо. Деньги это хорошо. Быть безработным это плохо. А суицид это и вовсе никуда не годиться. Такие простые истины экзистенционализма для happy shiny people – дополнение к поэтике сверхчеловека Ницще. Современный капитализм всех покупает, и войны то не нужны –такой высокий уровень потребления.

 

Хотя как знать? Сегодня ты  играешь джаз ... А завтра мобилизация, под знамена, и под юридический заклад, оправдание нового каннибализма. Ветераны КГБ на пенсии пишут мемуары. В России писателей больше, чем читателей. Как вот все напишут, потом, еше некоторое время будут читать. А потом или Ленин родиться, или что-то типа немецкой шарманки станет созвучно пассионарной новейшей волне.

 

И упорно я возвращаюсь к  мысли, что только одиночки могут противостоять нейрополитике. Только одиночки увидят в просвете Бога, и смысл жизни. И то возможно такое случается очень редко, не хотелось бы, чтобы только за два часа до смерти. «Зачем Тебе, о Господи, не раб твой во плоти, а тень никчемная его?»

 

Носил ли Хайдеггер внутри себя хаос, чтобы быть способным родить пляшущую звезду? Очевидно разные люди отвечают на этот вопрос каждый для себя сам и по-разному. И ответ характеризует отвечающего. Ницше, например, предлагал идти к женщине с плеткой, и фотографировался в военной форме – но в 1976 году советский лектор сразу же прокомментировал – Ницще женщин боялся и в армии не служил – это все что, было сказано по существу заданного вопроса.

 

А почему Ницше считали в СССР плохим философом, точнее почему полагалось ТАК думать? «Мы маркисты» - помню слова декана. Да на этот вопрос и отвечать не надо, так как само существование этого вопроса содержит богатое описание ситуации. Так что Хайдеггеру повезло, что в Германии Ницще не был запрещен.

 

И потенциал Хайдеггера видимо актуален, более актуален, чем потенциал «ошибшегося» Маркса – в связи с тем настолько актуальна  возможность действительно новой морали,  вероятность планетарного сознания на основе каких-то новых принципов, неизвестных доселе человечеству. Кто знает, кого выбирает Бог по истечению Его Часов?

 

 

Божественное и Земное

 

В трех доменах – религии, философии и науке – живет свой Бог. Есть три методологии. Религиозная вера – если в ней изолироваться – предлагает интервенцию: акт веры посещает. Научный подход в крайних проявлениях вообще не нуждается в Боге как в «гипотезе». Истинные ученые имеют свое представление о Боге как о закулисном творце, тождестве с Природой. Но только философы пытаются «дружить с Богом».

 

Может ли сознание обнаружить божествование, доказать существование Бога собственными силами? Человек как бы маленький Дух – соотносится ли он со Святым Духом без назидания конфесий, без харизматических личностей, канонических текстов на полках в синагогах и ленинских уголках? Поверить то можно, но как часто проверять то, что прочитал или запомнил?

 

“…being nothing but grooming schools for the middle-class non-identity which usually finds its perfect expression on the outskirts of the campus in rows of well-to-do houses with lawns and television sets in each living room with everybody looking at the same thing and thinking the same thing at the same time …”   Jack Kerouac

 

Что если у сверхчеловека отобрать технику – что он будет делать с «простыми вещами»? Скажем отключить интернет и посадить батареи в ноутбуках блогосферы.... Никто теперь уже не пойдет на такое варварство – но все же голова твоя пустая или следует только мудрости древних народов? Возможно ли приумножение мудрости как вспышка сверхновой звезды?

 

Мартин Хайдеггер, следуя за Гельдерлином, Ницше – за своими немцами – поэтами и мыслителями – изучал древнегреческую культуру. У него было образование иезуита и католика, но он преодолел ... Рациональное богословие – номинализм и реализм – его интересовали как техника мышления, он написал на эту тему сотни страниц, своего рода пролегомены – и в этот период он стал известным во всем мире, сделал академическую карьеру. Затем Хайдеггер, получив известную свободу, стал экспериментировать. И поле экспериментов распространялось и на Бога. Видимо он и сам считал себя Духом равным Богу – допустимая мания величия – но он не позволял себе претензии на Чудеса, которые есть не более, чем интервенция.

