Однажды Владимир Владимирович™ Путин сидел в своем кремлевском кабинете и подсчитывал на своих президентских счетах с платиновыми костяшками экономический ущерб от каскадного отключения электроэнергии в Московском регионе.

Вдруг на столе у Владимира Владимировича™ зазвонил телефон. Владимир Владимирович™ снял трубку.

– Аллах акбар! - раздался в трубке далекий голос Шамиля Басаева, - Эт маы маджахэды взарвалы вашэ элэктрычэства.

Владимир Владимирович™ молча положил трубку и немедленно нажал на кнопку вызова заместителя главы своей Администрации Владислава Юрьевича Суркова.

– Еще Шамиль, - коротко сказал Владимир Владимирович™.

– Семнадцатый, - ответил Владислав Юрьевич.

– Припозднился чего-то, - улыбнулся Владимир Владимирович™.

– Сдает старик, - ответил Владислав Юрьевич, - Не успевает за молодыми.

И мужчины отключили связь.

Понедельник, 30 мая 2005 г. 20:47:16

Однажды Владимир Владимирович™ Путин спал и снился ему странный сон. Как будто сидит Владимир Владимирович™ в своем кремлевском кабинете и листает Атлас офицера. Вот Сибирь, вот Урал, вот Москва, вот родной Санкт-Петербург, вот Белоруссия, вот… нет Европы!

Владимир Владимирович™ листает атлас, переворачивает страницы, перечисляет страну за страной - Соединенные Штаты Америки, Зимбабве, Япония, Свазиленд, Китай и Буркина-Фасо.

И нет Европы!

Широкие волны Средиземного Атлантического океана плещутся от Бреста до Нью-Йорка. И только два острова на долгом пути - Франция и Англия.

Владимир Владимирович™ в отчаянии листал атлас все быстрее и быстрее. Он вдруг понял, что напрочь забыл немецкий язык, как будто никогда его и не знал. Он вдруг понял, что канцлер больше никогда не приедет. Он вдруг понял, что Берлускони… Берлускони!

Владимир Владимирович™ распахнул свои президентские глаза, рывком сел в постели, вытер рукавом кимоно холодный пот со лба, схватил с прикроватной тумбочки аппарат правительственной мобильной связи с двуглавым орлом вместо клавиатуры и немедленно нажал на кнопку вызова заместителя своей Администрации Владислава Юрьевича Суркова.

– Слышь, брателло! - быстро зашептал Владимир Владимирович™, - Мне тут такой сон сейчас приснился…

– Какой сон! - воскликнул Владислав Юрьевич, - Какой теперь сон, брателло! По евро, по евро вставай!

– Куда вставать? - не понял Владимир Владимирович™.

– Вниз, вниз вставай! - нетерпеливо ответил Владислав Юрьевич, - Сто пунктов уже!

Владимир Владимирович™ отключил связь.

– Что-то происходит, - пробормотал он.

День 19. До самолетного хозяйства было не так далеко, поэтому мы решили прошвырнуться пешком. Пока шли по лесу, напугали трех медведей и одного лесника. Причем лесник умудрился залезть (за 45 секунд) на самое высокое дерево в сосновой роще и долго оттуда кричал: «Не влезай! Укушу!»

День 20. Пришел майор, который ас, но не одноглазый, и начал нам рассказывать, что мы будем летать на шедеврах гениальной мысли, так как всем известно, что это — самолеты. Нам это не было известно, поэтому Петров спросил, а чем, собственно, самолет отличается от большой паяльной лампы с крыльями? Майор начал шипеть, как лев, севший хвостом в костер, но пригрозил, что покажет нам «как, черт побери, летают настоящие асы».

День 21. Майор решил нам показать «шоу одного майора» и устроил демонстрационный полет с элементами высшего пилотажа. Но он не учел того, что вчера вечером Сидоров несколько «доработал» самолет. Поэтому шоу оказалось увлекательным и весьма познавательным, даже для бывалых летчиков. А сам майор впечатлился настолько, что имел вид бобра, на которого упала лошадь Пржевальского, задремавшая на балконе третьего этажа.

День 22. К нам пришел бравый сержант и заявил, что главным инструктором по самолетанию будет теперь он, потому что майор уступил нам все свои билеты на «Титаник».

День 23. Обучались управлению самолетом на тренажерах. Абсолютным чемпионом по самолетоугробливанию стал Воробьев, отправив вверенный ему самолет на тот свет 112 раз. У сержанта не оказалось поздравительных слов, поэтому он просто крякнул.

День 24. Выяснилось, что мы все делали неправильно. Сработала диверсионная привычка (мы ведь числимся по КЗОТу диверсантами). Ну и ложили костьми самолет за самолетом. Впрочем, когда это дело прояснилось, количество жертв резко снизилось. Сержант радовался как бабуин, внезапно обнаруживший стратегический запас бананов.

День 25. Сегодня сержант объяснял нам, почему самолеты летают строем, и в чем разница между эшелоном и клиновидным строем. По его словам, клиновидному строю птицы научились именно у летчиков.

День 26. Разучивали новый язык — летный. Такой язык воздухолетатели используют для выразительности и для головной боли вероятного противника. Например, фраза «Пахомыч, забубень сарделькой по косой жабе» переводится как «Петров, стрельни ракетой УПСР-20 по тому назойливому самолету, что летит слева от тебя», а слово «бревновоз» означает «бомбардировщик с четырьмя турбовинтовыми двигателями».

День 27. Обучались взлетать с длинной бетонной дорожки. Воробьев начал неправильно рулить хвост, поэтому на сержанте обгорела вся униформа, а сам сержант подкоптился до состояния негра. Но продолжал руководить полетами в набедренной повязке из еловых веток. К сожалению, нас не обучили искусству грамотной посадки, поэтому каждый сел, как умел.

День 28. Обучались методам правильного приземления. Сержант объяснил нам, что на тактику и стратегию приземления закон бутерброда распространяется в полной мере. Если что не так — то приходится отскребать от пола. Поэтому метод посадки «на честном слове и одном крыле» проверить не удалось.

День 29. Сегодня обучались летать по кругу, точнее — по квадрату. Главное — вовремя приметить тот сарай внизу, над которым нужно поворачивать.

День 30. Отрабатывали над лесом бреющие полеты (на малой высоте) под веселую песню «Шумел камыш, деревья гнулись». Убедившись в том, что верхушки деревьев всякими выступающими частями самолета мы не цепляем, перешли к тренировкам в чистом поле по технологии «Жиллет в руках этих сумасшедших русских». Летали над полем так, что коровы передвигались исключительно по-пластунски.

День 31. Обучались катапультированию на учебном стенде. Сидоров похитрил со своей катапультой, поэтому улетел куда-то за лес. Вернулся он через два часа. В обнимку с лосем и с мешком грибов. Покатались на лосе и загнали его.

Обратите внимание: персонаж песни нигде не называет себя вором или преступником. Он говорит, что всего лишь «не святой» и «дал маху», ошибся. «Как вы яхту назовете, так она и поплывет», — учил капитан Врунгель. В ситуации оправдания у нас есть важное преимущество, поскольку «яхту называем» мы. Именно от нас адресат узнает о случившемся, и, выбрав нужную формулировку, мы можем определить, о чем пойдет речь: о непростительном упущении, недочете, проблеме, ситуации или просто об обстоятельствах.

Возьмем деловую ситуацию. Наша компания пообещала подготовить для клиента аналитический отчет. Срок сдачи отчета приближается, а у нас еще, как говорится? конь не валялся. Вместо того чтобы сообщать о «невозможности своевременно подготовить отчет», мы можем начать письмо словами:

Сообщаем Вам о сложностях с подготовкой отчета.

Если и такой вариант выглядит жестковато, можно не упоминать и о «сложностях»:

Сообщаем Вам об обстоятельствах, затрудняющих своевременную подготовку отчета.

