Прочитал вчера интервью с автором "Одиночества в сети".

Журнал "Итоги"

В России и Португалии здороваются за руку каждый день при встрече, а в Испании и Германии - только при знакомстве или если долго не виделись.

Изучаю работу склада в Порту. Помогает мне в этом местный зам.начальника склада, он представился мне как Комаринья. Спрашиваю у других: а это его имя или фамилия? Никто не знает. Даже в их штатном расписании он записан просто: Комаринья - хотя все остальные имеют, как положено, имена и фамилии.

Одна из причин, почему много португальцев знают английский язык - это перевод большинства фильмов и передач, показываемых по местному телевидению, лишь субтитрами. Волей-неволей, но что-то будешь запоминать, особенно если просмотр накладывается на хотя бы зачаточные знания, получаемые в школе.

Правда, ни вчера, ни сегодня водители такси по-английски не понимали, поэтому объяснялся я с ними, обходясь находящимся в моем распоряжении скудным запасом испанских слов, благо уж этот-то язык понимают абсолютное большинство местных жителей.

Доброго времени суток, уважаемый Борис Натанович!
Вы всегда требовали от авторов достоверности в создании мира. Я
попыталась представить мир, в котором действует Высокая теория
воспитания. Это чудовищный мир, мне бы не хотелось там жить.
Общество, в котором все дети поголовно воспитываются в интернатах.
В каком возрасте они туда попадают? Как только мать перестает
кормить ребенка грудью? Или сразу после рождения? Матери отдают
маленьких детей с удовольствием? Дети растут без материнской любви?
Что за семьи, где дом пуст? Да и есть ли в этом мире семьи вообще?
Людям уже не нужно видеть, как растет их ребенок? Они не получают
удовольствия от общения с малышом? Отдавать в интернат в пять лет
уже не имеет смысла - ребенок сформировался. И почему родители
должны кому-то отдавать самое дорогое существо? Зачем вообще тогда
рожать (процесс не самый приятный, смею Вас заверить). Что делают с
теми, кто отказывается расставаться с ребенком? Это мир без любви,
полный одиночества (самое страшное чувство на свете), где одиноки
все - дети, не знающие своих родителей, взрослые и старики. Вы
говорите о врачах и о том, что никто не лечится сам. Но мы же не
кладем больного ОРЗ ребенка в больницу (если, конечно, нет каких-то
жутких осложнений)! Врач говорит, какие лекарства принимать,
назначает лечение. Больница - это экстренный случай. Никто бы из
нас не хотел провести жизнь в больнице, пусть и самой хорошей. Так
можно ведь договориться, что и секс нужен только профессиональный
(если исключим чувства, так и будет). Другое дело, что нужно
обучать родителей, нужны постоянные консультации психологов (как
сейчас - педиаторов), но родного дома и любовь родителей ни один
учитель, даже самый распрекрасный, ребенку не заменит. (Намеренно
не говорю о качестве современных учителей и воспитателей.)
Марианна Алферова <amari56@mail.ru>
Санкт-Петербург, Россия - 10/26/09 15:56:23 MSK

Ответ БНС

Не считая вида из окна самолета, сегодня я в первый раз увидел открытый океан.
В Порту тепло и солнечно. У нас такая погода длится от силы половину лета, а здесь они называют это зимой.

Если бы я был суеверен, я бы решил, что "фак", показанный мне странным водителем, пока я ехал в аэропорт - не к добру.
Собственно, так оно и оказалось.
Мой рейс во Франкфурт на 7.05, где я должен был сделать пересадку в Порту - отменили. В кассы "Люфтанзы" образовалась дикая очередь, в которой я оказался последним.
Положение осложнялось тем, что практически все пассажиры летели через Франкфурт еще куда-то: в Мексику (этому человеку дали билеты через Хьюстон, но он прибежал обратно через час, потому что у него потребовали визу США; улетит теперь завтра), в США, в Канаду и даже в Нигерию (человек летел из Владивостока в Аккру, а оттуда ему еще плыть на корабле)... Моя пересадка в Португалию была еще не самым сложным вариантом.
Отстоял четыре часа - персонал явно не приучен к таким нештатным ситуациям, и очередь продвигалась чертовски медленно.
В итоге вылетаю на десять часов позже, в Порту прилечу уже почти в полночь, так что все мои планы посмотреть сегодня после обеда этот город пошли прахом...

По-казахски я помню от силы слов пятьдесят, но зато до сих пор, спустя пятнадцать лет после окончания школы, могу воспроизвести по памяти несколько песен на этом языке. Следствие дебильной системы обучения, когда школьников вместо того чтобы учить говорить - заставляли петь на незнакомом языке непонятные слова настолько, что они врезались в подкорку.

