(Журнал «Человек», № 5, 1994 г., стр. 39 – 46)

 

Человек — часть Природы, его существование — жизнь — проходит во взаимодействии с другими частями Природы, которые способствуют жизнедеятельности человека или затрудняют ее, либо даже угрожают ей. Несколько миллионов лет (по современным оценкам «возраста» человечества) жизнь человека зависела в основном от земных природных факторов, а из космических угрозу представляли лишь редкие крупные метеориты.

В конце XIX и в течение XX века появилось еще две координаты жизнедеятельности человека. В результате бурного развития естественных наук человечество осознало, что помимо земных в его жизнедеятельности существуют и космические природные факторы. Например, ультрафиолетовые лучи Солнца и межпланетная магнитная плазма. В этот же период,— исторически мгновенно возникли техногенные факторы. Земные, космические и техногенные факторы образовали «трехмерное» пространство человеческой жизнедеятельности.

Человек нашел возможность уменьшить свою зависимость от природных факторов (земных и космических), но заплатил (и платит) за это трагическим дисбалансом в экологическом равновесии Земли. Достаточно вспомнить о гербицидах, пестицидах, нитратах в сельском хозяйстве, радионуклидах Чернобыля, отходах атомных производств, морских захоронениях химического оружия, озоновых дырах и т. д. Положение тем более сложно, если учесть, что экологический техногенный дисбаланс принял столь глубокий характер, что, по мнению многих ученых, поставил под угрозу само существование Человечества, существование всей Земной Цивилизации (1).

Преодолев ядерную угрозу существованию земной цивилизации, человечество оказалось в состоянии если не шока, то очевидной растерянности перед второй глобальной угрозой — угрозой экологического техногенного дисбаланса. За нескончаемой чередой констатации гибели цивилизации и пророчеств сроков ее наступления, никто за последние годы не смог указать выхода из этой глобальной кризисной ситуации.

Однако, как справедливо утверждал Ф. Энгельс, потребности общества двигают науку сильнее, чем сотни университетов. Парадокс в духе дзен-буддизма заключался в том, что при отсутствии выхода объективно он уже существовал. Наука нынешнего столетия позаботилась о его формулировке еще в начале века.

 В 1913 году молодой французский математик Э. Картан опубликовал статью, в конце которой он сформулировал в одной фразе фундаментальную, как потом оказалось, физическую концепцию: в природе должны существовать поля, порождаемые плотностью углового момента вращения. В 20-е годы ряд работ в близком к этому направлению опубликовал А. Эйнштейн. К 70-м годам сформировалась новая область физики — теория Эйнштейна — Картана (ТЭК), которая явилась частью теории торсионных полей (полей кручения). В соответствии с современными представлениями электромагнитные поля порождаются зарядом, гравитационные — массой, а торсионные порождаются спином или угловым моментом вращения. Подобно тому, как любой объект, имеющий массу, создает гравитационное поле, так и любой вращающийся объект создает торсионное поле.

Торсионные поля обладают рядом уникальных свойств (2). До начала   80-х годов проявление торсионных полей наблюдалось в экспериментах, которые не ставили своей целью исследование именно торсионных явлений. С созданием торсионных генераторов ситуация существенно изменилась. Появилась возможность провести широкомасштабные исследования по проверке предсказаний теории в планируемых экспериментах. За последние десять лет такие исследования были выполнены рядом организаций Академий наук (3), лабораториями высших учебных заведений и отраслевыми организациями России и Украины (4).

В частности в 1986 году были успешно проведены эксперименты по передаче двоичной информации по каналам торсионной связи. Передача информации в городе на расстоянии 22 км без ошибок была осуществлена передатчиком с потреблением электроэнергии в 30 мВт.

В начале века было понимание того, что электромагнитные поля являются силовыми и дальнодействующими. Затем появилось умение генерировать электрические токи и электромагнитные волны. Сочетание этих фундаментальных факторов привело к тому, что мы живем в век электричества, и очень трудно назвать задачи науки и потребности общества, которые не решались бы с помощью электромагнитных устройств: электродвигатели и ускорители элементарных частиц; СВЧ-печи для приготовления пищи и ЭВМ, установки для электросварки и радиотелескопы и многое, многое другое.

