Жизнь и любовь Сальвадора и Галы Дали с самого начала была загадкой для окружающих. Злые языки говорили: эти отношения слишком странные для того, чтобы быть освященными любовью. Но это, безусловно, была любовь.

В 1929 году 25-летний каталонец Сальвадор Дали был проклят собственным отцом.

Без матери

На выставке в Париже появилась его картина, на которой была надпись, сделанная почерком автора: «Иногда я с наслаждением плюю на портрет своей матери». Почтенный нотариус из городка Кадакеса Дали-старший был возмущен: его сын Сальвадор всегда был капризным и одаренным ребенком, от него всегда было неизвестно чего ждать. Но семнадцатилетним юношей он так искренне оплакивал умершую мать. И вдруг - такое. Отец не был знаком с учением Фрейда, да вряд ли кто-нибудь был бы в состоянии ему объяснить, что таким способом гениальный художник пытается заглушить в себе приносящие боль воспоминания. Живописец после кончины матери стал бояться женщин и подсознательно желал встретить ту, которую потерял...

Умевшая вдохновлять 
Сальвадор Дали отправился в самостоятельное плавание. Многие думали, что не приспособленный к жизни гений без помощи отца сгинет в небытии. Но Дали спасся тем, что превратил свою жизнь в сюрреалистический спектакль. Он стал вращаться в среде французской богемы. У молодого человека с густо набриолиненными волосами, браслетами на руках и в рубашках петушиных расцветок появились друзья.

Две супружеские пары: поэт Поль Элюар с женой Галой, как он ее называл, и художник Макс Эрнст с супругой как-то летом приехали провести время с Дали в Кадакесе, у моря. День их приезда положил начало одному из величайших романов XX века.

Галой Елену Дьяконову прозвал ее муж Поль Элюар. Она была русская. В 1912 году 18-летнюю Елену родители отправили в туберкулезный санаторий в Швейцарии, где она и познакомилась с Полем Элюаром. Его тогда звали Эжен Грендель, и он писал стихи. Гала поняла, что стихи прекрасные. У нее был природный дар отличать искусство от дешевки и продавать его задорого ценителям. Она придумала псевдоним «Поль Элюар», убедила юного сына коммерсанта в том, что он - гений. Наверное, если бы не Гала, мир не узнал бы великого французского поэта, выпустившего за свою жизнь десятки успешных сборников.

В 1929 году Элюары внешне выглядели как вполне благопристойная пара. У них была 11-летняя дочь Сесиль, которая большую часть времени жила у родителей мужа. Но это было лишь внешнее впечатление. С виду уравновешенная, немного загадочная, немногословная, Гала обладала неудовлетворенным женским самолюбием и немалым сексуальным аппетитом. Она состояла в любовной связи и с Максом Эрнстом, и с многими другими членами сюрреалистического кружка. Она стала чем-то вроде источника вдохновения, талисмана компании, мужчины в которой спрашивали друг друга:
- У тебя такие творческие успехи... У тебя было что-то с Галой?

Новый проект 
Когда Сальвадор увидел Галу, ему показалось, что его поразил гром. Что это было? Она напомнила ему и мать (все-таки она была на десять лет старше), и прекрасную женщину из живых картинок, которую он видел в детстве, и... гроздь спелого, искрящегося на солнце винограда.

Гала также говорила, что влюбилась с первого взгляда. Элюар поначалу не придавал никакого значения их долгим уединенным прогулкам вдоль моря: его возбуждало внимание других мужчин к жене. А Дали уже не мыслил своей жизни без Галы. А она...

Она опять почуяла творца настоящего искусства и... грядущий материальный достаток. В молодости она как-то призналась, что хочет шикарно одеваться, пахнуть дорогими духами и делать маникюр, как настоящая кокотка.

Какой была Гала в жизни? По воспоминаниям современников, у нее были особенные глаза: черные, с дьявольской искоркой; гипнотический взгляд. Она была чудесно сложена.Вот что написал о ней Дали в книге «Тайная жизнь Сальвадора Дали, рассказанная им самим»: «Тело у нее было нежное, как у ребенка. Линия плеч почти совершенной округлости, а мышцы талии, внешне хрупкой, были атлетически напряжены, как у подростка. Зато изгиб поясницы был поистине женственным. Грациозное сочетание стройного энергичного торса, осиной талии и нежных бедер делало ее еще более желанной»...

Она была деловой, расчетливой и пускала в ход свое обаяние тогда, когда считала, что ей предстоит выгодная сделка или приятное любовное приключение.

