Fainale, Всегда пожалуйста.))))

Очень интересно.

Iskorca, Я рада, что не мне одной нравятся эти рассказы.)))) Спасибо за цитирование.))

Коты... Кошки... Хм... А я про Мартына почитываю.
Завтра опубликую, наверное.:)

Совестилизатор, Я случайно в инете наткнулась на эти рассказы..
Жду твоей публикации.))

RainbowHeart, завтра или послезавтра.:)
Это "ИнтерКыся".:)

"Я быстро огляделся по сторонам – положение практически безвыходное. Внизу – Люди, Васька с лопатой, уже запертые ворота, высокий каменный забор...
Забор... Забор!!! Ах, как он далеко стоит от крыши!.. Ох, не допрыгнуть мне!.. Ох, не допрыгнуть... А может, попробовать?.. Господи! Дай мне силы... И если останусь жив, клянусь тебе...
– Он, кажись, на забор целится, – сказал один Убийца другому. – Перекрой ему там кислород.
– Да куды он денется? – ухмыльнулся второй Убийца. – До забора ему в жисть не допрыгнуть...
А тут ещё все Люди, стоявшие внизу вокруг Пилипенко, этот болван Васька, да и сам сволочь Пилипенко стали орать на весь двор: "Хватайте его!.. Заходите сбоку! Не упустите! Прекрасный экземпляр!!!"
И тут я вдруг решил – или я погибну сейчас, или докажу им всем, что я действительно ПРЕКРАСНЫЙ ЭКЗЕМПЛЯР! Я-то знаю себе истинную цену! Кто Вы – и кто Я?! Разве нас можно сравнивать? Вы же себе только кажетесь, а Я настоящий... Вы, в массе своей, очень мелковаты и неприглядны. За крайне редким исключением. В то время как Я...
Ну кто из Вас смог бы в одну ночь трахнуть четырёх Кошек, да еще и не по одному разу?! Кто из Вас смог бы начистить рыло немецкой овчарке, превосходящей Вас в росте и весе раз в десять?! Кто из Вас может прыгнуть вверх вшестеро выше самого себя?.. Да я сквозь стены вижу! Я сотни тысяч запахов чувствую! Я в темноте – как рыба в воде!!! Я сто раз на день умываюсь и привожу себя в порядок, а Вас, грязнуль паршивых, не заставить ноги вымыть на ночь!..
Я Шуру Плоткина, когда он запил после развода с женой и чуть совсем не деградировал, к жизни вернул! Я его Человеком сделал! Сочинять заставил!.. Вы его статьи и рассказы читаете – ахаете, руками всплёскиваете, засранцы, а потом, только потому, что он вроде меня – непородистый, то есть "нерусский", – "Жидом" или "Евреем" называете. А он в тысячу раз умнее Вас всех, которые сейчас стоят там внизу, валяются на земле и лазают за мной по крышам! Бляди Вы все! Вы ещё не знаете, что такое ПРЕКРАСНЫЙ ЭКЗЕМПЛЯР! Смотрите, болваны!..
И я ПРЫГНУЛ!
Я никогда в жизни не прыгал так далеко! На какое-то мгновение мне почудилось, будто я парю в воздухе, будто бы какая-то таинственная и неведомая сила несёт меня в пространстве и мягко опускает сверху на высокий институтский забор...
Но я реалист. Я не очень-то верю во всякие там мистические сверхъестественные явления. Поэтому я лишний раз утвердился в уважении к самому себе и к собственной теории – все силы мы черпаем в ЛЮБВИ и НЕНАВИСТИ.
Я ненавижу Предателей и Провокаторов, Пилипенко и Ваську, этих Убийц в серых гнусных халатах, пахнущих смертью...
Я люблю Своего Шуру Плоткина, Свой Дом, разных Кошек, приятелей Котов и хорошую жратву!.. Вот почему я смог прыгнуть так далеко, как не прыгал, наверное, ещё ни один Кот в мире!
Даже мои враги там, внизу, ахнули!..
Верх институтского забора был широким и плоским. Через равные промежутки в него были забетонированы метровые железные штыри, торчащие в серое петербургское небо, а между штырями в три ряда была натянута ржавая колючая проволока. Судя по этим признакам, я подозреваю, что институт занимался не только мирной физиологией.
Я подлез под нижний ряд колючей проволоки и даже нахально присел на задние лапы – вроде бы я отсюда никуда уходить не собираюсь. Меня только кончик хвоста выдавал. Он нервно и непроизвольно метался из стороны в сторону, и я ничего не мог с ним поделать.
На моё счастье, из какого-то переулка на нашу улицу вывернул громадный грузовик с длиннющим синим очень высоким фургоном и, набирая скорость, помчался мимо ворот института.
Прыжок с забора на проносившийся мимо меня брезентовый фургон был уже просто детским лепетом и ни в какое сравнение с предыдущим рекордным прыжком идти не мог.
Как говорится, за этот прыжок я и не ждал аплодисментов. Это был крайне средненький, рядовой прыжочек, доступный любому мало-мальски уважающему себя Коту".