Тогда же было понимание, что гравитационные поля — тоже силовые и дальнодействующие. Но до сих пор никто не умеет делать устройства, генерирующие гравитационные токи и гравитационные волны, хотя попытки понять теоретически, что это такое по аналогии с электромагнетизмом, предпринимались неоднократно со времен Хевисайда (5). Именно отсутствие этого «умения» делает гравитацию предметом лишь теоретических исследований.

Когда было понято, что торсионные поля так же являются силовыми и дальнодействующими и имеются разработанные источники (генераторы) торсионных токов и торсионных волновых излучений, то по аналогии с электромагнетизмом методологически было допустимо высказать осторожное предположение, что и в рамках торсионной парадигмы можно ожидать столь же широких и разнородных прикладных решений как и в рамках электромагнетизма.

Такая аналогия могла оказаться неправомерной, даже если различные торсионные эффекты оказались бы существующими. Могло оказаться так, что решение прикладных задач на торсионной основе менее эффективно, чем на основе электромагнетизма. Правда, уникальность свойств торсионных полей, отмеченная выше, давала надежду, что в действительности все наоборот,— более эффективными должны оказаться торсионные средства: торсионные источники энергии, двигатели, торсионные средства передачи информации, торсионные методы получения материалов с новыми физическими свойствами, торсионная экология, торсионные методы в медицине, сельском хозяйстве и т. д.

За почти десять лет с тех пор, как были сформулированы указанные выводы, теоретические, экспериментальные и технологические исследования в России и на Украине показали, что торсионные технологии и средства несравнимо более эффективны, чем электромагнитные. Ранее упоминались успехи торсионной технологии в металлургии. Однако в повестке дня уже стоит вопрос не об обработке расплава при стандартном процессе плавки, а о разработке торсионной металлургии, исключающей стадию плавки.

Серьезной проблемой является транспорт на основе двигателей, использующий сжигаемое топливо,— автомобили, тепловозы, корабли, самолеты. Переход на электротранспорт порождает иллюзию экологической чистоты этого «транспорта будущего». Да, воздух городов будет чище, но при этом надо учитывать низкий КПД линий электропередач и электродвигателей. Глобально экологическая обстановка Земли станет хуже из-за того, что часть электростанций — тепловые и из-за экологических опасностей АЭС. При этом помимо Чернобыльского синдрома есть еще одна опасность — мощное вредное воздействие левых торсионных полей, которые создаются всеми реакторами, на людей. При этом существующие средства защиты АЭС прозрачны для торсионных излучений.

Другая глобальная проблема современности — это проблема источников энергии. Топливные ресурсы, судя по существующим темпам их добычи и разведанным запасам, будут исчерпаны уже в первой половине следующего века. Но даже если предположить, что новые методы разведки существенно увеличат разведанный потенциал, человечество без угрозы экологической гибели не может позволить себе сжечь такое количество нефти и газа. Даже если сделать АЭС абсолютно надежными и снабдить их торсионной защитой (торсионными экранами), остается без фундаментального решения проблема утилизации радиоактивных отходов. Захоронение этих отходов — не решение проблемы, а ее отсрочка, платой за которую для наших потомков будет невозможность полноценного существования. Анализ можно было бы продолжить и в отношении других источников энергии.

В этих условиях было бы, наверное, целесообразно прислушаться к предложениям рассмотреть физический вакуум как источник энергии, тем более, что по этой проблеме прошло уже девять Международных конференций (6). В отношении возможности получения энергии из Вакуума существует твердое, почти общепринятое суждение: это принципиально невозможно. Но, как это часто бывает в науке, авторы подобных категорических отрицаний забывают сопроводить их важным методологическим комментарием: этого не может быть в соответствии с современными научными представлениями, а не вообще.