Можно даже нарисовать совсем «беспроблемную» кар тину:

Хотим обсудить наши дальнейшие планы по подготовке отчета.

Конечно, дальше все равно придется признать, что отчет не будет готов вовремя, но общее впечатление от ситуации мы к этому моменту уже зададим.

Впрочем, тут, как и везде, важно не перестараться. Можно назвать полный провал проблемой, но вряд ли стоит называть его небольшим недоразумением или досадной мелочью. Такое преуменьшение может дать обратный эффект: получатель решит, что мы над ним просто издеваемся. А это не то впечатление, которое нам нужно…

Говорим о достижениях

Начинает ли наш персонаж с признания? Вовсе нет. Вместо того чтобы сказать: «Я не соблюдаю одну заповедь», он говорит: «Я соблюдаю все заповеди, кроме одной». Согласитесь, в такой формулировке ситуация не выглядит так уж трагично.

Конечно, бывает, что мы не справляемся ни с одной из порученных задач, обманываем абсолютно все ожидания адресата, подводим его во всем. Но чаще все не так безнадежно: обычно большую часть работы нам удается выполнить хорошо, и только с чем-то одним возникает проблема. В таком случае нам, как и персонажу песни, стоит рассказать читателю о своих достижениях. Вопрос лишь в том, где и как это сделать.

У нас есть два пути. Первый предполагает, что прием из песни мы используем буквально, превратив свое письмо из рассказа о проблеме в рассказ об общем состоянии дел.

Сообщаю Вам о состоянии дел с подготовкой отчета.

На сегодняшний день полностью завершен сбор и анализ данных по 25 продуктам из 28. Результаты анализа задокументированы в отчете и готовы для дальнейшего использования.

Сбор информации по оставшимся 3 продуктам завершить пока не удалось из-за большой загруженности отдела маркетинга Вашей компании. Как только информация будет собрана, наши специалисты проведут необходимый анализ и завершат подготовку отчета.

Учитывая, что срок предоставления отчета таким образом увеличивается, мы предлагаем скорректировать дальнейший план работ…

Если недочет незначителен — например, клиент никуда не спешит и отчет нужен ему, чтобы был в библиотеке на всякий случай, — такой вариант вполне подойдет. Если же ситуация серьезная — скажем, мы опаздываем с отчетом к собранию акционеров компании, — лучше от этого пути отказаться. Иначе получится как в песне «Все хорошо, прекрасная маркиза»: «дела идут и жизнь легка», вот только кобыла умерла, дом сгорел, муж разорился — ну и так далее.

Для серьезных проколов подойдет второй путь: мы можем рассказать адресату о своих достижениях уже после того, как сообщим, что возникли определенные трудности.

Вынужден сообщить Вам об обстоятельствах, затрудняющих своевременную подготовку отчета.

Как Вам известно, отчет должен содержать результаты анализа данных, предоставляемых нам отделом маркетинга Вашей компании.

На сегодняшний день мы получили от отдела маркетинга и полностью проанализировали данные по 25 продуктам из 28. Результаты анализа задокументированы в отчете и готовы для дальнейшего использования.

Однако сбор информации по оставшимся 3 продуктам завершить не удается из-за большой загруженности сотрудников отдела маркетинга. Отсутствие данных не позволяет начать анализ по этим продуктам. С учетом времени, необходимого для проведения анализа, становится понятно, что отчет не удастся подготовить в срок…

Этот вариант позволит уйти от неприемлемой в данном случае позиции «все хорошо, только чуть-чуть плохо» и честно сказать читателю письма, что проблема есть, но точечная, а в целом мы поработали хорошо и при случае стоит снова к нам обратиться.

С развитием дачного и садового строительства печное дело переживает как бы второе рождение. Казалось бы – ну какой интерес у горожанина может быть к дровяной печи, если у него в квартире газовая или электрическая плита и центральное отопление? Но появился загородный дом, и... возникло желание продлить сезон на природе, захотелось посетить свой дом зимой и провести там несколько дней; а многие с выходом на пенсию решают сделать бывшее летнее жилище основным местом своего пребывания. Но в любом из этих случаев не обойтись без отопления, наиболее доступным вариантом которого является все-таки печное.

Ближайший аналог печи – камин – в плане отопления не так эффективен, как печь, но у него свои достоинства. Помимо отопления и вентиляции помещения он завораживает обитателей живым огнем, а в каждом из нас осталось что-то от огнепоклонника. Не зря во всем мире печи и камины самых разнообразных назначений и конструкций стали товаром в высшей степени широкого потребления. У нас же в оснащении печью или камином нуждается в первую очередь загородный дом, как только речь заходит об обеспечении его хоть какой-нибудь инфраструктурой. И начинается все, естественно, с выбора печи.

«Тайфун» с каплевидным фонарем кабины пилота

В начале 1942 г. машину переименовали в «Темпест» - уж очень многое отличало ее от «Тайфуна». Даже фюзеляж не удалось сохранить в первозданном виде: в нем установили дополнительный бензобак, вместивший горючее из уменьшившихся крыльевых баков. За счет этого длина самолета возросла. Одновременно с переименованием заказ увеличили до шести экземпляров: один с двигателем «Сейбр» IV («Темпест» I), два с «Цента-урусом» («Темпест» II), два с «Гриффонами» (III и IV) и один с «Сейбром» II («Темпест» V, задуманный как резервный вариант на случай неудачи с «Сейбром» IV). Не дожидаясь готовности хотя бы одного из них, в августе 1942 г. «Хоукер» уже получила заказ на 400 самолетов.

Как это обычно бывает, первым изготовили именно запасной «Темпест» V. 2 сентября 1942 г. Ф. Люкэс поднял его в воздух. На «пятерке» стояло новое крыло и, соответственно, видоизмененный фюзеляж, но машина имела мотоустановку, подготовленную для поздних серий «Тайфуна» с двигателем «Сейбр» II и че-тырехлопастным винтом. Результаты испытаний вынудили спустя два месяца увеличить стабилизатор и ввести форкиль, ставшие характерными чертами всех последующих серийных «Темпестов».

Опытный «Темпест» I поднялся в воздух лишь 24 февраля 1943 г. Самолет продемонстрировал более высокую скорость, чем «Темпест» V, 750 км/ч. Но доводка мотора «Сейбр»

IV затянулась, и фирма «Нэпир» прекратила работу по этой модификации, бросив все силы на новую модель V.

Вместо «Темпеста» I решили строить в серии «Темпест»У. 21 июня 1943 г. на первой серийной «пятерке» взлетел испытатель Б. Хамбл. Серийные самолеты имели уже не «автомобильные» двери, а фонарь - «пузырь» с обычной сдвижной секцией. Первые 100 истребителей, названные серией 1, имели пушки Испано Мк. II с боезапасом 200 снарядов на ствол (у «Тайфуна» приходилось по 140 снарядов на одну пушку). Стволы пушек немного выступали из крыла. Позднее, на серии 2, смонтировали пушки Испано Mk.V, с более короткими стволами. Внесли и еще ряд мелких изменений. Еще позже вместо двигателя «Сейбр» НА стали ставить ИВ или НС.

В августе-декабре 1943 г. первые серийные «Темпесты» V проходили войсковые испытания в Боскомб-Даун. При этом, учитывая опыт использования «Тайфуна», опробовались

различные наружные подвески - баки, фугасные бомбы по 227 и 454 кг, улучшенные ракеты и новинку - напалмовые бомбы. В апреле 1944 г. истребитель сочли пригодным к боевому использованию и первые 50 штук прибыли в Ньючерч, где началась переподготовка 3-й и 486-й эскадрилий. К этому времени успели выпустить около 250 машин. В июне к ним добавили 56-ю, сдавшую «Тайфуны». Созданное из этих эскадрилий крыло (150-е) возглавил Р. Бьюмонт, принимавший ранее участие в испытаниях «Темпеста».