 

Хайдеггер говорил, что Бытие есть отказ. Он отказался от представления о Боге, как о сущем на Небесах, но скорее Бог это вспышка молнии, просвет – это не Сущее, но именно Бытие. И постижение Бога возможно только в моменты интенсивности, тогда, когда понятен Смысл - вот он Бог! А если каждый день, мы собственно и не знаем – а зачем все это, мы устаем от серых будней – так как мы можем мыслить себе каждый день Бога? Мы может только повторять молитвы, мантры, заклинания – повторять с монотонностью шарманщика, и повторять – верую, верую... Но голова в этом не участвует.

 

И только ночью, Заратустра у Ницше пел песни. А у человека, Man,  есть  маленькое удовольствие для дня, маленькое удовольствие для ночи. Попробуй отбери газеты! Или попробуй отбери у христианина Библию!

 

Как же сделать так, чтобы не страдало нравственное начало? Ведь нравственное начало – это контроль, самоконтроль, и общечеловеческое «мы вместе», «мы любим». И как сделать так, чтобы дела мои приносили пользу мне и других делали счастливыми? А нужно ли для этого поиски Бога? Эти поиски плохо заканчиваются. Мартин Хайдеггер видел смысл присутствия вот-здесь в философском вопрошании – он ответы и не дает для желающих получить удовольствие и помолиться в лоне высокоморальной веры. Так что Хайдеггер умен, но он не мудрец.  Каббалы Wisdom, например, он не изучал по крайней мере также как он изучал стиль Платона.

 

И как же так?? Можно ли вообще рекомендовать философию Хайдеггера кому-то, кроме узких специалистов из «академической конюшни» для их диссертабельных отчетов и инструкций? Сколько человек в мире понимают «дело философии» Мартина Хайдеггера?  К счастью, время одиночек не кончается.

 

Уже после войны Хайдеггер читал лекции и писал темные тексты – фуги - о четверице – Небо, Земля, Живое, Смертное. Эти тексты настолько темные, что и Гегель наверное такое не писал, и тем более Маркс в третьем томе Капитала – биограф Хайдеггера Сафрански сравнивает эти образы с татуировками на коже дикаря, над которыми не надо смеяться, но не надо и относиться к ним слишком глубокомысленно. Сам Хайдеггер называл это многословным немотствованием. Это говорение Хайдеггера– молчит как молчит Бытие. Это говорение настолько ушло от Реальности в Ничто, что приблизилось к немоте Бытия.

 

Есть другое Бытие – Картина Бытия, и наука и религия нового времени – имеет дело с Картиной или с Картой. Декарт призывал человечество покорять все, что имеет протяженность в пространстве – что мы и наблюдаем как «постав» Техники по Хайдеггеру. Это основа воли к власти, инструмент сверхлюдей, которые и не хотят быть людьми, но при этом им нужны иные инструменты религии и веры.

 

 

And if God is dead what am I,
a fleck of dirt on the wing of a fly
hurtling to earth
through a hole in the sky
A hole in the sky

And if Warhol's a genius, what am I,
a speck of lint on the penis of an alien
buried in gelatin
beneath the sands of Venus

And if a bird can speak, who once was a dinosaur,
and a dog can dream; should it be implausible
that a man might supervise
the construction of light
the construction of light

 

 

 

 

Птичьи крики.

 

Что есть истина? С течением времени теряешь веру. Споры, в которых рождается истина, кажутся тщетными, праздными. Так долго я искал истину, а теперь выясняется – «тянул на спине мешок с картошкой»-, ничего так и не удалось доказать в течение долгой жизни. Ни себе, ни кому-то другому. Иной сатирик, иронический писатель за нашими спорами обнаруживает каких-нибудь Лоханкина и Птибурдукова.

 

Тем не менее, ребенок в нас живет до глубокой старости. И если в детстве нам рассказали о справедливости, о том что должна существовать истина – как бы не изнашивалась вера – детские счастливые годы не стираются в памяти.

 

Так или иначе приходится на что-нибудь да употреблять свободу воли. Работать в пространстве вариантов. Что-то или кого-то приходится похоронить, а что-то или кого-то сделать ближе. Да и хочется прослыть мудрецом – « у нас тут неплохо кормят» - в маленьком городке из которого уже не выбраться. Если над истиной хочется посмеяться, то следующий шаг - употребить наличный ум и возвести вокруг своей крепости барьеры, запрещающие мыслить  об опасном, что разрушает твой любимый вариант.

