Продолжаем наш марафон. Зацепила меня тема дружбы как-то. Анализируем дальше. Каждый день я наблюдаю проявления, но ни одно из них мне как-то не хочется с искренностью назвать дружбой. Есть Староста и ее компания. Замечательно. Но дружба - это не когда ты решаешь, куда вы идете после пар: смотреть новую шапку или в кино. С осознанием того, что потом все равно придете в общагу и усядетесь в своих комнатах. Что-то не то. Не то в моменты, когда она говорит со мной про друзей и давшие трещину отношения, как это было весной/летом. В сессию, в общем. Друзья решают ведь возникающие проблемы между собой, каким бысложным это ни казалось кому-то. Я как спаммер. Надо бы уже задать вопрос Крис о то, что она считает дружбой. И поговорить. Мы хорошо с ней говорим в последнее время. Разговор из серии Сига и Хью. При том в данном случае я выступаю в роли Сига.

Вчера видела отца и дочку. Оба с длиннющими дредами и счастливые. В рамках города они вполне себе смотрелись. А На любимой аллейке мужик достал из внутреннего кармана куртки бутылку водки и предложил мне выпить. А потом просил сказать что-нибудь хорошее, когда я отказалась. Нет, не может же быть такого, чтл у меня на лице надпись: "нужно срочно выпить!"

Сигареты пахнут журфаком 07 года выдержки. Люблю такую погоду, потому что запах сигарет виснет в воздухе. Обычных, вишневых, терпкого Ричмонда. Вызывает ностальгию, когда идешь ыдоль универской ограды. Гребаный мечтатель-идеалист, которого пытаются скорректировать, подрезаы его самомнение. Черт, вот бывает так, когда накрывает досадой. И понимаешь же, что не дурью промаялс, когда не ходил на пары. А все равно досада, что именно тебя ткнули носом в непосещение лекций, а сверху одногруппники поиправили тем, что они-то хотя бы лдин тест из трех написали. Поздравляю, а я люсуждала с командой социологию. Только в отличие от Н, за меня никто не писал ни одного теста. Повезло ему. И, нет, это не зависть, а умиление своего рода. Когда кто-то прикрывает твою жопу и пишет за тебя что-то, хотя ты и не просил этого. Умиление, что такое бывает.

Здорово, когда есть люди для которых хочется что-то делать. В прошлом году это был бисерный феникс. В этом году...я покупаю ткань и наполнитель для мягких игрушек. Правда, наполнителя этого хватит на то, чтобы под ним спокойно спать четверым, наверное, но я знаю на что его потом употребить. Просто еще раз зайти в тот магазин тканей и купить там для подушек чего-нибудь. Давно хотела, а здесь такое подворачивается. Тамже была ткань идеальная, как мне кажется, под платье на игру. Только вот, сдается мне, я не успею его сшить в силу практически полного отсутствия времени. Тут осталось-то всего ничего до этой самой игры.
В этом году я могу написать довольно большой список вещей, которые я делала в первый раз. Как итог года. Сюда запишу только парочку: пить перед парами в 11 утра и пьяной приходить в универ. Ну или почти пьяной, трезветь ровно через 5 минут после начала пары. И то только потому что ты эту пару ведешь. Левел ап совершен в каком-то роде. В пятницу нам удалось реализовать свою идею и провести 2 пары по социологии в общем и целом так, как нам того хотелось. Да, не все сработало, но привело-то к достаточно неожиданному результату. А это всегда интересно.
До этого читала какие-то книги по манипуляции. Вспоминала, как это, читать такую вот литературу, над каждой строчкой которой стоит подумать. Она странно на меня действует. Я читаю и начинаю резко анализировать все происходящее вокруг. И вижу в реальности то, о чем читаю. Вижу все вот эти вот психологические подтексто-прокосы. Мне интересно, но изнутри меня рвет на много частичек, потому что идет постоянный самоанализ. Или анализ других людей. Это всегда было так, мне всегда от подобных вещей срывало крышу, заставляло задуматься. Не могу сказать, что мне это не нравится. Мне это наоборот нравится, иначе бы я бы с этим не сидела. Бросала бы идеи, ничего из задуманного не делала бы и зубрила бы материал на эти 2 пары специально, а не хранила бы его у себя в голове, разложеннм по полочкам. Мы молодцы, в общем, мы справились.
Знаю, почему я начинаю загоняться по поводу дружбы. Я всегда загонялась на эту тему, to be honest. С самого начала загонялась. Дело в том, что один из моих любимых писаетлей - Владислав Крапивин. А он пишет исключительно про ребячью дружбу. Хорошо, не исключительно, но эта тема есть в каждой его книге. Он пишет про их взаимоотношения. Про их живость, черт возьми, про их общение. И ты невольно начинаешь анализировать, а чем твоя жизнь подростка 21-ого века отличается от детей конца 20-ого. Вроде, ничем. Только вы почему-то не гуляете во дворе, не сбегаете от родителей, не водите корабли и не занимаетесь фехтованием. По правде, вы и видитес-то очень редко. Но это уже исторический момент, скорее, я ведь никогда не ходила в школу рядом с домом. А значит, у меня не было никого особенно во дворе. Да и со школьными не всегда оставались гулять. Одна сторона - это Крапивин. Другая...да тот же Де Линт, который пишет книги о людях, как будто они составляют одну большую семью. Но ео влияние, скорее, чисто идеологическое на мое мировоззрение, а не на человеческие отношения. Хотя и у него многое есть. Третий фактор - общение с некоторыми людьми. Я слушаю истории про настоящую дружбу. Ну, настоящую в моем понимании. Про группу сорви-голов, которые постоянно ищут себе приключения на Ж, которые спокойно могут заехать по физиономии, как защищая своих так и абсолютно по идиотскому поводу. Которые конфликтуют, мирятся, живут дальше, которые чем-то увлечены, на самом деле. Или мне так идеализированно кажется со стороны? В любом случае, я слышу нечто подобное и понимаю, что все мое можно спокойно записать в серую кашу, потому что...просто потому что и без уточнений. Вокруг себя я слишком часто вижу слишком много грязи из которой хотелось бы выбраться. А там, где есть много идей (это я про своих редакторских), там почему-то мало дела и много алкоголя. Ладно, подсознательного алкоголика, кажется, под замок не засадишь. Он ищет себе подобных что-ли. Не суть. Просто своего места япока явно не нашла. А уже пора бы, наверное.
P.S. Встретила сегодня свой детский сад с работы в универе. Не могу сказать, несло это негативный или позитивный отпечаток. Скорее, прошло мимо на эмоциональном фоне. Слишком не мое, слишком запредельно для меня. Мне сложно понять таких людей. Точнее, нет, мне легко их понять, но абсолютно не хочется лезть в их головы. Мне всегда кажется, что я точно знаю их наполнение. И от этого просыпается подобие скуки.