Разгрузочные дни хорошо устраивать и тогда, когда вы едите практически все продукты, и тогда, когда вы на диете. Такие дни помогают перестроиться организму, обмену веществ, протекающему в нем, и расходованию жировых отложений. С их помощью удается не только снизить массу тела на 1 кг в день, но и нормализовать сон, улучшить общее состояние, приобрести ощущение бодрости.

Первое время разгрузочные дни следует проводить с большой осторожностью, так как возможно появление неприятных симптомов: головокружения, слабости, дрожи в коленях. Снять эти симптомы можно при помощи чашки сладкого чая.

Разгрузочные дни лучше приурочить к выходным, когда вы сами отлично сможете контролировать прием пищи и появится возможность отдохнуть. В дальнейшем легко можно будет подобрать самый оптимальный для вас вариант.

Такие дни бывают разными: творожными, кефирными, яблочными, капустными и т. д.

Пример

Рыбный разгрузочный день. В течение дня необходимо съесть 300 – 350 г отварной рыбы без соли. Лучше выбрать нежирную рыбу – минтай, треску, окуня, щуку. В разгрузочный день можно также выпить 2 стакана чая или кофе без сахара и 1 стакан отвара шиповника.

— Вы кого-нибудь подозреваете? — спросил Джо.

Мур пожал плечами.

— Да нет. Люди вокруг порядочные. У меня такое первый раз. — Утерев лоб большим носовым платком, он грустно добавил: — Впредь, пожалуй, придется повнимательнее приглядывать за своим хозяйством.

— Если заметите что-нибудь подозрительное, сообщите, — попросил Фрэнк. — Мы — детективы-любители из Бейпорта, Фрэнк и Джо Харди.

Оставив Муру номер телефона, ребята попрощались.

Олли был слишком слаб, чтобы вести машину, и Джо предложил отвезти его домой.

— Так и быть, придется о тебе позаботиться.

— Мои родители укатили на всю неделю, — невесело улыбнулся Олли. — Так что одни вы благодетели и остались.

— Ну и поехали к нам! — предложил Фрэнк. — Если хочешь, можешь у нас переночевать.

— Спасибо, — обрадовался Олли, — не откажусь.

Перед дорогой ребята приняли душ и переоделись в сухое. Потом Джо и Олли сели в желтый спортивный «седан» братьев Харди, а Фрэнк повел машину Олли.

Когда они доехали до дому, дверь им открыла миссис Харди, стройная, симпатичная женщина с широкой улыбкой на лице.

— Я еще из окна вас заметила, — сказала она. — Вообще-то я не ждала вас так рано.

— Прогулка не удалась, мама, — вздохнул Джо. — Мы встретили Олли и…

— Давайте, заходите, присаживайтесь и рассказывайте все с начала до конца, — пригласила их в дом миссис Харди.

Рассказ сыновей встревожил ее.

— Надеюсь, эти мужчины в масках не ехали вслед за вами?

— Вроде бы нет, — успокоил ее Джо.

— Они отъехали от озера в прямо противоположном направлении, — добавил Фрэнк. — Кстати, надо доложить об этой истории начальнику бейпортской полиции Коллигу. Он-то сможет найти машину.

Коллиг был старым другом семейства Харди и частенько помогал ребятам в их расследованиях. Он сразу поднял трубку.

— Рад тебя слышать, Фрэнк! Чем могу помочь?

Фрэнк рассказал о случившемся и сообщил номер машины. Коллиг, не вешая трубки, что-то проверил, уточнил и через пару минут ответил:

— Хорошо, что ты позвонил. Машина была украдена. Но смысла искать ее уже нет.

— Почему?

— Патруль только что обнаружил ее. Они бросили ее на окраине Бейпорта. Даже мотор не остыл.

— Бейпорта? — забеспокоился Фрэнк. — Значит, они все-таки нас преследовали… Как бы там ни было, не нравится мне, что они оказались в Бейпорте.

— Машину обыщут всю до винтика, — пообещал Коллиг. — Если что обнаружим, я тебе сообщу. И, пожалуйста, будьте осторожны.

— Хорошо. — Фрэнк повесил трубку.

Одновременно с ним в гостиную вошла тетя Гертруда, сестра их отца, поспешившая с кухни послушать, как Джо описывает схватку в воде.

— Ну, мальчишки, с вами вечная история! — ехидно заметила она. — Нет, вы подумайте, куда бы они ни отправились — обязательно напорются на каких-нибудь преступников! Уж, казалось бы, озеро Алгонкин… Так нет же: двое подозрительных типов в каких-то масках! Вы, ребята, в своем репертуаре!

— Мам, ты была права: они бросили машину в Бейпорте, — вздохнул Фрэнк, пропуская речь тети Гертруды мимо ушей. — Интересно, они знают, где мы живем?..

— Вот и сидите теперь дома! — распорядилась тетка. — Так и быть, за продуктами сходим мы с мамой, нам, по крайней мере, спокойнее будет.

— Ладно, — согласился Фрэнк, отчасти даже довольный, что их оставят в покое.

Все трое ребят пошли на кухню перекусить, и Олли сообщил своим новым друзьям, что чувствует себя гораздо лучше.

— Так что обошлось, — улыбнулся он, — а то ведь завтра мне нужно отправляться на север.

— Интересно, куда именно? — полюбопытствовал Фрэнк.

— На Ревущую реку.

— Это в Мэне, что ли? — спросил Джо. — В заповеднике Аллагаш? Мы там немало попутешествовали, но Ревущую реку не видели, так только, один смотритель рассказывал.

— Ее вообще мало кто знает, — объяснил Олли. — Небольшая такая речка у канадской границы. Там самые жуткие пороги. Целый каскад водопадов. Шумят так, что реку по одному звуку можно найти. Поэтому она так и называется.

— Что ты там будешь делать? — не отставал Фрэнк.

Олли усмехнулся.

— В штате Мэн объявили конкурс: кто первый пройдет по Ревущей реке, и я съездил на нее взглянуть. Я ведь долго занимался водным слаломом. Правда, такого я еще не видел, но попробовать можно.

— И ты набираешь команду? Ну, ты храбрец! — воскликнул Джо.

— Уже набрал, — ответил Олли. — Команда моя уже там, живет в хижине, в лесу. Мы тренировались, проверяли экипировку. Но мне на пару дней пришлось вернуться домой. Надо было оформить в банке несколько чеков, чтобы оплатить экспедицию. Жду не дождусь, когда вернусь к своим.

— А тогда какого черта ты оказался на озере Алгонкин? — удивился Фрэнк.

— Мой приятель, частный пилот, привез меня домой, но до завтра он занят с другим клиентом, — объяснил Олли. — Так что у меня целый день оказался свободным, и я решил лишний раз потренироваться. А когда я на воде один, всегда надеваю спасательный жилет.

— А разрешение в штате вам дали? — спросил Джо. — Когда мы ходили по порогам Аллага-ша, мы регистрировались у смотрителей.

— Вы что, тоже увлекаетесь водным слаломом? — обрадовался Олли.

— Увлекаетесь — громко сказано, но приходилось заниматься.

— А мы — да, и мы всех членов команды зарегистрировали. Смотрители не разрешат нам отправиться без полной готовности. И у нас уже все-все готово, кроме…

— Какие могут быть «кроме»! — нетерпеливо воскликнул Джо.

— То-то и оно: кто-то пытается нам помешать.

Выдержки из стенограммы совещания у президента Российской Федерации.

* * *

Министр внутренних дел РФ (отвечая на вопрос президента):...Случай беспрецедентный, виновные будут наказаны. А семьям погибших...

Президент:Я понимаю. Но виновных чересчур много. В этот раз меня не устраивает ваша позиция унтер-офицерской вдовы. Вы сможете внятно ответить: кто, где, когда?.. Нет. А меня интересуют четкие ответы. Саид Алиевич, как получилось, что на базе силового подразделения, которое напрямую подчиняется вам, не только содержались заложники, но и шел дележ пленных российских офицеров?

Начальник штаба УВД ЧР Саид Расулов:Нет, Владимир Владимирович.