Что-то сегодня решил вспомнить музыку своей родины.
И даже под эту песню с Машей немножко попрыгали...

Если папе хорошо сидится в кресле за чаем и пирогами с маком - значит, Маше обязательно хочется какать :-)

По нашим садам и школам сегодня ходил участковый и сказал, что после двух убийств на Силикатной (это соседняя станция) недавно нашли труп 11-летней девочки совсем неподалеку от нас, в лесу. И родители, и дети должны быть бдительны и осторожны.

Как страшно жить...

Наверное, это признак занудства: передавать привет каждый раз, когда тебя об этом просят.

Одна из любимейших песен этой незаслуженно забытой группы.

Вот что о ней говорил Борис Гребенщиков:

Группа Family - черная овца в разноцветном стаде британской музыки. Анархисты. От вопля их певца Роджера Чэпмена птицы замертво падали в обморок, а его коллеги по группе (все замечательные музыканты) играли на массе нетрадиционных, не привычных для рока инструментов, например, на виброфоне. Family были костяком британского подполья, завсегдатаями всех фестивалей (обычно бесплатно), и, несмотря на это, слава, доставшаяся в избытке множеству их коллег, всегда обходила их стороной. Америку, например, они так напугали своим бардаком на сцене, что им было надолго отказано в визе. Ну, может, и слава Богу. Тем не менее, когда они гремели, они гремели убедительнее многих. И однажды услышавший их едва ли их когда-нибудь забудет.

На галерее менестрель смотрел вниз на улыбающиеся лица
Он встречался с ними взглядом – наблюдал паузы в кудахтаньи старика
Он приготовил песню о любви и ненависти – с тайными намеками – и ждал
Он отделил тыквоедов – бормочащих присяжных – жуликов с фабрики (ждущих зарплаты и чешущих шею)
Он щекотал людей действия – с теплыми животами, руки трут места, о которых не говорят
Он успокоил писающихся по ночам, лепечущих юмористов – ТВ-документалистов (перегруженных могильщиков)
Игроки в нарды с воскресными газетами – искалеченные семьями и ненавидящие женщин.
Затем он позвал своих музыкантов на сцену и посмотрел на друзей, которых завел


С галереи менестрель смотрел вниз на всю эту суету
И выбросил подзорную трубу – он в каждом увидел свое лицо

Microsoft Excel, несмотря на все свои достоинства - все-таки чертовски глючная программа. Очень часто встречаюсь с одной и той же ошибкой, повторяемой из версии в версию. При импорте данных из внешних источников иногда числовые величины программа представляет как текст. Причем в этот раз почему-то это произошло с четырехзначными числами, и вот если программа видит, например, тысячу, то она пишет ее как 1 000. Никакие манипуляции со свойствами ячейки не позволяют превратить ее в число. Тупая программа просто не понимает, что один пробел ноль ноль ноль это тысяча. Пытался применить функцию "убрать пробелы" - нифига, они не убираются.
Потом нашел кривой путь. Сначала в соседнюю ячейку функцией подставляется один знак слева. Еще в одну три знака справа. Таким образом имеем отдельно: 1 и 000. По-прежнему в виде текста. После этого сшиваем две ячейки другой функцией и получаем 1000, уже без пробелов, но все еще в виде текста. И вот этот текст уже поддается преобразованию в числу с помощью еще одной формулы.

Помогаю сыну делать домашнее задание, и наткнулся вот на такое упражнение.


Ну в первом и в третьем случае еще понятно, какая буква лишняя. Но вот в треугольнике О И У я что-то никакой логикой лишней буквы не выделю...
Вывод: что-то не так или со мной, или с учебником

Заехал вчера к своему двоюродному братцу посмотреть-таки на его магазин.
Располагается он в пафосном торговом центре "Крокус-сити" - все в мраморе и других дорогих материалах. Народу мало, покупатели тут товар штучный.
Ну и цены соответствующие. Занимается Сергей женской одеждой. Брючный костюм стоит около шестидесяти тысяч, простенькая кофточка - шестнадцать...
Я не понимаю людей, покупающих такие вещи.

Долгое время Маша совершенно не позволяла ни резиночек, ни заколочек, ходила растрепанная. И вот, наконец, поняла прелесть этих штучек - сегодня попросила меня сделать ей три хвостика. Не один, не два, а ровным счетом три.

Казалось, еще вчера я писал о рождении своей дочери.
И вот, не успел и оглянуться, как ребенку исполнилось три года! Все эти три года Маша не перестает радовать нас, каждый день и каждый час.