Правда-правда, я уже иду спать. Только вспомнила про песенки Максим и теперь сижу слушаю. У меня бывает такое. Иногда бывает ЛиSа, иногда Мика Ньютон, иногда вот и Максим случается или Глюкоза. Вот так все иногда оборачивается.
Сколько людей готовы будут вспомнить о вас, если вы перестанете каждый день сообщать им о своем присутствии? Или не так. Через сколько они о вас вспомнят и по какому поводу? Мне вот тоже интересно. Хотя про троих я сказать могу, когда они проявятся, если им о себе не напоминать и примерно даже знаю темы.
Однажды дать себе обещание не загубить ни одного цветка в собственной квартире. Просто раньше они и правда критически со мной не уживались. Каланхое живет со мной уже чуть больше недели и все еще цветет. Даже лучше, чем в самом начале. Надеюсь, оно тоже живучее. А скоро и кактусы подкормкой брызкать, чтобы чувствовали себя получше.
Слишком часто в последнее время меня хвалят Психоаналитику. Это какая-то абсолютно дурацкая традиция, потому что он и так знает мои сильные и слабые стороны, он и так не очень-то любит истории со мной или мои истории. А тут кто-то рассказывает ему о том, какая я хорошая, креативная и вообще умная. Только не испортите ему психику тем, что ему нафиг не нужно. Хотя, это же Психоаналитик. Попробуйте его понять. Человека, который со временем перестал меня подкалывать, выбрав кого-то еще себе в "жертвы". Впрочем, это его дело. Пойду просто ходить мимо. Наше общение минимализировалось и свелось исключительно к личному. По воле случая мы теперь с Н на социологии, а Н дружит с ними. При том здесь действительно уместно "друзья" в понимании Психоаналитика. Он доверяет Н, как минимум. Он берет его куда-то в свои походы. Он нашел свою компанию.
А я и не знала, что face2face - это Noise только в прошлом. Забавно. Все это напоминает Многоточие, на самом деле.
Я знаю тех, кого не хотела бы терять как людей, но знаю с тем же, что мы все равно разойдемся после этого семестра. На них отпечаток степей, поэтому и не хочется отпускать. И от них пахнет жизнью. Между тем, я ухожу в поиски.