Настоящий Воин, кстати.
Серьёзно.
И книжка с юмором, и вообще.:))))))))))

RainbowHeart, Воин, точно.))) Мне понравился отрывочек.)))

RainbowHeart, тогда лови, если понравился.:)))))))))

ИнтерКыся. ДОРОГА К ЗВЁЗДАМ и
ИнтерКыся. ВОЗВРАЩЕНИЕ ИЗ РАЯ.

Совестилизатор, Ага, поймала.)) Спасибо.)))

RainbowHeart, а это финал.:)

"И ВОТ ТУТ-ТО ВСЁ И НАЧАЛОСЬ!..
* * *
... Были куски из фильмов, представленных к награде... Выходили на сцену уж-ж-ж-жасно известные Актрисы и Актёры, называли имена пяти претендентов в каждой категории, и зал замирал...
...а потом вскрывался один-единственный конверт и...
...лились слёзы счастья у выигравших, великодушно-неискренне улыбались и аплодировали побеждённые...
Кто-то говорил заранее заготовленные хохмочки, кто-то растерянно ахал, но почти все произносили слова благодарности – мамам и папам, жёнам и детям, режиссёрам и продюсерам...
А потом снова – пять номинантов, пять отрывков из названных фильмов, снова аплодисменты и новое томительное ожидание открытия единственного конверта...
И снова зал замирал... Снова кто-то ахал, и – слова благодарности всем, всем, всем...
Я сидел с Тимуром в одном кресле, чувствовал на своем загривке тёплую подрагивающую ладонь Шуры, но башка моя была где-то далеко – там, на пустыре перед нашим бывшим домом на проспекте Науки в Ленинграде. Ныне и раньше – Санкт-Петербурге...
Я чуть было не пропустил награждения "Оскаром" нашего Клиффа Спенсера! Очнулся только от рёва зала!.. Смотрю, на сцене стоит толстый Клифф, уже держит золотого рыцаря "Оскара" в руках и целуется с Вупи Голдберг...
Но когда пошли самые эффектные кадры из нашего "Суперкота" и открыли конверт с именем Игоря Злотника – "Оскар" за лучшую операторскую работу, – я уже был полностью включён в процесс!
"Оскара" получил и Рэй Уоттен. Не за конкретную роль в "Суперкоте", а за всё, что он сделал в американском кино.
– Я тебя ждал всю свою жизнь! – сказал Рэй и поцеловал статуэтку.
А Нэнси Паркер проиграла своего "Оскара" одной потрясающей актрисе – Мерил Стрип... И вот ведь потрясная баба – эта наша Нэнси! Повернулась к залу и достаточно громко сказала:
– Какое счастье, что этого "Оскара" получила Мерил Стрип! А то я бы всю Академию разнесла вдребезги!..
И еле слышно спросила у Боба:
– Так ты летишь со мной в Майами?
– Нет, – так же тихо ответил Боб.
– Я от тебя только и слышу "нет" да "нет". Когда же наконец будет "да"?
– У нас есть одна забавная древняя пословица, – прошептал ей Боб. – "Китайцы – странный народ. Если они говорят "нет", это означает – "нет". А если скажут "да", то связаны этим словом раз и навсегда".
И в это время на огромном экране снова появились кадры из "Суперкота" – наша драка и мой прыжок из самолёта на парашюте вместе с "террористом"...
А потом Билли Кристелл и Вупи Голдберг, которые вели "Оскаровское" шоу, вскрыли конверт, и через томительную паузу кто-то из них (тут я уже ничего не соображал!..) провозгласил:
– Исполнитель Главной роли "Суперкота" – КОТ МАРТЫН-КЫСЯ ПЛОТКИН-ИСТЛЕЙК ФОН ТИФЕНБАХ!!!
– С ним приглашается на сцену его переводчик мистер Тимоти Истлейк-Плоткин – младший брат Мартына! – пошутил Билли Кристелл.
Я услышал, как зал захохотал, зааплодировал...
Тимур встал из кресла, посадил меня к себе на плечо и пошёл по проходу на сцену. Боже, как у него билось сердце!..
Шли мы под несмолкающую овацию. А когда взобрались на сцену, оказалось, что около центрального микрофона уже стоит высокая табуретка, на которую Тимур и посадил меня – так, чтобы моя морда была у самого микрофона.
