Он медленно открыл глаза. Огляделся. Он снова в этой комнате,
значит, он снова спит. Значит, снова увидит её. В этой комнате всегда
полумрак, она всегда освещена только свечами. Разными свечами. Толстыми
белыми, в массивных подсвечниках. Тонкими красными с золотистой вязью по
бокам. Крошечными желтыми и голубыми. И даже черными. Этот мягкий полумрак
со множеством теней, с сотнями огоньков и тихим шорохом он не перепутает ни
с чем. В центре комнаты мягкий диван, обтянутый тёмно-коричневой кожей. За
ним на стене огромная картина в тяжелой мощной раме. На картине море.
Всегда море, и всегда разное. Когда он попал сюда впервые, оно было тихим.
Прозрачная голубая вода, полный штиль. На выступающем из воды осколке скалы
сидела невообразимой красоты Чайка. Он никогда прежде не видел чаек, но
отчего-то точно знал, что это Она. С тех пор он тысячи раз бывал в этой
комнате. Менялось всё: море, небо. Он видел на картине бури и штормы, дожди
и молнии. Он видел лето и зиму. Менялось всё, но Чайка всегда оставалась
неизменной. Он мог часами смотреть на неё. Казалось, ещё немного, и она
вспорхнет с камня, улетев за край картины. Около дивана, на одной ножке, как
всегда, стоял высокий резной столик. На нем тонкий хрустальный бокал и
графин с вином. Красным. Вино всегда было красным. На стене небольшое окно.
Сколько он не подходил и не смотрел в него – там всегда была темнота. Без
единого проблеска, без неба и звезд. Он медленно поднялся с дивана, подошел
к столику. Налил себе с полбокала вина и снова вернулся обратно. Потягивая
пряное, крепкое вино, он принялся ждать, глядя в огромное, на всю стену
зеркало, что висело напротив дивана. По опыту он знал, что когда наступит
время, зеркало начнет стремительно светлеть. Сначала отражение в нем пойдет
мутной рябью, и с трудом можно будет различить хоть что-нибудь. Потом начнут
появляться неясные фигуры, какие-то образы. Так будет несколько минут, до
тех пор пока зеркало до конца не превратиться в стеклянную стену,
разделяющую его комнату и Её.

Её комната совсем другая. Она буквально залита ярким солнечным светом. Стены -
небесно-голубого цвета, с множеством картинок и фотографий в рамках. На полу
нежно-бежевый ковер с длинным ворсом. На месте окна в её комнате стоит
деревянная этажерка с, казалось, бесконечным количеством различных фигурок и
статуэток. В центре комнаты огромное мягкое кресло, в котором она частенько
сидит, свернувшись калачиком. Она… Когда он впервые увидел её, он обмер,
настолько она была красива. Ни до, ни после он не встречал никого, кто хотя
бы наполовину, да что там, на четверть мог сравниться с ней. Белокурые,
длинные волосы. Стройное, гибкое тело. Правильные черты лица. И глаза…
Бездонные голубые глаза, лучащиеся теплым светом, наивно смотрящие на него.
- Кто ты? – только и смог выдавить он, - Ангел? Демон? Фея? Ведьма? Богиня?
