Часть вторая. Не последняя. Её тоже можно пропустить.


Когда я пробралась к своему креслу в салоне, она уже там сидела. Это была щупленькая японская старушка. Таких много на токийских улицах. Их так много и они все так похожи друг на друга, что кажется, будто все старушки это клоны одной какой то типичной японской щупленькой старушки. Мы с ней улыбнулись другу другу.

У меня от японской жизни теперь навсегда приклеена улыбка. Нет, это не потому что мне весело и хочется улыбаться, а потому что японцы боятся не улыбающихся белых людей. Им сразу кажется, что иностранец чем-то недоволен или злится. А если он улыбается, то у него всё хорошо и он очень приятный человек. Мне нравится когда окружающие обо мне хорошо думают. Теперь я и моя улыбка всегда со мной. ( А огорчение, неуверенность и просто горе я научилась выражать только словами. Правильно, матерными. Шучу. Японскими, конечно). Кстати, моих друзей в России это пугает ( не улыбка, а состояние постоянного счастья на лице). Но не об этом сейчас.

Мы с ней поздоровались и после нескольких дежурных фраз о погоде стали готовится к полёту – намазали руки кремом и я переобулась в тапочки. Старушка посмотрела на меня с уважением. Я это заметила, а про себя подумала то ли ещё будет! Пока самолёт набирал высоту мы сидели ловили воздух ртом, а когда наши взгляды из под полуприкрытых глаз пересекались, я улыбалась. Вы можете улыбаться с широко открытым ртом? Теперь я знаю точно -- я могу. А улыбаться с широко открытым ртом и заткнув уши указательными пальцами? И это я тоже могу! Старушка явно испытывала ко мне расположение ( ещё бы, такой цирк рядом).

После того как самолёт набрал некоторую высоту, мы стали смотреть в иллюминатор. Соседка любовалась землёй с высоты птичьего полёта, я внимательно смотрела на крыло – не отвалилось бы.

Люблю сидеть в кресле у прохода. Нет, у «окна» тоже люблю, но когда соседнее кресло не занято. А если занято, то лучше сидеть у прохода. Можно встать когда захочешь, особенно это важно, когда захочешь в туалет. Погасла табличка «аккупейт», можно рвануть и успеть добежать первой. Первой потому что вовремя надо расстегнуть ремень ( на джинсах пока рано, это можно сделать и в туалете) – ремень безопасности. Таких умных, сидящих в проходе, четверть самолёта, но все почти всегда пристёгнуты. А ты вжик – и первый. Ещё можно вытянуть одну ногу в проход и помотать ей там. Высшим пилотажем считается положить ногу на подлокотник соседу, который сидит впереди, если он спит. Ему то всё-равно, а вам удобно, хотя бы одной ноге.

После того как я убедилась, что крыло в наличии пока ( я потом ещё несколько раз проверяла) и самолёт вышел на нужную высоту ( выше я писала, высоту, видимо, ремонтировали и мы постоянно летели « по кочкам, по кочкам... в ямку бух» ), нам принесли ужин. За ужином соседка мне поведала, что летит к дочкам в Торонто в первый раз. Младшая дочка учится там в колледже, а старшая уже отучилась и работает лет пять. Старшей работать надоело и она хочет вернуться в Японию и начать тихую семейную жизнь. ( похоже, мамуля была не согласна с этими планами и летела её отговаривать). Она рассказала, что перед поездкой ходила в парк учить английский язык ( видимо, там приставала к отдыхающим иностранцам) и уже почти на нём говорит. Её взгляд выражал полное удовлетворение собой. Мне оставалось только порадоваться за неё, потому что мой английский, как я считаю, на уровне « хай – бай».

После ужина потянулась очередь с зубными щётками в туалет. Я была не пристёгнута, поэтому оказалась там одной из первых. После гигиенических процедур я открыла свою авоську и вытащила оттуда надувную подушку, маску на глаза и марлевую повязку, что в народе зовётся «намордником». У соседки был только «намордник». Такая красивая ( фантомас обзавидовался бы), я сняла улыбку с лица и начала молится.Соседка проспала до завтрака. Уже обзавидовалась я.
--------------------------------------------------------------------------
Посадка была мягкой.

По прибытию в незнакомый аэропорт я устраиваюсь в хвост толпе, которая обязательно выведет к паспортному контролю. Обычно в толпе есть несколько человек, которые уже не раз бывали в нём и без указателей знают дорогу назубок. В этот раз я пристроилась к толпе, ко мне пристроилась моя соседка по самолёту. Шли долго. Я уже подумала, что нас ведёт Сусанин. Тут смотрю, пограничница симпатичная сидит, сверху указатель «Для иностранных граждан». Отстояли мы в очереди минут пятнадцать. Подхожу к окошку протягиваю паспорт и билет ( зачем то). Мне милая барышня отвечает, мол, вам не сюда, сюда только тем, кто делает пересадку. Я возвращаюсь к очереди. Бабулька меня спрашивает чего не так то. Да, говорю, она сказала, что нам ближе через другие ворота.

« Зачем пожаловали в Канаду ?» этот стандартный вопрос задают всем. Мне тоже. Отвечаю, что к друзьям в гости. « Есть ли подарки превышающие стоимость в 60 канадских долларов?». Это следующий вопрос. Дурацкий. Потому что я могу не знать курс валют по отношению к канадскому доллару. А я знаю. Правильно говорят, в знании многие печали, и если я научилась в Японии улыбаться постоянно, то обманывать пока не умею. Я покраснела и правый глаз начал нервно дёргаться. Чтобы офицер этого не заметила, я отвела глаза и увидела у соседнего окошка свою соседку, которая на вопрос« Зачем пожаловали в Канаду ?» рассказывала свою историю про дочек на чисто японском языке. Офицер в окошке улыбалась. Я так и не поняла, то ли офицер знала японский, то ли бабулька думала, что она так хорошо говорит по английски. Но за весь полёт она ни разу не поинтересовалась, где же я так хорошо выучила японский ( а этот вопрос мне задают вторым после вопроса «откуда я» ).

Соврать всё-таки пришлось. В чём сейчас перед всеми и каюсь.

Торонто встретил меня ласковым проливным дождём, который мне чуть не вышиб все зубы.
----------------------------------
На фото Торонто с высоты CN Tower