Начало:1.
http://www.liveinternet.ru/users/rousimen/post2560988/
и 2.
http://www.liveinternet.ru/users/rousimen/post2608337/
3.(Вторая редакция) Случай, о котором я хочу Вам рассказать происходил накануне 9 мая 2000года.
Меня зовут Ро и я очень досужий человек. И когда меня полунемочка Катька, она же Кэтрин замучала...вопросами о своём отце, окончательно, и бесповоротно в конце оргазмирующего шампанским тысячелетия,- я не поленился схватить её за тонкую рученцию, покрытую белёсовато-рыженькими волосками, схватить, и отвести в генетическую консультацию, в ту же консультацию мы умудрились сдать и кровь её русского папы.
...она так была похожа на своего русского отца: манеры, привычки, мимика, жесты, носик рязанский(в конце то концов!), что никто из окружающих и не сомневался: чья она дочь.
Мы пришли с ней в вышеупомянутое госучреждение, как в Театр,одетые с иголочки.Но ответ, который выдала резковатая и бескомпромиссная врач-лаборант, был ошеломляюще короток и категоричен: отцовство исключено с достаточной степенью вероятности.
Услашав услышанное, увидив увиденное, и поняв понятое, Катька потеряла сознание и неожиданно для всех гукнулась на кафельный пол( и я еле-еле успел её подхватить).
Затем я сделал ей искуственное дыхание изо рта в рот, и кто-то из толпы протянул мне платочек, пахнущий фиалочками. Скажу откровенно: мне так было приятно её оживлять! что...(ладно не буду об этом), но тогда она ещё не думала умирать, очевидно её мозг не выдержал потрясения, чем-то напоминающего ядерный взрыв, и, временно, отключился.
...через три минуты после падения Кэтрин пришла в сознание, захлопала ресничками своих васильковых глаз, как кукла Барби,собирающаяся выйти замуж за куклу Кена, и, поднявшись с кафельного пола, заулыбалась.
...минут пятнадцать она молча сидела на стуле, в бледно-розовой блузке с оторванными пуговками,слегка обнажив кусочек своей девичьей, упругой груди с розоватыми сосками и тупо уставившись в противоположную стену, и не отвечала на мои вопросы,а я сидел рядом,протирая её виски нашатырём. Казалось, что она собирает в кучу все свои мысли, как осколки большой, генеральской, хрустальной вазы, отпнутой на кирпичи кровавым солдатским сапогом. Наконец она окончательно пришла в себя, лицо её покраснело. И она обратилась к другим клиентам консультации на чистейшем русском языке с небольшим рязанским акцентиком.
-Я не русская немка, я русскоговорящая немка и в моём сердце нет никаких границ между Россией, и Германией, и никакой войны в моём сердце не было, и нет. Это Вы воевали друг с другом и двигали границы, Вы!- Её слова звучали бухенвальдским набатом. И толпа клиентов консультации расступилась!
М-да, уж, Катька снова перегнула палку, не прикасаясь к ней, далее нужно было бы вообще замолчать и уйти восвояси. Но не тут-то было: по всей видимости Катькин адреналин, улетучившийся из её крови в момент обморока, неожиданным образом вернулся в удвоенном количестве. Было интересно наблюдать, как рыжеволосая фройлина-нимфа с неистовой энергией отрывает со своего блузона последнюю пуговицу, и показывает зевающе-ужасающейся толпе уже не кусочек, а всю свою великолепную, упругую грудь "...уже не девушки, но ещё не женщины",-сказал бы по данному поводу Набоков.
Происходящее выглядело крайне непристойно! Меня тормознуло и я стоял как вкопанный, толпа зевак была тоже в полном замешательстве и недоумении.
Первой на Катькин жест отреагировала тучная, седоволосая женщина с огромной бородавкой на щеке. Эта женщина замахнулась на Катькину грудь хозяйственной сумкой, наполненной картофелем и морковью, и заверещала:
-Шалава! убирайся отсю-да-ва! убирайся отсю-да-ва, шалава! Вон! Вон! Вон! Несколько моложавых мужичков, с выпученными от удивления, моргалками вонзились своими колючими взглядами в Катькину грудь. Их правильные жёны замахали в неистовстве кулаками, а блядовитые любовницы кокетливо заулыбались...
