События, о которых я хочу вам рассказать, произошли в старенькой бережно укутанной садами деревеньке с голубоглазым названием Васильки. Древняя легенда гласит, что в незапамятные времена небо подарило частичку себя ржаному полю. С тех пор золотые колоски под дуновением ветра склоняются, к синим как само небо цветам, и шепчут им нежные слова. В честь красивого цветка Василька и была названа эта деревня. Неторопливо протекало здесь время. Славились Васильки добрыми людьми, лугами заливными, а пуще всего рыбалкой. Дошла слава о здешних водоемах в самую столицу. Дошла она вместе с Василием Ивановичем. В поисках мотора к трактору приехал дед Василий в город, навестил внука, студента знаменитого института и заронил в его математическую душу романтическую искру. Воспламенился тот жарко, загорелся вдруг рыболовным делом. Манил его предрассветный туман. Снились по ночам караси да удочки. Хоть и учил студент алгебру с книгой «Рыболову любителю», а все же на отлично сдал сессию и поехал в заветные Васильки исполнять свою мечту.

Всю дорогу в автобусе он старался представить себе деревню Васильки. Совсем маленьким мальчиком гостил он там, и почти ничего не помнил о своей деревенской жизни. Теперь он был студент математического факультета, и не просто ему было переключиться так сразу с алгебры и геометрии на траву и корову. Подпрыгивал на ухабах автобус, бежали на встречу сосны, хрустела яблоком девчонка, что сидела рядом. Независимо болтая сандалькой на ножке в белом носочке она важно обратилась к нему, протягивая руку для приветствия:
– Людочка Васильева… я могу дать вам яблоко…желаете?
- Тесемкин…я … Василий, - пожал руку студент. Такого серьезного подхода он никак не ожидал. Предлагаемое к угощению яблоко нарисовалось в воображении рядом с не желавшей уходить коровой… буренку смело прогнала девочка… , - желаю, - решился он, – давайте… похрустим…
- Да это же Тесемкин, баб Шура... немедленно представила Людочка пассажира бабуле в смешном платочке с картонной коробкой на коленях, в которой кто-то чирикал. Весть о том, что это оказывается Тесемкин, живо облетела автобус, ему подарили несколько улыбок, и Василий невольно загордился своей шуточной фамилией.
- Тесемкиных мы любим, - пояснила Людочка и протянула яблоко, - мы не любим баб Марусю, она отродясь скандалистка и баламутка, это все знают, - поморщив симпатичный носик, Людочка дала понять, что с такой баб Марусей мириться никто не собирается, - а Тесемкиным и Васильевым всегда добро пожаловать, так то...
На третьем яблоке Тесемкину стало весело. Вот ведь как бывает, еще даже не приехал, а уже угощают сердечно. Замечательное чувство было у него, что и сосны мохнатые и автобус приветливо-солнечный и девочка забавно-яблочная все это начало необыкновенной сказочной истории. Поскорее хотелось приехать ему, обнять родню, напиться парного молока да махнуть на рассвете на долгожданную рыбалку.

Радушно приняли Тесемкина в Васильках. Дед крепко жал руку, а баб Маша не сдержала слез обнимая внука. Провели гостя в дом, пригласили к столу. Вспомнили ему детские шалости, посмеялись, да он и сам припомнил далекое солнечное лето, сбитые коленки и не по росту велосипед на котором умудрялся гонять тогда по всей деревне…
- А я вам гостинцев привез, - радостно сообщил Василий, вот… это миксер, тебе бабуля, а тебе деда рубашка американская в клетку, сейчас модно…
- Какой ты стал взрослый, - гладила непослушные кучери бабуля, - студент…
- Ага, через два года диплом, потом детей учить буду в школе, математике…
- Молодец… А у нас школу обещали построить, наверное учитель нужен будет…
- Обмозгуем, - серьезно пообещал он.
В двери постучали. Это пришел знакомиться соседский паренек. Представился Васькой. – Шикарно, - подумал Тесемкин, - количество тезок возрастает, кажется, я попал в самое родное место на свете. Может в Васильках всемирный съезд Василиев?
Васька оказался заядлым рыболовом, к тому же наотрез отказался от душистой щуки в сметане, да и на коричневых зажаренных в хлебной крошке карасей посмотрел неуважительно.
- Наше дело поймать, - с пониманием отозвался Тесемкин, - мы их ловим, извлекаем из водоема, ну а ест их, пускай, кто ни будь другой…Нам это ни к чему...
Однако уже через минуту они дали уговорить себя. Баб Маша в шутку пригрозила накормить обоих спорышом.
Потекла душевная беседа, причмокивал Тесемкин, обсасывая несчетные щючьи крючочки и хрящики, запивая добрым квасом. Не церемонился он и с блинчиками, в которые бабуля любовно завернула брусничное варенье. Как хорошо ему было оказаться в компании единомышленников. Тесемкин без труда извлекал из памяти прочитанное в специальных книгах о рыбе и способах ее ловли. А сосед Васька не хвастал и помалкивал, понимающе кивал начитанному Тесемкину знающему о ловле на живца практически все. Уважительно трогал он дорогущую бамбуковую удочку, грозу карасей. И всячески желал успехов. Уже прощаясь, советовал Тесемкину встать пораньше, чтобы не проспать утренний клев. Бальзамом на душу легли эти два простых слова, и заснул он счастливым…

