... Не могу написать свое имя. Почему так темно за глазами? Может свет своим льдом занял ихнее место? Нет. Просто мне повезло - лицо окаменело. Теперь будет легче - кому угодно выбить свое...

Забытое темно, помятое, почти как старость, последнего аплодисмента под прожектором проводит... Как-только свет угас, наступит тот конец уродства - все будет гладко. И будет темной сценой все... только ему, забытому темно...

Простите, друг, вы потеряли, кажется, портрет дороги ? Ах, это принц моих вопросов... который спрашивает под своим венцом терновым: с кем быть мне в этом сне... или не быть со сном...

Мои две половины поссорились из-за улыбок... одной казалось, что только ее часть любую показать улылыбку может... другая спряталась во мне и показала, что без нее улыбки и не будет...

Мое тонкое чутье не угадало завтра. Запуталось между носом утра (сегодняшнего) и контуром невыносимого обеда... и не заметило как вечер надевает бороду и покидает сказку... за ним пошли: полусобака голубая (друг мой, когда выдумываем небо), овца, которая забыла, что без шерсти (тепло так быстро улетело вслед за ней), мой дядя после сна (ему гусары доверили усы, но он остался недоверчивым к длинным ногам девиц)... Один, два, три... а дальше?! Что будет без чутья?! Одни слова или...

Спасибо, Роман!