Президент:Горько слышать, что ситуация в регионе вышла из-под контроля. Если не ошибаюсь, к сентябрю численность чеченской милиции должна достигнуть 10 тысяч человек?

Министр МВД:Да. Мы планировали отправить прикомандированных домой, а в Чечне оставить советников.

Президент:В каком количестве, напомните.

Министр МВД:20 – 30 советников на район.

Президент:Вот, Саид Алиевич, ваш подчиненный так не считает. Берите пример с нашего посла в Украине, который недавно сказал: «Я же прислушиваюсь умных людей». Потом добавил: «Буду молчать, а то опять чего-нибудь скажу»... Вынужден констатировать, что план по комплектации чеченской милиции местными жителями закончился полным провалом. Вот Генеральный прокурор сидит напротив вас, он приведет вам некоторую статистику. Сколько, по вашим данным, чеченских милиционеров пришли на службу из бандформирований?

Генпрокурор РФ:Каждый пятый. Это официальные данные. А так их на порядок больше. При приеме на работу, как правило, нет офицера ФСБ...

Президент:У начальника Генштаба есть кое-какие соображения. Я попрошу Анатолия Васильевича высказать их.

Начальник Генштаба:Если не возражаете, я передам слово Игорю Александровичу.

Президент:Пожалуйста, Игорь Александрович.

Начальник ГРУ Генштаба генерал-полковник Ленц:Мы считаем, что совместная с МВД операция в Чечне не дала и впредь не даст положительного результата. Мы считаем передачу функций от одного ведомства к другому неоправданной. Такая тактика неприменима к комплексному решению задач по локализации и уничтожению бандформирований. Выполнение специфических и оперативных задач МВД в Северо-Кавказском регионе считаем полезным и правильным лишь во взаимодействии с вооруженными силами. Есть предложение вынести на обсуждение проект создания нового военного округа...

* * *

А дальше строго по сценарию: «Все свободны. А вас, Игорь Александрович, я попрошу остаться».

* * *

Ленц, как и планировал, прогнал в голове разговор с президентом, анализируя каждое свое слово и вникая даже в интонации главы государства. А он с самого начала дал понять министру внутренних дел, что, как всегда, не даст ему возможности высечь самого себя. И почти тут же показал свое расположение к военным, у которых (в отличие от министра) есть пусть кое-какие, но все же соображения.

В высоком кабинете собрались далеко не дураки, все понимали, что обязаны своим присутствием неплохо разыгранной шахматной партии. Кто виноват, что одни проиграли, а другие выиграли, а некоторые – генпрокурор, к примеру, или директор ФСБ – остались в выигрыше? В общем-то термин неплохой, главное – результативный.

Собственно, Ленц мог рассказать всю правду, ничего не скрывая, поскольку вскрывшиеся во время диверсионного акта факты прямо указывали на грозненский ОМОН как на перевалочную базу, где укрывали бандитов, где содержались заложники и готовилась казнь одного из них. И не всю правду: на базу, где содержался заложник, прибыли остатки банды боевиков, разгромленных спецназом ГРУ под Ведено. Цель: делить добычу, подранка-летчика. А Аслан Газимов, заместитель командира грозненского ОМОНа, мог оказаться предателем по отношению к Малику Абдулгамидову. И еще несколько вариантов. Выбор зависел не только от воображения генерал-полковника Ленца, но и от фантазий главы МВД, руководства администрации Чечни. Но главное – свое бессилие они уже высказали. Их в свое время предупреждали – укрепляйте свою власть. Совершенно справедливое предложение, все укрепляют власть – и маленькую, и большую. Одним словом, перетянули болт и сорвали резьбу. Если нарезать по новой, то меньшим диаметром. Проще выбросить его и сделать новый.

На «чеченских фронтах» скорых изменений не предвидится. Но сдвиг – и в лучшую сторону – уже достигнут. Есть и поводы к компромиссу – нужно садиться за стол переговоров. Огорчало одно: по любым вопросам приходится вести войну, лить кровь, составлять списки погибших и пропавших без вести.

Быстро выяснилось, что этот совет Кесьлевского надо понимать буквально. Приходя на съемочную площадку, он всегда находился именно на площадке, перед камерой. Стоял рядом с артистами, показывал им, как что-то сделать, часто поворачивался, глядя через сложенный из пальцев кадр.

Удивительно было наблюдать, как он все время старается встретиться с артистами взглядом. Когда кто-то спрашивает, зачем, Кесьлевский отвечает: "Просто наблюдаю за ними, вот и все". Но несмотря на лукавый ответ, ясно как день, откуда рождаются эти завораживающие крупные планы в его фильмах.

Однажды утром, перед съемкой, Кесьлевский все-таки кое-что объясняет. Он советует режиссеру, снимающему сегодня, постараться быть как можно ближе к актерам. "Актеры должны чувствовать ваше присутствие, почти ощущать ваш запах. Им должна передаваться ваша энергия, ваше волнение и надежда. Им это очень помогает. Вселяет уверенность. У них должно быть чувство, что они играют для вас". Чуть позже Кесьлевский добавляет, что есть еще причина находиться так близко: это помогает актерам играть камерно, интимно. Они играют не на зал, а для режиссера, стоящего совсем рядом.

Несмотря на мудрый совет, съемка идет не гладко. Режиссер почти не разговаривает с исполнителями, а наоборот, не отрывается от монитора, установленного перед съемочной площадкой. Вскоре становится заметно, что он теряет контроль над происходящим. Актеры пытаются самостоятельно осилить сцену, каждый на свой лад, но сдаются. Съемочная группа исправно выполняет указания, но явно без всякого интереса. Да и внимание зрителей угасает.

Кесьлевский не вмешивается, держится в стороне. И только в конце дня говорит: "Монитор поставлен для нас, чтобы лучше видеть, что делается на площадке. А не для режиссера. Он не должен в него смотреть, - это все равно что повернуться спиной к артистам. Это значит руководить не впрямую, и актеры подсознательно ощущают разницу. Ведь они нуждаются в вас, им хочется знать ваше мнение. В тот момент, когда они понимают, что вы работаете с монитором, а не с ними, - вы их потеряли.

Вот почему нужно все время находиться рядом с актерами. Разговаривать. Искренне благодарить. Вежливого "спасибо" совершенно недостаточно. Говорите, что вы думаете об их игре, даже если она была неважной. Будьте внимательны к ним. Делайте их соучастниками. Ведь если на съемочной площадке не возникает напряжения, накала чувств, - его не будет и на экране".

Через пару дней Кесьлевский говорит режиссеру, присевшему на стул во время репетиции и на съемке, что себе никогда этого не позволяет - по той же причине: "Я хожу, я опускаюсь на корточки, я встаю на колени я но ни в коем случае не сажусь. Когда садишься я теряешь напряжение, теряешь градус".

Хотя все хорошо понимают, что Кесьлевский имеет в виду, ему приходится возвращаться к этой теме неоднократно. Например, когда к съемкам приступает режиссерский дуэт. На этот раз режиссеров соблазняет не монитор, а камера. Один из них так увлекается ею, ее движением, что почти не обращает внимания на артистов. После съемки Кесьлевский замечает: "В какой-то момент вы перестали быть режиссером и превратились в оператора". Он добавляет, что все сказанное по поводу монитора относится и к камере. "Когда режиссер постоянно занят камерой, происходит то же самое: он руководит не впрямую, и у актеров складывается впечатление, что камера гораздо важней, чем они". Внимание к камере Кесьлевскому понятно; по его словам, он сам детально обсуждает с оператором съемку до того, как на площадку приходят артисты. И считает, что уж если вы все-таки занялись камерой, то побеспокойтесь, чтобы ваш ассистент не оставлял актеров.