Мне 20. И в 20 лет я задаю себе вопрос, который стоило бы задать намного раньше. До того момента, как на горизонте окончательно проявляется нечто вроде стандарта по схемопостроению жизни. Что меня всегда удивляло - со школы мы пытаемся найти себе тех, с кем пойдем дальше. С кем будем взаимодействовать и тому подобное. Со временем понимаешь, что чем старше, тем меньше людей встречаешь. Тем меньше тех, с кем хотелось бы общаться, потому что схемопостроение большинства уже давно доведено до совершенства. И довольно мало тех, кто закостенел подобным с тобой образом. А закостенение - это постепенный процесс, происходящий с детского сада, наверное. Система взглядов, ценностей, нашей жизни. Обретая друзей в самом начале, мы вместе с ними приходим к формированию похожих систем, которые понимают друг друга. Так вот, в 20 лет я срашиваю нечто похожее на: "Что такое дружба?" Или: "Что значит дружить?" У меня есть много своих соображений на данный счет, но при этом слишком малое их количество отражает действительность. Если друг - это человек, который неосознанно окажется рядом с тобой в трудный момент, то таких не существует. Если друг - это тот, кому сложнее всего сказать правду, но все равно говоришь и не получаешь по лицу в ответ, то такого тоже почти нет. Слишком велика вообще вероятность, что людям не нужна ни твоя правда, ни твоя ложь. Им все равно. Если друг - это тот, кто выслушает тебя, то смотри предыдущее предложение. Наверное, следовало задать этот вопрос намного раньше. Намного раньше, чтобы не мучиться от прошлого, не заглядывать в него постоянно. Намного раньше, чтобы пытаться научиться и найти действительно своих и нужных людей. Ведь проблема еще и в том, что чем старше, тем хуже получается идти на контакт с окружающими. Хотя, нет, есть еще одно предположение - это квест. Квест в поисках друга. Квест на поиск правильных людей. Тех самых. Один из самых сложных квестов, чтобы понять, кто же дейстительно ТОТ, твой друг.
Вот в том прошлом, именно в том, чьи круги я закрыла...в том прошлом я видела и знала друзей. Не могу сказать, что я сама была другом, потому что...потому что друзья идут вместе очень долго, а мы как-то больше не идем вместе. То-ли мне не очень интересно, то-ли просто не тот человек. Но друзей я видела. Таких, которые и потом ходят, держась друг друга. Которые постоянно на связи, которые защищают друг друга, которые приходят на помощь. Хотя, я тоже могу очень сильно ошибаться. Но ведь самое теплое, что у нас есть - это возможность получить от родного человека ответ даже в тот момент, когда этот человек смертельно устал или занят. Самое теплое - это делиться своим теплом и разжигать улыбку у того самого дорого человека. И это непроизвольно получается, потому что общение с близким уже дает некоторый отдых.
В общем-то, наверное, понятие любви и понятие дружбы для меня максимально совпадают. В них есть очень много разного, но эмоциональная база одинакова. Знаете почему? Потому что нет людей ближе друзей. И нет людей ближе любимых. Ты не будешь выбирать между любимым и другом, потому что это практически равноценный выбор. И оба прекрасно это понимают. Вот поэтому действительно друзей и будет мало. Как по мне, так на дружбу вообще неплохо кладутся любые отношения при сильном желании. Только если это любовь, то ты чувствуешь киловаты электричества и хочешь, чтобы человек почти всегда оставался рядом. В случае с друзьями все-таки не требуется такого частого физического присутствия что-ли. Не могу и не хочу сейчас писать точнее. И здесь-то я свои же собственные мысли высказываю с ошибками. Правда с ошибками. Но не могу четко выразить сейчас все, что есть у меня в голове. Знаешь, родная, я научусь жить правильно и буду выключать за собой свет в прихожей, когда мне действительно это станет нужным. Не знаю, что со мной. Но определенно что-то. И определенно что-то положительное. Кто сумеет поймать мою искреннюю улыбку на фотокамеру, того, наверное, ожидает не менее искренняя благодарность. Увы, так мало когда это можно успеть сделать, что я бы даже не стала пробовать. Потому что те, кто может...им просто не придет в голову.
А в моей голове в последнее время много маленьких таких слов крутится. Или, нет, не так. Странных прилагательных, которые для каждого человека являются особенными, но при этом наиболее точно характеризуют существительное. Детское небо. Вот это вот "детское" для всех может пониматься по-разному. Ххха.
А еще в голове мелькает фраза: "как же сильно он тебя любит", когда мы прощаемся на станции перед поездом, обнимаемся, и я щекой чувствую твою кожу.
Решать нужно уметь в первую очередь за себя. Потом научишься отвечать и за других, если будут претенденты. Но, черт возьми, не перекладывайте эти решения на других. Им это не нужно только во вторую очередь. В первую очередь это не нужно вам самим, потому что это ваша жизнь. Научитесь решать. Тогда станет легче.

Так неожиданно и странно. Со мной никода такого не было. Правда не было. Хотя, нет, было. Но это было просвечивает как сквозь толщу воды неслабую такую, потому что это было я долго и упорно в себе закапывала, пока не осталась виднется только крышка. А фонарики из этого было я давно уже выложила в отдельный ящик, чтобы иногда давать ветру с ним поиграться. Ко мне вчера ишли мои с букетом маленьких розочек, пирогом и медовым чаем. Прили под вечер, радостные и с теплом. Пирог мы съели все вместе, они рассказали мне сказку про потерянный и возвращенный плеер, послушали музыку, посмотрели Стаса, посмеялись и ушли. Живые такие и такие родные. Стоило только заикнуться про желание тепла, шарфа и вкусного чая. Сегодня еду в гости за чаем и сказками. И все это действительно меня удивляет. Последний раз такое было классе в 10-ом, когда я болела, а ко мне приезжали меня навестить. Больше, кстати, ко мне никто и не приезжал после офиса. Кроме А и Крис. И я сама почти забыла, что больных принято навещать с вареньем или тортами. Это как будто маленькой девочке показывают новый мир, основанный не на силе и вечном самоконтроле, а на чем-то тепло-приятном.
Хотя ощущение, что я как...вентилятор. Собираю все тепло и превращаю его в прохладу, если не в лед морозильника. Оно быстро вырабатывается. Или это я перестала его удерживать надолго. Раньше одного такого светлого хватало очень надолго. Сидишь потом, вспоминаешь, ловишь послевкусия еще долгое время. И каждый такой раз становится теплее. Сейчас то-ли нужно намного больше, то-ли греет не так, то-ли я отпускаю быстро, то-ли негатива намного больше, а он умеет давить на все.
Отец говорит иногда такие описные истины. Такие хорошие, но теряющиеся во всех этих днях. Быть выше негатива и идти к поставленной цели. Черт, а я забыла, что можно в нем не тонуть, на самом деле. Но все уже лучше, чем, скажем, неделю назад, когда я готова была убивать людей в метро. Сейчас все намного спокойнее.
Я уже говорила про действие на меня всякой психологической литературы или социологической? Нет, тогда потом скажу. Про промывание собственного мозга и тому подобное. Забавно вообще. Мне всегда нравилось. Так как-то сложилось.

