А тем временем, я не хернёй страдаю (хотя, на самом деле, я ей страдаю, а скорее даже наслаждаюсь, но это другой вопрос), а в Рузе (хотя, на самом деле, в Волоколамске (хотя, на самом деле, посередине между ними) делом государственной важности занят!
Стоило лишь мне закрыть сессию (что далось не так-то просто из-за накатившей в самом конце мощной болезни, пришлось даже на основании справки писать заявление на продление), как внезапно мне предложили принять участие в курировании практики первого курса. В целом, из-за катастрофически низкого уровня сдачи предмета "программирование на языках высокого уровня", курс разделился на две почти равные части: первая (сдавшая) во всю учит веб-технологии и мультимедиа, а вторая доучивает программирование к очередной пересдаче. Вот к ещё трём людям, занимающимся второй группой, мне и предложили за пару-тройку дней до начала присоединиться. Опять же, из-за херни со здоровьем, это было весьма затруднительно, но, по крайней мере, по интернету, через кафедральные ресурсы, я старался принимать участие в процессе.
Идея была в том, что народ читает рекомендуюемую литературу, спрашивает, что непонятно, решает задачи, после чего показывает результаты. На практике это вылилось в то, что с некоторыми приходилось по нескольку часов сидеть вместе над решением задачи. Хотя, в целом, народ оказался способный, решал довольно бодро. И всё равно, почти никто не прошёл первую переэкзаменовку. А дальше была Руза.
Ещё в конце 60х годов, сразу после основания института, ему выделили место под строительство спортивно-оздоровительного (видимо, ранее, комсомольского, хотя, не уверен) лагеря. Находится он на берегу Рузского водохранилища, оттуда, видимо, к нему и прилипло слово "Руза", хотя находится он на границе Волоколамского района, а Волоколамск намного крупнее Рузы, да и электрички туда ходят, тогда как до Рузы добираться только автобусом -- прямо из Москвы или через Тучково, по белорусскому направлению.
Строили его тогда молодые студенты и аспиранты, ныне уже давно старики. Кстати, с того времени его, похоже, не слишком-то ремонтировали. Тогда (а дачи давать стали несколько позднее, да и были они всё же роскошью, как и машина, позволяющая съездить за город одним днём) это было очень популырное место отдыха миэмовцев, но после развала СССР в лагере стало мало денег, что отрицательно сказалось на бытовых условиях, да и требования к таковым у народа сильно возрасли. Плюс, путёвки стоили столько, что проще было чуть-чуть ещё добавить и почти за эти же деньги слетать в Турцию (а может, какое-то время ещё Крым и Краснодарский край были дешевле).
Но в этом году, после очень неоднозначных событий, в ходе которых поговаривали даже о закрытии института, и смены ректора, деньги откуда-то нашлись. Часть пошла на финансирование инфраструктуры лагеря, а часть -- в профком, который очень основатлеьно доплачивает за путёвки сотрудникам и студентам института, делая цену путёвки чисто символической. В связи с этим, многие кафедры, в том числе и наша, решили провести летнюю учебную практику (не путать с производственной, которая проходится в стороннем предприятии) там, в лагере.
Решение рискованное, но среди изменений этого года числится ещё одно: наши ребята наконец-то пробились в институтский департамент информатизации (кажется, его так называют), где занимаются IT-инфраструктурой института, сайтом и прочим. Поэтому появлиась возможность мало того, что притащить туда всю технику из одного компьютерного класса (кафедральный мы бы и так припёрли, он нам самим нужен), так ещё и за счёт института организовать (почти полностью своими силами, но некоторые вещи мы просто не имеем права делать, да и расходные материалы нужны) создание там локальной сети и даже доступ в интернет по очень хитрой схеме через три Скайлинка.
Взяв с собой учебник по нейробиологии, томик Оруэлла, сто метров витой пары, таблицу орбиты МКС на ближающую неделю, напольный вентилятор и Nokia 3310, я отправился в путь. Ну, на самом деле, предполагая, что еду я в натуральную жопу, я собрался намного более осмотрительно и обстоятельно (лоханулся только с лекарствами, понадеявшись на то, что в лагере будет нормальный медпункт -- ха-ха, наивный), но это самые безумные вещи, которые я с собой пёр.
Сам лагерь состоит их одного двухэтажного каменного корпуса (сильно смахивающего на барак) с четырёхместными комнатами, где разместились практически все приехавшие студенты, служебных помещений (душ, наружные туалеты, столовая, медпункт, дом начальства и т.д.), жилых деревянных домиков похуже, где разместили приехавших преподавателей и домиков получше, где живут т.н. отдыхающие. Лагерь, оказываетя, уже долгое время зарабатывает коммерческой продажей путёвок, спасаясь от банкротства.