 

Например, с точки зрения социального дарвинизма – не так уж глупо делить все человечество на своих и «гоев». Это выбор в пространстве вариантов. Но я уже уехал из Израиля, и хочу о тех временах забыть. Слава богу есть варианты без евреев за спиной.

 

Как бы не жалко было расставаться с верой в истину, все же объективно трансерфинг реальности существует и достает! Заграница – загробный мир, кто оказался здесь – назад не возвращается. Правда недавно произносили фразу советского туриста – «я выбираю свободу». Ясно, что слишком мало свободы у иммигранта, которому пришлось улицу подметать, но фраза о свободе греет, это все же нечто большее, чем фраза, сказанная на кухне – за этой фразой поступок.

 

Теперь в «загробном мире» приходится идти на последний трансерфинг, выбор подпространства. Пора принять истину такой какой она теперь является. Шаг в сторону – глупая ностальгия.

 

Скажем Набоков и Бродский нашли каждый свое подпространство, все таки нобелевские премии свидетельствуют, хотя бы о приемлемой адаптации. Наверное миллионы «простых» иммигрантов тоже не так уж плохо живут.  Но есть и недовольные. Живут за пределами России, но «с Лениным в башке». Это просто наказание и адская мука – вспоминать каждый день Андропова, Ельцина, Ходорковского и бесплатное высшее образование с благонадежным конспектированием гениального Маркса. Развесистая советская клюква – в голове у жителя Северной Америки. И это называется - не забывать Родину.

 

Но мне тоже есть что вспомнить.

 

Истина – почти религиозная категория. Христос сказал – Я есть Истина. А с точки зрения знатока математики и компьютерной науки – истина всего навсего Бит информации, пресловутый триггер. Кроме истины есть психологическая достоверность. Вместо Христа, Будды, Майтреи – дзен-буддистская колотушка, сытые толстые щеки диетолога. Но вспомним личный миф, который воссоздал в 80-летнем возрасте Карл Юнг. Это честно. Если Истина ускользает – будем говорить не о том, что касается всего человечества, но о себе лично.

 

Так или иначе моя жизнь это только моя жизнь. Я не могу ответить за всех. Детские сказки Арины Родионовны рассказаны были мне лично. Конечно, сказки эти помогли лично мне быть добрым, справедливым – в некоторых рамках. А за пределами моих границ – эксплуатация и экспроприация, жесткие экономические законы. Царство Божие – где волк и овца живут счастливо – это загробный мир. А на этой грешной земле – наша человеческая природа, границы между странами, между нациями, между отдельно взятыми людьми, Одним словом социальный дарвинизм. Да и близкие друзья становятся врагами из-за трансерфинга реальности. Скажем, что произошло между Сезанном и Золя? Каждый ушел в свое подпространство вариантов.

 

Так вот в сущности следующая современная сказочка проста. Сказка 20 –го века. В отдельно взятой стране, СССР, существовала достаточно длительное время – общественная собственность на средства производства. И к этой собственности прилагалась коммунистическая партия, для того чтобы управлять «справедливостью». Якобы эта структура возникла в результате исторического процесса, описанного гениальными учителями, Марксом, например, философия коих учителей человечества была объявлена научной и была государственной философией СССР. Вот и все.

 

В другой части мира собственность продолжала оставаться частной, и другая часть мира не присоединилась к СССР, вопреки ожиданиям.

 

Но мораль этой сказки – СССР это было хорошо. И собственно говоря это вопрос вкуса.

 

Но в данном случае, это не настолько безобидные вкусы, как скажем художественные или литературные симпатии – скажем – отличия между постмодернизмом и реализмом. Дело в том, что в постсоветской России у власти остались так сказать «силовики». Понятно кто это такие. И сколько еще лет или десятков лет население «города Ибанска» будет вспоминать как хорошо им жилось в СССР? Но мало того, что в России остались жить любители «справедливости» - они и за пределами России.  Они ненавидят эксплуататоров и не против различных форм борьбы – показать бы империалистам хрущевскую «кузькину мать».

 

А кто знает – какие на самом деле ресурсы у данных партий?