Голос становится тише. Устаю. А когда что-то не получается, начинаю чувствовать себя беспомощной и истерить. Стискивать зубы и пытаться нсова. Но понимать, что сегодня без шансов. Наверное, твое состояние споосбны замечать те, кто по твоему мнению вообще не должен обращать на него внимание. Если мне пишет тренер вечером. Правда, не слишком верная интерпретация, пожалуй что. Знаете, мне было легче, когда приходили люди и рассказывали о своих проблемах. Да, они были мелочными, но тогда не имело смысла. Ты смотрел на то, что в твоей жизни есть только борьба и продвижение вперед, думал, что все это так мелко по сравнению со всем остальным и засовывал свои эмоции на задний план, потому что...утыкался целиком в проблемы других. Со временем людей стало меньше. И не оттого, наверное, что доверяют меньше. Нет. Просто теперь мелочность проблем бьет по ушам. Кого-то перестаю слушать на полуслове. Или просто не хватает времени на живые встречи, а переписываться абсолютно не в кайф.
Настроение всегда играло глобальную роль в моем мировосприятии. Иногда этим можно управлять. Иногда это все равно вырывается наружу. Особенно когда со здоровьем не очень, тело слабо контролируешь, но при этом пришел на тренировку что-то делать. На все на это накладывается еще и критическая масса ответственности. Меня просят показать поставленные части номера и упрекают в том, что неправильно все делаю по музыке. Меня просят показать еще раз и снова говорят, что я где-то кошу. Но при этом просят что-то сделать и мнения\совета. Моя команда по социологии слушает идеи, как-то их корректирует, оставляя их на меня отчасти. Да, я делаю это далеко не одна и не все целиком, но помощь мне бы все равно не помешала. Да, это моя идея. Я ей живу. Мне хочется, чтобы в пятницу все прошло просто отлично. Вот только...мне сложно каждый раз отвечать на вопросы о том, как же перед людьми стоит четкая цель. Мне сложно держать в голове всю картинку в целом, когда хочется сказать, что я ответственна только за маленькую часть, не желая слушать все целиком. Мне сложно не получать реакции, на самом деле, на то, что делается от имени всей команды. Это я про информационные листки. Может, только я вижу в них смысл. Все может быть. Мне хочется, чтобы кто-нибудь просто обо мне позаботился и укутал в теплый шарф, например. Посадил бы дома и отпаивал бы чаем, читал бы сказки на ночь и говорил теплые слова. Защитил бы от происходящего вокруг хотя бы на некоторое время. Хотя бы на пару денй, чтобы восстановить силы. Но, черт, это всего лишь фантазии. Нет, у меня нет опухшести, у меня не настолько плохое самочувствие. Просто я устала, как собака на старости лет. Просто мне сложно и дальше во многих вещах полагаться саму на себя, потому что вещи стали резко масштабнее. Потому что, вроде как, я не одна этим занимаюсь. Хотя больше всех кричу о том, как я хочу это видеть. И спорю. Да, меня сложно переубедить. Нужно, чтобы что-то мне очень сильно понравилось. И если в моей голове уже есть идея, ее сложно оттуда выбить. Не спорю. Но, черт, раз вы мне доверяете, тогда не каверкайте мою идею и не пытайтесь ткнуть мне в лицо тем, что я все не так делаю. Как же все двояко выгнуто или вогнуто. Выпукло или впукло. Двояко.
Когда влезаешь в социологию, слушаешь других и делаешь что-то сам, начинаешь в намного большем масштабе анализировать все окружающее. Свое поведение относительно других, других относительно тебя самого. Массовости, толпы и тому подобного. НАчинаешь замечать вещи, на которые бы просто не обратил внимание немного "до". Преодолеть бы барьер в пятницу, а потом...а потом...не знаю, нужно что-то срочно изменить, кажется. Не знаю, где. Согрейте меня изнутри. Чай уже не спасает.

Не мое место, упал со своего привычного кресла.
Реальность, творящая чудеса, животворящее месиво
Я даже не плачу. Не злюсь, не кричу, чествую.
Мне сегодня больно, но я улыбаюсь вместо.