В связи с этим уместно напомнить, что история естествознания, особенно в XX веке, полна категоричными отрицаниями, опровергнутыми самим развитием науки и техники. Герц считал невозможной Дальнюю связь с помощью электромагнитных волн. Н. Бор полагал маловероятным практическое использование атомной энергии. Идею спина В. Паули назвал глупой идеей (что, правда, потом было опровергнуто его же работами). За десять лет до создания атомной бомбы А. Эйнштейн считал невозможным создание атомного оружия.  Этот перечень можно было бы продолжить. Видимо, прав был Луи де Бройль, призывающий периодически подвергать глубокому пересмотру принципы, которые признаны окончательными.

В качестве примеров потенциально возможного в рамках парадигмы торсионных полей были специально взяты ключевые, базовые проблемы энергетики, транспорта, новых материалов и передачи информации. Этим не исчерпывается содержательный потенциал прикладных применений торсионных полей, который, как уже отмечалось, не менее широк, чем круг прикладных применений электромагнетизма. Это означает, что контуры «суммы технологий» XXI века» (используя терминологию С. Лема (7) просматриваются достаточно ясно. Именно эта сумма торсионных технологий в значительной мере определит облик следующей цивилизации, которая сменит нынешнюю.

Еще одно кардинальное направление торсионной парадигмы коснулось проблем биофизики. В частности, была построена квантовая теория памяти воды, которая показала, что эта память реализуется на спиновой протонной подсистеме воды (8). Упрощая реальную картину, можно сказать, что молекула некоторого вещества, попадая в воду, своим торсионным полем ориентирует в прилежащей водной среде спины протонов (ядра водорода молекулы воды) так, что они повторяют характеристическую, пространственно-частотную структуру торсионного поля этой молекулы вещества. Есть экспериментальные основания полагать, что из-за небольшого радиуса действия статического торсионного поля молекул вещества около таких молекул формируется лишь несколько слоев их спиновых протонных копий.

Собственное торсионное поле таких спиновых протонных копий (спиновых реплик) будет тождественно торсионному полю молекул вещества, породивших эти спиновые реплики. В силу этого на полевом  уровне спиновые протонные копии молекул вещества оказывают на живые объекты такое же действие, как и само вещество. На уровне экспериментальной феноменологии в гомеопатии это известно со времен Ганемана (9), затем было исследовано на обширном биохимическом материале Г. Н. Шангиным-Березовским с сотрудниками (10), а чуть позже переоткрыто Бенвенисто (11).

Еще одна давняя спорная проблема,— это проблема «омагничивания» воды. Феноменология заключалась в том, что экспериментальный результат давно используется на практике, а с точки зрения традиционных представлений, его не может быть, т. к. постоянный магнит не может действовать на классический диамагнетик — воду.

Экспериментально, при намагничивании наряду с магнитным полем неотвратимо возникает торсионное поле. Наличие торсионного поля у магнитов никогда не предполагалось и никогда, естественно, не учитывалось. Отсюда следуют два вывода. Во-первых, если магнитное поле постоянного магнита не может оказывать и действительно не оказывает влияния на диамагнетик — воду, то его торсионное поле, поляризуя по спинам протонную подсистему воды, переводит воду в другое спиновое состояние, что и определяет изменение ее физико-химических свойств и меняет характер ее биологического действия. С этих позиций правильно говорить не об «омагничивании» воды, а об «оторсионивании» или о торсионной поляризации воды. Последнее утверждение недостаточно корректно. Торсионная поляризация дает строгое обоснование изменения свойств собственно воды, но это вовсе не исключает механизм действия магнитного поля на соли, содержащие химические элементы с магнитными свойствами.

Во-вторых, предварительные экспериментальные исследования показали положительное влияние правого торсионного поля на биологические объекты и отрицательное влияние левого*. Поэтому при воздействии на воду северным полюсом магнита, т. е. правым торсионным полем, биологическая активность воды увеличивается. При воздействии южным полюсом магнита, т. е. левым торсионным полем, биологическая активность воды уменьшается. Аналогично, при действии северным полюсом магнита апликатора наблюдается его лечебное действие, т. к. в действительности действие осуществляется за счет его правого торсионного поля. При действии южным полюсом магнита апликатора болезненное состояние усиливается.