Бытовые условия вызвали двоякое впечатление. С одной стороны, с комнатой сильно повезло: назодится она на втором этаже, на теневой стороне, и живём мы там ввоём, а не вчетвером; кормят очень хорошо, никогда бы не подумал, что еда из столовой может быть вкусной; в корпусе стоят кулеры с водой. С другой стороны, душ один на всех, причём рабоатет только полдня и представляет собой просто три торчащие из стены лейки с кранами; туалеты моют, кажется, только по праздникам; местный медпункт -- это отдельная тема, которую надо будет затронуть спцеиально; ну и массовики-затейники. Ох, это для меня больная тема, они меня напрочь вымораживают абсолютно всегда. Нет, я понимаю, что они просто выполняют свою работу, выполняют, как умеют, но не так же назойливо!
Даже рассчитывая на неважные условия, я всё же думал, что заниматься мы будет практикой, а в свободное время купаться и прочими путями отдыхать. Кстати, о воде. Водохранилище довольно чистое, вода в нём тёплая, заход в воду плавный, но верно идущий в глубину, так что и просто отдохнуть на воде, и понырять можно. Однако, из-за аномальной жары, в воде полно рыбы с паразитами -- говорят, для человека они не опасны, но выглядит довольно стрёмно -- а над водой -- оводов. Но зато на берегу есть станция, дающая лодки и водные велосипеды. Ну, велосипеды, понятное дело, практически постоянно заняты, но гребля тоже оказалось на удивление интересным занятием. Вдвоём, иногда меняясь, проплыть километров пять -- как нечего делать. Можно было бы и больше, но в такую жару страшновато: жара + влажность + физическая наргузка -- это очень большой стресс для организма, лучше не рисковать. Но зато руки и спина хорошо тренируются.
Да, так насчёт массовиков-затейников. Мы приехали, стали размещаться, и нам объявили, что вечером будет собрание по поводу открытия смены (смена, как потом выяснилось, открывалась только на следующий день, а это былы так, предварительные посиделки), явка обязательна. Подумав, что там может быть что-то важное, я решил прийти. Как же...
Началось всё с того, что незадолго до назначенного времени на площадку, где было собрание, вытащили звуковую аппартуру, среди которой наблюдались трёхкиловаттные колонки. мне это сразу не понравилось. И действительно: через несколко минут из них заиграл тыц-тыц-тыц, от которого в корпусе дрожали стёкла. Ощущения очень похожие на те, которые бывают, когда на концерте прямо под колонками стоишь. И, чёрт побери, ладно бы это был ещё просто тыц-тыц-тыц. Так у них же ещё в репертуаре попадались Pink Floyd и Вивальди искалеченные кривыми руками до танцевального состояния в звуковом редакторе! Рецепт прост: постоянно меняем скорость воспроизведения, руша к чёртовой матери всю структуру произведения, накладываем чёткие дерзкие барабанчики, чтобы с ног сбивало, и называем это SuperYOBAmix от DJ MC Mudozvon Elite feat Vivaldi.
Так, что-что я отвлёкся. Ну так вот. Не прошло и часа от назначенного времени, как собрание таки началось. А наачалось оно с того, что ребята, давай поиграем! Сейчас мы будем называть имена, а из обладатели будут выходить на импровизированную сцену, где будут выполнять наши задания: три раза топнуть, два раза хлопнуть, высморкаться и найти в зале фиолетовую ручку. Когда очередь имён дошла до буквы Б, мы с Вовой, не сговариваясь, решили, что пора отсюда сваливать, пока ещё не поздно. Ничего важного на собрании, кстати, так и не сказали.
А мы пошли смотреть, как проводят сеть, и, может, чем помочь. Хитрости было две. Во-первых, наш дисплейный класс должен был расположиться в одном домике, а оборудование для связи с интернетом лучше было располагать в каменном корпусе: он выше, да и теплее там. Во-вторых, модемы Скайлинка никак не хотели заводиться под линуксом, а под виндой поставить было нельзя из-за того, что мы хотели применить хитрую схемы со сворачиванием трёх модемов с один виртуальный интерфейс с тройной сокростью.
Ещё надо было развернуть дисплейный класс: поставить столы, компьютеры, свитч, протянуть и обжать кабели. Для всего этого нужны были розетки, куча розеток. А по нормам безопасности сами делать проводку мы не имеем права, хотя все это прекрасно умеют делать. Поэтому, сделав всё от нас зависящее, мы могли только ждать, когда же местные жлектрики сподобятся наконец поставить розетки. Поставили для через три, причём не так, как надо, всё равно пришлось ставить удлинители.
Проблемы возникли и с протяжкой кабеля: в одном месте был очень длинный пролёт между домиками, поэтому просто натянуть кабель между домами невоможно -- провиснет. Надо было ставить мачту. Бетонный столб там уже был. Трубы ныжной длины тоже. Вся задача состояла в том, чтобы сварить пару швов и поставить мачту. Но у местного персонала на это опять-таки ушло три дня.
В техничские подробности секса с модемами, в ходе которого, по сути, был взломан протокол передачи данных и написан собственный драйвер, углубляться не буду, но это было очень сурово.
(продолжение, возможно, следует)