Голова у меня шла кругом, лап я под собой не чувствовал, хвост онемел. Я нервно зевнул во всю пасть, чем вызвал громовой хохот зала.
Из рук одного замечательного старого артиста, известного всему миру, Тим получил моего "Оскара" и поставил его рядом со мной на эту высокую табуретку у микрофона. И сказал мне не то по-шелдрейсовски, не то по-Животному, я даже и не сообразил по-какому:
– Давай, Кыська... Вспомни всё, чему я тебя учил! Давай, Мартышечка, родной... Не молчи!.. Умоляю... Мы же столько тренировались!..
Я кивнул ему головой и посмотрел на наших, сидевших вместе. С тревогой и ожиданием они смотрели на меня. Рут плакала...
Я увидел рядом с ней своего Шуру, Джека и Морта Пински, Наташу и Айрин, Пита Морено и Нуэнга, Боба и Нэнси, толстого Клиффа и Игоря Злотника, старика Стива и Бена с могилёвскими корнями...
* * *"
...а потом где-то совсем вдалеке, не в задних рядах зала, а гораздо дальше и выше – в странном мерцающем пространстве, где-то между звёзд, океанов и пароходов, между длинных шоссейных дорог с большими тяжёлыми грузовиками, среди городов и деревень разных стран, которые с высоты, куда меня забросила неведомая мне сила, кажутся абсолютно одинаковыми, а границы – неразличимыми и ненужными... И сверху всё такое чистое и безмятежно мирное, и кажется, что нигде не взрываются гигантские универсальные магазины, как раз тогда, когда там тысячи ни в чём не повинных Людей, и нигде не воюют Люди между собой, и Убийцы не становятся Губернаторами, и нет Дураков и Злодеев, нет рвущихся к Власти – чтобы что-то у этой Власти украсть... И горы сверху – такие красивые, что кажется, будто там никогда не бывает оползней и страшных снеговых лавин, никто там никогда не погибает, а живут только в тех скалах Пумы и Пумочки, ожидающие рождения своих Пумят... И вообще в мире нет никакой Эмиграции... Все просто живут там, где им хочется. И сколько хочется... А возвращаются тоже – когда захотят. Если захотят... И все говорят на одном-единственном общем языке, как я на языке английского биолога профессора Ричарда Шелдрейса. Тем более что это так просто! Только нужно быть внимательнее друг к другу...
И среди всей этой поистине безграничной благости я увидел в разных краях такой красивой нашей Земли – Водилу и его дочку Настю, Капитана Алексея-Ивановича-Кэп-Мастера, Фридриха фон Тифенбаха и профессора Фолькмара фон Дейна с моей старой подругой Таней Кох... Увидел умную и деловую Хельгу – жену глупого, но доброго итальянца Руджеро Манфреди, Хельгиного брата – не очень удачливого жулика, симпатичного ветеринара-расстригу... Увидел старого пижона и щёголя мистера Бориса Могилевского, который с больным сердцем мотается в горы кататься на лыжах – чтобы не утратить свое былое мужчинство... И увидел я нашу Катерину – Кэт, Китти, Кэтрин, Катьку... Дочь Рут и Моего Шуры, за которую я теперь несу равную с ними ответственность...
И когда всё это предстало перед моими глазами Кота, где-то в самой середине моей башки, исполосованной шрамами прошлых драк и борьбы за Свободу и Независимость, я вспомнил всё, чему учил меня мой «младший брат» – Тим Истлейк Плоткин. Я вспомнил все, что мы натренировали с ним за последнее время – с момента объявления о номинации на Высший Кинематографический Приз Мира, на самого «Оскара», прокашлялся, прочистил глотку, и...
...не по-шелдрейсовски, а по-Человечески, по-Людски хрипато сказал в микрофон по-английски:
– ТЕНК Ю! ТЕНК Ю ВЕРИ МАЧ...
И на всякий случай добавил по-русски:
– Я ВАС ВСЕХ ОЧЕНЬ-ОЧЕНЬ ЛЮБЛЮ!"

В общем, всё сложилось хорошо.:))))))))))

Совестилизатор, )))))))))))))))))