Третья загадка биофизической феноменологии — это техника перезаписи лекарств по методике Фолля. Сущность проблемы заключается в следующем. Берутся две пробирки, одна с раствором лекарства, а другая — с водным дистиллятом. Затем одним концом медного провода обвивается в несколько витков одна пробирка, а другим концом провода так же обвивается вторая. Через некоторое время в условиях двойного слепого эксперимента устанавливается, что вода из пробирки с дистиллятом (мнимый раствор) оказывает такое же лечебное действие, как истинный раствор лекарства. При этом оказывается, что длина провода существенно не влияет на наблюдаемый эффект.

Предположение об электромагнитной природе «записи свойств» лекарства на воду отпало, когда оказалось, что эффект перезаписи сохраняется, даже если вместо медного провода взять оптоволокно. Ситуация приняла уже совершенно непонятный характер, когда оказалось, что если поместить на провод или оптоволокно магнит, то эффект перезаписи полностью исчезает. Именно последнее обстоятельство — действие магнита на диамагнитик (что в рамках электромагнетизма, как уже отмечалось, невозможно), свидетельствовало, что в основе перезаписи лежат торсионные (спиновые) эффекты.

Обратим особое внимание на ряд важных следствий эффекта перезаписи лекарства. Лечебное действие мнимого раствора — спиновополяризованной воды ставит новую проблему. Мнимый раствор может оказывать лечебное действие только через его полевые (торсионные) свойства. В то же время традиционно считается, что лекарства оказывают лечебное действие через биохимический механизм. Во-вторых, если мнимые растворы столь же эффективны, как и соли лекарства, то, возможно, в перспективе торсионная технология перезаписи с помощью торсионных генераторов позволяет, с одной стороны, отказаться от производства дорогих лекарств и сделать фармацевтику предельно дешевой. С другой стороны, использование мнимых растворов снижает проблему лекарственного токсикоза, особенно в отношении препаратов длительного и, что особенно важно, лекарств пожизненного приема больными. При лечении мнимыми растворами в организм никакая «химия» не попадает. Однако от указанных общих соображений до массового применения потребуются определенные усилия ученых и практиков.

В-третьих, если мнимый раствор оказывает лечебное действие через его полевые (торсионные) свойства, то, естественно, возникает вопрос: а может, вообще отказаться от водного посредника (мнимого раствора) и действовать на организм прямо усиленным торсионным полем лекарства? Не исключена возможность, того, что по крайней мере в ряде ситуаций это будет возможно.

 Одну из сложнейших спиновых систем являет собой человек. Сложность его пространственно-частотного торсионного поля определяется громадным набором химических веществ в его организме и сложностью их распределения в нем, а также сложной динамикой биохимических превращений в процессе обмена. Каждого человека можно рассматривать как источник (генератор) строго индивидуального торсионного поля. В силу уже обсуждавшихся факторов человек своим фоновым (естественным) торсионным полем осуществляет (для подавляющего большинства людей непроизвольно) спиновую поляризацию окружающего пространства в некотором конечном радиусе. Его торсионное поле, несущее в том числе информацию и о состоянии его здоровья, оставляет свою копию (спиновую реплику) и на одежде, и по Физическому Вакууму.

Спиновый отпечаток торсионного поля на одежде одного человека оказывается значительным для другого человека, если он будет носить эту одежду. Для того, чтобы исключить это влияние, необходимо подвергнуть такую одежду спиновой торсионной деполяризации. С помощью торсионных генераторов эта процедура выполняется быстро и просто. Старые приметы о нежелательности ношения одежды «с чужого плеча», оказывается, имеют вполне разумное обоснование. Эти выводы в равной мере относятся и к другим вещам, картинам, инструментам и т. п.

Подавляющая часть людей обладает фоновым правым торсионным полем. Крайне редко, в соотношении порядка 10⁶:1, встречаются люди с фоновым левым торсионным полем. Фоновое статическое торсионное поле человека вообще имеет достаточно стабильную величину. Однако вместе с тем было установлено, что при собственном правом торсионном поле задержка дыхания на выдохе даже на 1 мин. Почти вдвое увеличивает напряжённость этого поля. При задержке дыхания на вдохе меняется знак этого поля — новое торсионное поле становится левым.