В тот же день мы стали свидетелями того, как сам Кесьлевский любит и заботится об актерах. Режиссерам нужна была официантка на втором плане. Они пригласили Памелу. Однако во время съемок про нее совсем забыли, и она растерянно стояла в глубине площадки. Кесьлевский принимается что-то вырезать ножницами из куска широкого скотча. Что он задумал - непонятно.

Затем подзывает Памелу, приподнимает ей одну ногу, потом другую и прилепляет к туфлям вырезанные из скотча подошвы. Якобы для того, чтобы она тише ступала по деревянному полу. На самом деле - таким замечательным способом проявив внимание, в котором она отчаянно нуждалась.

Для корпуса этой печи вы можете использовать металлическую бочку. Вырежьте у нее в дне отверстие размером 450?250 мм, через которое будет просыпаться зола. Затяните это отверстие решеткой из металлических прутков, приварив их к днищу бочки. Расстояние между прутками решетки — б мм.

Наверху бочки оставьте кромку шириной 10 мм, на которой будет стоять бак с водой.

Рис. 45. Схема применения печи конструкции Ф. И. Mapтынкевича: 1 — кирпичный фундамент печи; 2 — поддувало; 3 — колосниковая решетка; 4 — топливник; 5 — емкость с водой; 6 — каменная засыпка в металлической сетке; 7 — утеплитель; 8 — гидроизоляция; 9 — пароизоляция; 10 — вагонка; 11 — асбест; 12 — лист жести 1,5–2 мм; 13 — стена между парной и моечной; 14 — дымоход; 15 — задвижка, регулирующая тягу; 16 — бак с водой на 10 л; 17 — ванна с холодной водой; 18 — скамейка.

Место соединения бака и корпуса бочки промажьте смесью глины и песка в соотношении 1:1. Чуть ниже водяного бака приварите трубу для дымохода.

В корпус печи вварите трубы, которые затем заполните каменной засыпкой для получения пара, лишенного угарного газа. В такой печи парообразование будет непрерывным, так как камень отделен от топки. По этой причине не нужно гасить печь во время промывки.

При непрерывном горении топки вода в баке начнет закипать. Поэтому отлейте ее часть и долейте холодной воды. Влажность атмосферы бани не будет слишком сильно повышаться.

Для этой печи соорудите кирпичный фундамент на листе жести. Сделайте в фундаменте выемку для подзольника.

Во избежание повреждения стенок печи-бочки из-за высоких температур обложите их огнеупорным кирпичом (рис. 46).

Рис. 46. Печь-каменка для дачи: 1 — водогрейный бак; 2 — глино-песчаная замазка; 3 — каменная засыпка; 4 — топка; 5 — облицовка кирпичом; 6 — фундамент; 7 — подзольник.

Закалкой называется технологический процесс термической обработки, применяемый для получения высоких механических свойств стальных изделий за счет изменения их структуры. Закалка состоит в нагревании изделия до определенной температуры, выдержке при этой температуре для ее выравнивания по всему сечению изделия и быстром охлаждении. Применяют следующие виды закалки: в одном или двух охладителях, струйчатую, ступенчатую и изотермическую.

Способ нагревания стали оказывает большое влияние на весь дальнейший процесс термической обработки. Перед нагреванием стали для закалки следует прежде всего определить вид и сорт стали. Если сталь не подвергалась отжигу, следует ее отжечь. Сталь необходимо очистить от грязи и следов жира.

Чем меньше в стали содержание углерода, тем выше температура нагревания.

Нагрев изделий под закалку производят одним из трех способов: в печах с газовой атмосферой – мазутных, нефтяных, газовых, электрических; в ваннах с жидкими средами – расплавленными солями или металлами; токами высокой частоты.

Скорость нагрева изделий зависит от способа их укладки, массы загружаемых в печь или ванну изделий, от их габаритных размеров и теплопроводности.

Время нагрева до 800 °C цилиндрических деталей на 1 мм диаметра в электропечах составляет примерно 40–50 с, а в мазутных и нефтяных печах – 35–40 с.

В качестве жидких сред для нагрева до 800 °C применяются свинцовые или соляные ванны. Время нагрева в свинцовой ванне на 1 мм диаметра составляет 6–8 с, а в соляных – 12–15 с.

Выдержка изделия при температуре закалки необходима для выравнивания температуры по всему сечению и обеспечения завершения происходящих при этом структурных превращений. Время выдержки зависит от химического состава стали, ее теплопроводности, величины, формы и массы закаливаемых изделий. На практике время выдержки принимают равным 20–30 % от общего времени нагрева до заданной температуры.

Изделие следует правильно уложить в печи или в ванне, чтобы избежать деформирования.

Нагревание должно быть постепенным (следует избегать случайного подъема температуры) и производиться таким образом, чтобы нагревалась вся масса материала (изделия нужно часто переворачивать). За нагреванием стали необходимо наблюдать, чтобы избежать перегрева и пережога. Для предотвращения окисления стали может быть использована нейтральная атмосфера в камере печи.

Время и температура нагревания стали для закалки зависит от вида и сорта стали, от массы и формы изделия. Например, сталь углеродистая постепенно нагревается от 0 до 350 °C, а после достижения этой температуры ее можно быстро подогревать до температуры закалки.

При нагревании стали происходят структурные изменения, которые, в зависимости от времени выдержки при данной температуре, оказывают большое влияние на механические свойства стали. Применение неправильного способа или метода нагревания стали ведет к окислению или обезуглероживанию поверхности, что вызывает изменение свойств стали. Избежать таких нежелательных явлений можно при использовании для нагревания электрических печей.

Для предохранения изделий при нагревании от окисления и обезуглероживания в рабочем пространстве печи создают защитную нейтральную газовую среду Если невозможно создать защитную газовую среду изделия для нагрева упаковывают в ящики с отработанным карбюризатором, пережженным асбестом, неокисленной чугунной стружкой или наносят на изделие обмазку.

В зависимости от требований, предъявляемых к изделиям, применяют следующие способы закалки: в одной и двух жидкостях или жидких средах – вода, масло; ступенчатую – охлаждение в расплавленной соли и на воздухе; изотермическую – охлаждение в расплавленной соли с температурой около 300 °C до полного превращения аустенита, а затем в воде или на воздухе.

Для получения твердого поверхностного слоя, мягкой и пластичной сердцевины применяют закалку с самоотпуском (для закалки инструмента).

Для уменьшения внутренних термических напряжений и деформации при закалке применяется закалка с подстуживанием.

К охлаждающим жидкостям относятся масла (специальное масло для закалки, машинное или веретенное масло), вода, а также различного рода растворы (мыла, кислоты или поваренной соли в воде и др.). Растительное масло для закалки не используют.

Способ охлаждения и вид охлаждающей жидкости при закалке стали зависит от сорта и марки стали, от требуемой степени закалки, а также от конфигурации и величины закаливаемой детали.

Пеликаны – очень крупные птицы. У них неуклюжее, массивное туловище, громадные крылья, короткие большие ноги, длинная шея и большой клюв, который примерно 5 раз длиннее головы. На нижней стороне клюва имеется сильно развитый кожный мешок. Этот мешок помогает заглатывать рыбу.

Пеликаны бывают разных цветов – розового, бурого, серого, рыжего.

У красного пеликана клюв красного цвета. У бурого и серого пеликанов – бледно розового. Есть еще пеликан кудрявый. У него на голове и на верхней стороне шеи удлиненные и закрученные «курчавые» перья. Эти кудряшки похожи на гриву.

Пеликаны много времени проводят на воде, но не ныряют. По земле ходят свободно, при этом держат туловище более или менее горизонтально. Летают хорошо. Живут пеликаны в жарких странах.

Гнезда они строят либо на земле, либо на кустах и низких деревьях. А вот рыжеватый пеликан, который живет в Африке, гнездится не на земле или в камышах, а на деревьях, чаще всего на баобабах. Почему-то они предпочитают помещать свои гнезда на больших деревьях вдали от воды, и им приходится каждый день издалека приносить пищу птенцам. Иногда этот пеликан гнездится в пределах африканских городов, совсем, как белорусский аист.