- Ларус……
Это всё, что он тогда смог узнать об этой девушке… Изображение за
стеклянной стеной стало меркнуть, растворяться цветными пятнами, вертясь в
круговороте. Пара секунд – и стена снова стала зеркальной. Зеркало
отразило его растерянный взгляд, взлохмаченные волосы и губы, шепотом
твердящие: «Ларусс, Ларус»… Он моргнул. Ещё раз. Но вместо комнаты с
зеркалом увидел белый потолок своей комнаты. Целый день он ходил сам не
свой. Он повторял себе, что это сон. Что девушка приснилась ему всего раз, и
более он никогда её не увидит. Он твердил, что каким бы реалистичным сон ни
был – это сон. Плод его воображения. То, чего никогда не было и никогда не
будет наяву. В тот день его не узнавал никто. Ни друзья, ни коллеги. В
полдень, сказавшись больным, он заперся в своем кабинете, прилег на кушетку
и задремал. Ему снилось, что он в самом центре средневековой битвы. Что
вокруг него мелькают окровавленные мечи и копья. Что невозможно устоять на
ногах, со всех сторон его толкают дерущиеся воины. Сильный запах крови и
кострища. Казалось, он обжигает его легкие. И выворачивает всё нутро
наизнанку. Вдруг кто-то сзади закрыл его глаза прохладными, невесомыми
ладошками, и он проснулся. Взглянул на часы – он отсутствовал в мире яви
всего пару минут. Ужасно болела голова. Сон не только не помог ему, но и всё
усугубил. Он попытался было снова заснуть, но ничего не получилось. Так
до конца дня он и чувствовал себя разбитым и почему-то обманутым. С трудом
дожив до вечера, он приехал в свой пустой дом, покормил кошку и, не
раздеваясь, изможденный буквально рухнул в постель. Прошла секунда, и он
снова в полутемной комнате, со свечами. Не может быть! Так не бывает. Он
слышал, сон может повторяться, но не продолжаться же! Он огляделся на
картину – море по-прежнему было спокойным, небо по-прежнему лазурно-голубым,
но Чайки на камне не было. Приглядевшись, он увидел вдали, над водной
гладью маленькую, еле видную точку. И понял, что это она. Легкий треск за
спиной отвлек его внимание. Он обернулся. Гладь зеркала, как и вчера,
зарябила, став прозрачной. И он снова увидел сквозь стекло солнечную комнату
и ту самую девушку. Она подошла к стеклу, коснулась его, и он увидел, как
стекло слегка запотело от тепла её руки.
- Ларус! – крикнул он изо всех сил.
Девушка поморщилась.
- Зачем так кричать?! Я прекрасно слышу. Кто ты?
-********* *********** - ответил он.
– Как ты сюда попала?
- Думаю так же, как вчера, заснув. Скажи, а проснувшись, ты помнил эту комнату, и меня? - Да, конечно! Я целый день не мог думать ни о чем другом!
- Странно. Сейчас я помню и то, что я видела тебя здесь вчера. И весь свой сегодняшний день, но проснувшись утром, я, как ни старалась, не смогла вспомнить того, что
мне снилось.
Позже он убедился, что она помнит его, только находясь здесь. И
просыпаясь, забывает всё, что происходило. Забывает его.
- Как мне тебя найти? Я ведь помню тебя в реальном мире.
Её губы шевельнулись, отвечая на его вопрос, он видел, что она пытается объяснить ему что-то. Но звука её голоса он не услышал.
- Подожди! Я не слышу того, что ты говоришь!
Она снова попыталась что-то ему сказать, но снова он услышал тишину.
- Как же так! Просыпаясь, ты меня не помнишь, и не сможешь меня найти. А я не смогу
тебя разыскать, потому что не слышу твоих слов.
-Наверно, нам не стоит общаться вне этих комнат. Ведь ты слышишь каждое мое слово, всё, что я говорю, за исключением того, как меня найти.
С тех пор к этому они больше не возвращались. Она рассказывала ему о себе, о том, что любит, о том, как живет. Он делился своими новостями. Он больше не жил. Жизнь стала лишь коротким мигом между встречами с этой девушкой. С этой воплощенной мечтой.
Умная, веселая, чрезвычайно добрая и необыкновенно красивая, она стала его
реальной жизнью. Как-то снова заснув в том, другом мире, и проснувшись здесь,
он вдруг не увидел за стеклянной стеной привычной светлой комнаты.
Вместо нее за стеклом комната была незнакомая и полутемная. Комод,
кровать, окно с занавесками. Ничего необычного. Такая комната может быть
в любом городе, в любом доме. Он присел рядом со стеклянной стеной и стал
ждать. Примерно через четверть часа в комнате неожиданно загорелся свет. И
Ларус, его прекрасная Ларус, вошла в неё вместе с незнакомым молодым
парнем. Парень обнимал её за талию и нежно целовал в шею. А она в ответ,
глядя на него, ласково улыбалась. Как же так?! Господи! Да что же это?!