Указанные факторы, как и аналогичность свойств торсионных полей тому, что демонстрируют экстрасенсы, дали основание предположить, что дальние дистантные воздействия экстрасенсов реализуются через торсионные поля. Отличие сенситива от обычного человека заключается в том, что он может вызывать у себя измененные состояния, при которых сам становится источником торсионного поля заданной пространственно-частотной структуры. На практике сенситив не пользуется этими научными категориями. Он эмпирически подбирает то измененное состояние, при котором наблюдается положительный лечебный эффект. Обычно экстрасенс, начиная работать с новым пациентом, использует некоторое базовое измененное состояние, характерное для сенсорного лечения данного заболевания, которое видоизменяет для каждого конкретного случая. Есть основание считать, что в случае со священником реализуется аналогичный алгоритм.

Для того, чтобы проверить правильность предположения о торсионной природе сенсорной феноменологии, за последние пять лет было проведено большое количество экспериментальных исследований. Во-первых, много экспериментов по воздействию генераторов торсионных излучений на различные физические, химические и биологические объекты были дублированы группой сенситивов,— Ю. А. Петушковым, Н. П. и А. В. Баевыми в исследованиях на базе Львовского государственного университета. Во всех случаях их экстрасенсорные воздействия имели устойчивую воспроизводимость и демонстрировали такие же, а часто более сильные эффекты, чем при действии торсионных генераторов.

Были проведены исследования воздействия сенситивов и на различные биологические системы. В этих экспериментах также наблюдались устойчивые результаты. Особый интерес представила объективная регистрация воздействия сенситивов на испытуемых по электроэнцефалограмме (ЭЭГ) мозга с картированием мозга по разным ритмам. При этом использовались общепринятые в мировой практике методики и серийная аппаратура картирования мозга по ЭЭГ. Пример регистрируемых изменений по L-ритму с интервалами наблюдений по 20 мин. показал, что корректирующие действия сенситивов в конечном итоге, выражаясь стандартной терминологией,— дают «бабочку», т. е. симметричную картину левого и правого полушария. Вероятно, первой отечественной публикацией по таким исследованиям была работа И. С. Добронравовой и И. Н. Лебедевой (12).

Важным моментом этих экспериментов было то, что испытуемый находился в экранированной камере (камере Фарадея), что исключало электромагнитное воздействие сенситивов, если бы оно имело место. 

Установленная торсионная природа действия сенситивов привела к моделям спинового стекла, используемым для описания механизмов мозга (13), начиная с ранних работ Литтла и Хопфильда (14). Модель спинового стекла достаточно конструктивна, хотя и обладает известными специалистам недостатками (как и любая модель, а не строгая теория).

В первом приближении отвлечемся от макроструктуры мозга и дифференциации его клеток. Будем предполагать, что мозг — это аморфная среда («стекло»), обладающая свободой в динамике спиновых структур. Тогда допустимо предположить, что в результате актов мышления сопутствующие им биохимические процессы порождают молекулярные структуры, которые являются, как спиновые системы,  источниками торсионного поля, причем их пространственно-частотная структура адекватно (вероятно, даже тождественно) отражает эти акты мышления.

При наличии внешнего торсионного поля, под его действием в лабильной спиновой системе — мозге, возникают спиновые структуры, которые повторяют пространственно-частотную структуру воздействующего внешнего торсионного поля. Эти возникшие спиновые структуры отражаются как образы или ощущения на уровне сознания, либо как сигналы управления теми или иными физиологическими функциями.

Построенная эвристическая модель — лишь ключ к иследованиям. Вне всякого сомнения, результаты таких исследований откроют нам куда более сложную картину. Отметим, что использование модели спинового стекла в опоре на теорию торсионных полей переводит эксперименты с передачей информации по перцептивному каналу — передаче образов от индуктора к перципиенту (15) из области феноменологии в область науки. Теперь пусть на основе модели, но появляется возможность анализировать эти эксперименты на уровне физических процессов, чего не удавалось почти 20 лет (16).

