12 апреля — годовщина со дня захвата бандитами города Славянска Донецкой области. Это тот случай, когда анекдот «а москаль вже годину не спить» оказался пророческим. Россия нас не могла обогнать, но она нас опередила в своих планах, своевременно подготовив соответствующие ловушки, в которые мы попадали с каждым шагом. Тогда офицер российских спецслужб Игорь Гиркин, который всячески выдавал из себя реинкарнацию «белого» офицера с усами и безликой кокардой во лбу, руководил операцией по оккупации этого населенного пункта. Год — это повод вспомнить, что без системных просчетов с нашей стороны такая оккупация почти «без шума и пыли» вряд ли могла бы реализоваться. Дело, разумеется, заключалось не в даре или нраве полководца Гиркина, а в том, что такая сдача городов и поселков была подготовлена заблаговременно. Врагу просто открывали двери. Именно Славянск замыкал тогда, во-первых, территории с потенциальной возможностью добычи сланцевого газа, во-вторых, территории, на которых распространялись бизнес-интересы «семьи Януковича», в-третьих, давал возможность отвлечь внимание, в то время как российские оккупационные войска вместе с наемниками распространили свое влияние на широкий ареал Донбасса.

Следует отметить, что как Гиркин спокойно вошел в Славянск, так удивительным образом и отступил к Донецку. Тогда эта информация подавалась как вынужденное отступление, хотя на самом деле было видно, что Гиркин, во-первых, уже не был нужен Путину как лидер со сформированным ореолом победителя, во-вторых, свою роль Славянск тогда уже сыграл — пока армия сражалась за него, Донбасс был захвачен, и оставался вопрос: кто теперь его будет кормить? Уже сейчас, через год после событий в Славянске, тот, кто когда-то забавлялся в реконструкции боев времен Первой и Второй мировых войн, сам приобрел определенный военный опыт, спокойно ездит по мирным городам России на новом «мерседесе» и питается в ценных ресторанах Москвы. Освобожденный Славянск, в свою очередь, на годы отброшенный в своем развитии и с трудностями возвращается к нормальной жизни.

В тот же день во время боевых действий в Славянске погиб капитан спецподразделения СБУ «Альфа» Геннадий Биличенко. Реакцией на захват административных зданий 13 апреля 2014 года стало объявление Советом национальной безопасности и обороны Украины Антитеррористической операции. Об этом решении тогда доложил и.о. Президента Александр Турчинов. Правда, такая деталь, как привлечение Вооруженных сил Украины к проведению АТО, говорила, что речь идет не о простых террористах. Террористы и их методика оказались действительно не шаблонными, ведь обычные террористы захватывают самолеты, автобусы, здания, а эти террористы, которые без стыда и показательно демонстрировали триколоры, захватывали уже целые города.

Конечно, тогда в это не верилось. Казалось, что такие захваты действительно ограничатся бетонными стенами административных объектов. Напрасно. По Луганску через неделю после захвата управления СБУ, 6 апреля, уже разгуливали автоматчики, а милиция пыталась лишний раз не попадаться им на глаза. От греха подальше. Вот что пишет в Facebook журналист Сергей Гришин, свидетель тех событий в Славянске: «13 апреля 2014-го я проснулся в гостинице «Украина» в Славянске от грохота вертолетов. Вышли на улицу и увидели два Ми-24, которые кружили над центром... Я хорошо запомнил тот страх, который увидел в глазах людей в центре. Еще вчера они были так уверены в себе, а сегодня от двух вертолетов ими овладел ужас. И готовы были, как мне показалось, на все, чтобы только тот вертолет не стрелял. И тот боевик на крыше «хрущевки» с гранатометом тоже испугался. Его трясло. И Неля Штепа, которую мы встретили около церкви. Уверенности в ней не было. В тот момент мне показалось, что сейчас ситуацию возьмут под контроль силовики, что высадится десант, заедут БТРы и прогонят нечистоту из города».

Вообще роль «бабок с кастрюлями» для таких действ была крайне важна. Они тогда добровольно стали живым щитом. Несколько сотен таких бабок и бесноватых митингующих создавали иллюзию народного протеста. Имея возможность сравнить события на столичном Майдане и протесты на востоке, могу с уверенностью сказать, что если бы тогда на Донбассе власть применила хотя бы долю методов, которые использовала на Майдане, то от протестов не осталось бы и духа. В Киеве был откровенный бунт духа и воли. Пусть спровоцированный и кем-то использованный, но бунт естественный. На востоке был ропот купленных и обманутых рабов, которые попрятали триколоры, как только увидели вертолеты.

Но точно так же, как вертолеты полетали над Славянском и исчезли, так и над Луганском в тот день полетал голубой истребитель и куда-то делся. События действительно развивались синхронно — в Луганске тогда проходил масштабный митинг, на который приехал Олег Царев, с глуповатой улыбкой пробубнел стандартную речь и исчез в дверях СБУ. Один армян, который был «тамадой» на том митинге, сказал мне, что ему все равно относительно того Царева и Тигипко, и Тимошенко, и их всех и других политиков вместе. И я поверил ему, ведь видно было, что руководились эти ребята совсем уже не из Украины, лишь координируясь на городе. За ними действительно стоял «триколор». Тогда же в Луганск приехал и еще безбородый, но в берете, Алексей Мозговой с огромным флагом России «из Москвы» и пообещал его повесить на Луганской телевышке. В это же время Гиркин захватывал Славянск, чтобы освободить который украинской армии нужно было несколько месяцев. Несколько стратегически важных для боевиков месяцев, за которые они хорошо укрепились на своих позициях. Дорога же Изварино — Краснодон — Луганск — Дебальцево — Славянск оказалась жилой, по которой Гиркину поставляли танки и соответствующее вооружение. Закрыть же границу украинские войска практически не могли, уже летом попав под первые обстрелы с российской территории — факт откровенной агрессии соседнего государства, который так и не стал поводом для того, чтобы назвать АТО войной. Более того, уже в июне мы позволили врагу за десять дней «перемирия» насытить сполна Донбасс широким спектром вооружения, которое существенно отбросило дело освобождения востока. Так Донбасс уже в апреле накинул на себя ярмо.