Мне хочется быть свободной, счастливой и живой. В это входит собственная целостность и абсолютная многогранность вкупе с памятью обо асем том, чтоьже в тебе содержится на самом деле. Селф-инструкция. Для остальных действовать не будет. И ради этого, кажется, стоит побороться. По крайней мере, ради собственной красочности и открыто-искренней улыбки и появлении полезных идей, имеющих все шпнсы претвориться в жизнь. Так точно. Помни;)

Если вдруг встретишь свое счастье, напиши мне письмо подлиннее. Мне нравятся длинные письма с твоими историями. И все равно пиши каждый день, чтобы я знала о твоем счастье и могла дальше творить свое. Несмотря ни на что, идти осталось еще долго. Как бы кто там не пугал своими оврагами и бурными реками. Идти ровно столько, сколько ты сам себе определишь. Главное - не сказать "больше не могу". Иначе и правда не сможешь.
Если за тобой не гонится стая диких собак собственных домыслов, ты можешь бодро шагать вперед. Только сумасбродства немного и путников хороших. ЧТобы у них вечно была гитара. Чтобы хорошее настроение не покидало. Для этого нужно выползти из панциря себости и начать раскрываться в новых для тебя плоскостях и гранях. Разворачиваться. Вы видели кубик-рубика в развертке? А для этого нужно уловить смысл происходящих вокруг вещей и оторваться от такого уютного монитора, который и отбивает каждую секунду твоей жизни. Глупо, казалось бы?

Есть все равно какой-то страх перед людьми. Забавно даже. Представлять, что ты кого-то боишься подсознательно. Сам ты это можешь называть смелостью и способностью высказать что-либо человека в лицо. Но на самом-то деле - это страх, если ты чего-то не делаешь. Это страх потерять, это страх быть непонятым или какие-то еще факторы. Но, удивительно, все-таки страх даже перед близкими.
Вообще вот этот вот момент про страх мне открыли еще летом. Когда ты просил тебя не бояться, а я снова училась смотреть в глаза людям. Я привыкла, что они не любят, когда им долго смотрят в глаза, хотя раньше очень любила это занятие. Так вот, летом снова училась смотреть. Прямо, не отводя взгляд. Вот тогда, в нашу поездку, и были произнесены слова про страх. Мне-то казалось, что я тебя не боялась вот вообще ни разу. Оказывалось каждый раз немного не так. Все равно есть какие-то барьеры. И все равно в какие-то моменты ты думаешь, опаздывая на встречу "боже, о чем же мы будем говорить, не упаду ли я в грязь лицом". Это тоже своего рода страх. Не боишься - это когда ты полностью снял все барьеры и остаешься абсолютно нагим. Самим собой. Таким, который возмущается, если что-то не устраивает и даже не думает о реакции на это другого человека. Ты знаешь, что так правильно. И если принято решение о дальнейшем общении, то с этим недовольством каждый попробует что-то сделать. Ты говоришь то, что хочешь сказать. Да, иногда все равно себя останавливаешь и сдерживаешь, но скорее потому что чувствуешь "не время и не место" или просто "не сейчас и не этому человеку". Или нечто из серии "я оставлю себя на задний план, чтобы послушать другого". Когда сегодня меня накрыло внезапным осознанием подобного, я даже почти не заметила, что препод закончил читать лекцию. И еще поняла, что, к своему удивлению, не боюсь и не боялась Психоаналитика. Просто сейчас мне не о чем с ним говорить. Или есть о чем, но мои догадки на его счет все равно никогда не будут проверены. За невозможностью ни подтвердить, ни опровергнуть, мы играем в молчанку. Сдается мне, что под сессию мы снова начнем переписываться. А пока просто берем без спроса вещи друг друга, если что-то очень нужно. Линейка, например, карандаш или что-то еще по мелочи. Возмущаемся, когда вдруг слышим запреты. Я до сих пор не знаю, что это: общение за гранью или странная дружба. Я до сих пор не знаю и не понимаю этого человека. Но нам все равно светит разойтись после универа. Может, страх отпускает, когда тебе плевать на то, останется ли человек рядом? То есть, в двух случаях: ты знаешь, что человек будет рядом; ты знаешь, что все равно с человеком разойдешься.

У меня есть свои идеалы. И мне хочется крови на руках, порезанных вен и уличных драк. Хочется эмоций, похожих на что-то закрытое в прошлом. И они потихоньку аккумулируются внутри меня. Вместе с музыкой Люменов, вместе с каждым следующим сделанным вдохом.
Когда в какой-то группе людей полагаешься на себя исключительно, перестаешь вписывать сам себя в чьи-то шаблоны и поступаешь только так, как считаешь нужным. Но когда пытаешься взаимодействовать с группой людей, то нехотя пытаешься скинуть ответственность на эту группу, стараясь не принимать собственное решение. Группа может и осудить. От этого даже не по себе. Хотя, вроде, ты и являешься негласным лидером этой группы. Должен абсолютно спокойно принимать решения и за других тоже. Только а) нежелание брать всю ответственность на себя б) мысли, что группа должна быт полностью в курсе и поправлять, если ты где-то не прав.

На самом деле, я просто ленивая тряпка. Но я буду над этим работать. Я уже делаю успехи в принципе "не думай, делай". По крайней мере, я разрулила отчасти свои недомолвки с собственной психикой и собственными нервами, чтобы теперь не беспокоиться по поводу слета с катушек.

Все люди меняются. Ой, блин, удивила! И кого-то ты не готов воспринимать новым. Слишком сильно хочется изменить и перевернуть. Ты ответственен только за самого себя, но не за других. Слишком тяжело бывает смотреть на изменения других. Когда щелкаешь на страничку, как приходишь к плите на кладбище. Надпись полустершаяся, а тело, вроде, вот, под землей зарыто. Души, правда, нет. Вместо нее что-то еще. Только трава из твоих воспоминаний вокруг. Может, это очередное нытье, но меня всегда задевали перемены в окружающих меня людях. Близких мне людях. Больше, чем что-либо еще. Остается только привыкнуть либо все-таки к переменам, либо к отсутствию этих людей в твоей жизни. И здесь еще неизвестно, что лучше.