...выйдя из оцепенения, которое продолжалось всего-лишь вечность или несколько секунд,- я схватил Катьку за её тонкую рученцию и поволок к выходу. Она сопротивлялась, шипя что-то невнятное, улюлюкающей вслед нам толпе.
-Да отпусти ты меня, Ро, я ещё не высказалась, я ещё этим сукам, любящим повоевать друг с другом, всего что о них думаю, не договорила.
Каким-то чудом она смогла вырвать свою руку из моего железного захвата, и, подбежав к толпе, продолжила свою тираду обвинений:
-Вы считаете, что война между русскими и немцами закончилась в 45? Как бы не так? Война продолжается. Вы и в двухтысячном продолжаете воевать между собой, только не горячими, а холодными методами.
-Деффушка! не нуушно так хипятиться,- прервал поток Катькиного сознания сухопарый, интеллигентный, пожилой мужчина в очках по последнему писку.- Ффы не эст дойче деффушка, у ффас найн наше хладнокроффья.
-И шнобель у меня не фффаш!-передразнила Катька невесть откуда взявшегося немца.
-Фаш-фаш-фаш-исты! Тут собрались фашисты!- истерично заверещала женщина с крупной бородавкой на щеке.- Куда только милиция смотрит? Расстрелять бы вас всех и эту молодую мымру, и этого пожилого ублюдка, пооткрывали границы, пппправительство называется. Расстрелять бы вас всех, расстрелять! фашисты! Толпа загомонила, как стая крачек, испуганная вертолётом. Пожилой немец сжался в комок и побежал к выходу, вслед за ним стали тихонько пробираться к выходу и мы. Я схватил Катьку как ребёнка на руки и...о счастье! мы вырвались на свежий воздух из душного вестибюля генетической консультации, под улюлюканье, топот и свист, негодующих сограждан.
...и когда я дотащил свою, нашедшую приключение на ровном месте, русско-немецкую фройлину несколько десятков шагов до лесо-парковой зоны, и поставил на обнаковенный рассейский грунт, у невесть откуда взявшейся берёзы,- она не выдержала возникшего напряга между ударенным лбом и противоударным затылком, и зарыдала, вцепившись в эту стройную берёзку своими надломанными, наманикюренными перезрелой вишней ногтями.
-Больно?- спросил её я.
-Больно, Ро, больно, не то слово. "В своей стране я словно иностранец",- повторяла она снова и снова строчки из стихов поэта рязанской губернии, любимого поэта её отчима, и горючие слёзы ребёнка непонятной национальности капали из её васильковых глаз...а рыжие, колючие локоны судорожно вздрагивали.
-Я выросла без родного отца, я не смогу больше называть маминого мужа,- папой, хоть он меня и воспитал такой, какая я есть. Зачем они всю мою сознательную жизнь обманывали меня, зачем?

-И вот эта лживая фраза,- продолжила Катюша, начинающая превращаться в Кэтрин,-которой мне моя мама дырку в мозгах продолбила:
-В нашем роду за 600 лет никто из женщин не блядствовал,- зачем она мне сейчас?
Зачем она мне сейчас нужна... эта фраза? Зачем? Ро! Пойми, я тоже блядь, я такая же блядь, как и ...страшно подумать...(Кэтрин закрыла свой огромный сексуальный рот с блестящими, вишнёвыми губками своими утончёнными рученциями непонятной национальности.)
-Договаривай, договаривай!-попросил я Катюшу-Кэтрин.И она произнесла что-то шопотом,и мне показалось, что я понял, что.Катька улыбнулась сквозь слёзы и попросила утащить её в кусты. Она так и сказала(дословно).
-Срочно утащи меня в кусты...срочно!!!:)
Общество, особенно цивилизованное не любит, впрочем и нецивилизованное общество не любит тоже, когда сексом занимаются в непредназначенных для секса местах, например в лесопарковой зоне, то ли за дубом, то ли за буком, то ли ...мы не успели заметить какое это было дерево. А жаль!;);)