Оруэлл -- не догма, а руководство к действию!

Тем временем, Тим Бёртон готовится к съёмкам фильма по 1984. На главную мужскую роль (Смит) приглашён Джонни Депп. Фанаты же гадают и никак не придумают, кто же сыграет главную женскую роль (Джулия)? Какая интрига!

C-c-c-combo! Героически пройдя три этапа конкрусного отбора, я таки зачислен на халявные курсы японского языка в японском центре МГУ. Это даёт +50 к виабушности и +85 к системе Поливанова. Плюс к японскому это даст когда занятия начнутся -- в сентябре. Но при том, что преподают там одни из лучших специалистов, а сам проект вообще посольство держит, такая халява не может не радовать в любом случае.
Первым этапом отбора был конкурс анкет желающих, на нём, видимо, отсеилось больше всего человек: статистику этого года они не публиковали, но в прошлые разы им по 500-600 анкет присылали, тогда как на следюущий этап сейчас пошло около 150 человек (и раньше примерно столько же было). Вообще, посольство Японии держит в МГУ японский центр и так называемую школу бизнеса, где они на такой же конкурсной основе проводят семинары и стажировки для тех, кто двигает рыночную экономику и хочет её двигать сильнее с учётом опыта японских коллег, а также тех, кто активно собирается всячески способствовать налаживанию экономических и культурных связей между странами. Требования к анкетам на крусы примерно такие же: предпочитают тех, кто будет активно и с пользой (пусть и косвенной) для Японии применять язык. Я долго думал, что по этому поводу писать. Сказал в итоге, что они очень круто двигают вперёд нейроинтерфейсы, а я, среди прочего, этим занимаюсь -- это с таким прозрачным намёком, что непрочь помочь (за их счёт, разумеется). Ещё упомянул огромную любовь к японскому кинематогоафу (умолчав тот факт, что это сводится к довольно трешовым коммедийным сериалам и паре мелодрам, а вовсе не Такеси Китано) и музыке (про мальчиков из Versailles тоже уточнять не стоит). И странно, но я таки прошёл. Интересно, что же написали остальные. Я-то думал, что придётся конкурировать с суровыми бизнесменами с Сахалина, стремящимися гнать ещё больше праворульных Тойот, снижая нагрузку на японские свалки, а, тем не менее, прошёл. Может, они совершили страшную ошибку, о которой предупреждают все, кто имел дело с японистами старой закалки: не упоминать любовь к аниме. Не то чтобы они это не переваривали как класс, но если речь идёт о незнакомом человеке, то первое впечатление можно основательно подпортить. Хотя, конечно, их можно понять, ибо встречаются и такие, которые смотрят всякий треш, принимают истории про гаремы школьниц за чистую монету и считают Японию чем-то вроде страны эльфов. Понятно, что впечатление о людях сразу портится. Также и инструкторы по пилотированию лёгких самолётов жутко не любят приходящих к ним фанатов авиасимуляторов: в воздухе-то держать одномоторную Цессну любой дурак сможет, а посадить самолёт всё равно 99% симмеров не сможет, как и обычные люди. Зато чувство причастности к миру авиации у них обострено до предела, и до первой попытки таки совершить посадку они часто считают, что пришли просто отлетать положенные часы для получения прав, а не учиться.
Ну так вот. Следующим этапом был так называемый "письменный экзамен на языковые способности". Попало на него уже человек 150. Что это, я гадал долго, никто внятно ответить не смог, так что и подготовиться возможности не было. В итоге оказалось, что да, осоой поддготовки не нужно, и на интуиции всё решается, но Розенталя для верности можно было и почитать. Это был тест на определение грамматических функций слов, словосочетаний в предложениях и придаточных предложений относительно главного, а также поиск подлежащего и сказуемого в неоднозначных случаях. Всё на самом деле решается, если просто задать вопрос. Хотя, один из вопросов у меня вызывает недоумение до сих пор: в предложении "настанет год, России чёрный год, когда царей корона упадёт" надо определить на какой вопрос отвечает предложение "когда царей корона упадёт". Среди явно абсурдных вариантов встретились такие: "когда?" и "какой год?". Первый порыв -- написать кажущийся очевидным ответ "какой год?", если считать, что автор хочет рассказать нам, как же будет в России плохо без царя. Но потом приходит мысль, что, может, автор просто хотел сказать, что апокалипсис грядёт, мы все умрём, а произойдёт это ровно тогда, когда упадёт корона и своим падением вызовет пришетсвие Ваала. И хоть  второй вариант несколько косноязычен, право на жизнь, по-моему, он имеет. В общем, написал, что верны оба ответа.