Когда-нибудь все будет стоять там, где оно и должно стоять. Я в это верю. Будет стоять, потому что есть действительно живые люди. Есть те, кто постоянно про эту живость напоминает. Мне, наверное, тяжело общаться с обычными людьми, потому что...мне сложно говорить с ними о разных канонах, обсуждать характеры персонажей и смотреть варианты развития событий. С кем я могу обсудить Санзо, например, кроме как не со своими игровыми? С кем я могу обсудить Хено? И это творится уже давно, на самом-то деле. С ними в разы легче, потому что мы уходим в игру. И рядом с каждым из них я прожила уже множество жизней. Они были моими друзьями, врагами, семьями, любовниками. Они были моими сокомандниками или моими жертвами. Кого-то убивали мои персонажи, по ком-то плакали. И каждый раз это переплеталось в такой эмоциональный клубок, что потом очень тяжело было отойти. Может, после игр легче, потому что хотя бы на это время забываешь полностью про реальную жизнь, оживляя персонажей чужих канонов. Может, именно поэтому можно не спать во время ночных игр и более или менее бодрой вставать наутро. Может, все может быть. И дневные поездки на электрички с Ди - это тоже как-то уже привычно. Потому что с ней, да и со всеми ролевыми, я могу говорить обо всем. Кажется, у меня нет закрытых тем. Только те, которые не всегда хочется обсуждать. А не хочется говорить про любовь\влюбленность, потому что у нас там с ними свои эмоции, у них свои парочки, а мне и так комфортно среди общего тепла. Кажется, батарейку кто-то немного подзарядил.

Когда-нибудь, обещаю, я стану лучше. Научусь четко понимать, что на мой внутренний мир похуй почти всем, кроме меня самой. Научусь мало кому открываться. Научусь быть сильнее и бить выше. Обязательно научусь. Я буду идти к этому шаг за шагом, строя лесенку. Я буду меньше просить и еще больше брать на себя. И ключевое слово тут не "буду", а "дойду до самого конца".

Когда-нибудь я закрою все дырки из которого сочится отравляющее прошлое. Но не перестану от этого помнить. Зашифрую его в самое хорошее, пусть там даже будет темно и грустно. И буду вспоминать, но не допуская чего-то в настоящем, каких-то сдвигов. Я научусь от прошлого всему, оставлю его там. Когда-нибудь я научусь жить без некоторых людей. Раз они так хотят.

Что может быть роднее вечерних платформ в ожидании электричек. Шума рельсов, света габаритных огней и сварки рядом с застывшим на месте товарняком. Музыки из динамиков чужих телефонов, полупьяные разговоры или веселый смех. А ты стоишь, слушаешь Люмен и думаешь, что скоро и твой состав придет. Мимо проходят аэроэкспрессы. И это единственное, отчего внутри все сжимается. Лето, поездка из аэропорта домой. Темно и только наша большая-большая луна, с которой ты меня связываешь. А я лежу у тебя на плече и держу за руку, пытаясь частичку души спрятать в пустых огнях электрички, чтобы хоть как-то закантачиться с городом и проявиться в нем без последствий. Хорошее и теплое воспоминание, только саднит слишком сильно еще, потому что...просто потому что. В воздухе пахнет зимой. Я люблю этот немного остекленевший запах. Особенно если по этому стеклу рассыпается табачный дым. Но не люблю болеть в этот период.

Строчки про засыпаешь мертвым и просыпаешься мертвым - в них есть определенная доля правды. Засыпаешь особенно мертвым. Просыпаешься, так, что-то непонятное. Готов жить, но что-то уже внутри ворочается. Занимаюсь цитированием Рйна, потому что снова его перечитываю. В который уже раз с момента покупки этого сборника на концерте? Спасибо огромное за него и за стихи. Я все хочу написать на него рецензию. Но что-то как-то не получается пока что. Нужно еще несколько раз перечитать, чтобы суметь. И кажется мне, что персонаж книги намного живее, чем я сама, черт возьми.

***

Осенью трудно верить

Солнце веревкой на шее

И я прижимаюсь, греюсь.

Спиной к батарее

 

Осенью голос сорван

Песни комком в горле

Засыпаешь будто бы мертвым

Просыпаешься будто бы мертвым

 

Кофе и куришь до фильтра

Губы искусаны. Черт с ним.

И для героев из фильма.

Титрами стонет будильник.

