Жертвой принеси меня Если это спасет тебя Мне совсем не жалко себя Лишь бы дольше касаться Тебя Больше можно меньше нельзя (с) Психея - Если ты меня слышишь
... |
|
|
Было бы хорошо... |
Очень хорошо было бы быть монахом, но не православным, с длинной и не послушной бородой. Я не хочу жить в холодной келье, не хочу есть постные щи и кислую капусту, сидя за общим столом с такими же, как я сам (если бы я был монахом), бородатыми, бледными, сутулыми и некрасивыми людьми. Не хочу делать грубую и убогую работу, преимущественно зимой на морозе. Не-е-ет! Хочется быть монахом где-то далеко-далеко, где красивые пейзажи, тишина, в маленьком озере плавают карпы. В общем, где красиво, есть и горы и равнины, не жарко и не холодно. Где можно, наконец-то, побрить наконец-то голову раз и навсегда. Там не было бы вообще ни одной книги. Там все и так всё знают! Там бы я изнурял своё тело сложнейшими упражнениями, учился спокойствию и силе, встречал восход и провожал солнце на закате, сидя в одной позе. Там, наконец-то, появился бы авторитетный для меня человек - мой учитель. Обязательно маленький, сухонький и знающий всего меня насквозь и на три шага вперёд. Он научил бы меня слышать дождь и отличать песню сверчка от трели цикады, научил бы видеть облака и понимать их, научил бы идти сквозь туман.... и всегда выходить к храму. Там бы я написал своё первое стихотворение... палочкой на песке. Стихотворение о дожде, облаках, сверчке, цикаде... о тумане и песке. И не слова о себе... Ни единого слова про себя!
Ещё, я бы согласился отправиться в бесконечную космическую экспедицию. Такую экспедицию, которая не вернётся, а если и вернётся, то тогда, когда на Земле уже не останется никого из тех, кто бы мог меня ждать. В космосе и на Земле время идёт неодинаково. Я улетел бы и знал, что больше я Её никогда не увижу и не услышу. Меня бы усыпили, что бы я проснулся через сотни лет, за миллионы парсек от Земли. Я бы проснулся в мире, где Её нет! А если бы улетела Она... я бы не смог остаться. Нет-нет! Здесь мне ВСЁ напоминало бы о Ней, и я не смог бы не ждать ЕЁ... Здесь оставаться нельзя...
|
никого....никогда... |
|
вот так... |
|
... |
|
мб... |
|
Что-то вспомнилось... |
|
Люлю) |
|
|
Назови мне своё имя |
|
Аудио-запись: ДРУЗЬЯ - "Беатрис" (Муз. и сл. К. Кирьянов) |
Музыка |
3383 слушали 17 копий |
friendkostya
|
... |
|
|
Комментарии (0)Комментировать |
SMS |
|
Видео-запись: Психея - Лезвием сердца |
|
183 просмотров |
|
Сползает вниз слеза плавно по стенке сосуда Не так уж важно кто ее бросил Всего лишь миг и нас с тобой уже больше не будет И даже осень (никто не спросит) Замер зрак и прячу в ладонях еще один вдох Я был прав я все это понял в последний приход Лезвием вырежи сердце его не спасти Сделать шаг и просто остаться в живых Взлетает вверх жужжа и жадно за стенки цепляясь Мое с твоим дыханием вряд ли Согреем нас еще быть может наверное Так безопасней… Имею право сорваться Вот почему эти битые стекла Рано или поздно все должно взорваться Весна застынет, глаза засохнут Да и я такой не первый Ласкаюсь под небом ожогами солнца Слезы текут шалят нервы Хочется верить что еще не поздно Не знаю чего хочу Хочу чего-то не знаю Сначала кричу потом молчу Сначала живу потом умираю Быть собой не там и не здесь Кровоточат десна целуй меня в губы Мы здесь с тобой значит мы есть Но помни нас то же скоро не будет. |
|
Метки: психея музыка |
В наших сердцах |
|
... |
|
)))) |
|
|
... |
|
Бабам просто очень редко дают кончать. (c) |
Mne prisnilsya son vo vseh podrobnostyah i oschtschuschtscheniyah.
Moj vozljublennyj trahaet menja v zadnitsu, a ya pri etom sosu ego konchik.
Александра писала: "Мое время обгоняет время объекта. Мне всегда не
хватает сигареты, докуренной до половины". Возможно, только люди, кото-
рым не хватает удовольствия, еще даже не достигнутого физиологически,
могут поверить в бессмертие души. Выпить бутылку красного вина, запить
пивом, закурить косяком, поедать мясо и зелень, хлеб и молоко, тра-
хаться, посматривая при этом в экран Феллини, потом - кофе с коньяком и
сигариллой. Превратить свою жизнь в придаток переплетения текстов, цитат
из архитектуры, живописи, музыки, кино и кулинарии, когда без "помнишь,
как это у..." как без поваренной соли ничего никуда не засунешь. Разве
это не поиски обещанного рая? И что требовать от индивидуума, сполна
насладившегося здесь и теперь настоящим мгновением - только атеистичес-
кого отчаянья.