На этап собеседования прошло уже около ста человек. В прицнипе, по разговорам относительно того, что было в прошлые года, я догадывался, что главным вопросом будет "почему вы хотите учить японский?", соответственно, и примерно прикинуть важнейшие тезисы разговора мог заранее. Но всё равно, волновался сильно, ибо другого опыта участия в собеседоввании как таковом не имел, лишь видел игру в собеседование в Яндексе, где, несмотря на наличие общечеловеческих и общеобразовательных вопросов, тразговор всё же концентрировался вокруг профеессиональных тем, и слышал утверждения многих людей постарше о том, что реально играет роль первое впечатление и личная симпатия, а не профессиональные качества, манера ведения разговора, а не его суть. С одной стороны, все формальные вопросы как бы уже выяснили на конкрусе анкет и экзамене, а с другой, выяснили их весьма поверхностно, так что реально оставалось теряться в догадках.
С учётом того, что по расписанию должно было пройти что-то около 12 человек за час, я предполагал, что это будет коллективное мероприятие, где говорить будут сразу со всеми. Однако же нет, по приходу на место всех кандидатов выстроили в очередь и действительно запускали в комнату всего на пять минут. Шёл я одним из последних, но так и не понял, хорошо это или плохо. Разговаривали со мной старенькая, но очень улыбчивая и по виду бойкая бабушка и мужик лет сорока-пятидесяти, который по большей части молчал. Говоря о том, за каким же хреном мне это всё сдалось, я стал вываливать, как мне раньше казалось, козырные моменты относительно заинтересованности в сотрудничестве с японскими исследоввателями в вопросах нейроинтерфейсов, но, судя по реакции, выглядело это не слишком убедительно, так что тему я решил сменить. А вот идея относительно применения ядрёных парсеров и ядрёных грамматик Хомского к хитровытраханным японским предложениям, сама по себе, казалось бы, интерсная только программистам и лингвистам с сильным уклоном в математику, вызвала неожиданно активное одобрение и фразу о том, что очень интересо было бы поговрить на занятиях о формальных аспектах грамматики. Это было явно к добру, а время ещё оставалось, и стоило бы сказать про культуру. Так, начинаем перебирать. Литература -- поговорим о социальных и литературных корнях яоя? Мда, получилось бы интересно, но не слишком продуктивно. Кино? Можно рискнуть, но ведь наверняка про Китано спросят, которого я не видел. Порномультики лучше вообще не упоминать -- максимум, если будут спрашивать, можно про Миядзаки сказать: с фактом его гениальности даже самые олдскульные японисты согласны. Музыка -- так, начинаем перебирать. Versilles и прочий гей-рок лучше оставим до лучших времён. ALI Project тоже вряд ли оценят. Выросшая из культуры уличных музыкантов Юи и прочие -- уже интереснее, но всё не то. О! The Peanuts! "Вы знаете, меня сильно привлекает японская музыка, в том числе, например, эстрада середины двадцатого века..." -- на этих словах бабушка внезапно расплывается в улыбке, а мужик усмехается и говорит, что дальше можно уже не спрашивать. Она оказалась большой фанаткой такой музыки, так что это её более, чем обрадовало. Время подходило к концу, и, попрощавшись, пошёл к выходу с улыбкой, плавно переходящей в кулфейс. За исключением абсолютной статистической недостоверности данных, тезис о личном отношении в собеседованиях можно считать проверенным.
Ну а через две недели вывесили результаты, где я числился в составе примерно 60 принятых человек. Кстати, забавно, что, начиная с экзамена, половой состав выборки практически не менялся -- около 60% девушек -- тогда как на фотографиях с выпускных в галерее сайта центра их уже процентов 80-85. Загадка.