Все пеликаны питаются рыбой. Интереснее всего ловят ее бурые пеликаны. В отличие от остальных пеликанов они могут погружаться под воду, ныряя с воздуха.

Высмотрев с полета в поверхностных слоях воды рыбу, бурый пеликан пикирует на нее по спирали, приподняв полусогнутые крылья над спиной. При этом он сгибает шею и втягивает голову так, что она практически лежит на спине. Падая с большой скоростью, пеликан ударяется о воду передней частью туловища, сноп брызг мгновенно скрывает его тело, и раздается всплеск, слышный за километр и более. От ушиба птицу предохраняет сильно развитый на груди подкожный мешок с воздухом. Этот слой воздуха, как надувной матрас, спасает птицу от гибели, когда пеликан со всего размаху бросается в воду. Что касается рыбы, то она оказывается буквально оглушена такой «бомбежкой», и пеликан без труда подхватывает ее клювом.

Затем птица, как пробка, выскакивает на поверхность. Иногда она проделывает это задом-наперед, то есть сначала показывается хвост и задняя часть туловища.

Появившись на поверхности, пеликан должен сначала освободиться от попавшей в клюв воды. Для этого птица наклоняет вниз клюв, затем вскидывает его вверх, подбрасывает захваченную рыбу и ловит ее второй раз, теперь уже прямо направляя в пищевод и заглатывая. Это не всегда ей удается. Дело в том, что за пеликаном следят чайки и крачки. Когда пеликан подбрасывает рыбу в воздух, чайки часто перехватывают добычу пеликана в воздухе, а самые проворные и смелые успевают похитить ее даже из горлового мешка птицы. Иногда чайки так наглеют, что даже садятся пеликану на голову. Но пеликану не до них: нужно освободить клюв от воды. И главное – успеть съесть рыбу.

Розовые пеликаны нырять не могут и, добывая рыбу, погружают под воду только шею или переднюю часть туловища.

Чаще пеликаны ловят рыбу не в одиночку, а сообща, целыми группами. Они подгоняют носик рыбы к берегу. В это время они сильно хлопают крыльями по воде и производят большой шум. Возле берега засовывают голову в воду, стоя на земле, и хватают добычу.

Маленькие пеликанчики в этой охоте не участвуют. Птенцы бурого пеликана не торопятся покидать гнездо и выходят из него только когда уже научатся летать. Родители приносят в клюве свежую рыбу, и птенцы достают их из клюва родителя. Птенцы розового пеликана выходят из гнезд еще не полностью оперенными, и, если вода не рядом с гнездом, они смешно ковыляют к ней на всех четырех конечностях – на лапах и крыльях.

Бадмаев П. О врачебной науке Тибета - СПб, 1914.

Базарон Э.Г., Асеева Т.А. Вайдурья-онбо - трактат индо-тибетской медицины. - Новосибирск, 1984.

Брехман И.И. Человек и биологически активные вещества. - М., 1980.

Вогралик В.Г., Вогралик М.В. Пунктурная рефлексотерапия: Чжень-Цзю. - Горький, 1988.

Гумаров В.С. Башкирская народная медицина. - Уфа, 1985.

Дзэйцхар Мигчжан - памятник тибетской медицины / С.М. Баторова и др.; Отв. ред. Б.Б. Бадараев. - Новосибирск, 1985.

Дубров А.П. Симметрия биоритмов и реактивность. - М., 1987.

Ибн Сина Абу Али. Канон врачебной науки. Избранные разделы. - Ташкент, 1985.

Ибн Сина Абу Али. Трактат по гигиене: устранение всякого вреда от человеческих тел путем исправления различных ошибок в режиме. - Ташкент, 1980.

Ибрагимова В.С. Точка... Точка? Точка! - М., 1988.

Казначеев В.П., Михайлова Л.П. Биоинформационная функция естественных электромагнитных полей. - Новосибирск, 1985.

Клизовский А. Основы Миропонимания Новой Эпохи / В 3 т. - Рига, 1938. Т. 1.

Книга Античности и Возрождения о временах года и здоровье. / Пер, с нем. Ю.Ф. Шульца. - М., 1972.

Материалы по изучению источников традиционной системы индо-тибетской медицины / Отв. ред. Л.Л.Хунданов. - Новосибирск, 1982.

Мудрость веков: древняя таджикская медицина о сохранении здоровья. - Душанбе, 1981.

Основные положения теории восточной медицины / Сост. Ю.А. Киргизов, Ю.В. Сюсин. - Иркутск, 1980.

Пицхелаури Г.З. Медицина и выдающиеся медики средневекового Востока. - Тбилиси, 1982.

Табеева Д.М. Руководство по рефлексотерапии. - М., 1980.

Хунданов Л.Л. и др. Слово о тибетской медицине. - Новосибирск, 1988.

Чжуд-ши: Памятник средневековой тибетской культуры. - Новосибирск, 1988.

Гломерулонефрит – воспалительное заболевание почек; преимущественно поражается клубочковый аппарат, главным образом вследствие иммуноаллергического процесса, вызванного гемолитическим стрептококком.

Методы традиционной медицины. Своевременная госпитализация, строгий постельный режим. Лечебное питание: бессолевая диета, бессолевой хлеб, ограничение животного белка с преобладанием растительной и молочной пищи. Постоянное наблюдение за выделяемой жидкостью, ее количество должно совпадать с объемом выпитой. Если состояние осложненное, то вводят несколько разгрузочных дней (1–2 раза в неделю). При улучшении состояния режим питания проводят соответственно диете № 7. Назначают санацию очагов острой и хронической инфекции, применяют симптоматическую терапию – гипотензивные препараты, мочегонные, при нефротической форме – глюкокортикоидные гормоны в течение длительного времени (1–1,5 месяца). При затянувшейся форме дополнительно – гепарин, антиагреганты (трентал, компламин) – средства, влияющие на микроциркуляцию в почках.

Ароматерапия. Используются аромаванны и прием внутрь эфирных масел туи, кипариса вечнозеленого.

Требуется: масло туи – 3–5 капель.

Приготовление. Масло добавить в ванну.

Применение. Использовать для аромаванн (температура воды должна быть 37 °C).

Масло кипариса вечнозеленого используют для приема внутрь в виде жидкого экстракта и настойки по 3-60 капель.

Требуется: масло ели европейской – 2–3 капли, мед – 1/2-1 ч. л., вода – 1/2 стакана.

Приготовление. Масло ели европейской, теплую кипяченую воду и мед тщательно перемешать.

Применение. Принимать 2–3 раза в день.

Фитотерапия. Для профилактики принимают натощак сок моркови или редьки с сахаром (медом), соки – березовый, лимонный с оливковым маслом и сахаром.

Требуется: сухие плоды шиповника – 2 ч. л., кипяток – 1ст.

Приготовление. Сухие плоды шиповника заварить кипятком, настоять.

Применение. Пить 3 раза в день как чай после еды.

Требуется: хвощ полевой (трава) – 1 ч. л.

Приготовление. Сухое сырье залить стаканом кипятка, настаивать 5-10 мин.

Применение. Пить вместо чая.

Требуется: листья толокнянки – 1 ч. л.

Приготовление. Листья толокнянки кипятить 15 мин. в 1/2 л воды, настаивать 1 ч, процедить.

Применение. Принимать по 1 ст. л. через 3–4 ч.

Требуется: листья брусники – 1 ст. л.

Приготовление. Измельченные листья брусники заварить 1 стаканом кипятка, кипятить 5 мин., настаивать 1 ч, процедить.

Применение. Принимать по 1 ст. л. до еды 3 раза в день.

Требуется: 1 ч. л. сухой травы зверобоя.

Приготовление. Сухую траву зверобоя залить 1 стаканом кипятка, настоять.

Применение. Принимать по 1 ст. л. 2–4 раза в день после еды.

Апитерапия. Рекомендуется принимать мед по 30 г с лимонным или морковным соками или настоем шиповника по 5 раз в сутки после еды.