Война мужского и женского зиждется только на одном: бабам просто
очень редко дают кончать. Не то что бы нас это не устраивало... Увы... А
дальше начинается. Ненависть рождается от неудовлетворения, а когда оно
наступает - хуже и быть не может, потому что это значит, что другой ос-
тался обделенным. Получая удовольствие от хорошего бифштекса, не следует
помнить, что корове при этом пришлось не сладко - какое же это будет
удовольствие, хотя может быть... А впрочем, как сладко, когда тебя тра-
хают во все дырки, немало не заботясь о твоем удовлетворении. И это по-
нятно - пристальное выжидание твоей реакции вынуждает к ее имитации. И
тогда рождается неприязнь - первая степень ненависти - из подспудного
обоюдного знания, что совершенное не так уж совершенно с точки зрения
другой стороны. Подозрение на скепсис. Но ненависть слишком чистая
страсть, чтобы быть способной реализоваться вполне. Когда Господь заду-
мал сделать с одной стороны дырку, а с другой отросток (кажется, после-
довательность была обратной, но не суть), Он наверняка знал, что семена
ненависти не замедлят пролиться, но не дадут полноценных плодов. Иначе
он предусмотрел бы конкретную физиологическую возможность совершенного и
абсолютного соединения - заделывания пустоты. Вот тогда и претензии к
нереализации подобной возможности были бы абсолютны. А так человек рож-
дается от неприязненного желания заткнуть дырку пробкой, поскольку имен-
но зияние, а не наоборот, ненавистно. Отсутствие ненавистно - привет дя-
дюшке Фрейду! Да, именно, и той и другой стороне ненавистно отсутствие.
С этим ничего не поделаешь. Даже когда сосешь член - это затыкание от-
верстия, и когда сосут тебя - это опять затыкание отверстия. Даже когда
тебя трахают в задницу - затычка, и сколько бы ты не засовывала пальцев
ему в задницу - ситуация та же. В поцелуе вы равны - но и язык - затыч-
ка. Есть вход, но нет выхода. Ненависть к отсутствию неизбежна, но по-
пытка его заполнить рождает лишь неприязнь, поскольку хотя и обречена на
провал, но провал временный. Разумеется, он может прикасаться хуем к че-
му угодно - всегда - в любой момент. А я могу только пытаться затащить
что-нибудь что попало к себе в пизду. Однако, не знаю в результате, кому
от этого лучше...(c)
|
Слишком много травы, слишком много жизни. |
Вовсе не трудно прожить без травы. Сложнее сделать это сознательно. Я
тратил на нее деньги, раз за разом, получая молчаливое согласие. Она ни-
чего не просила, но неизменно две сотни перекочевывали из кармана на
тумбочку, и мы знали, что иначе нельзя. "Иначе это будет просто любовь,
- сказала она раз, - а кому это нужно?". Она права.
И так оно тянулось с год. Потом, как-то раз, я пришел к ней поздно
ночью. Она открыла дверь, и стояла на пороге с запредельностью в лице. Я
заглянул ей в глаза, и осознание ошибки ударило по вискам. Это не она,
мгновенно понял я. Я ошибся. Воистину, роковая ошибка... и что мне де-
лать с этим теперь? Я жил с НЕЙ - но это не она, черт, черт и еще раз
черт!
Потом-то я часто размышлял об этом... Может быть, это злая шутка -
знак времени, оставляющего на людях невидимые отметины? И мне довелось
увидеть вперед это превращение?
Не понимаю. Я многое не понимаю, и знаю об этом. Мы не хозяева мира и
не рабы времени. Мы - жертвы. Имя нам - легион.
Я просто ушел. Даже не обида, а разочарование овладело мной. Я курил
в тот месяц так много, что не могу теперь вспомнить ничего из происхо-
дившего. Просто стерто из памяти. Просто.
Естественно, мертва. Что такое сентиментальная история без банального
конца? Она умерла где-то далеко отсюда, я даже и не знаю как. Дошли слу-
хи, что ее убили. Может, оно и так, но что это меняет? Предающий для
предаваемого мертв заочно, без апелляций или смягчающих обстоятельств.
Я так и не узнал ее имени. Я не спросил, она не сказала. Странно?
Странно.
Вскоре я вернулся к ней. Все это было срывом, и не более. Слишком
много травы, слишком много жизни. Как-то само собой и исподволь все
улеглось. Я снова приходил и приходил, с деньгами и шоколадом, покупая
любовь и любовь. "На что тебе это, - частенько спрашивала она, - ничего
не изменится..." Мы знали это. "Это же просто любовь, - говорила она, -
просто любовь. Надо с этим кончать. Это плохо кончится, это всегда плохо
кончается". Я знал и понимал. Иногда мне приходило в голову, что было бы
куда лучше, если бы, скажем, она умерла, где-то далеко от меня, а я бы
не знал даже точно, просто дошли бы слушки... Или, например, мы бы расс-
тались, остались бы старыми знакомыми, или - как знать! - даже друзьями,
встречались изредка на всяких тусовках, разговаривая мило о пустяках -
но никогда не глядя друг другу в глаза.