Таганский суд Москвы признал виновными организаторов выставки "Запретное искусство–2006" — бывшего директора музея имени Сахарова Юрия Самодурова и экс–заведующего отделом новейших течений Третьяковской галереи Андрея Ерофеева — в разжигании национальной и религиозной розни, передает корреспондент Российского агентства правовой и судебной информации (РАПСИ) из зала суда.
<...>
По решению судьи Светланы Александровой, Самодуров оштрафован на 200 тысяч рублей, Ерофеев — на 150 тысяч.
<...>
Во время оглашения приговора вокруг суда шел крестный ход, а после завершения речи судьи православные зааплодировали и начали скандировать «Слава России!».
<...>
Высокий суд посчитал, что выставка "Запретное искусство — 2006" оскорбила чувства всех верующих независимо от того, видели они экспозицию или нет. Как говорится в приговоре, верующие граждане "подверглись психотравматическому воздействию, перенесли нравственные страдания, их человеческое достоинство было унижено". В приговоре указано также, что подсудимые "допустили публичное оскорбление христианства". Судья Светлана Александрова, касаясь одной из картин экспозиции, отметила, что "совмещение образов Христа и Микки–Мауса представляет собой циничные издевательства и оскорбления православных верующих". Схожую оценку она дала и другим экспонатам выставки, которые, по ее мнению, демонстрируют "наплевательское отношение к религиозным чувствам православных верующих". Каким образом были "травмированы" те, кто не даже не догадывается о существовании этих образов судья не пояснила.

Японская передача про российских анимешников (с субтитрами):
http://www.youtube.com/watch?v=lXlmc6PsBUs
http://www.youtube.com/watch?v=cLB8xq9bXVI
Краткое резюме: японские анимешники глубоко офонаревают, видя наших.

Вот смотрю я клипы и пытаюсь понять: у кого же всё таки трава забористее -- у ALI Project или вот у этих гражданок:
http://www.youtube.com/watch?v=hu9x4enWKw4&feature=fvw
http://www.youtube.com/watch?v=4v0sHPBHric&feature=related
http://www.youtube.com/watch?v=V4Lhjmow6wI
http://www.youtube.com/watch?v=X7WkirCs3xo
Прихожу к мнению, что именно у последних, ибо помимо общей упоротости музыки и видеоряда, они (если я правильно понял новостную заметку), славятся тем, что держат в Токио тематическое кафе, куда частенько во время визитов в Японию захаживает вдохновиться музыкой и антуражем Тим Бёртон. А уж вдохновить на что-то маэстро наркоманского кино -- это надо уметь!
Но что их точно объединяет -- и те, и другие плевали на богомерзкую систему Хёпберна, и если эти мадам пишут своё название в великолепной ниппон-сики как Kokusyoku Sumire (вместо kokushouku, как говорил бы Хёпберн), то Арика Такарано вообще забила на всякие официальные транскрипции и считает, что её имя латиницей пишется как Alica.

Чувствую себя почти как выжатая канарейка. Жаркая ночь в обнимку с гуглом и вопросником к экзамену по экономике принесла свои плоды -- закрытую на отлчино сессию. Ну, точнее, не совсем закрытую: надо наконец-то сдать эту долбанную курсовую по схемотехнике, и на это остаётся всего три дня, иначе без стипендии останусь, что печально. Но печальнее другое -- я же теперь точно учиться перестану. Если получается за ночь выучить предмет, впервые его открыв и пропустив половину семинаров, то какой вообще резон что-то делать в течение семестра? Хотя, конечно, не со всеми предметами такое может прокатить. Поэтому игра весьма опасная, и лучше бы от неё отказаться. Но лень!

Читая про кривые совокупного предложения в долгосрочной и краткосрочной перспективе, я вдруг осознал, что не могу вспомнить практически ни одной голливудской романтической комедии, ориентированной, прежде всего, на мужскую аудиторию, тогда как в аниме это едва ли не основной жанр, и ещё пойди найди то, что к нему не относится. Зная о в целом коммерческой направленности такого искусства, рискну предположить, что ребята из Лос-Анджелеса очень многое упускают.

Но чёрт с ними со спросом, предложением и фильмами, ведь я наконец-то сходил на концерт Versailles! Вообще, японцы в последнее время стали довольно часто к нам приезжать (так ведь рано или поздно ALI Project дозваться сможем!). Но раньше либо другие приезжавшие группы меня не так сильно интересовали, чтобы тратиться (а дерут они, надо сказать, порядочно), либо у меня просто возможность сходить не выдавалась. А тут совпало: и время свободное было, и группа мне нравится. Не до дыр, конечно, заслушиваю -- поскольку экстремальный перегруз я воспринимаю только в хэви, а скрим (как и другие вокальные техники, отличные от эстрадной и академической) я не воспринимаю вообще, нравятся у них мне только не все песни, а где-то треть, наверное. Но такое ШОУ пропустить было просто невозможно.