Утром дед с бабулей еще затемно уехали в соседнюю деревню на рынок по случаю выходных, будить внука не стали, пожалели, пусть отдохнет с дороги…

Проснулся Тесемкин действительно рано. Веселая, видно влюбленная в него муха надорвала, наконец, в нем какую то нервную струну и он разом сел. На всякий случай, открыв правый непослушный глаз, посмотрел на часы. На стене покосившийся домик махал медным хвостом. Кукушка видно дремала. Если верить ржавым антикварным стрелкам Тесемкин законно мог вернуться в объятия перины, будь он дома. Глаз послушно захлопнулся, и он превратился в мудрого утреннего Будду-мыслителя. Надо сказать Тесемкин в жизни еще не спал так роскошно. И он был совсем не прочь развернуться и плюхнуться снова в воздушную пуховую дрему. Что-то нестерпимо сонное уцепилось в него мохнатыми лапами, убаюкивало и обещая блаженство тянуло назад. Но, было у Тесемкина основание. Было у него средство против хитрых перинных и подушечных чар. С виду только казался он мягким и податливым. Все звонче и убедительнее звучали теперь два слова в голове у него. Проснулись они вместе с ним и рвались наружу, пахли подвигом, наградой и славой. Сладкий вкус приключений они имели. «Утренний клев…утренний клев…утренний...» Как замечательно, как славно, Тесемкин блаженно чмокнул воздух, представил как кто нибудь большой и очень утренний клюнет сегодня на его новенькую столичную удочку...
Тем временем, рядом с озорным поплавком и весело плескавшимися карасями невероятных размеров которые то и дело подмигивали Тесемкину по воображаемому озеру чинно справа налево потянулись блинные кораблики, везущие важный малиновый и брусничный вареньевый груз. Взбивая ароматный съедобный туман чайными веслами, черпали они парное молоко. Караси, как-то сразу обидевшись, отошли на второй план. Вкусная картина Тесемкина вдохновила, поплавок утонул в молоке и взмахнув замечательной удочкой он вытянул маковый бублик. - Удачно начался денек! – подмигнула ему пухлая оладушка, - Ого! То ли еще будет! Я теперь таких надергаю, вся деревня сбежится, - разошелся неуемный Тесемкин.

Примеряя на себя похвалы бывалых, а теперь совсем растерявшихся от невиданного улова селян, Тесемкин проснулся через два часа.