Коммерческая империя 

Гала объявила мужу, что уходит от него к Дали. Элюар был обескуражен: он не мыслил своей жизни без умеющей организовывать быт поэта жены. Он же прощал ей все шалости! Но это была не шалость: начинался новый проект. Дочь и бывший муж больше не интересовали Галу. Спустя годы она не приехала на свадьбу Сесиль; умирающая Гала не пустила к себе дочь, когда та приехала попрощаться с ней.

Гала и Сальвадор уединились в Кадакесе. Теперь он мог рисовать столько, сколько захочется. Она стала его менеджером и рекламным агентом, а пока не появились деньги, еще и горничной и кухаркой. Гала уже была знакома с некоторыми покупателями предметов искусства. Она расширила свой круг знакомств в этой сфере. Теперь она знала всех богачей и аристократов, интересующихся искусством. Она была вхожа в музеи и галереи по всему миру. Теперь Дали появлялся со своими эпатажными представлениями в местах скопления платежеспособной публики.

Гала стала его музой и героиней многих его картин. На полотнах эта деловая женщина представала мадонной и нежнейшей из красавиц. В жизни она иногда становилась молчаливой участницей его, как сейчас бы сказали, перформансов: появлялась на публике в безумных нарядах: к примеру, она позировала фотографу в шляпе в виде туфли. Гала Дали умудрялась получать авансы за ненаписанные картины в размере десятков тысяч франков. Появилось то, что можно было назвать «коммерческая империя „Сальвадор Дали"». Гала заключала выгодные сделки. Сальвадор творил. Империя производила картины, рисунки, драгоценности, духи, предметы интерьера. Жена не допускала Сальвадора к деловым переговорам. Иногда она жаловалась, не без кокетства:

- Я каждый вечер расторгаю контракты, которые утром назаключал Сальвадор.

Какими были их отношения? Первое время их связывала страсть: Сальвадор обрел заботливую мать и замечательную любовницу в одном лице. Потом это было нечто большее, чем любовь: супруги представляли собой блестяще отлаженный механизм, каждая часть которого не могла существовать друг без друга. Дали публично демонстрировал привязанность к жене: одевал ее, как королеву, усаживал на трон, поклонялся ей. Она понимала, что существует в сюрреалистическом мире и принимала почитание благосклонно.

В 1940 году он и на восемь лет уехали из Европы в США. Дальновидная Гала поняла, что дело пахнет паленым, и увезла своего гения в безопасное место. В Америке их коммерческие успехи лишь возросли. Европейские друзья, пережившие тяготы войны, прокляли чету Дали. Поль Элюар стал активным участником французского Сопротивления. А Сальвадор Дали устроил очередной перформанс: он объяснился в эротической страсти к Гитлеру. Гала только посмеивалась «в усы».

Добровольная разлука 

В 1948-м супруги вернулись в Европу как ни в чем не бывало. Империя продолжала успешно функционировать. Но это требовало все больших усилий от Дали. Он неделями не вылезал из своей мастерской в Кадакесе. Кроме работы, его больше не хватало ни на что. Наверное, он бы умер от голода, если бы жена вовремя не приносила ему еду.

А женские аппетиты Галы не уменьшались. Она распоряжалась всеми деньгами империи и теперь покупала себе не только одежду и драгоценности, но и молодых любовников, в основном из числа артистов. Пока Дали рисовал в своей мастерской, Гала развлекалась с молодыми альфонсами. Она теперь не скупилась на косметические процедуры и операции, которые сулили сохранить ее молодость...

Сальвадор, хоть и твердил во всех интервью: «Пусть Гала имеет столько любовников, сколько хочет», не был рад подобному раскладу вещей. Но он боялся остаться без своего лучшего друга и бессменного менеджера.

А потом Гала устала. Она устала стареть. Устала от сложного характера мужа, который к старости превратился в неуправляемого, страдающего паранойей ребенка. Дали и тут пошел ей навстречу. Он купил ей замок Пуболь вдали от моря, куда он сам мог приехать только с письменного разрешения жены.

С конца 60-х они подолгу жили раздельно. Бизнес, поставленный Галой, работал без сбоев...

Уединение не принесло Гале покоя. Ее здоровье разрушили пластические операции, швы от которых разошлись на испанской жаре и уже не заживали на ее старом теле. Любовники обходились старой женщине все дороже. В 1982 году она сломала шейку бедра, и это был конец. Альфонсы окончательно отвернулись от больной старухи. Вскоре она умерла.

Дали пережил жену на семь лет. После ее смерти он даже не пытался рисовать: лишь бредил непонятными словами, иногда принимаясь призывать неизвестно кого. Наверное, Галу.

Источник