Смотря на их фотографии и памятуя о том, что ни одной девушки в группе нет (а также о том, что группа японская), несложно догадаться, из кого состоял основной контингент посетителей концерта. Едва выйдя из поезда метро, и оглядев станцию, я уже заметил, как десятки девичьих глаз смотрят на окружающих с немым укором: "А почему ТЫ ещё не смотришь яой?". Уже на поверхности, рассматривая прохожих, я легко определял, кто же из них направляется на концерт. Даже у нормально одетых, даже не у пухлых девушек что-то такое читается во взгляде, позе, походке, что с головой выдаёт в них яойщиц.

Впрочем, надо отдать им должное. Стоя в стометровой очереди и имея возможность рассмотреть посетителей, я пришёл к следующим выводам относительно их состава. Каждая пятая, если не каждая четвёртая девушка, несмотря на кошмарную жару и палящее солнце, была одета в пышное бальное платье с кринолином в стиле барокко, прямо как Хидзаки (на фото в правом верхнем углу). Ещё некоторое количество посетительниц косплеили Камидзё (в левом верхнем углу), одевшись в сюртуки с эполетами. Большинство парней, бывших среди посетителей в меньшинстве, имели весьма кислые выражения лиц, и было ясно, что пришли они сюда только из-за своих девушек (см. http://www.liveinternet.ru/users/positron/post124031543/) и, возможно, неоднократно пожалели о своём решении. Парней, пришедших по доброй воле, было ещё меньше, но зато аж целый один из них также косплеил Камидзё (Ну почему не Хидзаки?! Ведь это было бы намного интереснее... э-э-э... изыди, Лавлесс, из моей башки! С кем поведёшься, от того и наберёшься). Отдельную категорию посетителей составляли несчастные родители несовершеннолетних яойщиц, которым, в связи с позним временем концерта, пришлось тащить их с собой. Что-то мне кажется, что даже когда я в своё время потащил маму на Лакримозу, она испытала много меньший культурный шок, чем эти люди. Но были и примеры глубочайшей гармонии: девочка лет 10-12, не больше, в чёрном бальном платье, сопровождаемая взрослой девушкой в похожем платье. И вот думай, кто ещё кого смотреть на мастодонтов гей-рока потащил. Совсем странно было видеть мужиков и тёток за 40, явно не сопровождающих детей. Причём одна такая тётка опять-таки косплеила Камидзё. окончательно, уже в конце очереди, меня добила билетёрша, носящая сумку с кучей анимешных значков.

"Точка" оказалась совсем небольшим клубом, много меньшим, чем "Б1". Но это и к лучшему, ибо путём нехитрых манипуляций, я оказался начала где-то в трёх метрах от сцены, а к концу выступления так вообще едва не упирался в неё, отделяемый только где-то полуметром и тремя-четырьмя людьми (яойщицами, разумеется -- у кого же ещё такая тяга будет?). Не в середине правда, а ближе к краю, но особого желания стоять в середине у меня не было, и я его никогда не понимал. Но фанатки оказались иного мнения, и в итоге ближе к центру полукругом стояла толпа девушек, а парни распределились по контуру и краям сцены. Сама сцена довольно низкая, и она ничем не отделена от танцпола, так что стоявшие близко к ней, считай, подбородком упирались в музыкантов.

Тормозили с началом они довольно долго: в билетах было написано начало в 19:00, но мне хватило мозгов заранее посмотреть, что об этом пишут на сайте клуба, и увидеть, что на самом деле оно запланировано на 20:00. Реально начали выступать где-то в районе девяти, так что зрители музыкантов звали долго и настойчиво. Что интересно, сами участники группы знают правильное чтение своего названия, и во всех японских чартах проходят не иначе как "ВЭРУСАЙЮ" (последняя "у" редуцируется, оставляя протяжный "й"; между "р" и "с" тоже почти ничего не звучит). Но креативно мыслящие яойщицы не придумали ничего умнее, чем обзывать их "версаиллес", чем постоянно вызывали у меня всё увеличивающийся разрыв шаблона. Потом, правда, догадались хоть "версалем" звать -- ну, и то хлеб.

