Понедельник, 28 Апреля 2014 г. 14:03
ссылка
Кто научил Европу мыться
Цивилизация вернулась в Европу лишь в XVIII веке, когда Пётр I, посетивший Амстердам и Париж, велел соорудить там бани для сопровождавших его солдат.
А после 1812 года русская армия понастроила бани во всех освобождённых от Наполеона странах. Еще Апостол Андрей Первозванный писал о диве дивном, которое он наблюдал в Славянской земле: «Видел бани деревянные, и натопят их сильно, и разденутся и будут наги, и обольются квасом кожевенным, и поднимут на себя прутья молодые… и, чуть живые, обольются водою студеною, и только так оживут».
Предложить усталому путнику истопить баньку, было условием русского гостеприимства. На Руси бытовала поговорка: «Помылся – будто заново родился!».
Если в Европе каждый католик, часто совершающий омовение, находился под подозрением, то русская баня однажды помогла вывести на чистую воду «засланного казачка» Лжедмитрия – он не мылся в бане!
«Русские – самый чистоплотный народ, потому что каждую неделю моются в паровой бане», - Уэллеслей Ф.А. (1844-1931).
Вообще старая баня была для русского народа чем-то вроде современной поликлиники. Вывески вроде: "Здесь стригут, бреют, ставят пиявки и пущают кровь" были обычным явлением. В парной лечили все виды простуд, бабки-костоправки правили вывихи, "пресекали" радикулиты, заговаривали грыжу, "правили животы". Нет "английской" или "французской" бани. Но есть "русская" баня.
Неверно пущенная стрела не может попасть в цель. Грех в переводе с греческого – это промах. Наследники Руси в ХХ века пережили разгул атеизма. Нам теперь понятно, почему Достоевский был категоричен в определении католицизма. Из атеизма мы выкарабкались, а католики и выросшие в своем гордом самомнении из католицизма протестанты, подпрыгнув, чтобы поймать Бога за бороду, упали и разбились.
Теперь современная Европа, культивируя внешнюю гигиену, бросилась из огня догматических оков в полымя всех тяжких грехов. Лоск современной европейской витрины всего лишь гроб крашенный, который прикрывает стадию окончательного внутреннего разложения цивилизации Запада.