Почему? Он не мог понять, что происходит. Он колотил руками по стеклу.
Он кричал. Звал её, но она ничего не видела и не слышала. Не в силах больше
видеть, как парень за стеной по-свойски держит её руку, целует её, обсуждает
с ней планы на следующий день, он отвернулся, зажал уши руками и просидел
так до тех пор, пока его не разбудил будильник. Дни потянулись совсем
другие. Раз за разом попадая сюда, он видел прекрасную Ларус с этим парнем.
Порой он отворачивался от них и сидел, стараясь не слышать, о чем они
говорят. Порой пытался докричаться до неё. Молотил стену кулаками,
швырял в неё графин, но, как и прежде его не видели и не слышали по ту
сторону. Он молил её здесь, молил, когда просыпался. Молил лишь о том, чтобы она вспомнила его или услышала. Раз за разом он видел, как они ужинают
в кафе, смотрят телевизор, сидя дома, обсуждают последние новости. Он не
знал, что может быть так больно. Он никогда раньше не чувствовал ничего
подобного. Шло время, боль из острой, практически невыносимой, потихоньку
становилась слабее. Он почти свыкся с мыслью, что отныне обречен каждую ночь
во сне видеть своего любимого человека с другим. Тот день ничем не
отличался от прежних. После работы он заехал поужинать в небольшой
ресторанчик в центре города. Потом заехал в супермаркет, купил сока и
Whiskas. И приехав, наконец, домой, принял душ и лег в постель, ожидая
очередную порцию самых неприятных эмоций. Очутившись в своей комнате, он, не
глядя за зеркальную стену, прямиком прошел к столику с вином и, налив полный
бокал, залпом выпил его.
- Привет, я скучала по тебе – прошелестел за его спиной нежный голос.
Не веря своим ушам, он повернулся и увидел за стеклом такую знакомую и такую почти забытую комнату с ярким солнцем и нежно-голубого цвета стенами.
- Ты?! Но как?! Я не понимаю! Я столько раз пытался докричаться до тебя. Что я только не делал! Мне казалось, ты уже никогда не увидишь меня и никогда меня не вспомнишь. Почему ты снова в этой комнате? Снова видишь меня?
- Наверно потому, что я разлюбила.
-Кого его? Ты его любила?
- Да, и сильно. Мне казалось, что он тот, с кем я захочу до конца жизни быть вместе. Но ушел год – и ушла любовь. Со мной всегда так. Год – это мой рубеж в отношениях. За него ещё никогда не удавалось перейти.
- Прости, это, наверное, неуместно, но я рад, что ты вернулась.
-Я тоже рада. Я ужасно соскучилась по тебе. Наверное, за этот год я сильно тебя
измучила?
-Ты не виновата. Ты же не знала. Ты не помнила.
-Знаешь, это невероятно трудно. Просыпаясь, я будто слепну. И снова прозреваю только
здесь, с тобой. Ты, по крайней мере, помнишь всё, что творится в твоей
жизни. Я же живу с ощущением недосказанности. Постоянно силясь что-то
вспомнить, и день за днем не вспоминать ничего.
-Если бы я хоть что-то мог сделать! Хотя бы знал твоё полное имя или твой город… Я бы тогда перевернул его, вывернул наизнанку, но нашел бы тебя! Искать по всему
миру – это как песчинку в реке. Я всё равно ищу, но год поисков не дал
никакого результата. Прости.
-Стоит радоваться тому, что есть. Мы здесь. Вместе. И это здорово! Если бы ещё год назад кто-нибудь попытался рассказать ему, чем обернется его жизнь – он не стал бы даже слушать. Но сейчас этой толике счастья он был рад больше, чем когда-нибудь чему бы то ни было. Он знал о ней всё. Она ненавидит рыбу и кокос. Боится тараканов. Больше всех на свете любит свою маму. Обожает лыжи и коньяк. Она знала о нем всё. Но
тем для разговора всегда было больше, чем отведенного им времени. Он
любил её. Любил от всей души. Так, как казалось, не может больше никто. Она
была его царицей. Его богиней. Его мечтой. Она любила его. Он знал это,
любила искренне, несмотря на то, что помнила не всегда. Порой она снова
влюблялась, и тогда больше не появлялось за стеклянной стеной его любимой
яркой комнаты. Тогда он видел её с другими. Порой это было недолго, и она
вновь возвращалась. Порой отношения затягивались, но как она и говорила,
никогда не длились больше чем год. Он больше не переживал. Он знал, что
она вернется к нему, что бы ни случилось. Вернется, рассмеется, и этот
звонкий смех выгонит из его сердца и печаль и тоску.