Но, наконец, наши Снегурочки услышали обращённый к ним зов и вышли на сцену. Первое, что бросилось в глаза -- чёрт побери, они ведь реально так выглядят! Не, серьёзно. Это не фотошоп! Тонна косметики -- это, конечно, великая сила, но и не всемогущая (в отличие от компьютерной графики. В умелых руках, разумеется), поэтому выглядеть так, когда уже перевалило за тридцатник -- это нечто непостижимое. Особенно если не принимать эстрогены, но эти товарищи в таком, вроде, замечены не были. Впрочем, фанатки, похоже, имели большое желание удостовериться в этом самостоятельно, потому как каждый раз, когда Хидзаки наклонялся, подходя к краю сцены, они постоянно норовили уцепиться за лиф платья, очевидно, с целью узнать, что же там находится. Ещё они постоянно норовили задрать подол платья, но ничего, кроме говнодавов типа "сапоги рокерские" не увидели. Ах да, забыл упомянуть, что стоял я как раз с той стороны сцены, где он отплясывал с гитарой. Было прекрасно видно, как с лица бедного музыканта градом льётся пот, оно и понятно -- в тридцатиградусную жару носиться укутанным в столько слоёв ткани. Удивительно, однако, никакой печальной картины в стиле "эмо взяло мамин карандаш для глаз" на лице от этого не возникло. Что ещё раз заставляет задуматься над вопросом: сколько же там от визажистов, а сколько -- от природы? С такого расстояния было прекрасно видно все детали. И, скажем, вопреки распространённому стереотипу о японцах, зубы у них у всех ровные.

Музыканты тесного общения со зрителями совсем не стеснялись. Как я уже сказал, сцена там низкая, и танцпол начинается сразу за ней. Так что разделяет зрителей и музыкантов только желание/нежелание общаться последних. Versailles были согласны контактировать. Тэру в перерывах между своими партиями присаживался на краю сцены, жал руки фанаткам, да и просто давал себя полапать. Хидзаки же делал это прямо во время своих партий, держа гитару где-то сбоку на вытянутых руках. При этом на качество исполнения это совершенно не повлияло. Всё-таки образ образом, а гитарист он потрясающий. Ещё он разбрасывался ненужными медиаторами и бутылками из под воды. Впрочем, переплюнул всех в разбрасывании вещами Юки, бросивший после концерта зрителям одну из барабанных палочек.

Камидзё обминался с фанатками менее всего. Видимо, чтобы не слишком дыхание в перерывах между партиями сбивать. Впрочем, и перерывов было мало, пел он почти постоянно. Ещё выделывался он просто безумно. Но, с учётом его закоса под французского аристократа эпохи Просвещения, это и понятно, образ обязывает. А после одного эпизода я его сильно зауважал. Во время короткого перерыва между куплетами он споткнулся и упал. Похоже, очень больно, потому что, несмотря на помощь подбежавших техников, долго не мог встать. Тем не менее, прямо валяясь на полу, он в нужное время вступил с вокалом, и получилось вполне неплохо. После чего таки смог встать, и как ни в чём не бывало, продолжил петь.

И только приглашённый на место скоропостижно скончавшегося в прошлом году Ю басист, имени которого, я не знаю, причёской и макияжем похожий на Билла Каулитца, просто молча играл свои партии.

Что же касается исполнения, то это один из редчайших случаев, когда мне живое выступление понравилось много более альбомных записей. Обычно всё таки бывают какие-то недочёты, сбившееся дыхание, не до конца настроенный звук... Всё это, в принципе, компенсируется атмосферой концерта, самим фактом живого исполнения, общения со зрителями. И лишь у немногих получается выступать реально не хуже, чем на запись исполнять. И чаще всего это относится к академической музыке. Здесь же я точно могу сказать, что именно по звучанию и исполнению мне понравились все песни, даже те, которые в альбомных версиях не нравились или которые я просто не узнавал. Гитары были не так сильно перегружены, вокал был чистый, без всякого скрима, и при этом реально хороший -- качественный такой эстрадный баритон или тенор (сложно точно сказать), на записях я этого услышать не смог. Надо будет, наверное, ещё раз послушать. Ну или поискать другие концертные записи. Единственное, что чуть осложняло восприятие -- стоял я практически под колонкой, так что звук слегка сбивал с ног. Но я быстро приноровился. Во-первых, ближнее к колонке ухо можно просто поднятой рукой загораживать, а во-вторых, если заткнуть уши пальцами, то слышно намного лучше: громкость падает до приемлемого уровня, шум зала исчезает, а середина спектра (то есть, вокал) поднимается. (Это говорит о том, что палец в ухе представляет собой пример цепи интегратор-дифференциатор, хорошо пропускающей средние частоты, но давящей низкие и высокие... ааа, да причём тут вообще схемотехника?!)

