Часть I

Начав в предыдущей статье разговор о западном правовом империализме, я обратил внимание на то, что Запад повёл кампанию экспроприации зарубежного имущества России (государственного, частных компаний и банков, физических лиц). Эта кампания будет набирать обороты как за счет расширения разного рода черных списков, включающих юридических и физических лиц Российской Федерации, так и за счет подготовки разного рода исковых заявок к РФ и подачи их в иностранные суды. 

Вымогательство с помощью фальсификации истории СССР

В первую очередь, речь идет о подготовке рядом бывших советских республик требований к Российской Федерации о компенсациях за «советскую оккупацию» в период 1940-1991 гг. Такая подготовка уже ряд лет ведется в Эстонии, Литве, Латвии, а также Молдавии. Некоторые обобщенные оценки компенсационных требований приведены в таблице, составленной автором на основе ряда источников. 

Табл. 1.

Претензии о компенсации ущербов от «советской оккупации», предъявляемые некоторыми странами ближнего зарубежья к Российской Федерации.

Примечательно, что оценки ущербов от «советской оккупации» периодически пересматриваются, причем всегда в сторону повышения. Латвия, например, двадцать лет назад начинала с нескольких миллиардов долларов, а теперь ее официальные лица решили не мелочиться и называют сумму ущерба в 300 млрд. евро (для справки: в 2012 году ВВП Латвии был равен 28 млрд. долл). Вполне очевидно, что эта астрономическая претензия синхронизирована с экономическими санкциями Запада против России. 

Претензии Киева

С 2014 года стали появляться качественно иные экономические претензии. Можно ожидать, что объем претензий этого рода будет быстро увеличиваться. В первую очередь, речь идет о претензиях со стороны нового правительства Украины, которое незаконно пришло к власти на волне переворота в феврале 2014 года. В конце апреля 2014 г. министр юстиции Украины Павел Петренко обнародовал следующее заявление: «Министерство юстиции обобщило информацию от наших министерств и ведомств по убыткам, которые были нанесены от оккупации Крыма, и общая сумма этих убытков составляет 950 млрд. гривен. Эта сумма не включает в себя упущенную выгоду, которая будет начислена дополнительно». Министр уточнил, что указанная сумма не включает в себя стоимость полезных ископаемых и залежей в морском шельфе. С учетом неустойчивого курса гривны назывались суммы ущерба от 84 до 100 млрд. долл. Сумма периодически пересматривалась в сторону увеличения. В июне 2014 г. это! уже было 1,08 трлн., в июле - 1, 18 трлн. гривен. 

28 июля министр энергетики и угольной промышленности Юрий Продан заявил, что убыток Украины от потери в Крыму энергетических объектов, включая запасы углеводородов на шельфе, оценивается в 300 млрд. долл. Итого, Киев ожидает от Москвы компенсации в размере 400 млрд. долл. И это притом, что в 2013 году ВВП Украины, согласно официальным данным, составил 182 млрд. долл. 

Одновременно Украина начала инвентаризацию имущества Российской Федерации, которое находится на территории государства. Кроме того, Киев стал использовать аргумент своих требований компенсации убытков «за Крым» для отказа от погашения большой задолженности Украины перед РФ. «Крымский аргумент» использовался и в переговорах по российскому газу для получения больших скидок. 

Осенью 2014 года стали звучать призывы некоторых депутатов Верховной рады готовить требования к России в связи с событиями в Ноовороссии. В Верховной раде Украины уже провели оценку затрат, необходимых для восстановления промышленности региона. Называются цифры от 3 до 6 млрд. долл., и это только по промышленности. Восстановление же всего хозяйства потребует, по оценкам Верховной рады, 8-10 млрд. долл. Предполагается потребовать эти деньги от Москвы в порядке возмещения ущербов, которые якобы нанесла Украине Россия в результате «вооруженной агрессии» (1).

Конечная цель компенсационных требований – «конфискационные» санкции

Компенсационные требования бывших советских республик к Российской Федерации - это многофункциональное оружие Запада. 

Во-первых, это оружие идеологической, психологической и информационной войны, преследующей цель фальсифицировать историю и ещё больше раздуть антироссийскую истерию. 

Во-вторых, это оружие экономической войны. При всей несостоятельности и полной неграмотности обоснований сумм ущербов они, скорее всего, будут трансформированы в некие компенсационные требования, которые будут утверждены парламентами «пострадавших» государств, а затем в виде исков переданы в международные суды. Можно не сомневаться, какими будут вердикты этих судов. 