(С) Рйн

Все-таки интересно, как формируются наши сны. Почему мы видим те или иные образы. Почему мне до сих пор снится старая квартира? Мы выходим из нее посреди ночи вместе с моими одногруппниками. Нечто вроде общежития, где есть только я и они. И моя старая лестничная клетка. Мне нравятся такие. Особенно когда они без света и со странными рисунками на стенах. Мне как-то и такие снились. Но речь не о том. Мы спускаемся с ними в лифте. С Психоаналитиком, ЕН и Г, у которого улыбка волка, но такая приятная. С нами есть кто-то еще, возможно, Н, но его я особенно не фиксирую. Психоаналитик и ЕН забирают на себя большее количество энергии и внимания, как и всегда. То у них развязываются шнурки, то они смеются над чем-то абсолютно глупым. Это уже даже не удивляет, на самом деле. Мы идем с ними ровно до того перехода через шоссе. Они поворачиваются и куда-то уходят. А я остаюсь с кем-то и иду по подземному в сторону Ашана. Его перестроили. Боком спрыгиваю по ступенькам, проскальзывая несколько, чуть не упав, бегу к выходу. Оказываюсь на каких-то снежных склонах, с которых катаются на ледянках. Там мы проводим время примерно до ночи. Хотя, странно, из дома мы выходили уже ночью. Сидим в кафешке и едим вафли\блины и рассматриваем сторожа горки, пьющего чай за соседним столиком. Он какой-то маленький, лысый, с глазами сверкающе-недобрыми. Дальше ничего из этого куска сна не помню.

Помню, что привожу тебя в нашу старую квартиру. Везде кто-то есть. В каждой комнате. Двоюродный брат на кухне вместе с бабушкой, еще какой-то мелкий ребетенок. Или это и был двоюродный брат? Мама спит в нашей комнате, дедушка сидит в своей. У него кот на коленях, который засыпает постоянно. При том он не то чтобы сворачивается клубочком и спит. Нет. Он смотрит на тебя во все глаза, потом они начинают у него медленно прищуриваться. А потом он обмякает весь и практически падает, как мертвый. Но это у него состояние "спит". Кот, при том, оказался Борисовским. WTF? Хочется спросить уже мне. а) откуда у него кот б) откуда он знаком с моим дедушкой? Впрочем, это все не такие уж и важные вопросы. Я кормлю тебя и пытаюсь напоить чаем. Что-то не ладится просто полностью. Заканчивается, правдо, тем, что мы выходим из кухни и бродим по квартире как-то обнявшись. Точнее, обнимаешь меня ты за талию. Так и живем. Я захожу в третью комнату - там мама брата. Говорит что-то вроде того, как сильно она меня ненавидит. Улыбаюсь и выхожу.

Потом мы почему-то разговариваем с тобой по телефону. Долго разговариваем. Я хожу по квартире, людей еще больше стало. Особенно на кухне. Не выдерживаю, выхожу погулять. Я знаю, что нахожусь в Севастополе. Иду к морю. Думаю, что неплохо было бы увидеть море перед отъездом. Когда снова пытаюсь зайти в подъезд, понимаю, что не взяла ключи. Приходится звонить маме. А тропинки к морю ведут под гору. Песчаные. Чем-то, наверное, похоже на Юрмалу. Но я не очень хорошо помню дорогу там. Слишком давно была эта поездка.

 

Кстати, вчера мне снилось что-то примерно такого же характера. То есть, много реальных действующих лиц творят странные вещи. И так почти каждую ночь. Благо, я запоминаю слишком малую часть.

А знаете что? Соберитесь вместе и идите нахуй тоже вместе (с) Только я предлагаю всем и дружно отправляться к черту, потому что матерные посылы, кажется, не так сильно шибают. Мое самое страшное проклятие - идите к черту. По-детски немного и почти наивно.

Мои пальцы - это кнопочки. Я сама - это веревочки, а так хотелось жить. Без срывов и истерик. Только, кажется, это почти невозможно. Звонит пьяный Артист. Забавно, мне даже нечего ему ответить, потому что я не в его кондиции, я знаю, что наутро он не будет про это помнить, возможно. Еще я знаю, что в такие моменты я начинаю за него переживать. Неосознанно, но переживать. И еще я знаю, что лучше его послушать и не пытаться что-либо сказать в некоторые моменты, потому что говорить он будет сам. Или почти сам, обвиняя тебя в молчании. С ним не угадаешь. Если бы лучше было от его звонков и от его пьяных "скучаю", от его пьяных "в любой момент обращайся". Зачем, если я и так прекрасно знаю, что меня даже не будут слушать, перебивая на полуслове? Проходили, было. Он еще жалуется на А и на то, что всего его бросили. Забавно. И говорит вообще такие забавные вещи.

У меня теперь новое растение на принтере стоит. Зовут Каланхое. Его принесла мама и, как всегда, оставила мне. Ну, не смогу окружить себя понимающими людьми, окружу растениями, которые практически невозможно убить. Хотя, даже с этой задачей я справлюсь с легкостью.

Иногда кажется, что дружба - это то, чего со мной еще никогда не случалось. Вообще ни разу. Кому-то я ничего не скажу, потому что вижу их счастье. Да и как-то язык не повернется. А кому-то просто не до меня. Нет времени, нет желания или еще чего-нибудь нет. Или я так придирчива к словам. Иногда мне тоже нужно успокоение. И поддержка. Два кактуса, мох и каланхое. У меня и так хорошая компания. Пойду марать листы белой бумаги своими глупыми фразами что-ли.

Иногда я перечитываю то, что висит у меня на ноуте. Есть вещи, которые я точно не буду дописывать. Есть вещи, которые хотелось бы закончить, но особых идей уже не помню.

