Небосвод занавешан январскою белою мглою.
Утро режет глаза, воздух едок, морозен и прян...
Я спускаюсь в подземку, сливаясь с безликой толпою
Этих преданных Богу Метро москвичей-прихожан.

И под сводами мраморных арок подземного царства,
Средь изысканных фресок застывшей его красоты,
В гипнотическом сне прозябая, послушная паства
Забывает о вечных законах земной доброты.

Как на паперти, здесь собрались старики и калеки,
Безысходность сквозит из-под траура блеклых ресниц...
Это в нашем-то, Боже, крутом «нефтедолларном» веке
Я сканирую скорбь с искажённых от горестей лиц!

И не верят глаза, видя, как в инвалидной коляске
Вдруг в вагон заезжает безногий один паренёк...
Безразлично сердцам в повседневной обыденной тряске,
По какой же причине остался парнишка без ног.

Залихватски беретка заломлена, блещет кокарда,
Униформа распахнута, зебра тельняшки рябит...
И гитара в руках мускулистых безногого барда
Затянула мотив про позорный «Чеченский гамбит».

Я такого скорбящего взгляда не видывал сроду –
В них геройство и дурь очумевшей от горя страны!
И мне хочется знать: ну, какому от власти уроду,
Эти жертвы войны обязательно были нужны?!

Никого не виня и о жалости к нам не взывая,
Исповедует песней он мудрость незыблемых притч...
Только совесть людская молчит, будто стала немая,
Будто души людей безразличья разбил паралич.

Ты, о время моё, "зачумившее" жизнь на планете,
Век всеядного зла, отмотай киноплёнку назад!
Век, где в жертву «Тельцу Золотому» приносятся дети,
Не видавшие жизнь, но познавшие истинный ад!

И мне стыдно смотреть, как, поднявшись, старушка седая,
Тянет парню червонец, от пенсии жалкой гроши,
А из щёлочек глаз материнских слезою стекает
Нестерпимая боль и терпение русской души!

 

(c) Саша Венский

http://stihi.ru/2010/01/12/400