После того как Россия откажется от исполнения судебных решений, Запад организует новую серию экономических санкций. Такие санкции еще не применялись. Их можно назвать конфискационными. Могут быть заморожены (арестованы, конфискованы) валютные резервы Российской Федерации. Если этого окажется недостаточно, то будут арестованы (конфискованы) иные зарубежные активы. 

Готова ли Россия к «конфискационной войне»?

Согласно последним данным Банка России, на 1 октября 2014 г. зарубежные активы РФ составили 1.410,9 млрд. долл. Основные элементы этих активов (млрд. долл.): прямые инвестиции – 466,6; портфельные инвестиции – 62,7; вложения в производные финансовые инструменты – 8,7; прочие инвестиции – 471,0; резервные активы РФ (золотовалютные резервы) – 454,2. Расшифруем самую крупную позицию «прочие инвестиции» (млрд. долл.): наличная валюта и банковские депозиты – 161,6; ссуды и займы – 201,4; торговые кредиты и авансы – 32,5; иные инвестиции – 23,3. Однако это далеко не все зарубежные активы Российской Федерации. 

Официальную сумму активов следует как минимум удвоить. Активы формируются не только и не столько за счет легального вывоза капитала, фиксируемого Центробанком, сколько за счет вывоза капитала по теневым каналам. Все эти каналы на Западе отслеживаются, и идентифицировать в нужный момент все теневые активы российского происхождения, чтобы западные суды могли наложить на них арест, трудности не представляет. Диапазон «статей», которые здесь могут применяться, широк: от «антиамериканской пропаганды» и «ущемления прав сексуальных меньшинств» до «советской оккупации» и «непогашенных долгов царского правительства». 

Учитывая остроту нынешнего противостояния России и Запада, российским властям нужно делать все возможное для быстрого выведения зарубежных активов из-под удара «конфискационных» санкций. Что-то делается, но крайне мало и медленно. По данным Банка России, на 1 июля 2014 года зарубежные активы России были равны 1.514,4 млрд. долл. Получается, что за третий квартал снижение произошло всего лишь на 103,5 млрд. долл. Это мало, всего на 7%. Говорят, что, если Запад начнет конфискацию российских активов за рубежом, российская сторона ответит экспроприацией западных активов в России. Это неэффективно. Существует дисбаланс российских активов за рубежом и иностранных активов в России. Первые, как уже сказано, на 1 октября 2014 г. были равны 1.410,9 млрд. долл., вторые составляют 1.178,0 млрд. долл. То есть налицо дисбаланс в 232,9 млрд. долл., хотя на самом деле он измеряется цифрой, которая во много раз больше, так как следует приплюсоват! ь российские теневые активы за границей. Чтобы, по крайней мере, не проиграть в конфискационной войне, российские зарубежные активы должны стать реально меньше, чем иностранные активы в России. 

Что делать?

Это требует, прежде всего, быстрой деофшоризации российской экономики. Она может быть произведена указом президента России, требующим возвращения активов российской экономики на родину. Физически эти активы находятся здесь, в России, они материализованы в промышленных предприятиях, железных дорогах, доменных печах, нефтяных скважинах, электростанциях, месторождениях полезных ископаемых и т.д. Однако де-юре эти активы на Западе, они числятся на балансах офшорных, «параллельных» фирм. Чтобы не было повторения истории с активами ЮКОС, следует вернуть эти де-юре активы в Россию. Вернуть можно и нужно быстро. Достаточно месяца - ведь, для того чтобы зарегистрировать компанию в офшорах, некоторые юридические консультанты предлагают «срочную услугу» в пределах 24 часов. Тем олигархам и прочим предпринимателям, которые будут не готовы проделать такую операцию, надо помочь принять непростое решение. Это возможно, так как в указе должно бы! ть оговорено, что, если в течение одного месяца перерегистрация не состоится, физические активы компании подлежат национализации. Не следует бояться, что подобная национализация спровоцирует резкое обострение отношений между Россией и Западом. Эти отношения обострены уже до той точки, когда ждать больше нельзя. Национализация – важнейшее средство мобилизации общества и экономики в условиях «холодных» и «горячих» войн. То, что происходит сейчас в отношениях России и Запада, очень напоминает ситуацию первой половины 1918 года, когда бывшие союзники по Антанте готовились к интервенции против России, но ещё не начали её. Внутри России действовала пятая колонна в виде компаний с участием иностранного капитала, подыгрывавших Антанте и расшатывавших ситуацию изнутри. Именно это заставило большевиков уже весной 1918 года начать национализацию иностранной собственности в стране. Россия выстояла. 

(1) Юлия Самаева. Донбасс обреченный? // Агентство промышленной политики, 14.09.2014.