Водолечение. Рекомендуется сидячая ванна с сенной трухой (см. выше). Принимать такую ванну 10–15 мин.

Глинолечение. Рекомендуются местные аппликации из голубой глины на область почек.

Требуется: голубая глина – 1 пачка.

Приготовление. Глину нагревают до температуры 25–3 °C.

Применение. Теплую глину накладывают на больное место, сверху накрывают влажной теплой салфеткой. Оставляют на 10–15 мин.

Введенский грустно икнул.

Марьяна с ужасом смотрела на нечто человекообразное в зеленом пиджаке.

– Артур?

– Маша?! Закурить не найдется?

У девушки задрожали губы. Контраст был слишком велик.

В «Езде» никто бы себе не позволил нажраться на работе. И никто бы не сидел на полу, пьяно обнимая граммофон и ласково улыбаясь.

– Артур! У вас совесть есть? Это... это все границы... и рамки...

– Во блин! – изумился бухой программер. – А у самой типа совести жопой ешь, да? Шляется где попало, як-ша-ет-ся со всякими... – он ожесточенно начал вращать ручку граммофона и логично заключил: – Щас музычки послушаем! Вертинский. Раритет, нах. Ой.

Звонкая оплеуха. Артур потер щеку, промычал нечто жалобное и почему-то заснул.

Что-то щелкнуло в голове у Марьяны. Она ухватила тушку обалдуя за зеленый воротник и с трудом выволокла его на середину офиса, после чего крикнула: «Внимание всем!». Народ заинтересовался и стал собираться вокруг. Введенский лежал, трепетно прижимая к груди бабушкин граммофон, и несуетливо водил каблуками по ковролину.

Наконец сквозь толпу протолкался генеральный.

– А! – с нездоровой радостью воскликнула Марьяна. – Ну вот, все в сборе. Теперь, дорогие мои новые коллеги, объясните, будьте добры: что это тут такое валяется?

– Маша! – проникновенно сказал Александр. – Вы не поверите, но это наш лучший программист, – и попытался отобрать у Артура граммофон.

– И часто он так?

Марьяну аккуратно взяла под локоть главбух Вера Павловна и басовито заворковала:

– Девочка моя, мы сами в шоке! Артурчик всегда такой приятный, воспитанный, шалопай немножко...

В этот момент в Марьяне проснулась Тамара.

– Саша, – мягко сказала она. – Вы не находите, что это вполне закономерно? Офис превращен в свинарник, вот и свиньи самозародились. Ужи еще не поползли?

Бухгалтерша боязливо озиралась.

Пономарев начал медленно багроветь.

– Да что ты себе позволяешь!

– Кстати, девочка права, – вступилась Вера Павловна. – Свежему человеку зайти противно. – Она сурово обвела всех выпуклыми глазами. – Что, не так?

Гендир было стушевался, но моментально перестроился.

– Хорошо. Маша, вы офис-менеджер, вам и карты в руки. Какие ваши предложения?

– Для начала – чтобы каждый разобрал свое рабочее место, – скучным голосом начала Марьяна, – затем – нанять уборщицу и, наконец, повесить Введенского, веревка есть.

Программисты заржали. Артур открыл глаза и совершенно трезвым голосом сказал:

– Операция СССР!

– Что? – растерялась Марьяна.

– Свой Срач Сам Разбери! – под общий хохот пояснил тот.

– Нет, – сквозь хихиканье выдавил кто-то из менеджеров, – СССР неактуально. Давайте лучше СНГ – Смерть Ненужному Говну!

– НАТО – Нагадил, Так Огребешь!

– ВТО – Введенский – Тупой Олкоголик!

– Алкоголик пишется через «А»!

– Ага, а Введенский – через «Ж»!

Бардак крепчал.

– Хватит! – рявкнул генеральный директор и шарахнул по ближайшему столу. – Сегодня перед уходом чтоб у всех был порядок. Лично проверю. И если что – будем штрафовать на всю зарплату. Распустились, сто пудов! Маша – зачет.

Народ попритих и разошелся, Введенского увели с собой программеры, Марьяна осталась одна и вдруг почувствовала себя Эдуардом. Ощущение было непривычное и неприятное.

Вечером Пономарев подошел к Марьяне и выразил ей свою официальную признательность за серьезную инициативу. Ей-богу, сказал, еще немного, и он возьмет ее замом. Сказал, чтобы поактивнее, но глаза старательно прятал.

Артура она в тот день больше не видела – программисты его где-то заныкали, – и в «Езду» вечером так и не заскочила. Да не очень-то и хотелось. Чем дольше она изучала их корпоративный гимн, тем больше тянуло повесить его на стенку и поиграть в дартс жеваной бумажкой.

Как известно, работники милиции пользуются правом бесплатного проезда на городском транспорте. Эта льгота весьма существенна при нынешних ценах. Но в ГУВД работает много офицеров с малиновыми петлицами, которые хотя и сотрудники органов внутренних дел, но правом бесплатного проезда формально не обладают. Конечно, им это обидно. Поэтому они билетов не берут, а показывают свои удостоверения, на которых также значится «Главное управление внутренних дел».

Ехали в троллейбусе такой вот «немилицейский» подполковник и его молодой коллега, вообще штатский. Неожиданно появившиеся контролеры потребовали предъявить билеты. Удостоверение подполковника их не удовлетворило, и они потребовали штраф. Однако денег у подполковника тоже не было, и положение для него стало весьма затруднительным. Штатский коллега, у которого был проездной билет, вышел на остановке возле ГУВД и бросился за помощью.

У подъезда тусовались несколько милиционеров. Среди них, кстати, были люди из спецназа, собравшиеся выехать на задержание. Он подбежал, показал удостоверение и крикнул, что его начальника отдела только что в троллейбусе похитили двое неизвестных. Менты схватились за оружие, попрыгали в машины и кинулись догонять троллейбус. Вскоре подполковника увидели на остановке, он был зажат в угол, а «двое неизвестных» вытрясали у него деньги. Естественно, церемониться с ними не стали, сначала оглушили резиновыми палками, а уж потом начали спрашивать, кто такие. Когда выяснилось, в чем дело, спасители были слегка разочарованы, ведь они рассчитывали поймать террористов-похитителей. В виде компенсации спасенному подполковнику пришлось ставить всем пива. А контролеров отпустили, отобрав удостоверения, так как у них не было квитанций установленного образца, и зарубили им на носу, чтобы больше в этом районе не появлялись.

Однажды приходит октябрь, а за ним – дожди,

И вместе с дождями – тоска, депресняк, хандра,

Все кажется, что на облаке кто-то сиднем сидит,

И льет нам помои на голову – вон он, гляди! –

Из ведра.

Он вертит пригасшим нимбом, зацепленным за рога,

И курит бычок до фильтра, и смачно плюет в зенит,

И морось ему, мерзавцу, немерено дорога,

И в ухе его есть колокол, который – да сгинь же, гад! –

По нам звенит.

Однажды приходит ноябрь, а за ним – метель,

И скрип под ногами, и снег, и морозные витражи,

И кажется, что теплее нет рифмы нам, чем "постель",

И двери срывает с петель, а может быть, и с петель –

Дрожи!

Однажды проходит жизнь, и приходит смерть,

И гроб, и поминки, и водка, и с ливером беляши,

И надо, брат, изловчиться, загнуться крюком, суметь

Остаться нелепой искрой, сварганить Костлявой месть –

Пляши!

Пляши до прихода марта, вприсядку беги в апрель,

Из сора, из груды пепла хоть как-то, а прорастай

Побегом, стрелою, кукишем – врежься, как в стену дрель,

Лай псом подзаборным, рыбой на зорьке плесни в Днепре –

С моста

Рыбак одинокий глянет, докурит святой бычок,

Надвинет поглубже кепку, светящуюся как нимб,

Копытом пристукнет в раже: мол, плаваешь, дурачок?