Но все равно, чем это кончится. Мы неуклонно стареем, и по утрам кон-
туры грядущих горьких морщин недалекой старости придают нашим лицам вид
усталый и недовольный.
И не уйти далеко. И ничего не найти... И ничего не отдать и не взять.
И не простить. И не догнать. И не любить.
|
Все было оплачено, и не только деньгами. |
Потом дни шли, бежали и тянулись, все зависит ото всего. Я даже не
помню, что и где было вчера, а что месяц назад. Но иногда настырные дни
и мгновенья прочно закрепляются в голове и прожигают дыру в прошлое, и
это неприятно, потому как все начинает рушиться туда, назад, то есть
вниз, то есть во вчерашние страдания опрокидываются сегодняшние слова и
фразы. И нужно делать что-нибудь, затем что ничего не делать нельзя, как
нельзя оставить во рту вырванный зуб. Я так и сказал ей при следующей
встрече. "Ты пробила у меня в голове дырку, - сказал я, - и я не знаю,
что мне с этим делать. Что мне с этим делать?". Тогда мы нашли, что де-
лать, мы просто отправились к ней, на шестой этаж этой гнусной гостини-
цы, пройдя через крики, шум и ругань, через кошачье дерьмо и разлитую
воду с заморившеюся уборщицей над ней, и неторопливо улеглись в постель,
потому что все уже было оплачено наперед, потому что все предрешено, и
не нами, и не за нас. И на другое утро, уходя, я поцеловал ее в плечо, и
она не улыбнулась. Оттого что ничего смешного в этом не было. В моей го-
лове была новая дырка. И оба мы догадывались об этом.
"Ты пробила у меня в голове дырку, - сказал я ей при встрече, - и я
не знаю, что мне с этим делать. Что мне с этим делать?". Она просто мол-
чала и смотрела на меня. Да и что тут было сказать? Это не вечерняя про-
гулка под Луной, и не место для романтических объяснений.
...Шел из дома в дом, и было довольно пусто и прохладно, и голова
кружилась, как две кошки в марте. И сигареты уползли глубоко в узкий
карман, я доставал их, мыча и извиваясь, а достав, понял, что огня нет,
и это был удар ниже пояса, прямо по яйцам, но тогда я этого не понял,
просто хотел курить - и баста. Шел, вертя сигарету в руках, как жетончик
из гардеробной, шарил взглядом вдоль улицы, отыскивал красную точку,
плывущую так или иначе над землей, и - выискал. Пошел на огонь, вытяги-
вая руку как оправдание, и так вот, с протянутой рукой, приблизился к
ней. И остановился.
Мы смотрели друг на друга довольно долго. У нее оказались красивые и
стройные ноги, как у куколки, одна подпирала стену, и мой взгляд не-
вольно пополз вверх, сначала под юбку, не скрывавшую ничего, а потом и в
вырез на груди. Я так и не знал, как ее зовут.
"Ты пробила дырку у меня в голове, - сказал я тогда, - и я не знаю,
что мне с этим делать. Что мне с этим делать?". Она не ответила, просто
молча смотрела, долго и безучастно. А потом вытащила из сумочки спички и
подала мне. Я прикурил, но уже понял, что это ни к чему не приведет. Еще
я понял, что дня два-три мне придется прожить без травы, и вытащил
деньги из кармана. "Тут только сто, - сказала она, - ты меня дешево це-
нишь". Я добавил еще сотню, она взяла меня под руку и повела в ту мерз-
кую гостиницу, на шестой этаж, сквозь крики и шум, и запах кошачьего
дерьма, и лужи на полу - к себе в комнату. Все было оплачено, и не
только деньгами. Но только на этот раз. А потом... бог его знает, что
потом?
|
Без заголовка |
Мы часто не ценим то, что рядом, пока это не потеряем...
Мы твердим себе, что можем без этого обойтись...Но сердце, не разум...его не обмануть....не затуманить...
Мы так часто говорим себе, что знаем о другом всё...но ведь мы даже о себе так много не знаем...
Уходя куда-то мы обещаем, что не вернемся...но разве можно уйти, оставив сердце?...
Мы прощаемся, зная, что встретимся вновь...
Мы удаляем телефон, зная, что он навсегда останется в памяти...
Мы выкидываем адреса, поглаживая конверт с письмом, спрятанный в шкатулке....
Мы говорим, что подумаем, зная ответ заранее....
Мы ищем что-то новое, зная, что без старого не сможем жить...
Мы рисуем на асфальте нежное "люблю", зная, что скоро пойдет дождь и смоет мел....
Мы говорим столько слов....а хотим сказать лишь "я так тебя люблю"...
Мы ругаемся....говоря себе в душе..."ну обними же меня?...просто обними"....
Мы смеемся, когда волнуемся...когда нам страшно...
Мы плачем от счастья взахлёб....
Мы ждем....даже когда говорим "уходи"....
Мы целуем, прижимая к себе и говорим "не отпущу" пусть 5 минут назад твердили, что уйдем....
Мы любим...пусть даже любовь-бывает сплошным противоречием....
|
|