Кукушка видно давно отказалась исполнять свой кукушечный долг, муха ушла по важным делам, а Василий понял, что действовать нужно быстро. Умные книги советовали днем рыбу не смешить и хлебными шариками не соблазнять. Днем рыба спит. Или бродит где нибудь на глубине, молчаливо размышляя, о чем нибудь родном, рыбьем. Поэтому нужно торопиться. Заметался проспавший Тесемкин по деревянному домику, спросонья натыкаясь на деревянные полочки и стульчики. На краю печки бездонным взглядом за переполохом наблюдал хозяйский кот. Глаз он решил открыть один, большего ситуация пока не заслуживала. Кот Василий был полным тезкой хозяина, за что всегда был в почете. Нрав у Василия Ивановича был покладистый, он не кусался и не царапался и только изредка хмыкал небрежно на хозяйку, бабу Машу, за что получал от нее по уху. Сейчас Василий Иванович, лениво свесив лапу, сверху взирал на чудака, который зарылся с головой в рюкзак и что-то бормотал, проверяя снасти.
Собравшись, наконец, Тесемкин вышел во двор. Солнце было высоко, роса давно высохла и клев, если и был, то, наверное, уже не утренний. – Ничего, - размышлял он, - в умении сила, а рыба будет!, - и двинул в направлении указанном вчера вечером соседом, туда, где должна быть река. Сосед Васька утренний клев конечно не проспал.
Пела душа Тесемкина, по дороге к реке, сбывалась его мечта. Замечательная сказка становилась реальностью, и он Василий Тесемкин был ее главным героем. Конечно, Василиев в этой истории хватает, - размышлял он, дед, кот и соседский паренек, все были Василиями, даже попутчица Людочка и та была Васильевой, но на душе от этого становилось как-то легко и празднично. Кто его знает, сколько здесь еще тезок, а рыбу, однако надо поймать, во что бы то ни стало, больно уж вчера хорохорился. Придется ее поймать разэдакую…

- - -

В глубине уютного от накативших сумерек вишневого сада была беседка. Все во дворе - дом, хозяйственные постройки и беседку своими руками в послевоенные годы выстроил сам Василий Иванович. Не пожалел тогда он сил. На радость семье и друзьям украсил крышу беседки резными зайчатами и лебедями. Напрочь укутана она теперь была диким виноградом, и было спасение от летнего зноя в ее тени. За круглым потрескавшемся от времени столом такая выходила беседа...
Плотно укутавшись, несмотря на теплый вечер, в бабушкину кофту, Людочка Васильева тихонько прихлебывала горячий чай с блюдечка, - Мы с вашим Василием еще в автобусе познакомились, попутчиками были. Я ему про наше житье-бытье рассказала. Умный он у Вас, просто жуть - запивая похвалу чаем, произнесла Людочка.
- Он у нас студент, математик, - гордо отозвалась баб Маша, - доучится и детей в нашей школе учить будет…
- Баб Маша, но школы то нету в Васильках…, - протянула Людочка ничуть не удивившись, видимо ее занимали какие-то свои мысли, - меня всего полгода не было, когда успели построить?…
Нарезая душистый пирог, Василий Иванович довольно прищурившись, сообщил, - Я сам слыхал, областное начальство когда приезжало, говорили Васильки уж больно перспективный населенный пункт и школу обязательно надо строить, что б молодежь охотней оставалась…
- Школа конечно хорошо, - Василий стряхнул крошки яблочного пирога со стола в ладонь и с удовольствием отправил в рот, а больница, а библиотека…? Много еще сделать нужно, что б уже наверняка оставалась… Вот тебе Васька сколько лет?, - Васька, чей улов был подан к столу и с удовольствием съеден часом раньше, сказал что ему четырнадцать, -Вот ты поедешь поступать в город, выучишься, а вернешься ты потом сюда?
- Я буду военным моряком, - не раздумывая ответил знаменитый рыболов выпрямил спину и посмотрел на Людочку взглядом. приглашающим в опасное морское путешествие. Но не знал Васька, не догадывались дедуля с бабулей и только Василий Тесемкин понимал почему вдруг передернула плечами Людочка и еще больше углубилась в чай.
- Вот, - продолжал Василий, ты военным мечтаешьбыть, кто ни будь в космонавты или писатели… Но… конечно если школа будет, а еще больница с библиотекой… Заживем! Замечательно! Отлично заживем!!!

Василию вдруг захотелось радоваться и веселится. Все страхи непростого дня разом оставили его. Решительно все должны быть сегодня счастливы. Не поймал сегодня Василий Тесемкин заветного карася и ну его. Забыл он давно этот грустный факт. Гораздо более важный улов в своей жизни совершил он сегодня. Просто геройский. Вынул из воды вздумавшую тонуть Людочку Васильеву.
Клятвенно обещал он спасенной Людмиле, что никому не расскажет о происшествии, напугавшем обоих до смерти. А теперь, находясь в родной с детства деревне, где так много тезок, и даже кот и тот Василий Иванович, понял он, что пусть необычно, но сбылась его заветная мечта и теперь ждала исполнения следующая…

А завтра обязательно будет утренний клев…

P/S На прощанье Людочка вплела Василию в его непослушные кучери небесный цветок Василек и поцеловала благодарно в щеку :0)