Письмо

Нет, Марта, Марта, он был не пластмассовый. Сначала он был живым, а потом вы его сделали негнущимся и мертвым. Это не такой уж и длительный процесс, если вдуматься. Марта, это вы превратили его в куклу. Вы увидели его таким и переделали по образу и подобию пластмассы, даже не гнущегося пластика. Марта, вы такие же убийцы, как ловцы китового уса, как те, кто охотится на занесенных в красную книгу зверей. Вы ничем не лучше, потому что с ружьем ходите на людей. Подумаешь, что это не двустволка, а слова и поступки. Иногда это даже больше, чем предметное содержание.
Не вини меня. Я здесь вообще ни при чем. Я пил с ним в баре, но, нет, Марта, Марта, я всего лишь рассказывал ему о людях и не указывал направления. Понимаешь, я торгую собственными историями, требуя взамен всего лишь внимание. А он, поверь мне, умел слушать. Ну, что ты плачешь сейчас? Почему, черт возьми, ты причитаешь, что он чем-то тебя не устраивает? Что ты сама с ним сделала? И теперь жалеешь себя, а не его. Ты снова не думаешь ни о ком. И тебе даже все равно, что теперь он пластмассовый.


И что-то со странным именем "Начало"

- Аве Мария - это молитва, придурок! Или в ваших новомодных школах для богатеньких детишек этому больше не учат? - Дрей сплюнул и навис над сжавшимся в комок мальчишкой. - Молитва! Слышал хоть иногда? Ай, да что я тут распинаюсь? Придурок!
Парень развернулся и пошел вниз по улице, минуя заброшенную фабрику и заброшенный детский сад. В приюте молитву заставляли читать три раза в день. И постепенно он с ней как-то свыкся, в трудные моменты, повторяя ее вслух. А этот полез не в свое дело, еще и спрашивать начал, что это за странные слова такие.
Мальчишка потихоньку отряхнул от пыли свои плечи и начал подниматься с раздробленного асфальта. Да, как-то некстати он забрел в старый город в поисках подходящих железок для своей школьной работы. "Главное, чтобы про это не узнал отец. Хотя, кто же ему станет рассказывать?" - подумал он, вытаскивая из кармана часы на цепочке. Если посмотреть на обратную сторону, можно было увидеть весь механизм. Это не то, что он искал. Скорее - трофей уходящего дня.

- Откуда у тебя этот справочник, Жан? - отец держал в руках потрепанную книгу начала прошлого века, в которой содержались все формулы взрывчатых веществ.
- В университете просили найти что-то подобное. Чтобы знать, какие химикаты лучше не смешивать в лаборатории! - парень поднял голову от задания и посмотрел на отца.
- Химия на твоей специальности. Бред какой-то.
- Это ты наш деканат спроси, зачем нам такой предмет! Мне бы самому жилось лучше без пробирок и склянок с непонятными порошками и реактивами.
- Ладно, надеюсь, ты выучил всю книгу?
- Да, пап, - устало откликнулся парень. - Я же не хочу взорвать всю лабораторию. Хотя, было бы интересно на это посмотреть со стороны.

На самом деле, я положу сюда еще одну штуку до кучи. Вот ее я точно хочу дописать. Я даже помню, как на самом деле работает Парабеллум. Не отпускает схожесть сюжета с одной анимешкой, вроде как. Но с другой стороны и несхожесть.
Парабеллум

Без повторов и пауз. Чтобы если уж нажал на прочерк, то как на курок. Уверенно, взвешивая все свои мысли. Аккуратно и также необдуманно. Как если бы: "сейчас или точно никогда". Сыграть без последствий, потому что кроме тебя их и некому будет творить. Без театральных пауз и пепепывов, чтобы никто не сумел сбежать. Сыграть так, чтобы кпждый потом кще долго думал о том, ну, как ее там, маленькой такой в мини со смешными косичками, которая не смогла переступить через собственные заебы, оставшись в смертельнейших дураках. Чтобы думали, удастся ли. И научится ли закрывать окно на ночь, когда простужена и ложмтся спать с мокрой головой. Чтобы ржали над каждой неоепой сцкной. А я бы улыбалась из-за кулис. Потом, когда все уже начнут расходиться, п моя роль на сцене полностью будет сыграна. Слушай, а ты уменшь без репетиций выкладывпться на свои 20 лет? Без повторов и неясных поворотов в сюжете. Если учесть, что бывших не бывает, а многое повторяется - без повторов практически нереальн обойтись. А чтобы кще и прокосов в сюжете не было - это прости неинтересно.

Хватит падать, лети. Вспомни, что это ты умеешь лучше всего. Вспомни все. В том числе и способы набора высоты. Хватит лететь вниз, это даже какой-то мейнстрим. Взлетай. Ассоциируется с живи или воскресни. Еще слово в нодове крутится, никак не могу поймать. На каркас всегда что-то да делают. Стены, еще что-нибудь. Да Алисы нам далеко. Яма бесконечна. Лететь вниз надоедает.
Если я случайно сменю ник, это все еще буду я.

Срываюсь на самых близких, потом чуть ли не плачу сама, как будто это меня доводили. Улыбаюсь на публике преспокойно. Но продолжаю срываться на самых близких. Как будто от этого должно стать легче. Только легче не становится ни разу. Только тяжелее и больнее. Изолируйте меня от меня и меня от окружающих на время7 Есть ли выход? Должен быть.