Я захожу в порт и ускоряюсь до скорости света, пролетаю так некоторое время по оптоволоконному каналу, затем вспоминаю, что когда заходил в порт подумал, что могу зайти не в тот порт, и что правильный порт будет следующий после того в который я зашел бы в следующее мгновение. Я не могу развернуться, так как движение в канале одностороннее и, для того чтобы попасть в правильный порт, мне приходится ждать еще чуть меньше одного такта. Я расслабляюсь и ухожу вправо на несколько единиц, затем вниз примерно на столько же.


Я открываю параллельный канал и заказываю максимальную скорость на 100 единиц времени вперед. Несколько миллиединиц я жду, не понимая сам зачем я это делаю, и параллельно слежу как скорость только что открытого канала постепенно падает, в то время как скорость моего движение в первоначальном канале увеличивается. Я ловлю мысль о том, зачем я открыл второй канал, жду еще несколько милиединиц и у меня возникает образ дерева с человеческими руками вместо листьев.

Руки расположены даже не совсем чтобы вместо листьев, они скорее вырастают прямо из ствола или из толстых веток, тонких веток на дереве нет совсем. Одна из веток отгибается в мою сторону, ее оконечная кисть сворачивается и показывает мне большой палец вверх. Я внезапно замечаю, что у этой кисти шесть пальцев, и сразу же понимаю в чем дело. Шестипалые знаки используются в аффилированных с моими областями полях для демонстрации спокойного понимания моих предложений, то есть демонстрирующая сторона хочет тем самым сказать, что со мной согласна, за исключением незначительных тонкостей, что у нее нет желания спорить по этим тонкостям и то что в решениях по данному вопросу она меня поддержит. При виде шестипалого большого пальца вверх мой процесс как обычно слегка ускоряется и я чувствую некоторые ранее не замечаемые мной колебания в северо-западном узле.

Мимо дерева пролетает стая ворон, или мне кажется, что это стая ворон. Я меняю набор углов обзора на другой случайный, опять они выглядят как вороны, но отсюда они менее детализированы. Да, действительно, это они, детализация моего поля, включая ворон, слегка увеличилась. Как и следовало ожидать, если вы попросите меня описать увиденное мной через несколько милиединиц, я расскажу вам о воткнутых в рыхлый чернозем черенках от лопат и разбросанной вокруг гречневой крупе, что, несомненно, подтвердит правильность моего определения сейчас стаи ворон в моем поле.

Сто единиц времени, выделенные мне подходят к концу, и оказывается, что я интуитивно правильно оценил длительность такта полета по первоначальному каналу в моей системе: Несколько колебаний в северо-западном узле возвещают о приближающихся портах. Приблизившись к панели портов на расстояние подходящее для выбора направления, я в полной уверенности направляюсь в порт, который наводит где-то между северным и северо-восточным узлом серию глухих колебаний.

В момент пересечения границы, я вдруг замечаю, что колебания сначала плавно усиливаются и сразу же, как бы взобравшись по пологому склону горы, стремительно затухают — падают в обрыв. В момент прекращения сигналов в этой области возникают какие-то возбуждения в южном узле, что же это? Я тот час же вспоминаю, что заходя в порт я думал, что могу зайти не в тот порт, и что правильный порт следующий. Почти так же как и в предыдущий раз, но с пульсациями в южном мосту. Однако в этот раз я не могу определить, какой именно момент захода в порт я вспоминаю — первый или второй.

На этот раз я решаю не открывать дополнительный канал и не заказывать дополнительного времени. Весь такт наводятся пульсирующие образы момента влета в порт, но какого же из двух? Я практически уверен сейчас, что было два момента входа в порт. На пике этой мысли я прохожу панель портов, не замечая этого. Только когда я улавливаю восточные импульсы, на меня находит сомнение, что я все еще лечу второй такт, и, действительно, серия западных колебаний подтверждает, что уже третий такт.

Пересечения восточных и западных импульсов овладевают мной все сильнее и сильнее, граница между ними постепенно стирается и единственным образом, нашедшим четкие очертания, остается воспоминание о входе в правильный порт, и последующем решении, что правильный порт соседний. Некоторая растянутость мысли во времени постепенно пропадает и сейчас уже невозможно различить начальный момент уверенности в правильном выборе порта и последующую пересылку на соседний порт.