 

Какая уж тут Истина? Я имею в виду – общая единая для всего человечества Истина, которая в детстве казалась нам возможной и желанной.  И, честно говоря, я почти готов отречься от истины в пользу психологической достоверности. Не могу я спорить, в надежде на рождение Истины. Я могу только трансформировать реальность так, чтобы из своего подпространства «кричать по птичьи». Это уступка дзен-буддистской колотушке.

 

 

К морю, к дальним его берегам

с неба свет серебристый стекает.

А уставшим от лета росным садам

ночь себя так неброско являет –

будто слово любви роняет.

Между крышами, белыми под луной,

птичий крик заметался,

с башни упав ненароком;

день минувший, в сердце подарок  твой -

словно плод, сочащийся соком;

он из вечности, этот вне-смысленный груз -

но дошел до меня, в юдоль серости,

в наше царство безрадостных уз.

 

Maртин Хайдеггер

 

Воля к власти и воля к творчеству.

 

Впечатление от жизнеописания Мартина Хайдеггера мрачное.  Философ умный и одаренный, но не мудрый. Это правда, что он перепутал национал-социалистическую и метафизическую революция. Когда Гитлер оккупировал Францию –  гордился победами германской «техники».  А с другой стороны, Ураган  Мышления. Абсолютно уникальное представление о Боге. Бог – просвет Бытия. Вера в то, что о Боге можно говорить, и получить результат. А не просто следовать религиозному Назиданию. Запрет на всякое конечное представление о Боге и умиление Картиной Бога.

 

Видимо, не будет никакого единства всех народов на Земле. Люди будут жить разобщено, каждая нация за своими границами. Да еще войны будут. И если имеет смысл какое-то воссоединение, то это только Мост через Бездну. Сверхчеловек Ницше в одно из своих определений включал «мост». Немцы нация поэтов и мыслителей? И что же?

 

И в моей жизни случались бдения на Масленичной горе:

Нередко приход ночи заставал меня

В сумеречном свете

Безысходных колебаний.

Но никогда я не лил напрасных слез, взывая о помощи,

Мое юное бытие

Не решалось поверить мои усталые жалобы

Никому, кроме ангела Благодати

 

Maртин Хайдеггер

 

Хайдеггер любил философское «вопрошание» и меньше – философские ответы. Мышление ангажированное мышлением. К черту практику как критерий истины. Он безусловно был поэтом, и опирался на Гельдерлина и Моцарта. Трудно сказать так уж прямолинейно – что он продолжил дело Ницше, отношения более сложные. Но, учитывая, что Ницще был «хорошим немцем» и воля к власти была как раз то, чему следовали «все хорошие немцы», Хайдеггер не мог не продолжать линию ... Он был попутчиком фашистов, и трансформировал волю власти – для себя – в волю к творчеству. Сартр скажет примерно следующее: фашист это тот, кто хочет быть всем кем угодно, только не человеком. Окончив иезуитскую школу Хайдеггер начал с «холодной логики», философии  тонкого доктора Дунса Скота, и он хотел растопить догмы до жидкого состояния. Позже  он стал грезить каменными горными хребтами – стражами познания. Вообще-то Хайдеггер умер в 1976 году, когда я учился на втором курсе университета, и я не мог себе представить, что где-то старик мыслит себе Бытие, которое настолько отличается от всего того, что мне подбрасывали в качестве истин.

 

В 1945 году, на допросах денацификации, от Хайдеггера так  и не смогли добиться «демонстрации чувства вины». Видимо он не считал нравственные вопросы  интересной проблемой для своего мышления. Его объявили попутчиком – и лишили права преподавания. Он переживал, что пострадала его пенсия. Бесхарактерный человек, как говорила Ханна Арендт, еврейка, которая его любила. А что того, что он был членом НСДП, партийный значок носил, один всем известный донос на еврейского доцента написал. Ну достал его доцент из «академическое конюшни». Сам он говорил, что это было – так! – вроде как бы не от большого ума, – а его большой ум философа был занят Платоном, досократиками.

 

Далее, читал я собственно его тексты, например, «Введение в метафизику» - это все равно что партитуру Моцарта разбирать. Если сравнить «Бытие и Время» и  «Бытие и Ничто», так Сартр для народа писал.. Но слава Богу, кое-что мне все же удается реконструировать для себя. Так или иначе философский эрос.