В рамках сформулированных представлений можно с физической точки зрения сказать, что такое «биополе». Сначала отметим, что ортодоксальные представители естественных наук при произнесении термина «биополе» или «радиоэстезическое излучение» гордо и безапелляционно говорят, что физика знает четыре взаимодействия,— сильные, слабые, гравитационные и электромагнитные. (Это, конечно, верно, с учетом необходимости добавить «пятую силу» — торсионные взаимодействия.) Они чувствуют себя победителями, когда сторонники существования биополей стыдливо ретируются, как только их просят дать конкретную физическую характеристику биополей.

Действительно, как уже отмечалось, в подавляющем большинстве случаев (выразимся столь осторожно), первичными источниками полей являются элементарные частицы, из которых состоят все атомы — общие для живого мира и мира косного. Поэтому, действительно, наука оперирует единой системой полей (взаимодействий) для всей Природы,— не может быть полей только «биологических». Отличие биологического (живого) от «мира минералов» может наблюдаться (существовать) только на уровне системного проявления известных физических полей.

Однако в физике многие десятилетия существует и не вызывает категорических возражений термин «геофизические поля». Под этим подразумевается совокупность известных физических полей, имеющих специфическое сочетание для геофизических сред (объектов). С этих устоявшихся в физике позиций и развитых здесь представлений, справедливо говорить биополях, подразумевая под ними совокупность известных физических полей в специфическом их сочетании для живых объектов. (Такой подход развивал д. т. н.. проф. Г.Н. Дульнев.) А одиозный термин «биополе» (а не биополя) следует заменить на термин «торсионные поля», который адекватно описывает экстрасенсорную (парапсихологическую) феноменологию (17).

Концепция торсионных полей и модели спинового стекла позволяют подойти к решению еще одной проблемы экстрасенсорной феноменологии. Ряд сенситивов утверждают, что они «видят» поля, подобно тому, как на тепловизоре можно видеть тепловое излучение человека. При этом, как утверждают сенситивы, «картинка» возникает в сознании независимо от того, открыты глаза или нет. В рамках развитых представлений «индукции» спиновых состояний в спиновом стекле (мозге) под действием внешнего торсионного поля от какого-либо источника утверждение о «видении» торсионных излучений не кажется бессмысленным.

В последние годы было проведено несколько серий разнородных экспериментов для исследования этой проблемы. В частности, сенситивам с «видением» предъявлялись торсионные источники с трехмерной сложной многолучевой диаграммой направленности торсионных излучений. Со стопроцентной достоверностью сенситивы «с видением» рисовали истинную пространственную структуру торсионных излучений. Так же с абсолютной достоверностью сенситивы без движений руками дистантно; а) устанавливали, включен или выключен торсионный генератор; б) устанавливали режим излучения левого или правого торсионного поля; в) рисовали пространственную структуру диаграммы направленности излучения торсионного генератора.

Полезно отметить, что нимб у головы святых на иконах - это торсионное поле, зарисованное по описаниям тех, кто обладает «видениями».

Как следовало из работ Абрамса (США), выполненных более 40 лет  назад, и что оправдалось в экспериментах уже в наши дни, при обычном фотографировании в видимом и инфракрасном диапазонах на слайдах по спинам эмульсии записывается торсионное поле всех фотографируемых объектов. Если фотографируется человек, то, помимо его внешнего вида, в спиновой структуре эмульсии фиксируется его торсионное поле. Поскольку торсионное поле человека и его торсионное поле на фотографии тождественны, то понятно, что для сенситива с «видением» нет разницы между диагностикой самого человека и диагностикой по его фотографии.

В настоящее время принципиально возможна визуализация торсионных полей техническими средствами. Фотовизуализация в экспериментальном плане изучалась многими исследователями (Касьянов В.В., Карпов Н.К., Охатрин А.Ф., Охатрин Ф.А., Крохалёв Г. П. и др.). Работы в этом направлении сейчас эффективно продолжаются.

Литература