После тех странных отступлений украинской армии с востока, чтобы потом тысячными жертвами пытаться отвоевать свое же, ясна стала одна истина — бандиты с нами воевали не количеством и не качеством, а нашей хилостью. Тогда в апреле уже прошло несколько недель с момента аннексии Крыма, когда западные страны нас просили не спровоцировать Путина, а затем несколько позднее уточнили, что не спровоцировать — это не значит не защищаться. Так мы попали в ловушку прогнившего с середины механизма обороны — от административного аппарата до спецслужб и армии, и легкого поведения Европы, которая уверяла, заботилась и обеспокоивалась в то время, как Украину уже несколько месяцев душил российский спрут.

В этом контексте как не вспомнить события последних дней, а именно — встречу «норманской четверки» в понедельник 13 апреля. Резюме этой встречи, формат которой нам был навязан еще год назад вместо «женевского формата» (мы согласились, да еще и официально назначили переговорщиком одного из архитекторов нынешних проблем — Леонида Кучму), предположить было не трудно. Стороны опять выразили обеспокоенность и попросили вести себя хорошо. За таким инфантильным миролюбием стоят конкретные требования по изменению Конституции Украины и процесс замораживания конфликта. США, на которые Украина возлагает свои надежды во внешней политике, нынче сосредоточены на своих вопросах, там, в частности, началась предвыборная президентская гонка. Да и ранее, как известно, США, несмотря на то, что являются гарантом безопасности Украины, фактически «поручили» вопрос Украины — Германии, некоторые политики которой откровенно демонстрируют любезность к знатоку немецкого языка Путину. Германии — локомотиву европейской экономики — вовсе не нужен пылающий конфликт на востоке. Именно поэтому она всячески способствует, чтобы костер Донбасса превратился в пусть вечно, но тлеющую золу, а заодно и способствует удовлетворению Москвы. Мы же, всячески демонстрируя исключительную послушность, шаг за шагом ножками молодой страны ступаем в расставленную перед нами в частности Минскими соглашениями ловушку.

— Год назад большинство силовиков отказались выполнять приказ. Насыщенность агентами ФСБ наших Вооруженных сил, СБУ и милиции была настолько высока, что просто некому было выполнять этот приказ. И подразделения, которые сейчас себя показали героически, тогда складывали оружие. Я выступал перед ними, а они бросали оружие и говорили, что не хотят и не будут воевать. Я был непосредственным участником тех событий. И тогда только добровольческие отряды стали на защиту государства. На тот момент Вооруженных сил у нас не было. Были части, называвшие себя украинской армией, которая сейчас рождается в тяжких муках. Были отдельные офицеры, отдельные генералы, но целостной системы не было. И добровольческие отряды на тот момент сыграли сверхважную роль. Другое дело, что сегодня я бы, например, не загонял добровольческие отряды куда-либо, а на основе их формировал Вооруженные силы. Есть много батальонов территориальной защиты, которые влились в определенные бригады. А я бы на основе этих батальонов формировал новые Вооруженные силы. Командиры батальонов зарекомендовали себя прекрасно.

С 1991 года мы не заботились о своей информационной безопасности, духовной безопасности, и вот плоды этого мы теперь пожинаем. В защите же целостности государства, по моему убеждению, должны применяться лишь самые жесткие методы. Акцентирование на термине АТО, а не войны лишь подчеркивает, что это наш внутренний конфликт, а не внешняя агрессия. Мы пытаемся заигрывать с безумным зверем востока. Мы не называем войну войной, и, возможно, он не пойдет на нас, а будет убивать лучших наших парней и девушек просто так. Есть факт: пришел обнаглевший зверь, который просто «оттяпал» часть территории. Это то, что он сделал в Крыму, и пытался сделать то же в Донецке и Луганске. Это война, подчеркиваю, захватчика, зверя с востока России против украинского государства и украинского народа.

Если бы мы применили оружие еще в Крыму, то не имели бы проблем с Донецком и Луганском. Когда на твою землю приходит захватчик, то он должен быть уничтожен. Никакие переговоры или разговоры о том, что делает чужестранец-оккупант на твоей земле, не должны вестись. Если государство хочет оставаться государством, то оно должно сделать все, чтобы захватчик оставил его территории. Россия — это «недоразумение», а не государство, которое всегда стремилось быть «сверхдержавой», империей. И воюем мы с ней уже тысячу лет. Сейчас мы просто имеем очередной этап этой войны. И я вам могу сказать с уверенностью, что этот этап самый важный, потому что если мы не победим, если не выстоим, то имеем шанс потерять государственность навсегда, и следующие поколения не будут жить на независимой Украине.

Источник

Оставьте комментарий, пожалуйста.