 

У Ницше и Хайдеггера общее – святая поэзия, Гельдерлин  кумир, или Вагнер. У Хайдеггера и Сартра общее – феноменология. Сначала наука растапливается до жидкого состояния, а затем появляется Бытие, которое как Солнце Восходит и Заходит, несмотря на научное мировоззрение. Околеть и Погибнуть не одно и то же – в каждом закате – новый восход.

 

 

NOT RESPONDING

- 1 –

Я преследовал привидение
И провалился в сновидение.

Мне снился Ленин, хитрый дедушка Ильич,
На Пасху кушал православный он кулич.

И также снился мне Госплан.
Чубайс, залезший всем в карман.

Махал платочком Судаков-Манагер с гор.
И русский панк в Израиле играл Егор.

Ек Макарек дружил с Cocaine Decision.
БГ в петле висел как Ян из Joy Division.

Художник Барсуков подносит мне шприцы с аминазином
И одевает мне на голову пакет с бензином.

Я просыпаюсь в Верхней Зоне
У доктора Клочкова на балконе.

Передо мною три березы.
Из глаз текут, как-будто, слезы.

- 2 –

Теперь я, кажется, проснулся,
Россия, родина моя.
Там я c тобой почти сошел с ума,
Но от дурдома отмахнулся.

Как будто умер и воскрес
An USSR Born Boy
И стал второго сорта здесь
A 20th Century Toy.

Уловка обошлась ценой,
Для православной веры неприличной,
Но стерпит грех полуеврей
За бытие наличное.

Кошерный бы еврей не рад бы был,
Что снизошел из Иерусалима
В basement торонтовки, хотя и скоро
Перебрался в спальный ее район.

А что там делает шомер
Из Тель-Авива русский до сих пор?
Он так и не купил себе бензоколонку
И в утешенье смотрит евро-гонку.

Однако, по дороге в Montreal
Я заправляю сранный Cadillac
Продуктами нефтеторговли
Как среднестатистический дурак.

Пора бы всем сменить бензин
На электрические батареи,
Как говорит один советский господин,
Во имя торжества коммунистической идеи.

Благослови, Канада, докторов наук,
Которым интересен Карл Маркс
И каждому пожалуй грант
Достойный бывшей их аспирантуры.

- 3 –

Но скоро мы умрем
И здесь и там.
А Золотое Сердце
Каждый ли отыщет?

Ей богу, я и не хотел
Так долго жить.
От этой старости
Одни проблемы.

И больше ненависти,
Чем любви познали мы.
И в старости опять
Приходят сны.

Мне снится странный переулок
В котором странная Рука
Мне достает пластинки Beatles
Из параллельной дискотеки.

Ей богу, я и не хотел
Завидовать какой-то рок-звезде,
Не ведающей радостей труда
Во имя Славы Добрых Дел.

И, следуя Хорошим Книгам,
Мне следовало полюбить людей
И составлять начать подробный
Моих поступков учетный файл.

Не так уж плохо было колбасу
В своем отечестве покушать
Под звуки мандолин небесных
На честных двадцати квадратах.

Мне снится местный weed,
Не то ли принял дозу героина,
Хотя обычно обхожусь
Стаканом красного вина.

А может быть все это
Конопля и Mак Сибири.
И мне какое дело
До русского братана-молчуна.

Каждой ночью
Я просыпаюсь в три часа
Я слышу шум протонов
Я верю в чудеса
Среди тюрем и притонов
Ходит Ваня дурачок
Но и он посажен
На эфэсбешный крючок

А бескрайние леса
А бездонные моря
Были созданы кем-то
Для кайфа дикаря
Созданы Богом Бедных
Гением Добра
Псом Безумцев
Учителем Святых

Каждой ночью
Умираю
Чтобы верить
В Ад и Рай
Каждое утро
Каждый утренний старт
Я даю себе команду
Включай

Мое настроение
Зависит от бабла
От правильных чисел
От машины для зла
Каждой ночью
Я вижу знаки на стене
Какая-то Рука пишет
Что-то обо мне

Огненные знаки
На древнем языке
О прошедшем веке
О Суете Сует
Здесь и сейчас
Нигде и никогда
Никто не догадается
Сколько было мне лет

Писатель и поэт, русский эмигрант, живу сейчас в Канаде. Зарабатываю на жизнь web development.