-Как хорошо всё-таки, что мы с тобой здесь, а не в реальном мире! Как здорово, что я не потеряла тебя через год, и ты до сих пор со мной!
–Скажи Ларус, а разве тебе этого достаточно?! Разве тебе не хотелось бы семьи и детей?
-Возможно. Но я ценю то, что есть. Я ценю тебя, и неважно, в каком мире.
-Но мы же не можем даже прикоснуться друг к другу. Я даже обнять тебя не могу! Неужели тебя это ни капли не тревожит?
-Лучшее - враг хорошего. Кто знает, как обернется наша жизнь, если мы встретимся?!
-Но нам ведь хорошо здесь, значит, будет хорошо и там.
-С чего ты это взял? Возможно, нам так хорошо именно потому, что мы здесь.
-Но!..
-Давай закончим этот разговор. Он ни к чему не приведет. Ведь ничего изменить нельзя. Ты по-прежнему меня не слышишь, когда я рассказываю о том, где живу. Я по-прежнему тебя не помню, просыпаясь. Смысла спорить нет, мы только поссоримся зря.
-У меня есть идея. Я закажу твой портрет самому лучшему художнику в городе, если понадобится - лучшему в стране. Я опишу ему тебя, пусть нарисует с моих слов. Он будет
рисовать до тех пор, пока сходство не станет стопроцентным! Я разошлю твои
портреты куда только можно! Во все уголки мира. Попрошу помощи спецслужб.
Поверь, я найду тебя! Обязательно найду!
-Нет! Я не хочу этого! А ты подумал о том, что я тебя не вспомню и не узнаю в реальной жизни? Подумал, о том, каково это – днем жить одной жизнью, веря всему, что ты говоришь, а ночью понимать, что ты меня обманываешь!
-Но ведь это не навсегда. Со временем ты узнаешь всё, что знаешь сейчас, и всё будет по-прежнему, только мы будем вместе и здесь, и в яви.
-Но ведь это ужасно! Я хочу проводить с любимым человеком много времени вместе, но ведь не 24 часа в сутки. Только представь себе, каково это!! Да и к тому же, ты подумай, может быть, я из другого года. Из другого десятилетия, даже века. Может быть, в твое время я ещё маленькая девочка, или, наоборот, старая бабулька. Может быть, я уже
умерла или ещё не родилась! Нет. Я не хочу, что бы ты меня искал! Обещай мне, что не станешь этого делать! Обещай!
- Я обещаю подумать. Большего я обещать не могу.
-Я не прощу тебе этого. Понимаешь? Никогда не прощу. Даже если мы живем в одно время, и ты меня найдешь - рано или поздно – я всё равно прозрею. И что тогда?
-Знаешь, за что я тебя люблю?
-За что?
-За твое фантастическое умение самой создавать себе трудности, а потом
героически их решать.
-Хм…
-Только вот есть вещи, что не в твоей власти исправить. Вещи, которые в принципе исправить нельзя.
-Ты меня не слушаешь! И не слышишь!
-Хорошо. Давай пока оставим на время эту тему. Но мы подумаем, всё взвесим и вернемся к ней.
-Ошибаешься. Это ты подумаешь. Я забуду об этом разговоре совсем скоро. И вспомню только часов через двенадцать, снова оказавшись с тобой. Моё мнение не изменится.
Он открыл глаза. Белый потолок спальни. Он ещё долго лежал, не шевелясь, вспоминая каждое слово, что она сказала.