А я-то шагаю мимо, а я-то здесь ни при чем –

Тони!

И снова мелькает лето, и снова октябрь дождит,

И снова на зябкой туче скучает рыбак шальной,

И снова душе морока: не бойся, не верь, не жди,

Не спи – я, душа, замерзну! Расплескивай, береди –

За мной!

Некоторые банки уже в сентябре—октябре 2008 года перестали выдавать вклады. Они, безусловно, понимали, что эти действия – незаконны, и первый же суд они проиграют. Но ситуация оказалась такой, что собранные с вкладчиков деньги розданы в виде кредитов, перефинансироваться негде, и банкирам стало уже не до соблюдения законов.

Но даже те банки, у которых пока есть средства, не исключают, что в ближайшее время они могут оказаться в подобной же ситуации.

Федеральные и региональные власти пытаются спасти хотя бы системообразующие банки, и к беззалоговым кредитным аукционам, на которых планируется распределить до 1,5 трлн рублей госсредств будут допущены 122 банка.

Экспертам эта цифра не нравится, и они указывают, что подобные действия могут вызвать панику, так как в России на сегодняшний день действуют уже 1126 банков. Но тут уже не до жиру. Правительство поступает правильно: помогать надо системообразующим банкам, тем, где находятся основные вклады населения. Если вообще надо помогать банкам, а не заставить слабейших обанкротиться. Но это уже спор из области теории экономики.

В системе страхования вкладов (деньги, которые вам будут отдавать, если ваш банк обанкротится) накоплено всего 80 миллиардов рублей, в то время как объем депозитов граждан достиг 5 триллионов! Было обещано, что вклады до 700 тысяч будут компенсированы, но не были озвучены сроки, на которые растянется эта компенсация. Понятно, что сделать это можно лишь после того, как банк пройдет процедуру банкротства, которая может затянуться на многие месяцы.

А в условиях возможной девальвации рубля – это, прямо скажем, не очень хорошая новость для тех, кто держит в банках свои сбережения.

Кащеев быстро развернул большой черный пакет, в который собирался положить деньги. По иронии, на нем тоже была эмблема «БМВ». Слезоточивый газ в щели вдруг расступился, и в нем на миг проглянула неестественно вывернутая нога инкассатора. Она была совершенно неподвижной.

Кащеев ухватился за ручку искореженной дверцы и сильно дернул за нее. Верхняя половина дверцы соскочила с навесов и провалилась внутрь, словно бы канув в молочный омут. Кащеев рванул и нижнюю половину, но та даже не шелохнулась. Приглушенно выматерившись, Кащеев ударил по ней ногой. Но с тем же результатом. Нижнюю половину дверцы при взрыве заклинило намертво.

Кащеев быстро наклонился и сунулся в дымящийся проем. При этом он закрыл свет, так что рассмотреть внутри ничего не смог. А фонариком запастись Кащеев не догадался.

Он попытался найти мешки на ощупь. Однако нащупал только упавшую дверцу и ногу инкассатора. В этот миг он вспомнил о зажигалке и похлопал рукой по правому карману. В нем зажигалки не оказалось. Зато левой рукой, в которой был пакет, Кащеев зажигалку нашел.

Бросив пакет, он сунул руку в карман и, выхватив зажигалку, тут же зажег ее. В свете пламени Кащеев увидел, что в передней части фургона мешков нет. Он резко повернулся и рассмотрел в задней части вроде как бесформенную массу. В этот миг зажигалка вдруг моргнула и погасла.

— Да твою ж мать! — вскрикнул Кащеев.

Однако, несмотря на все эти досадные недоразумения, он был у вожделенных долларов. Не на расстоянии вытянутой руки, а чуть дальше. Поэтому Кащеев перевалился внутрь фургона, приподнялся и снова щелкнул зажигалкой.

В дрожащем свете он увидел два инкассаторских мешка. Они словно бы парили в тумане у задней стенки фургона. Кащеев тут же рванулся к ним, но зацепился за дверцу и растянулся на потолке перевернутого фургона. Зажигалка при этом с едва слышным стуком выпала из рук.

— Мать-перемать! — зашипел от боли Кащеев, сильно ударившийся ногой.

Этот чертов фургон был словно заколдованным. Однако Кащеев ни в какие порчи и проклятия не верил. Он сам мог на кого угодно навести порчу. Немедленно поднявшись, он метнулся к задней стенке и почти сразу нащупал мешки. Ухватив по одному в каждую руку, он развернулся и осторожно двинулся к проему.

Едва приблизившись к нему, Кащеев один за другим выбросил мешки наружу, после чего закинул ногу и протиснулся в проем сам. В этот миг он увидел такое, отчего оцепенел.

Под мостом стояла милицейская машина с распахнутыми дверцами. От нее к фургону приближались двое милиционеров — в бронежилетах и с автоматами. Каля трусливо жался к откосу моста. Позади него, словно приклеившись, стояла Алина…

Кондор позволил себе пошевелиться и оглянуться. Ничего не изменилось – тишина, а значит, и их режим секретности соблюдался абсолютный.

«Отлично! – подумал Андрей. – Ну, что? Начнем, помолясь?»

И опять пошла «распальцовка»...

Через две минуты, сопровождаемые невыносимыми для слуха разведчика-диверсанта шумами сломанных веток и громогласного шуршания травы, на его плечо легла ладонь. Это был Клим.

«Ну?!» – мотнул он головой.

– Пока норма, – ответил Андрей скупо. – Начинаем движение в 21.30 – дадим «макакам» время отбежать от речухи. За полчаса они километра на полтора по «тропинке Вайпера» пройти сумеют, никак не меньше.

– А если дозор у катера оставят?

– Не думаю... Не с руки им оставлять лишний ствол. Да и не останется никто – на хер надо! Вот ты бы остался?

– На хер надо, на ночь глядя! – подтвердил Задира.

– Вот и я о том же... Подойдем на веслах, без шума. Тут метров шестьсот будет или поболе, да против течения, да двадцать пять рыл на борту, а это как-никак, две тонны веса по минимуму – к 22.00 только и управимся. Самое оно, по плану... Хотя...

– Че задумался, детина? – прошептал Задира.

– Вспомнил слова своего преподавателя по тактике и разведке еще в училище. Был такой, подполковник Шутко...

– И?

– «Если у тебя все идет по плану – значит, противник знает твои планы. Если по твоему плану все идет „без сучка, без задоринки“ – значит, противник готовит засаду. Будь осторожен и доверяй только тем, кто проверен!..»

– Та-ак... – прошептал Клим. – Проверенных у тебя только двое... Я и Паша сюда никак не попадаем... Пока...

– Пока, капитан... Прости. Я знаю и помню – обязан тебе дважды... Но это было давно, в той, «прошлой жизни»... А сейчас у меня за спиной девятнадцать «пиджаков», за которых я в ответе... И зовут меня теперь не так, как тогда, и звание мое другое... Прости, Клим, но мое доверие к вам придется зарабатывать заново. Прости уж старого Крапового...

– Ладно... Я знаю правила этой игры, Филин. Или как ты теперь, Кондор? Старая гвардия не подведет!

– На то и надеюсь, Клим... Как люди?

– Напуганы до смерти. Как бы кого «медвежья болезнь» не прихватила с перепугу – нам эти следы совсем ни к чему!

– Вот и проведи инструктаж с «салабонами», разведка! Поясни, что и как. Чтобы потом по их бумажкам да говеным кучам наш «хвостик» не шел, как по проспекту. Тебе и карты в «грабли», капитан!

– Понято! Можно исполнять?

– Свободен! Десять минут тебе, Задира, на все про все. Показать и научить!

– Есть! – И он уполз в ближайшие кусты.

«Все... Начали! С богом, Филин. И пусть у нас все получится, потому что иначе нельзя... Потому что за твоей спиной люди, которые надеются и ждут спасения. А ты дал им надежду! Назвался груздем, вот и полезай в...»