В общем, можно не кривя душой, сказать, что удержаться в рамках концепции «абсолютная красота формы и содержания (звука)» им удалось отлично. Это выступление подобно цветку розы, могущему ранить, но с красотой и хрупкостью которого мало что может сравниться... э-э-э... тьфу ты, чёрт, опять всякая сёдзё-яойная хренотень в голову лезет. Всё, больше не могу, пойду "Vampire Knight" пересматривать!

Кого-то мне это напоминает. Хм...

Малышки окружили его толпой и с сочувствием спрашивали:
-- Вам холодно? Вы простудитесь! Хотите, мы принесем вам одежду?
-- Тащите, -- согласился Пилюлькин.
Пушинка сбегала домой и принесла зелененький сарафанчик в полосочку.
-- Что это? -- удивился Пилюлькин. -- Я не хочу надевать сарафанчик! Все будут принимать меня за малышку.
-- Ну и что ж тут такого? Разве плохо быть малышкой?
-- Плохо.
-- Почему? Значит, по-вашему, мы плохие?
-- Нет, вы хорошие... -- замялся Пилюлькин, -- но малыши лучше.
-- Чем же они лучше, скажите, пожалуйста?
-- Конечно, лучше. У нас есть Гусля. Знаете, какой он музыкант? Вы не слышали, как он играет на флейте!
-- Слышали. А у нас многие малышки играют на арфах.
-- А у нас есть Тюбик. Вы бы посмотрели, какие он рисует портреты!
-- Мы видели. Но у вас один Тюбик, а у нас каждая малышка может рисовать и даже вышивать разноцветными нитками. Вот вы бы смогли вышить такую красную белочку, как у меня на переднике? -- спросила Белочка.
-- Не мог бы, -- признался Пилюлькин.
-- Вот видите, а у нас все смогут -- хотите белочку, хотите зайчика.
-- Ну ладно! -- махнул Пилюлькин рукой и принялся напяливать на себя сарафанчик.
Надев его, он стал поднимать руки и задирать ноги, оглядывая себя с разных сторон. Увидев Пилюлькина в таком необычном наряде, Незнайка фыркнул. За ним засмеялись остальные малыши.
-- Как вам не стыдно! -- возмутилась Кисонька. -- Ничего смешного тут нет.

Николай Носов, "Приключения Незнайки и его друзей".

Занесла нелёгкая в район Измайлово, и я подумал, что то такому случаю можно и парк посетить. Наткнулся там на тренирующихся авиамоделистов -- это нечто! К чёрту дела, я на них где-то минут сорок залипал. На моделях они вытворяли такое, что совсем не на каждом настоящем самолёте можно сделать. Ладно мёртвые петли и бочки, но горки под 90 градусов ведь делали! Биплан (надо же, не знал, что есть модели-бипланы) выводили из плоского штопора метрах в трёх над землёй. Это что-то невероятное. Но круче всего были вертолётчики. На моделях стоит аппарат перекоса, умеющий делать отрицательные значения шага винта (что есть, вроде, только на последних поколениях настоящих вертолётов), поэтому они очень красиво крутили мёртвые петли и полный шедевр -- тупо летали вверх ногами. А садились они методом "хрясть об землю", и ничего, потом взлетали обратно.
На обратном пути по шоссе Энтузиастов видел натуральный цирк. Там трамвайные пути проложены сбоку от проезжей части, а чтобы по ним не ездили машины, на них дорожное покрытие прерывается -- называется это "препятствие движению автотранспорта". Ну, в данной ситуации меня больше интересует, зачем вообще было делать покрытие на путях, которые не предназначены для движения машин: в других местах на том же шоссе есть пути и без покрытия, как железнодорожные. Ну, видать, начальник завода плитки для покрытия давал хорошие откаты. Не суть. Так вот, на всех переездах через пути (на перекрёстках) стоят кирпичи и предупреждения о препятствиях. Какую-то блондинку на мегане это не смутило. Когда она подъезжала к разрыву покрытия, я думал, что сейчас остановится и буде шуровать полкилометра задним ходом. Но нет! Она встала четырьмя колёсами на рельсы и проехала участок без покрытия! Надо отдать должное -- это действительно очень непросто. Но какой творческий подход к решению задач...
А на Андроньевской площади стоит клумба с тёмно-фиолетовыми, практически чёрными тюльпанами. Ну или рядом КамАЗ с плохо отрегулированным движком стоял, не знаю.
И я наконец-то заменил свою раздолбанную в ноль клавиатуру. Такой кайф печатать -- наверное, писателем стану. Как мучаются люди, покупающие дорогие зеркальные камеры, чтобы стать фотографами -- писателю хватит хорошей клавиатуры!