Он долго лежал, глядя в потолок, взвешивая все варианты, просчитывая все
возможные пути. Спустя шесть часов он сидел в уютном кресле и из
большущей керамической кружки, что так хорошо держит тепло, пил
ароматный травяной чай. За окном был очень непривычный пейзаж. Вместо стен
городских многоэтажек за окошком была светлая роща.
- А овал лица? Какой у неё овал лица? Круглый? Сердечком? Квадратный подбородок?
-Круглый.
-Ну, молодой человек вы мне и задали задание. Нарисуй того, с трудом объясняю
кого…
- Я заплачу столько, сколько вы скажете. И буду ждать столько, сколько
потребуется. Скажите, я могу снять у вас комнату? Мне кажется, если я
буду рядом, работа над портретом пойдет быстрее.
-Да, конечно! Мне и самому хотелось бы закончить поскорее. Уж больно необычная и сложная стоит задача.
-Отлично. Кстати, разрез глаз на портрете не тот. И вообще, глаза у
неё более выразительные. Такие, что затягивают внутрь.
-Молодой человек, ну что вы хотите от карандашного наброска? Тем более если пока только и нарисованы что одни глаза. Сейчас мы пытаемся выявить основные черты лица.
Более углубленно мы прорисуем их позже.
-Да, простите. Не буду вас отвлекать. Я зайду попозже, если вы не против.
-Да, пожалуй, часика через два будет в самый раз.
……………………………….
-Ну что ты решил? Ты сделаешь так, как я прошу, ты не станешь меня разыскивать?
-Я не хочу пока обсуждать эту тему. Я скажу тебе, что я решил, когда всё взвешу и продумаю.
-Господи, ну о чем тут думать?! Я же тебе всё объяснила!
-Солнышко, давай мы не будем сейчас ссориться! Я тебе сказал, что я пока думаю. Давай оставим эту тему. Расскажи лучше, как прошел твой день? Опять начальница отъехала? И что ей злобыне не ймётся?
………………………………………………
- Примерно так, молодой человек. Он просмотрел на портрет и
обмер. Да, действительно ему посоветовали лучшего из лучших портретистов. На
него с холста смотрела Ларус. Казалось, она вот-вот нахмурит лоб или
моргнет. Сходство было просто пугающим. Он вздохнул. Ну вот, половина пути
пройдена. Осталось сделать копии и разослать их куда только можно.
Тррр… тррр… тррр… Чёрт, телефон.
- Да, алло, слушаю!
-Здравствуйте! Я звоню по поручению Льва Николаевича. Он просил вам передать, что нашел вам вашу барышню и уточнить, когда вы сможете приехать?
-Я немедленно выезжаю! В жизни она была ещё ослепительнее. На настоящем солнышке её светлые волосы искрились и переливались как жидкое серебро. А глаза… Только сейчас он понял, что ни один художник никогда не сможет передать всю глубину, всю
теплоту этих глаз.
-Здравствуй, Лара!
-Ты? Но как? Я же просила тебя не искать меня!
-Я не послушался.
-Но как ты нашел?
-Как и обещал.
-Как… Как ты догадался, что я вспомнила тебя?
-Просто пришло время. У тебя ещё много вопросов?
- Один. Как ты понял, что я вру? Как понял, что я хочу, чтобы ты меня нашел?
- Просто ты любишь создавать трудности, а потом их стоически преодолевать.
-Знаешь, я поняла. Я люблю тебя не за то, кто ты есть, а за то, кто я, когда рядом с тобой. Они больше не встречались во сне. Они вообще первое время почти не спали. Что-то или кто-то свыше, что гораздо сильнее и умнее нас, придумал когда-то любовь. Её законы нам не понятны. Нам не разобраться, почему она вдруг неожиданно возникла или так же
неожиданно пропала.
• Нам достаточно знать, что она просто есть.
• Нам достаточно верить, что она неминуемо придет, даже если кажется, что она уже
много лет запаздывает к нам. Главное никого не слушать и не отступаться
от своей веры.
• Нам достаточно просто прислушаться к себе, заглянуть внутрь,
и мы увидим ответ. Любовь есть. И она приходит всегда. Это закон, который
кто-то или что-то умнее нас придумал для нас давным-давно.